Глава 10

Марша собирала свои вещи. Движения были резкими, дергаными, поэтому получалось плохо. Но девушка пылала желанием поскорее уйти подальше от "парочки предателей". Картина, увиденная ею на погосте, никак не хотела покидать ее голову. А после таких ярких и неприятных снов, тем более. В общем настроение у Марши ушло в глубокий минус. За всем этим из кустов наблюдали парни. Они были не в духе по трем причинам.

Первое: ранняя побудка. Легли они почти под утро и совершенно не выспались в отличие от девушки. Второе: с похмелья болело все тело, да и сон на земле не способствовал хорошему самочувствию. Третье: им влетело от Марши ни за что, ни про что. Они же не виноваты, мало ли кто к ним под бок подлез. А о том, что грудастых нимф сотвори они

сами, как-то забылось. Поэтому гнев их был почти праведный. Но вот идти к Марше и выяснять отношения как-то не хотелось.

Чуть поодаль, так же за кустами, огораживающими полянку лакеров, но на ветке, стоящего неподалёку дерева, пряталась пара мелких крылатых карапузов. После эпичной побудки, они ушли в невидимость и вовремя, надо сказать. А то досталось бы им на орехи, мама не горюй. Тихо похмеляясь, они чесали репу, как быть в такой сложной обстановке? Эта неугомонная троица, что им досталась по разнарядке, никак не хотела нормально влюбляться. Ну и конечно спор. Эти мелкие давно соревновались за звание "Сотрудник месяца". А тут такая задача, одна девушка и двое парней.

Оба амура видели, что ситуация подходящая и если правильно подмаслить Маршу, то она сделает выбор в пользу одного из парней. Но мелкие шкоды не спешили. В такой сложной обстановке надо иметь светлую голову, которой сейчас как раз и не было. Да и наломать дров впопыхах можно еще сильнее. Поэтому они пока наблюдали и лечились. Ну и что поделать, если лекарством оказалась мухоморовка. Что было под рукой, тем и похмелялись.

Еще, чуть в стороне, сидели две потрёпанные девицы и зубоскалили. В отличие от остальных, они были рады, что эта истеричка решила уйти. Парни девчонкам понравились, и они очень хотели, чтобы те остались здесь, с ними. Нимфы уже не помнили, о том, что недавно были призраками, как забылось и то, что одна из них, вообще мужчина. А вот уже за всем этим, наблюдал один побитый кровосос и думал, что ему делать и как быть.

Погост давно стал его домом. С лакерами был заключен взаимовыгодный договор. Все дело в том, что когда-то перевертыши были обычными пушистыми зверьками. На них охотились ради меха. И вот однажды, их далекий предок, спасая свою жизнь и мягкую шёрстку, так хотел спрятать ее, что его вывернуло наизнанку. Эта метаморфоза отпугнула охотника, и он убежал прочь. С тех пор и появились перевертыши. Время шло, стая разрасталась. Видоизменение, что произошло с первым лакером, не было последним. Изначально они были травоядными и безобидными, собственно такими и остались, но с небольшим “но”, не для всех. Со временем зверьки обнаружили, что чуют магию и не просто чуют, а распознают ее на вкус. Она-то и стала их дополнительным источником питания. Вернее, носители магии, а еще точнее, сама магия, заключенная в магах, была лакомством для этих разумных существ. Но, опять это вездесущее “но”, не все охотники были магами! Вот тут-то и появился наш кровосос.

Лакеры нашли умирающего бедолагу. Рана, плюс истощение, сделали свое дело и нежить почти издохла. Они, то ли пожалели его, то ли сразу просекли выгоду. Но пушистики приволокли кровососа на погост вблизи своего жилища и выходили. А после стали заманивать туда сталкеров, умело пользуясь своей магией. Лакеры выпивали досуха магию, а вот тело с живительной кровью доставалось кровососу. Больному и истощённому, щуплому, трусливому и ранимому существу. Байки же, что активно поддерживали и плодили они совместно, давали защиту как пушистикам, так и кровососу.

И вот теперь, он не знал, как быть, оставить насиженное место, или подождать пока эта троица уйдет. Сытное житье терять не хотелось, да и какая-то защита, тоже была. К размышлению добавились и две нимфы, что так злорадствовали неподалеку, привлекая его внимание.

