Глава 13 · Второй таверне в их сети быть! И первый жених?

В Дарлетхе они в итоге застряли на пару недель.

Зато у Дрыха теперь будет своя таверна!

Вернее, как своя: в доле с тем самым Мистер Ужасные Шрамы, которого на самом деле звали Нагкаш. Ух, как намаялась Мила с правовой стороной дела! Да что там — даже просто объяснить оргам, что к чему, было ужасно сложно. Как и понять истинный смысл их слов. И проблема была не в сложностях перевода на санайский язык.

Потому что «давать вам таверна» означало лишь то, что их пустят на свою территорию. Мол, ваши могут без проблем в дальнейшем приходить сюда и останавливаться. Только Мила собиралась в таверну вести не «своих воинов», а «своих клиентов» — то есть кого угодно по расе, всех мимо проходящих с улицы. Только Нагкашу, который и оказался владельцем постоялого двора, и без инорасников хорошо было, им хватало того, что давали приют оргам своей и дружественных им общин.

То есть пускать на «свою территорию» всех других, тем более людей, эти орги не хотели. Приходилось Миле вновь и вновь объяснять не столько про доходность общепита, сколько про то, что место скопления самых разных постояльцев — это в первую очередь тренировочная площадка для молодежи. Потому что она одна мало чему может научить — ее просто на всех не хватит! А также это место получения информации, которое именно они будут контролировать.

Но орги не собирались никого кормить да еще с номерами возиться.

— Наймете двергов или кого-нибудь еще, — про людей Мила промолчала. — У Душары на кухне тоже двергини работают. Так даже лучше, они… — «послушнее и внимательнее» удержала за зубами. — … будут готовить еду по моим рецептам, не по вашим.

— Мы тут есть, — категорично заявлял один из переговорщиков.

И Мила его понимала. Во многих местах оргов не пускают даже на постой, тем более их национальную еду не готовят, так что это место для них «свое». Спокойное место для отдыха и «своей» еды в шумном, чужом городе, среди своих же.

— Вокруг вашего двора полно свободного места, займем еще. Здесь, в здании будет прием всех желающих, а позади сделаем более удобный… я хотела сказать, просторный двор для своих. Чтобы чужаки там не попадались на глаза доблестным воинам и не мешали отдыхать. И чтобы там были подходы с разных сторон, не только с дороги. Чтобы можно было по-тихому уходить и приходить, да?

Нагкаш темным взглядом опять сканировал человечку, принюхивался.

— Ты не маг. Не воин. Откуда знать?

Что наемники, то есть любые воины, любят, чтобы было побольше отходных путей из мест их дислокации? Из фильмов родного мира, но об этом не рассказать.

— Она грын, — отваживался вставить свою реплику Горм.

Но чужие орги не верили, что она — «говорящая с духами». Даже когда узнали, что это именно она была «той самой человечкой ыарнерой», о которой слух по оргским общинам все же разошелся. Мила тоже не настаивала, все же магом она себя не чувствовала.

Тем не менее аудит заведения нужно было сделать, чтобы понять, а стоит ли вообще с этой недвижимостью связываться. Мало ли, может, у них долгов по налогам больше, чем стоимость всего двора. Но как этот сделать в здешних условиях, попаданка не знала. Поэтому решилась написать через свою почтовую шкатулку несколько вопросов лорду Качевайн, «желтому» дракону.

Тот, уточнив несколько моментов, написал коротко: «Жди. Пришлю тебе в помощь знающего».

«Знающего» в каком смысле? И сколько ждать? Ведь даже верхом пока доскачешь из соседнего города, а из соседней провинции тем более.

Однако уже утром следующего же дня мальчишки нашли ее с воплями: «Дракон прилетел!».

Мила вначале подумала, неужели Шанитир соскучился и решил ее навестить, однако нет. Во дворе, где подскочили местные орги, нашелся незнакомый ей представитель высшей расы. Это точно был дракон. Потому что, во-первых, человек бы не рискнул так нагло зайти во двор, полный оргов. Во-вторых, когда крупный, но статный мужчина повернул голову в ее сторону, то его глаза полыхнули светом.

Желтым светом.

