ГЛАВА 14 Прогрессорству быть или не быть?

– И вот опять! Не "младшенького", безголовая ты человечка, а лероинэда одного из высших светлых родов Великого леса! – раздалось неподалеку раскатисто. – У него предостаточно сил, чтобы одним лишь пальцем стереть тебя...

О, Конрой до сих пор не ушел? Почему? Оборотень сделал свое дело – наорал на иномирянку, испортил ей настроение с утра пораньше, оборотень может идти.

– Может, хоть айны тебе голову открутят, коль ты язык свой за зубами не держишь, – продолжал бухтеть Конрой, оставшийся около выхода. – Хотя и от них мало толку... Лайн, это ты ее избаловал! У тебя был год ее перевоспитать! И что в итоге? Только хуже стало!

Моррокей, плавно опустившийся в другое кресло, не скрывал своей змеиной улыбки.

– Сегодня мы обсудим твои идеи, Мила, которыми ты готова поделиться с айнами. Пока ты опять куда-нибудь не сбежала, – дракон и оборотня проигнорировал, и человечку подколол.

И показал, что он будет держать руку на пульсе ее общения с айнами.

Ах, ну да. Он же здесь из тайной драконьей службы. Большой Брат бдит.

Только Мила не готова чем-то конкретным делиться, не подготовила домашнее задание, которое ей не задавали.

Однако Лайнфаэр сам начал:

– Я принес блендер, который сделал ранее согласно твоих слов. Ты говорила, что на его основе можно делать и другие артефакты. Расскажи подробнее, какие.

Блендер? Вспомнить бы еще какой... ах, да, обычный, самый простой с венчиком сделал Лайнфаэр несколько месяцев назад.

– Начнем с того, что сами блендеры могут быть разными, – потерла лоб Мила, собираясь с мыслями и пытаясь настроиться на рабочий лад. – Не только со взбивалкой, но и ножами. Или не погружаемый, а, наоборот, в виде чаши... кувшина с крышкой, где крутящиеся лезвия будут на дне. В таких можно делать жидкие блюда – и соусы, и напитки. Или измельчать зерна, орехи, сухофрукты, травы, мясо... да что угодно.

– Зачем? – влез в ее рассказ Моррокей.

– В каком смысле зачем? Чтобы легко, быстро и просто готовить что угодно, – ответила Мила. – Один такой агрегат на кухне заменит много что – ножи с досками, рубилку мяса, венчики, мельнички и... э-э, несколько рабочих рук точно.

– Проще и дешевле нанять пару помощников кухарке, чем покупать подобный дорогой артефакт и потом еще тратить на него драконьи камни, – заявил дракон.

Мила открыла рот, чтобы возразить и... закрыла. Действительно – здесь труд подсобников стоит дешево, работников полно, особенно желающих устроиться в богатые дома, где стабильная оплата, а работа пусть нервная, но не такая уж тяжелая. Зато электричества здесь нет, и если все артефакты работают на каких-то дорогостоящих драконьих камнях...

Харг подери! Неужели смысл ее "изобретений" тогда вообще теряется?

Их прервали – в комнату бесшумно скользнула Лиэль с подносом в руках. Не поднимая глаз, красивая "камеристка" – или все же внедренка от спецслужбы? – без единого звука и очень плавно переставила посуду на столик рядом с Милой.

Вряд ли Лиэль сама отважилась вмешаться в столь высокородное собрание. Неужели драконище ей заранее выдал команду покормить завтраком Милу? Видимо, они теперь надолго застряли?

– В моем мире энергия для артефактов дешевая и доступна везде и всем, – задумчиво стала отвечать Мила, дождавшись, когда девушка сервирует для нее стол и уйдет.

Айна, в сторону которого Лиэль даже не посмотрела, угощать не будут? Ну и правильно – раз они брезгуют есть в человеческом доме... Перед Моррокеем оказался свой чайничек с изысканной чайной парой.

– И такие простые бытовые артефакты тоже недорогие... у нас. С ними точно выгоднее, чем живых людей нанимать, – поясняла иномирянка.

