Осколки иллюзии

Моя девочка – воин, Без крыльев, но с мечом. Взгляд холоден и резок, Взгляд, окутанный льдом. Моя девочка – воин Бесстрашна и одна, А под слоём брони: Нежна, нежна, нежна. «365 воинов внутри меня»

4 месяца спустя.... Германия, Дрездон Саша Стою в своей уютной палате, прикладываю ладонь к холодному окну, щурюсь яркому солнцу и расплываюсь в грустной улыбке, ведь завтра мне улетать домой. В заснеженную, с суровыми морозами Россию.

Я влюбилась в этот город необычайной красоты, с его архитектурными достопримечательностями, памятниками культуры в стиле борокко, великолепными собраниями живописи и других произведений искусств. А парки - это сказка! Удивительной красоты ландшафтный парк «Гроссер Гартен» с его вековыми деревьями и цветущими кустарниками не отпускали нас с Медвежей до поздней ночи, тогда была осень и моросящий дождь, но даже погода не испортила впечатлений, напротив, это придавало некое волшебство сказочному месту. Я не была ограничена в передвижениях по вечерам, а выходные и вовсе полностью принадлежали нам. Хватая Медвежу за его огромную лапу я, с восторженными криками, тащила его в город. Мы обошли вдоль и поперек тихие мощеные улочки, музеи, в перерывах обедали в уютных кафешках, по вечерам посещали местные пабы, испробовав различные сорта пива, закусывая наивкуснейшими сосисками, обжигаясь их остротой. Я пребывала в настоящей эйфории, искренне радуясь, закопав в уголках сознания все пережитые ужасы и его. По крайней мере, мне тогда так казалось.Но так было не все пол года, первые два месяца я громко сходила с ума!

Те два месяца навсегда останутся отпечатком, шрамом в моей душе. Более сложного периода в жизни никогда не было и я впервые столкнулась с тяжелейшей депрессией, я была словно выброшенная рыба на берег, безуспешно глотающая воздух. Все два месяца я мучилась от ломки по одному единственному человеку, я тихо умирала по нему, кто безжалостно меня использовал и выкинул, как отработанный материал. Я нуждалась в нём как никогда, после перенесённых пыток, только его взгляд, нежные прикосновения, мягкий шепот, могли мне помочь, как мед, изливающийся на душу, но его не было рядом. Его вообще не стало для меня, точно так же, как и меня для него. Он просто выкинул меня, не сказав «Прощай»! Безжалостно. Грубо. Жестоко.Бессонные ночи сменялись на серые дни, я ревела в подушку, я ревела кусая в кровь пальцы, лишь бы заглушить дикую ноющую душевную боль, получая от врачей дозу снотворных и успокоительных. Да, я впадала в беспамятство, накаченная лекарствами, но и там он меня настигал, как хищник, он не отпускал, выпивая меня, поглощая меня...и только в этих сновидениях я была счастлива принадлежав ему, испытывая муки сладострастных поцелуев, только там мы были вместе, принадлежали друг другу.

Я как наркоман бредила, нуждалась в нём, я хотела его, я любила его, я даже смеялась сама над собой, что пополнила ряды его разбитых сердец. Потешаясь над этими глупышками, я сама не заметила, как попала в его ловушку, манящих горящих глаз, властных чувственных губ, обжигающих прикосновений и убийственной энергетики этого сильного и жестокого мужчины.

Мое сознание тогда отвергало всю логику, чувства захватили мой разум, не отпуская из собственной выстроенной иллюзии. Да, признаюсь склонив голову, я как и те глупышки примерила на себе розовые очки.

Я с частой периодичностью звонила Саве, закидывая его расспросами, но получала каждый раз неутешительные и сухие ответы. Но всё изменилось в одну ночь...когда мой надуманный мир окончательно рухнул и розовые осколки очков пронзили моё сердце и я прозрела. Тогда Медвежа остался на ночь в моей палате, не решился меня оставлять одну, крепко обнимая и прижимая мое тело, вслушиваясь в мои всхлипы. Когда он уснул, я стащила его телефон, снять с блока не составило труда, ведь у него не было от меня секретов никогда. Набрав ЕГО номер, я кусала губы, когда слышала долгие монотонные гудки. Он не отвечал...и только на пятый звонок до моего уха донеслись посторонние звуки, женский смех, мужские басы и его хриплый голос, который заставил меня замереть. В миг покатились слёзы...

— Да, медведь! – в привычной ему манере, он недовольно ответил, перекрикивая доносящуюся музыку, мужские голоса, из которых я узнала знакомых мне Лешего, Саву.

Я же не могла дышать, слова, мысли провались в пропасть. Я тихо обливалась слезами, растягивая грустную улыбку, представляя его в этот момент.

— Хули молчишь? И я попыталась ответить...

— Кир...это Саша, – прошептала я.Пять секунд в ожидании и вдребезги летят все мои чувства и надежды...