Однако для оборотня слишком уж высокомерный вид у него был. Слишком роскошный наряд. Оборотни хоть и любят порой прихорошиться, но не настолько пижоны. У этого же шитый по фигуре костюм из дорогой ткани, расшитый жилет, позолоченные пуговицы, тоже поблескивающие на солнце. Позолоченные ли?

— Человечка Милдред Питер, — протянул мужчина, разворачиваясь к ней всем корпусом.

Не вопросительно, он не спрашивал, он знал.

Смерил ее взглядом, от растрепанной косы до пропылившихся сапог, искривил свои в меру полные, вполне красивые для мужчины губы. Красивые губы у более чем красивого мужчины…

«Тьфу ты!» — тряхнула головой девушка. И пусть считает это согласием.

Да, это она, Милдред. А кто он? И почему присутствующие здесь же оборотни тоже кривятся?

Ах, да! Внешне он очень похож на «желтых» драконов, от которых она ждала посыльного — и волосы русые, и эти желтые глаза, и даже костюм цвета мокрого песка. То есть он — чужак на землях их босса, «черного» дракона?

— А вы от лорда Качевайн? — на всякий случай уточнила девушка.

Вуггерс, вышедший вперед, еще больше скривился.

Дракон плавно двинулся в ее сторону, игнорируя всех остальных во дворе. И как красиво он двигался! Хищно, напористо, но при этом столь гармонично, что… Пока ловким движением не достал белоснежный платочек с кружевом и не приложил демонстративно к носу, не дойдя нескольких метров до девушки.

Милу словно холодной водой окатили. Или даже… помоями⁈

Это что за демонстрация столь ужасного… пренебрежения? Презрения? Она точно не пахла, каждый вечер заказывала горячую воду в номер, но этот гад так подчеркивает… ее ничтожность? По сравнению с ним, таким великолепным… змеюкой подколодной⁈

Зачем тогда приперся, если настроен столь категорично по отношению к людям?

Когда мужчина подошел на расстояние вытянутой руки, девушка уже поджимала губы, чтобы какое крепкое словцо не сорвалось ненароком. То есть пахучие умасливания оргов, которыми те любили натираться, он не заметил, запашок шерсти от оборотней сквозняк ему до породистого носа не донес, а человечка через полдвора якобы воняет⁈

Но нет, не сдержалась.

— А вы счетовод, которого мне обещали? — постаралась, чтобы голос звучал если не вежливо, то хотя бы равнодушно.

Желтые глазищи змея полыхнули, на какой-то миг зрачки пугающе дернулись в вертикальную черту. Где-то в стороне хмыкнул кто-то из оборотней.

— Моррокей из рода Качевайн, — вибрирующе процедил чешуйчатый гад, вернув зрачкам круглую форму. — Но ты, человечка, обязана обращаться ко мне милорд и «Ваша милость».

— А можно Вашу милость заменить на какую-нибудь другую, более… милостливую к людям? Думаю, лорд Качевайн не откажет мне в такой малости, м-м, в другой милости.

Потому что с этим они вряд ли сработаются.

Массивный мужчина сделал еще плавный широкий шаг в ее сторону. Краем глаза Мила успела отметить, как оборотни, да и Дрых подались к ним.

— Ты! — зрачки в глазах нависавшего над ней нелюдя опять вытянулись вертикально. И мужик выплюнул, яростно выдыхая: — Отказывайся. Сама.

Не отводя от него глаз, Мила взмахнула в сторону рукой, чтобы их сейчас не прервала почти добежавшая охрана, потому что нечто такое…

Дошло!

Ведь лорд Качевайн раньше намекал ей, предлагал кого-то из внуков! Чтобы породниться! Ему хотелось иномирянку заполучить с каким-то ее якобы даром, и он нашел повод, чтобы действовать?

То есть сейчас, при первой же возможности, подсунул ей вроде как для помощи, но кого-то из тех кандидатов?

А этот мужик… да какой он мужик, вполне молодой, особенно если бы побрился… И этот чешуйчатый парень в курсе, что его прислали на отбор… к человечке? Тогда, конечно, он будет в ярости!

