Глава 27

Присоединяться к разошедшимся девицам я не собиралась. Тем более что-то подсказывало, что вся эта потасовка могла быть прекращена за пару десятков секунд. Охраны здесь хватало. Но никто не спешил наводить порядок, а значит…

— Нет. Даже не думай. Ты туда не вернёшься, — Стас ошибочно расценил моё молчание, как незамедлительную готовность продолжить. Он неожиданно жёстко схватил меня за запястье и потянул за собой. — Алёна, зачем соваться туда, о чем не имеешь ни малейшего представления?! Да ещё и так откровенно провоцировать?!

— Никого я не провоцировала! — отбила я его подачу. — Просто продемонстрировала свой талант. Думаю, Роман не в обиде. Я нарисовала дружеский шарж.

— Дружеский? — недобро хохотнул Стас. — Да ему благодаря твоему таланту, Алён, будут напоминать об этом шарже до конца дней.

— Глупости. Здесь же все взрослые люди.

— Вот именно! Взрослые и непростые! — продолжал нагнетать Стас.

— И, видимо, дурные! — огрызнулась я, а в следующее мгновение, оказалась прижатой Стасом спиной к стене.

— И это тоже, — едва слышно прошептал он, касаясь губами моей щеки, а по перпендикулярному нам проходу пробежали несколько человек.

— И что же ты делаешь среди них? — не удержалась от тихого вопроса я.

Возле моего уха полыхнул разъяренный выдох Стаса.

Он повернул голову, уставился мне прямо в глаза и сказал:

— Ты… очень… нравишься… — Сердце отчаянно заколотилось. — Моей дочери. Ксюша расстроится, если с тобой что-то случится.

Приехали… Он теперь всегда будет прикрываться дочкой? В этот раз душевный укол получился не таким болезненным как в первый, но не менее обидным. Поэтому я, придав своему голосу как можно более равнодушный оттенок, решилась:

— Ксюша уже большая девочка, Стас. Может, самое время ей узнать, что не все в жизни происходит так, как хочется? — В глазах Стаса ожидаемо сверкнули молнии, но я, собравшись с духом, продолжила: — Заодно и мне это будет хорошим уроком. Сама вляпалась, сама и выбе…

— Нет! — Стас запечатал мои губы своим запретом, а для надежности ещё и прижался к ним своими губами.

Я остолбенела.

Нет. Это был не поцелуй. Но какая-то другая совершенно сумасшедшая близость. Она манила, обещала, что если я не буду сопротивляться, а ещё лучше сделаю шаг навстречу, то мне будет очень и очень хорошо. Размеренное дыхание Стаса умиротворяло и расслабляло ещё больше. Кажется, в этот момент из меня можно было слепить всё, что угодно. Я бы согласилась на всё, чтобы продлить эти мгновения

Но громкий выкрик из соседнего прохода заставил вздрогнуть.

— Да обесточьте на хрен лифты! Отсюда нет другого выхода!

— Точно! Сделаем! — поддержали его в ответ.

— Черт! — ругнулся Стас. — Алён, вот нашла время!

— Для чего? — не поняла я, а когда поняла и захотела хорошенько обтереть об него свои все ещё испачканные в зубной пасте руки, мы уже бежали по коридору с такой скоростью, что мои хрустальные туфельки могли вот-вот осыпаться хрустальной пылью.

К счастью, коридор оказался не бесконечным и довольно быстро упёрся в один единственный выход — стальную дверь лифта. А пока я пыталась хоть немного скрыть нехилую одышку от пробежки, Стас элегантным движением приложил электронный ключ к замку.

Дверь открылась.

— Ай! — взвизгнула я от варварского захвата и бесцеремонного запихивания в лифт.

— Извини, не до церемоний, — Стас правильно понял мой полный негодования взгляд, нажал на кнопку с мерцающей красной стрелкой вверх, дождался закрытия двери, отпустил меня, отступил к противоположной стене кабины, закрыл глаза, шумно вздохнул и откинул голову назад.

— А может стоило… — не удержалась я от альтернативного предложения.

— Нет, — уже традиционно прервал он меня.

— У тебя будут из-за меня проблемы? — мне хотелось выяснить все сразу и до конца. — Если дело в этой дурацкой неустойке. Я поговорю с Мариной и, если она всё не уладит, то я выплачу её сама. Сейчас у меня просто нет такой суммы.

