Глава 13

Стас

— Пап, ну скорее! — Ксюша в нетерпении подпрыгивала на месте. — Дурацкие шнурочки!

— Ты же сама выбрала эти туфли.

— Да, но я же не знала, что это модель Антизолушка. Вот захочешь для принца туфлю оставить и фиг получится.

— Это, Ксюш, чтобы не принимать скорых решений. Пока их развяжешь, может, и передумаешь.

Я, наконец, справился со шнурком, дочь вынула ступню из туфли, маленький камешек полетел на газон.

— Пап, возьми меня на руки, а?

— Тебе сегодня не хватило моего плеча?

— Мы не успеем! Сейчас Грач наговорит Алёне приятностей, поцелует её, и всё!

— Что всё? — усмехнулся я, но взгляд непроизвольно дернулся в сторону парочки.

Грач вроде не проявлял повышенной заинтересованности. Но комплименты Алёне отвешивал щедро. И на протяжении всей прогулки стремился получить официальный статус "орла".

— Второе свидание, пап, и непонятно где! И нас не будет рядом. А Грач ничего так, и он ей понравится ещё больше.

— Так это же хорошо, — выдал я то, что было правильно, но на самом деле мысли о втором свидании Алёны мне совсем не понравилась.

Какое свидание? Пусть сначала вообще определится, что у нее там с мужем.

Я бросил обувную головоломку для развития мелкой моторики рук, поднялся и подхватил Ксюшу на руки.

— Мы должны сами проводить ее до дома. Грачу туда нельзя, — предупредила меня дочь и показательно громко всхлипнула.

— Ой, Ксюш, что-то с ногой? — обеспокоенно встрепенулась Алена, шагнула ко мне и стала ощупывать ногу дочери.

— Да. Камешек её повредил, — жалобно затянула Ксюха. — Совсем не могу идти. Хорошо, что папа с нами, и тебе не придется меня нести. Ты сделаешь мне перевязку у себя дома? К тебе же ближе, — Ксюша сдобрила просьбу жирной порцией отчаяния.

— А может, стоит вызвать скорую? — активировался Грач.

— Нет! — запротестовала дочь. — Алёна всё сделает сама!

Ох и актриса… Я вздохнул, перевел взгляд на Алёну и завис…

Она смотрела на Ксюху так, как смотрят матери на своих детей в момент, когда хотят забрать себе их боль. Без раздражения и страха, но с зашкаливающей заботой и решительностью.

— Ничего страшного, — решил снизить накал я.

— Откуда ты знаешь, папа? Это же моя ножка! — опять всхлипнула Ксюха.

— Миш, спасибо ещё раз! Я позвоню тебе и все объясню. — Алёна быстро пожала руку Грача.

— Грач, ты хороший! Пока! — Ксюша милостиво не оставила компаньона по прогулке без оценки.

— Пока, Алёна, пока Ксюша, — дружелюбно кивнул тот в ответ, неожиданно зло зыркнул на меня и пошел в сторону стоянки, где, по его словам, оставил свою машину.

— Сильно болит? — Алёна протянула руки к ноге дочери, в одно мгновение сняла с неё туфлю, носок и, подтолкнув меня вбок, вынудила развернуться под яркий свет уличного фонаря.

— Ой! — взвизгнула Ксюша от прикосновения рук Алёны.

— Больно?

— Вот ты, когда держишь, нет.

— А так? — Алёна внимательно ощупывала ступню дочери.

Та, до чёртиков боящаяся щекотки, стиснув зубы, закивала.

— Никакой красноты, припухлости. Но я бы для подстраховки приложила лёд.

— Да, мне надо лед! Ты приложишь?

Алёна подняла глаза на меня. В них явно читалась претензия.

А вот не фиг быть такой доброй и милой.

— Твой папа отлично с этим справится, Ксюша.

— Ну нет, он же не умеет, — загундела дочь. — Заморозит мне ножку, она отвалится, а ты по ночам спать не сможешь.

— Совесть замучит? — решил уточнить я причину бессонницы Алёны.

— Нет, я по её лестнице буду костыльками стучать.

— Уверена, милая, до костыльков не дойдет. Все будет хорошо. — Алена быстро натянула носок обратно Ксюше на ногу, надела туфлю и завязала шнурок меньше, чем за десять секунд.

Я был впечатлён.

Ксюша недовольна.

Алёна полна решимости от нас свалить.

— Давай, мы проводим тебя до подъезда, — спонтанно предложил я.

— Да! — поддакнула дочь.

— Нет. Спасибо за вечер. У вас лечение ноги и спокойной ночи, — Алёна ласково погладила Ксюшу по ноге, словно желая ей скорейшего выздоровления, и скрылась за дверью в свой двор.

— Ну пап! Ну что ты?! Надо было ее поцеловать!

— Зачем?

Я спустил дочь на землю, взял за руку и повел в наш временный дом.

— Ну как зачем? Алёна бы в тебя влюбилась. Ты бы на ней женился, она каждое утро готовила бы мне блинчики. И играла. И любила, как Асю.

— А с чего ты взяла, что она любит Асю.

— Ну так Ася мне и рассказала.

— Что?..

— Ой…