Но мы забыли про еще одних персонажей. Личи не стали прятаться, а направились целенаправленно к девушке. Они чувствовали вину за произошедшее. Парни дали им жизнь пусть и нежитью, но всё-таки жизнь. Да и то, что один из них ушел вслед за сталкером вместе со Снежком, надо было рассказать. Подойдя к Марше, они синхронно схватили ее под руки и заговорили по очереди, да так слаженно, что девушка не успевала крутить головой от одного к другому.

— Так, барышня, слушай сюда!

— Парней не вини, все случайно вышло.

— Да и за что винить, весь вечер только о тебе и говорили.

— Ты лучше голову то им не дури.

— Жалко парней, хорошие они.

— А ты ведь поиграешь и бросишь.

— Видно же, что у тебя к ним несерьезно.

Марша так опешила, что ошарашено молчала все это время, но от последних слов скелета пришла в себя и сбросив их костлявые пальцы уперла руки в бока.

— Какое сказочное свинство! Это у меня-то не серьезно, это я им голову дурю?

— А что серьезно? — тут же спросил один из скелетов, и девушка захлопнула ротик, что уже открылся для новой волны возмущения.

Марша задумалась, а и правда, что у нее? Так и не найдя однозначного ответа, мотнула головой.

— Ладно! А где они сами и почему я не вижу вашего третьего? — перевела разговор в иное русло девушка. Скелеты же махнули рукой в сторону парней в кустах.

Ребята, с круглыми глазами наблюдавшие всю эту картину, зашевелились. Михей, поняв, что их рассекретили, ткнул друга локтем в бок и просипел.

— Улыбаемся и машем! Мы мягкие и пушистые, — показывая пример товарищу по несчастью, глупо лыбился и помахивая рукой, продолжил, — и вообще самые лучшие на свете, правда же?

— Не то слово, — пробормотал Ник и выбираясь из кустов, состроил умильную мордашку побитой собачонки.

— Марша, ну чего ты злишься? Не виноватые мы, они сами пришли! — сделал он еще пару шагов в ее сторону. — И вообще, нашла к кому ревновать, ты их хорошо рассмотрела?

Мелкие проказники, по очереди прикладывающиеся к бутылке и с умилением смотрящие на это действие, чуть не подавилась. Скелеты, что поощрительно кивали, стали маячить за спиной девушки, чтобы Ник заткнулся, но было поздно.

— Я ревную? — взревела Марша.

— А что с нами не так? — выскочили из кустов девицы.

— Шо, опять? — простонал кровосос.

В следующий момент произошло сразу несколько действий, и все повлекли за собой череду событий.

Девушка вспыхнула факелом, скелеты, что кинулись к ней, отлетели даже не прикоснувшись. С ветки, на которой сидели мелкие, голопопые хулиганы, упала бутылка, аккурат на макушку кровососа. Тот, от неожиданности, схватив обидчицу, сиганул к девицам, загораживая их своим щуплым телом. Что удивительно, но те, с визгом, постарались спрятаться за непредвиденным заступником. Парни, не сговариваясь, бросились к Марше, а с ветки сорвались мелкие шкоды, на лету натягивая тетиву.

— Жить, как говорится, хорошо!

— А хорошо жить - еще лучше!

— Точно! Поэтому полежим пока тут, — поудобнее устраиваясь, проговорил один из скелетов.

И они полежали, потом еще полежали, и еще. Пока по поляне не разнесся жуткий рык:

— Всем стоять! Шаг — влево, шаг — вправо, считается побегом, прыжок на месте рассматриваю как попытку улететь! — все замерли и уставились на грозного лича и Снежка в трансформации.

* * *

По зоне шел сталкер. Его движения были осторожны. Он внимательно оглядывал окрестности и замечал все изменения, произошедшие с прошлого раза. Мужчина не был новичком здесь, поэтому не понаслышке знал обо всех ее ужасах. И седые волосы появились, у еще не старого мужика, не просто так. Он частенько сам придумывал страшилки, сидя за кружечкой эля, или чего покрепче, вгоняя в ужас слушающих его простачков. Но лучше уж так, чем дураки полезут в зону и пропадут тут навсегда. Он насмотрелся здесь всего и многое понял для себя в этой жизни.