Как так — его великолепнейшего, полноценного дракона, сватают какой-то людишке, какой-то букашке из низшей расы. Есть отчего расстроиться.

Губы сами расползлись в улыбке.

— У меня есть предложение лучше, Ваша милость. А давайте… — девушка покосилась на зрителей. — У вас есть артефакт тишины? Потому что уединяться с вами не хочу, чтобы не пришлось потом на вас… за вас замуж выходить. Но обсудить кое-что нужно.

Поймет ли змеюка намек?

Понял. Щелкнул пальцами, на которых, как оказалось, еще крупные перстни были. Снисходительно изрек, поясняя ей: «Полог тишины установлен».

Нет, такой пижон ей точно не нужен!

Поэтому Мила коротко и ясно донесла свою позицию: она в курсе, чего хочет лорд Качевайн. Но она замуж за дракона не хочет. Однако чтобы не расстраивать уважаемого лорда отказом от той помощи, которую он та-ак великодушно предоставил ей, ничтожной человечке, давайте сделаем вид, что нам, Ваша милость, вместе хорошо и дружно? Потому что пока мы вместе, нас трогать не будут. А если разбежимся, то кто знает, кого следующего нам обоим подсунут кто знает с какими планами. И как скоро.

Уф, сказала! Но почему драконище молчит? Смотрит своими желтыми глазищами, в которых зрачки практически мигают: то и дело то вытягиваясь в линию, то сжимаясь до круглых маленьких кружочков.

Она же за это время, пока он молчит, успела много чего надумать. Что изначально ошиблась, и лорд Качевайн уже ничего от нее не хочет. И этот дракон здесь не из-за сводничества. Что подобное, будь даже правдой, ни в коем разе нельзя драконам в лицо говорить, а то этот уже копит свой метан на огненный плевок или что там…

— Что именно ты знаешь? — не сразу, но соизволил процедить в ответ мужчина.

Фу-ух, или нет? В чем-то она права?

— Что я ценная человечка? Очень ценная, особенная и, скорее всего, неповторимая… во всем вашем… мире. Даже в глазах вашего дедули ценна. Ой, или вы ему не внук? Просто вы, Ваша милость, так молодо выглядите… то есть вам бы еще жить и жить… на свободе, то есть неженатым.

Прищурившись, высокородный… нет, все-таки он гад, пусть и в биологическом смысле, смотрел на нее так въедливо, словно хотел на атомы разобрать.

— И я обещаю не приставать к вам, Ваша милость. Вернее, не приставать с неприличными предложениями. От вас мне нужна только помощь с местными законами и бюрократией, насчет этого у меня много вопросов. Поэтому у нас будет достаточно поводов для общения, но так, чтобы ни один холостой… никто не пострадал, — поспешила добавить Мила, пока дракон не отказался. — Но если кто-то вдруг будет интересоваться, то мы скажем правду: что мы очень… очень активно общаемся.

— Какой у тебя дар? — опять с задержкой на подумать поинтересовался мужчина.

— Не знаю, — честно призналась попаданка, драконы же все равно чуют ложь. — Еще не разобралась.

Этот дракон опять скривился. Но белоснежный платок от лица убрал. Еще раз внимательно, очень дотошно оглядел стоящую перед ним девушку, игнорируя, что за его спиной все больше оргов собирается. И не все с добрыми выражениями лиц.

— Ладно. Уступлю тебе… на этот раз, — соизволил ответить первородный.

«Уступит ей»⁈ Ладно, она тоже не будет придираться к его словам. Обещала же общаться «хорошо и дружно». Главное, что ситуация сворачивает, куда ей надо.

— Но не надумай себе ничего лишнего, — опять недовольно свел брови первородный, видимо, заметив, что она заулыбалась. — Ты, человечка, недостойна даже постель мою греть, не говоря уже о…

— Хвала богам! — не сдержала радости Мила. — Вы мне тоже не нравитесь как мужчина, поэтому мы точно сработаемся!

Как же полыхнули глаза у дракона! Как придавило ей плечи и грудь будто бы воздушным прессом!