– А у вас можно нанимать для работы неживых? – мигом уточнил насторожившийся Лайнфаэр.

Девушка с недоумением уставилась на него. Как он так выкрутил из ее слов?

– Что-то не так? Ты сама говорила, что мы, айны, на-астолько любопытны. Поэтому да – мне интересно. Вы как-то заставляете работать... мертвых?

Мила нахмурилась, а затем дошло:

– А это ты вчера слышал? Вот эти мои слова про ваше любопытство? Но на вечеринку тебя не приглашали... Ты подслушивал?! Но как?!

Как орги допустили? Наверняка же могли засечь лазутчика. Или им было все равно? Зеленые ребята такие – если их не трогают, то и они других не трогают, если только их интересы не пересеклись.

– Разбаловал ты ее, Лайн, – бухтел где-то в стороне Конрой. – Коль позволяешь человечке так вести себя.

Моррокей, переводя взгляд с одного на другого, лишь с ехидцей напомнил:

– Ты не ответила на прямой вопрос, Мила. Про живых и неживых работников.

Пришлось возвращаться к основной теме.

– Э-э... нет, мертвецов мы не трогаем. Просто у нас в каждом доме полно бытовых устройств, которые делают работу за нас... то есть вместо слуг. Поэтому нет никакого смысла нанимать живых... тьфу, то есть других людей, которые будут пользоваться теми же артефактами, – понемногу откусывая печенье, объясняла иномирянка. – Разве что для большой разовой работы или особых услуг. Или если человек вообще ничего не хочет сам делать, тогда вызывает платных работников. Но если говорить о неживых... Кстати, да! У нас начали делать... м-м, подобие людей из металла и... других материалов. И уже проводят испытания, чтобы научить те подобия вести дом совсем как настоящий человек. Например, загружать посуду в... э-э, артефакт для мытья посуды.

Как местным, столь далеким от технологий, рассказать про роботов?

– Подобие людей из металла? – подался вперед Моррокей, со стуком отставив свою чашку. – Зачем?!

А как ответить, что прогресс у людей теперь не остановить? Как объяснить тем, кто даже паровой двигатель еще не соизволил изобрести? Или дирижабли... хотя зачем летающим драконам дирижабли?

– Э-эм... ну-у... потому что людям скучно было? Других рас в нашем мире нет, никто нам нервы не треплет. О том, что мы тупые и никчемные, не говорит постоянно. Вот, для разнообразия и ради любопытства стали люди создавать всякое подобно себе, любимым. И заметьте, что ума и прочих талантов у нашей расы на это хватает! Кстати, эти "роботы", м-м, железяки в виде людей еще многого не могут, но некоторые умельцы... то есть люди-мастера уже научили их улыбаться и в целом повторять такую же человеческую мимику, даже правильные движения губ при разговоре воспроизводить.

– Мимика для железных людей? Зачем?! Они у вас еще и говорят? Железяки? – со всех сторон хором раздалось.

– Конечно, говорят! Артефакты, создающие речь, причем вполне разумную, или просто передающие чужую речь люди давно изобрели, первым делом. Как не поболтать... со своими же артефактами. Ну а мимика для "роботов" – чтобы они как можно больше были похожи на нас внешне. Так ведь интереснее.

Дракон и айн переглянулись. С непонятным видом: то ли диагноз "фантазиям" человечки сейчас поставят, то ли ни капли не верят.

А Мила осознала вдруг, почему драконы, зная о ее иномирности, не заинтересовались полноценным обменом знаний. Хоть каким-то, кроме парочки непродолжительных разговоров.

Просто потому, что даже не представляли, насколько их миры отличаются!

Те, кто привык к магии, редким магическим артефактам и дешевой наемной силе, то есть к самой простой физической силе – разве могут они предположить, насколько далеко могли уйти технологии?

Разве можно догадаться о существовании того, о чем никогда даже примерно не слышали? Чего и близко нет в обычном – для здешних волшебных существ – мире магии.

Зато для них привычно, что люди самые никчемные из разумных рас – значит, ничего умного и полезного даже иномирные люди не могут предложить. Так думали высокомерные ящеры? Поэтому Шанитир до сих пор не ответил на ее экономические предложения? Он их хотя бы дочитал?