Когда Суко Висглярус послал за ребятами своих прихвостней беспредельщиков, он напросился сам в их компанию. Он не потерял еще чувство справедливости, да и где-то глубоко внутри в душе, ему было жалко этих ребят. Молодые, по пьяни ввязались в глупый спор, опытным сталкерам не пристало посылать сосунков на верную смерть. Но видать сильно зацепили они Суко, что тот решился не просто в зону их послать, но и удостовериться, что они там сгинут.

Сам Суко с ними не пошел и седому это было на руку. Те отморозки, что отправились за троицей, больше на словах были круты. И когда они послали седого в разведку, а сами решили переждать в схроне, он не удивился. Наоборот, он чего-то подобного и ожидал. Меньше свидетелей, а он сможет проследить за ребятами. Оставив мужиков в схроне, оборудованном в корнях старой сосны с запасом еды и выпивки, он спокойно ушел...

Теперь, возвращаясь назад к своим “подельникам”, он мог бы многое им рассказать из того, что видел. Мог бы. Только ведь все можно преподнести по-разному. Для себя седой все решил. Выйдя из-за пригорка, он увидел схрон и уже достаточно теплую компанию для того, чтобы внимать и верить всему, что он хотел сейчас навесить им на уши.

— Мужики! Какого я страха натерпелся! Дайте горло промочить и нервы успокоить, — ему сунули бутылку с остатками пойла. Седой присосался, делая глотательные движения, но не пропуская в горло жидкость. — Они ж, заразы, магами оказались. Прыгают по зоне как кузнечики, ели выследил. Но лучше бы не делал этого.

— Да что они могли такого сделать, что опытный сталкер так трясется? — с издевательской ухмылкой проговорил один из отморозков.

— Подчинили стаю лакеров. Теперь те их охраняют. Я их видел, вот как вас! Как они меня не учуяли — не знаю. Я ведь за ними до логова ихнего дошел, — передернулся от жутких воспоминаний и сплюнул.

Сталкеры обменялись взглядами:

— Да брешешь ты, быть того не может, чтоб после встречи с лакером кто-то остался живой! — не поверил самый молодой, с менее тупой мордой.

— Клык даю, — седой дал щелбана по своему верхнему клыку, — клянусь, век в зону не ходить! — поклялся самым страшным, что может произойти со сталкером. Потому что, побывав там, они уже не могли оставаться вне ее. Зона звала их.

Молодой в ужасе приоткрыл рот, а двое сторожил хмуро переглянулись. Дело, которое им поручил Суко, похоже становилось провальным.

— Рассказывай все, — велел старший. Седой сел. Самое главное он сделал — заставил их слушать, а дальше... язык его никогда не подводил.

— Ну, дык, я и толкую. Маги они. Ловушки обходят, а то и вовсе, они перед ними разряжаются. Но мимо лакера не прошли. Он их, как обычно, заманивал. А она, дура, за ним бросилась ловить. А пацаны, за ней. Не поверите, бежали не смотря под ноги! А все ловушки и аномалии, разряжались и схлопывались сами перед ними, словно боялись, что в них кто-нибудь из этих ненормальных попадёт, — он вновь приложился к бутылке, изображая глоток.

— Я ж за ними потом как по прошпекту шел, ничего не опасался. До самого логова стаи дошел. А там девка как вцепится в мелкого и давай орать: “Ты мой, теперь мне служить будешь!”, да как давай раскидываться шарами огненными, жуть! Я в кустах чуть не обосрался. А лакеры так тоже не просты, перекинулись. Да кудыть им? Девка хохочет демонически и давай их гонять, а там и парни подоспели. Всех скрутили, да те и поклялись им служить. А потом они на кладбище пошли. Ну и я по-тихому за ними. Пока дошел, а там еще хлеще. Я такого страха натерпелся, аж жуть! Тот, что адепт великого Ёкарныйбабая, оказался некромантом! — седой вроде как в испуге, вытаращил глаза, а сталкеры, уже веря всему, что он говорит, чуть отшатнулись от него.