— Пока, Саша, – резкий ответ спокойного голоса на выдохе, убили меня.Два слова...и сброс вызова, сброс меня.Мобильник полетел в стену, а я на больничную койку, напичканная антидеприсантами и знакомыми мне снотворными.После началась моя реабилитация, моя личная борьба. Мой разум я медленно возвращала, закапывая чувства, выстраивая логическую цепочку всех произошедших событий. После затяжного опьянения и эйфории я находилась в состоянии похмелья, острого, выворачивающего состояния шока.Каждый день я вытаскивала себя из разрушающей зависимости. Объясняя самой себе очевидные факты, на которые я так упорно закрывала глаза, пряча за ванильным розовым стеклом.ОН мне ничего не обещал!ОН не любил! ОН использовал меня, поиграл...Это, Спайс, которому не чужды чувства, ему они не нужны! Страшная, но правда, благодаря, которой я вылезла из своей одержимости. Без ненависти к нему. Без гнева. Без злости...он оставил после себя лишь пустоту, холодную, ноющую рану. Я смиренно приняла ситуацию, я приняла боль, тем самым избавляясь от иллюзий и ожиданий.

— Саня! – за спиной доносится задорный голос и я расплываюсь в улыбке.Оборачиваюсь вижу в дверях Саву. Горящие голубые глаза, пухлые губы и манящие ямочки.

— Сааава, – прыгаю ему на плечи, радуясь, как ребенок.

— Ух, какой приём, сладкая!!! – обнимает, прижимая крепче, губами касаясь моей шее и мурашки пробегают от волнения.Ставит на ноги меня, внимательно и очень пытливым взглядом рассматривая с ног до головы. Берет мою руку, поворачивает во круг своей оси, словно манекен...

— Может хорош на меня глазеть? – начинаю смущаться под его откровенным взглядом.

— Чёёёрт, ты даже лучше стала. Пиздец, какая аппетитная. Вот только... Ты похудела? Задницы совсем не стало, – чуть хлопнув по попке, сжимает виновато губы.

— Эй, руки! – стучу по его каменной груди.

— А шрамы пройдут? – взгляд его холодеет, когда разглядывает мою шею.

— Сказали, что станут почти не заметными. Превратятся в белые тонкие полоски, более они ничего не могут сделать, – пожимаю плечами, – пять операций провели. Больше я не захотела. А что...сильно заметно? – с грустью спрашиваю, машинально прикрываю шею. Но все тело не спрятать.

— Неее, малыш, прости! – мягко обнимая, поглаживая спину, – Все хорошо, даже сейчас почти не заметно. Ты детка, прекрасна, как никогда! – отстраняет и делает совершенно непредсказуемый жест.Его мягкие губы касаются моих...секунда, две и он пытается раскрыть мой рот своим языком, мягко лаская. Нежно, но настойчиво. Резко отшатнувшись, хлопаю удивленно глазами.

— Ты чего?! – вытираю рот от его слюней.

— Ничего, засосать тебя хотел, – улыбается, притягивая вновь, – не удержался. Всегда хотел тебя попробовать.

— Сава, еще движение и я тресну по твоей лощеной мине! – отталкиваю, отходя на окну, — совсем ошалел!!!

— А ты не изменилась, — раздосадованно усмехается, садится в кресло, – Ладно, проехали. Завтра мы улетаем домой, – деловито сообщает, разглядывая мою палату.

— Я знаю, – отворачиваюсь к окну, любуясь январскими снежинками, воздушно накрывающие тротуары, – Где Макс? – с дрожью в голосе спрашиваю.

— В земле, – отрезает.

— А чудовище? – шепотом, прикасаясь головой к холодному стеклу.

— С ним лично «беседовал» Спайс. И он там же. Саша, тебе больше ничего не угрожает. Мы решили все проблемы.

— А знаешь...он называл меня своей куколкой, каждый раз, когда его лезвие вонзалось в мою плоть, – задумчиво произношу, вновь окунаясь в прошлый ужас, – его глаза...он слизывал мою кровь, – закусываю губы, ощущая жжение в глазах.

— Всё, всё, не вспоминай, – шепчет, кладёт ладони на мои плечи, – их нет, – касается губами моего затылка, обдавая горячим дыханием.Поворачиваюсь к нему, вглядываюсь в глаза, в которых застыла горечь сожаления...

— Почему, Сава, почему он не захотел просто поговорить? - мои глаза буквально носятся по его лицу, в надежде отыскать ответ.

— Ты сама ответила свой вопрос. Он не захотел, – отчужденно ответил не пряча ровного взгляда, обжигая своим ответом, – И он правильно сделал. Хватит с тебя приключений. Не грусти и ни о чем не жалей. А в России тебя ждёт новая жизнь, – стирает слезы с моих щек, ладонями обнимая мое лицо, – а его забудь.

— Я услышала тебя, – иронично улыбаюсь.

— У тебя сейчас новая квартира в центре, тачка и я лично подыскал тебе работу, теперь ты ассистент хирурга в частной клинике для толстосумов, зарплата приличная, – улыбается пытаясь подбодрить.

— Это типа бонус? Оплата за хорошее поведение? – ухмыляюсь, отхожу от него, – Лечение ведь тоже от него?