Зато Лайн не просто думал – он своими руками собрал несколько предложенных Милой идей. Потому что она тогда очень настаивала. Или брала его "на слабо". От этого простого блендера и капельного полива до переговорного устройства, которого хватало на пару этажей. То же, кстати, простейшее устройство, одностороннее. Скорее даже система оповещения.

Но и этого хватило айну, чтобы понять: у иномирных людей много таких штук, до которых здесь они, первородные, не додумались.

Но теперь, когда ей прояснилась огромная разница между их подходами к быту и даже стоимости энергии для артефактов... Что она может предложить айнам?

Или не стоит только им одним давать такие преимущества?

– И я все равно не понимаю, почему вы, драконы, уступаете технологии... то есть источник об иномирных технологиях айнам, – Мила вернулась к волнующему ее вопросу. – Или среди вас вообще нет артефакторов? И как вы тогда живете? Постоянно платите айнам? И не жалко вам так часто с золотом расставаться?

Моррокей лишь искривил губы, ответил Лайн:

– Почему постоянно? Наши артефакты отличного качества и служат не только их владельцам, но даже их потомкам...

– А как же артефакты последнего образца?

– Что? – не понял блондин. – Какого образца?

– Более улучшенного. С еще большим количеством функций. Чтобы он мог еще больше, еще быстрее, качественнее...

Лайн свел брови.

– Что значит "более улучшенный"? Мы изначально делаем лучшие артефакты! И сразу качественные.

– Да нет же! – как им объяснить? – Вот блендер с венчиком. А в блендере второй версии будет насадка с ножом. Потом будет блендер-кувшин с ножами. Затем можно сделать один блендер, но к которому можно будет присоединять совершенно разные насадки, потому что стандартизируют... А потом, чтобы работал с разными скоростями... или, скажем, с управлением на расстоянии, или чтобы сам в себя продукты складывал или шел мыться. Да как угодно его можно улучшать! У нас на рынке постоянно появляются последние... то есть каждый раз новые версии уже придуманных ранее артефактов.

– Зачем так? – с недоумением смотрел на нее Лайн. – Если можно сразу все продумать и сделать одну самую лучшую версию?

Теперь Мила на него смотрела с недоумением, не находя слов.

– Затем, что... Да потому что...

Как же сложно с этими магическими созданиями обсуждать такие простые и понятные технические моменты!

– Потому что самых лучших версий не бывает! Не может быть в принципе. Потому что развитие – это постоянный процесс. Который, раз начавшись, никогда не останавливается! – пыталась объяснить она. – Это как, например, вот... если семечко проклюнулось, то разве можно потом остановить росток? Нет, оно будет расти и расти... станет деревом... потом большим деревом... с множеством веток, и на каждой большой ветке будут расти другие поменьше и так далее. Так и версии любого технического изобретения – если оно оказалось нужное людям, то потом будет постоянно развиваться и расширяться по функциям. Во время испытаний жизнью. Нельзя придумать что-то самое лучшее, если изобретение не вышло из мастерской! И чем больше народа им пользуется, тем больше идей...

– Не сравнивай росток дерева и артефакт!

– А почему нет? Разве что росток развивается по порядку, заложенным в него природой, а технологии... артефакты так, как того хочет человек.

– Ха! – почему-то рассердился Лайн, сжимая кулак. – Артефакты – это тебе не рецепты яичных блюд, Милдред! Которые ты постоянно изменяла, лишь добавляя или заменяя одно на другое! Это гораздо, гораздо сложнее...

– Да не вижу разницы! Рецепт омлета или устройство той или иной штуки – принцип один! Именно так все делается! Шаг за шагом, добавляя или меняя что-то одно, потом другое и так далее – только так создаются улучшения или даже принципиально новые вещи... неважно – рецепты или изобретения! Люди начали хранить продукты в земляной яме во льду, который собирали зимой и пытались растянуть на все лето. Потом меняли что-то постепенно, но постоянно – да, как и рецепты омлетов! – и сейчас наши морозильные шкафы, которые вообще без льда сами создают холод разных температур в разных отсеках для разных продуктов... Знаешь, что сейчас они могут?