Я отряхнула руки друг о друга, оставив в воздухе белесое облачко, и подняла взгляд на Стаса.

Он смотрел на меня с каким-то преувеличенным нездоровым любопытством.

— Что? — смутилась я, но ответить он не успел, потому что лифт самортизировал, остановился, лампы переключились в аварийный режим работы.

— Да чтоб вас… — сдержанно выдал он.

— Они его отключили? Из-за нас? Стас, но это же… дичь, — оторопело проговорила я.

— Она самая. Но у меня нет никакого желания разбираться с этим сегодня, да ещё и на их территории. Поэтому, Алён…

В следующее мгновение он оттолкнулся от стены, ловко забрался на поручень опоясывающий кабину лифта на уровне талии, надавил на потолочную панель, заставив ту с щелчком открыться и превратиться в самый настоящий люк.

Ещё мгновение, ноги Стаса мелькнули перед моим носом, и он вылез на крышу лифта.

Да нафиг такую акробатику!

— Алён, — в люке замаячило его лицо. — Здесь до аварийного выхода осталась пара метров.

— Выбирайся! — напутствовала я его. — Снаружи будет сигнал, вызовешь полицию, и меня освободят.

Мой план ему не понравился.

— Быстро! — скомандовал Стас. — Сними туфли. Одной рукой упрись в стену, ногу на поручень, оттолкнись и поднимайся, перебирая руками по стене.

Стас был словно рожден для командирской службы.

Мне не оставалось ничего другого, как подчиниться.

Я, кряхтя и охая от напряжения, проделала все что он сказал.

— А теперь отпусти потолок к и дай мне сначала одну, а следом вторую руку.

— Я упаду.

— Нет.

— Да! Я тяжёлая. И руки грязные!

— Алёна, руку! Быстро! — он вновь использовал свой командирский голос.

Задержав дыхание, я оторвала руки от потолка и тут же вцепилась ими в руки Стаса.

Несколько секунд свободного виса, и он, как мне показалось, без особого труда вытянул мою задницу на край люка.

Сглотнув ком в горле и проморгавшись, чтобы привыкнуть слабому освещению технической шахты, я в ужасе уставилась на прикреплённую к стене металлическую лестницу.

До верхней двери, и правда, оставалось не больше двух метров, но их нужно было ещё преодолеть.

Вниз я предпочла не смотреть.

— Я первый, ты за мной.

— А как ты откроешь дверь?

— Там слева, видишь, маленькая ниша — это блок управления как раз для таких случаев. Одна из кнопок открывает дверь. Так что если я свалюсь, ты сможешь выбраться и без меня, снаружи ждёт мой водитель, громко крикнешь "Иван", и он со всем разберётся. И, пожалуйста, Алён, — голос Стаса приобрел трагические ноты, — позаботься о Ксюше.

— Ты совсем дурак?! — не сдержалась я и, поднимаясь, стукнула его по ноге.

На штанине остался отчётливый след моих пальцев.

А заслужил! Поэтому я даже не стала извиняться.

— Вниз не смотри.

— Не смотрю.

И тут же глянула в бездну между кабиной лифта, тросами и стеной.

Ой ё!

— Я сказал, не смотри! — рявкнул Стас, увидев мое побледневшее лицо.

— Поняла-поняла. Буду смотреть вверх на… твою задницу, — тихонько добавила я, потому что как раз она и мелькнула у меня перед глазами.

— Отличный ориентир. Одобряю, — самодовольно поддержал меня Стас. — Держись крепко. Полным хватом. Зубная паста тебе в помощь. Идеальное сцепление, — продолжил стебаться он, но именно это и отвлекло меня от ужасного перешагивания с крыши лифта на лестницу.

Но тут-то все страхи навалились заново.

Что я вообще тут делаю?!

Это какой-то абсурд!

А если я на секунду засну, время то позднее, и отпущу руки.

Интересно, а какая тут высота и сколько я буду падать?

В мозгу понеслись расчеты высоты, моего веса, скорости свободного падения и…

Звук открывшейся двери и порыв прохладного ветра выдернули меня из дурацких размышлений.

— Молодец, здесь аккуратнее. Вот так, да, — на самых верхних перекладинах подстраховал меня Стас и вытянул на свободу.

Мои босые ступни коснулись пола, заставили зябко переступить с ноги на ногу и окончательно вернули ощущение реальности.

Рука Стаса ещё больше добавила этого ощущения, когда лапнула меня за грудь.