— Ой, прошу прощения, я неуклюже выразилась. Что с меня взять — глупая человека, — зачастила Мила. А то сейчас точно от кого-то лишь мокрое место останется. Точно глупая — придавила дракону… хвост. — Я имела в виду, что ценю вас в первую очередь как очень умного… — скрестила за спиной пальцы. — … много чего знающего… не то что я. Вы, Ваша милость, поделитесь со мной своей мудростью? Хотя бы ее крохами?

В итоге дракон все же согласился. Хотя и кривил высокомерно свою физиономию.

А дальше понеслось! Дракон оказался действительно умным и много чего знающим. А еще — обладающий достаточной властью и напором. Поэтому всю нужную информацию он быстро получил от местных чиновников, хоть и был «залетным» драконом. Достаточно было с ним тоже подписать магический договор о том, что он, Моррокей из рода Качевайн, представляет интересы как Милы, так и… оргов.

На второе уговорить его было сложнее. Гораздо сложнее.

— Чтобы я… — начинал шипеть дракон.

— Официально в вашей великой империи все расы равны, — уговаривала его Мила. — Так почему дракон не может выступать законником от лица оргов…

— Может, и равны, но только после нас, драконов! — полыхал глазищами ящер.

— … и прогибать всех, даже чужих драконов на чужой территории…

— Что? — наклонял он голову, начиная прислушиваться.

— В городской управе, я слышала, драконы тоже работают. То есть люди… тьфу ты, путаюсь с вами… первородные под крылом чужого герцога. И если бы не мы с таверной оргов, то разве, Ваша милость, будет у вас еще такой шанс пошалить на землях черного дракона? При чем так, чтобы вам за это ничего не было? Конечно, если вы все в рамках закона делаете…

Моррокей прищуривался.

— Как-то ты все… по-своему выкручиваешь, чужачка. По-странному.

Из-за того, что вокруг постоянно крутились ушастые орчата, да и волки в охране не дремали, наедине их практически не оставляли, то желтый дракон так обзывал человечку, когда подчеркивал ее иномирность. И да, он знал о ее происхождении.

— А представьте, в каком расстройстве будут другие крылатые в местной управе? От оргов они могли отмахнуться, но должны будут предоставлять отчеты чужому…

— Ты прекрасно поняла, о чем я, — перебивал ее Желтый. — Оскорбила всех первородных сравнением с людьми, меня и заинтересовала, и сразу же усомнилась в моих умениях. Мне в лицо посмела сомнения высказать. И все лишь парой фраз. Скажи, почему я еще не свернул тебе шею?

Орчата, ее верные телохранители, заметно напрягались рядом.

— Потому что вам это нравится?

Но отвечая, Мила сдвинулась в сторону от собеседника. А то кто знает этих динозавров.

— Ты. Намекаешь. Что. Мне. Нр-равится… Начинаешь… Ты⁈ — почему-то начинал взрыкивать тот.

Жаль, что драконы настолько легковозбудимые. Чуть что, готовы видеть подвох во всем, поэтому и психуют сразу.

— Нет! Вам нравится доставать чужих драконов. Или сама ситуация… — замирая на месте, чтобы не дразнить зверя убеганием, старалась вежливо, спокойно отвечать человечка. Хотя какое спокойствие рядом с молодым драконом может быть? — А значит что? Что вы еще слишком молоды… чтобы жениться. Только если вы свернете мне шею, то лорд Качевайн, скорее всего, расстроится. И вот точно в целях наказания вас женит! На какой-нибудь драконице, которая живет очень долго, значит, сможет долго изводить уже вас самого…

— Гр-р! Может, оставить тебя Шанитиру?

— Оставьте, — покладисто соглашалась Мила. — Но вначале давайте ему… и его подчиненным потреплем «нервы» с оргскими тавернами?

— Что потреплем?

— Ой, а это… я бы хотела и мальчикам тоже рассказать. Давайте сделаем перерыв на еду и отдых? И на пару рассказов от меня о «нервах» и другом?

И да, теперь рядом с ней было больше мальчишек, вторая община своих ей быстро выделила. Официально — для помощи человечке в повседневных делах и ее защите, неофициально — для обучения подростков. Неофициально, потому, что оргам тоже было сложно так сразу признаться, что им от «слабой» человечки что-то ценное нужно.