– Что? – фыркнул Лайн.

– Могут сами заказывать продукты, которые закончились у них внутри!

– Ты лжеш-шь, человеч-чка! – рявкнул взведенный айн, вцепившийся в подлокотники кресла так, что на его костяшках и без того светлая кожа еще больше побледнела.

– Кхм, она не лжет, Лайнфаэр, – с удивлением в голосе вклинился Моррокей, о котором они уже забыли. – Или сама в это верит. Мила, у тебя был такой охлаждающий шкаф? И кому он заказывал продукты, если слуг, как ты говоришь, вы обычно не нанимаете? У вас даже шкафы разговаривают? Вы настолько любите болтать? Даже с вещами, которые вас окружают?

Да уж, не понять такие обыденные – для иномирянина – вещи всяким тут сказочным эльфам и драконам!

– У меня не было, такие версии шкафов очень дорого стоят, но они существуют. Причем в разных... э-э, мастерских их делают. То есть разные люди одновременно придумывают разные способы, как ту или иную идею воплотить. И шкафы не разговаривают... хотя некоторые модели вполне возможно... а отправляют список товаров в удаленные лавки... – девушка расстроенно махнула рукой. – Ой, да что я вам объясняю! У нас вообще много чего бывает такого, что вы даже в самых смелых мечтах не вообразили бы. Потому что мы, люди... м-м, тоже очень любопытны. Только мы всё, что нам интересно, берем и создаем... быстро и сами!

– Но так плохо, что потом приходится переделывать заново, – едко прокомментировал Лайнфаэр.

– Не заново! И не переделывать, а дальше развивать. Потому что у нас, людей, фантазии гораздо больше и воображение живее, чем у других... зазря возомнивших себя лучшими.

– Тихо! Оба! – рыкнул Моррокей так, что аж стекла в окнах жалобно звякнули.

– Милдред, ты действительно слишком много говоришь, зачастую лишнего, – потяжелел желтый взгляд дракона, которым придавили девушку. – И раз тебе так нравится трещать... Начни с самого простого – опиши свой дом в подробностях. Какие у тебя были артефакты и что они делали?

Что ж, сами напросились.

И чем больше рассказывала Мила, тем задумчивее становились мужчины.

Правда, в итоге они решили, что в ее мире вот такая магия, особенная. Лишь потому, что Мила не смогла толком объяснить принцип действия электричества и откуда оно берется? Объяснения, что от силы воды, ветра или огня им не подошли. Первородные решили, что люди каким-то образом совладали со стихийной магией и научились копить ее силу в предметах! Ну чушь же!

Или они готовы поверить во что угодно, кроме того, что люди бывают умнее их рас и в состоянии развить собственную науку? Но зато даже дракона, наконец, проняло, насколько в ее мире у людей много доступных всем "артефактов".

А Мила поняла, что с этим миром они разнятся еще в скоростях.

Люди ее мира действительно спешат каждое улучшение или идею воплотить и успеть им насладиться. В отличие от айнов, которые над созданием каждого артефакта готовы сидеть год или даже несколько лет. Им-то что – живут долго, могут себе позволить.

И да, айновские артефакты как произведения искусства – идеальны даже в форме и декоре воплощения. В то время как людям главное удобство и функционал. Поэтому люди готовы даже простой шуруповерт в итоге превратить в супер-пупер агрегат с кучей насадок, которыми можно не только шурупы крутить, но... чуть ли не звездолет "на коленке" собрать. Или разобрать. Айны же если взялись делать какой-то типовой артефакт, то ни за что не отойдут от прототипа или задуманной идеи. Никакой "отсебятины" или новой функции! Зачем? Ведь для других целей есть другие артефакты.

Вот же... нелюди! Никакой у них фантазии! Ни одного проблеска дерзкой инициативы.

Так что не удивительно, что в мире, где людям воли не дают, до сих пор все ездят на лошадях и телегах!