Тем временем на Илае. Резиденция шестого домена.

— Ангел, угомони свой артефакт, — с заломанной за спину рукой, шипел Повелитель шестого домена.

— Хьюстон, брось каку, — мелодичный голос разнесся по холлу пустого дома, — вот если бы ты не относился к ней как к бездушному артефакту, она бы не пыталась сломать тебя каждый раз.

— Я привык называть вещи своими именами, она бездушная кукла, — Бес поднялся и потер пострадавшую руку.

Повелитель был уязвлен. Эта маленькая девочка в голубом платьице, с большими наивными глазами, каждый раз успевала скрутить мужчину. Как будто она задалась целью унижать повелителя перед Ангелом постоянно. Если бы Бес не был инкубом и точно не знал, что у этого сложного, магически созданного существа нет эмоций, давно бы поверил в заговор. Но эмоций у телохранителя не было, она упрямо выполняла обязанности и охраняла свою госпожу. При этом, раз за разом, игнорируя команду внести Бессира в список друзей.

— Не злись, — Ангелина подошла ближе к мужчине и обняла того за шею. Ее тут же притянули к себе покрепче и впились в губы долгим поцелуем.

— Зачем ты позвала меня, — отрываясь от губ самой желанной женщины на свете, хриплым голосом спросил повелитель.

— Я хотела поговорить, — уткнулась в грудь мужчины Ангелина.

Она чувствовала себя предательницей. Она любила мужа всем сердцем и не думала, что когда-то сможет полюбить кого-то еще. Но Бес был настойчив. Он осаждал эту крепость годами, не давил, но приручал к себе, к своим подаркам, вниманию, к долгим разговорам по душам. Прошли годы, и этот невероятный мужчина стал частью ее жизни. Она уже не представляла, как жить без него. Боролась с собой и своими желаниями.

— Я жду от тебя только один ответ, и ты это знаешь, — ласково убирая выбившуюся прядку из прически, проговорил повелитель, — я жду положительного ответа на свое предложение, жду уже два года, Ангел.

Она знала. Тогда она просто сбежала, не дав ответ, испугалась и своей реакции, и намерений демона. Да, они давно подписали мир, никто из трех миров не ждал нападения, наоборот, все три мира наконец-то объединились и даже породнились. Ангелина улыбнулась воспоминаниям: как же она была против отбора невест и до какой же степени её взбесил выбор сына. Где это видано, императрица из темных? Но её собственный ребенок оказался мудрее и дальновиднее матери. А невестка не переставала радовать.

Удивительно переплетение судеб: ведь только по вине Ангела у Дона тринадцать дочерей и надо же такому случиться, что оба ее мальчика без памяти влюблены и счастливы именно с его дочками.

— Я и пришла дать ответ, — почти шёпотом проговорила женщина, замирая в объятиях любимого.

Бес застыл и даже боялся вздохнуть. Сердце зашлось в бешеном ритме, он чувствовал эмоции любимой, но они были такими противоречивыми. Он волновался до черных мушек в глазах, ведь он поклялся принять любой ответ и в случае отказа, оставить Ангела, не искать с ней встречи. Когда-то он все поставил на кон, бросил свой домен и ушел в академию, чтобы быть ближе к ней. Увлекся работой, стал ректором, но всё-таки основное желание было и есть — она, да, эта невероятная женщина. И если она откажет? Как жить дальше?

— Я слушаю, — легкий ветерок от его дыхания колыхнул локон и зажмурившись от страха и неверия, она ответила:

— Я буду с тобой, — глаза так и не открывала, уловив судорожный вздох мужчины.

— Нет! Мне этого мало, ты выйдешь за меня? — мягкий вопрос, но руки так сжались, притягивая женщину еще ближе, будто он боялся, что она убежит.

— Как говорит пушистый друг моей невестки, “если человек идиот, то это надолго”, — улыбнулась она мужчине. Страх прошел сразу же, как она сказала о своем решении. — Я уже дала согласие, я буду с тобой! Во всем всегда буду рядом с тобой. Неужели непонятно?

— Ты неисправима, мой ангел, даже такой важный и романтичный момент смогла превратить в фарс, — Бес не мог сдержать шальной улыбки, — но за это я и люблю тебя, когда скажем детям?

— У меня нет никаких детей и родственников, я незаконнорожденная, — в испуге выпалила Ангелина и уставилась на смеющегося мужчину, — и что такого смешного я сказала?

— Ты неподражаема, мой светлый Ангел! — поцелуй был долгим, пьянящим и таким сладким.