— Так он, как зыркнет краснющими гляделками, как гаркнет: “Восстань и подчиняйся!”, так вот я там, уж второй раз чуть не обделался. И ведь поднял кладбище! Ох, мужики, жуть-то какая. Стоят скелеты, сверкают потусторонним светом из глазниц и подчиняются ему. Рукой махнет - влево идут, другой махнет - все крушить вокруг начинают. Страааху-то..., — протянул он, зажмурив глаза и показывая, как страшно.

— А потом ваще непотребства начались, заставил он тех скелетов трахать друг друга. А сами сидят, хохочут, потом и девка пришла, так там вообще, что началось, фу прям, — прикрыв рукой глаза, — вспоминать страшно, страшно и мерзко, — седой снова сделал вид, что прикладывается к бутылке.

— А этот... кудрявый... и того хужее, — все внимание сталкеров было приковано к рассказчику, и никто уже не следил за тем, что происходит за пределами схрона. А жаль.

— Так вот, этот патлатый превратил призраков. Ну там на погосте некромант нашел парочку, когда им непотребства со скелетами надоели, — и, сделав поистине театральную паузу, продолжил. — Так он их в баб превратил. Таких. фигуристых, — показал на себе в каких местах.

— Да, лааадно, — отмахнулся долговязый, — эт ты загнул.

— Клянусь! Сиськи — во! — показал опять на себе размер арбузов, — а там, — многозначительно замолчал, — ничего нет.

— Да брешешь! — молодой схватился за грудь и не найдя ничего, сунул руку в ширинку, проверяя все ли там на месте и вздохнул облегченно. Средний, подтянув к себе рюкзак, положил его на колени, а старый только молчал и все больше и больше хмурился.

— Да клянусь, век в зону не ходить! — поклялся седой. — А девка ихняя, разозлилась на парней за баб посторонних. И как давай гонять всех своими огненными шарами. Всех скелетов разметала, этим новодельным бабам космы подпалила, пацанам чуть все их достоинство не сожгла! Бабы визжат, а она им как бац, а там. Вжух со второй руки в скелеты. Те так и поразваливались. Грохот, взрывы, огонь, визги. Жуть! Я думал, если она меня найдет - живым не выберусь. Токо чуть поутихло и я к вам бежать.

— Ребя, тикать отсюда надо. — не выдержал молодой, — вот жопой чую, не кончится добром этот наш рейд.

— Цыц, малец! А Суке, ты что скажешь? — хмуро ответил старший. — Мы ж, считай, завалили его заказ.

— Да какой заказ? Правильно малой говорит, валить надо отсель! — поддержал сообщника долговязый. А седой добавил:

— Дык, жизнь-то дороже. А Суко пускай сам идет, раз такой умный и устраивает разборки с этими магами и лакерами. Мы под такое не подписывались.

— Во, и я про то ж, — ткнул грязным пальцем в седого, молодой.

— Ну ладно. Мне тоже не нравится все это. Да и заплатили нам за простофиль, а не за магов. Уходим, — наконец согласился старший.

Все встали и потянулись на выход из схрона. Но путь к отступлению им заступил скелет с милым пушистым зверьком. Лич стоял, сверкая потусторонним светом в глазницах. Сталкеры сделали плавные шаги, пытаясь его обойти, когда он резко поднял руку и проскрежетал:

— Как говорил один мой знакомый... покойник... "Я слишком много знал". С такими знаниями не уходят из зоны. За них расплачиваются, — и после небольшой паузы, добавил зловеще, — кровью...

Кто-то завизжал по-бабьи, кто-то орал матом. Но три сталкера рванули в разные стороны, не сильно волнуясь за своих подельников. Седой молча стоял на месте, если бы он уже не был седым, то поседел бы сейчас.

Скелет покрутил головой, оглядывая скачущих как зайсы сталкеров и радостно прыгающим за ними Снежком и повернулся к нему.

— Ну, а ты чего? — спросил нормальным голосом и подмигнул. Как это получилось у него сталкер не понял и во все глаза уставился на лича.

— Я это, того, а что? — сиплым голосом бледнея спросил седой.

— Ну раз того, то иди уже не обидим. Мы нежить с понятием, нормальных не трогаем! — и поворачиваясь уходить. — Да, ну ты это. Ты заходи, если шо. Только выпивку приноси с собой. Посидим... за жизнь побалякаем.

Через несколько часов седой был в городе. Пил он в тот день много, а страшные байки слушал весь трактир. Из этого рейда кроме него, вернулся только молодой. Он, заикаясь, тоже рассказывал про ужасы, которым был свидетелем. Двое других так и не вернулись. Дураки на зоне долго не живут, вот и еще пара отморозков сгинули. Но это не трогало сердце седого, он вспоминал лича и думал, много думал в последующие дни.

* * *

В логове лакеров тем временем проходил большой сходняк. Тут были все. Стая, во главе со старшим, личи, наша троица и невидимые для всех, карапузы, и даже кровосос, к бокам которого прижималась пара девиц. Вопрос был серьезным, поэтому все претензии отложили на потом. Из рассказа Снежка стало понятно, что играть по-честному сталкеры не намерены. Седой, конечно, поступил по понятиям, его многие знали и уважали. Он был старой закалки и относился почтительно как к самой зоне, так и к её обитателям. Но вот то, что удалось уйти молодому, многих не радовало.

— Может сменить логово? — нервно спросил кровосос, но тут вспомнил о девицах и приосанился. — Хотя не думаю, что он сюда сунется, — сделал он вид, что ни капельки не боится, а трясёт его по другой причине.

— Молодого опасаться нет смысла, — проскрежетал лич, — он тут не был, в схроне просидел, да и убегая штаны обмочил. Нет он сюда еще долго не сунется.

— А напомните-ка, чего сталкеры вообще за вами увязались, — спросил дедуля Снежка, что до этого сидел молча и всех слушал внимательно.

— Ну так спор у нас, вернуться с книгой по магии мы должны, — проговорил Ник, грустно вздыхая.

— Кому должны? — переспросил лакер с интересом рассматривая троицу. А посмотреть было на что. Их магические потоки переплетались, создавая странный и непонятный узор.

— Ну как же... — начал Ник и заткнулся, уставившись на друзей, те в свою очередь смотрели на него. А ведь вопрос был с подвохом.

— Похоже только мне, — проговорил грустно Ник и отвернулся от ребят. Ну, а что он еще мог сказать? Михей светлый и вообще не понятно, что делает рядом с адептами темного властелина. Марша? Он судорожно вздохнул и еще сильнее опустил голову, дочь того самого властелина и ему явно не пара.

Ребята задумались, каждый для себя отвечая на этот вопрос, и думы их были разными и одинаковыми одновременно.

— Я знаю куда вам надо, — вдруг уверенным голосом проговорил кровосос, и все внимание переключилось на него, — в заброшенную академию магии вам надо.

Нужно ли говорить, что о печалях забыли все и сразу. Вопросы и обсуждения дальнейших планов потекли рекой. Тщательно расспросив Сиди Скайрреса, а именно так звали кровососа, наша троица составила приблизительный маршрут. Личи наотрез отказались оставаться на родном погосте и решили идти с ребятами. Лишние глаза и уши не повредят. А про себя все подумали, что одна голова хорошо, а полторы лучше и лишним не будет. Девицы в азарте тоже засобирались, но наткнулись на тяжелый взгляд Марши.

— Нет, вы посмотрите на этих мымр, крашенных? Куда это вы собрались? — проговорила девушка приторно спокойным голосом, но в глазах уже плясало пламя.

— Чой-то сразу крашенных-то? Между прочим, это мой натуральный цвет, — обиженно выпалила одна из девиц и благодарно посмотрела на кровососа, который успокаивающе погладил ее по руке. Он все больше нравился девушке: заботливый и вона как на нее смотрит.

— Вот как поступим, ребятки. Вы собираетесь и покидаете наше жилище. Уж простите, но мне племя свое защищать надобно. Сиди, за тобой погост и забота о барышнях. Думаю, они будут тебе хорошими помощницами. Личи, вы с ребятами, раз так решили, но вообще мы будем вам рады, если захотите вернуться. Место всем найдется, — обвел всех задумчивым взглядом дед Снежка и остановил его на внуке.

— Деда, даже не думай, я иду с Маршей! — заявил пушистик и запрыгнул на плечо девушке, привычно обхватывая ее шею хвостом. Старику ничего не оставалась как махнуть на него рукой. Этот непоседа все равно сделает по-своему, даже если его запереть.

На том и порешили.