— Это было его решение и оно, как догадываешься, не обсуждается. А сейчас давай собирайся, прогуляемся, поводишь меня по самым злачным местам, – расплываясь в хищной улыбке. – Завтра вылет.

— Мы ведь можем с тобой общаться в будущем?

— Нет. Это лишнее. И с ним не ищи встречи. Ни к чему это.

— Это он сказал?! – не выдержав его монотонного тона, крикнула я.Отводит глаза...Подхожу к нему вплотную и теперь я беру пальцами его подбородок, направляя лицо в мою сторону.

— Дак вот, передай этому идиоту, чтобы он шёл ко всем чертям! Этот мудак, мне нахер не сдался! – с вызовом шиплю, — И да, я возьму всё, что мне причитается и тачку и новую хату. А его мне искренне жаль, ведь дальше своего члена он не видит ничего! – ставя точку в этом разговоре и точку с этим мужчиной из прошлого.***Как и обещал Сава, по прилёту мне передали документы, ключи на новую квартиру и машину. Кстати я нисколько не удивилась, когда узнала, что тачка моя – белый Land Cruiser, любимая марка и цвет Спайса.

— Сава, авто на продажу и я сама выбираю себе марку, – не пряча отвращения, откидываю ему на колени документы, – Пусть очередной шлюхе сделает подкат, — отворачиваюсь к окну, надевая солнечные очки, как спасение от слепящего морозного солнца.

И началась моя новая жизнь. Без опасности. Без риска. Стрельбы. Кутежа до утра. Вечеринок.... всё изменилось. Мой круг общения. Я всячески избегала девчонок Лоси и Славика, наши звонки плавно сошли на «нет». Знаю лишь, что Анюта оправилась после её пережитого ужаса и благополучно родила сына, чему я безумно была рада, но поздравить лично я так и не решилась, отправив ей букет белых роз. Я намеренно избегала подруг и Анюта не давила своим общением, прекрасно понимая меня, ведь получилось с точность, как она и пророчила мне.

Благодаря новой работе я обрела друзей и это были люди совсем другого круга и склада ума, в корне отличаясь от моих прошлых знакомых с грубым матом, вседозволенностью и криминалом, в котором вершит беззаконие, распущенность и беспредел. Я больно обожглась, очень и на моём теле остались шрамы, как напоминание моего прошлого, они практически не заметны, куда сильнее внутренние раны, иногда кровоточащие.Вспоминаю ли я Его?Конечно!Он навсегда останемся для меня первым мужчиной. Первая любовь. Первое разочарование. Первый оргазм. Первая боль от расставания. Первое насилие...Всё подарил мне ОН. С ним я испытала все возможные чувства от ненависти до любви, от боли до наслаждения.

Ураган. Мимолётная вспышка. Пламя, в котором я так не острожно сгорела. Опасный. Безумный. Красивый мерзавец. С несгимаемой волей, с неуёмной жаждой жизни. И, несомненно, любимый, тот, кто проник в мою душу, кто завладел мной и растоптал. Он навсегда останется для меня ПЕРВЫМ, но уже не единственным.

— Солнце мое, – мягкий нежный шёпот и касание горячих губ на моей шее, – доброе утро, – руки его устремляются в разрез шёлкового халата, медленно развязывая пояс, носом утыкаясь в мои волосы.Ставя чашку ароматного кофе на подоконник, оборачиваюсь заглядываю в небесно голубые глаз и расплываюсь в улыбке, тому кто подарил мне новую жизнь, в руках которого я обрела покой, кто излечил мою израненную душу, собрав воедино осколки моего разбитого сердца.***

Некоторое время назад

— Как она? – поглаживаю подушечками пальцев края чашечки с горьким экспресса, всем видом стараюсь показать своё безразличие.

— За пол года впервые спрашиваешь, – ухмыляется Сава, усаживается в мягкое кресло в моем кабинете.Не шелохнувшись, кидаю молчаливый взгляд на него.

— Всё хорошо. Она в норме. Только вот от машины отказалась, попросила продать, другую марку хочет, – упирается пытливым взглядом, проверяет мою реакцию, которой нет, от слова, абсолютно. Я научился скрывать от людей считываемые эмоции.

— Просила передать тебе кое-что.

— Говори, – парирую, отпив обжигающий кофе.

— Да в принципе ничего нового, искусно посылает ко всем чертям, – пожимает плечами, устало выдыхает, разглядывая потолок.

— Понял, ладно иди, через пять минут прокатимся, – отрешенно произношу, вставая, подхожу к окну.

За спиной звук закрывающейся двери.В который раз вспоминаю её звонок ночью, c мобильника Медведя, мягкий дрожащий шепот, от которого меня буквально подкинуло, по венам пронеслась обжигающая волна, вызывая рой мурашек. Что, блять, за реакция?!Но я никогда не отступаю от назначенного курса, никто и ничто не изменит моего принятого решения, я всегда следую своему внутреннему ориентиру. Метания из стороны в сторону, сомнения - это удел слабаков и неудачников.

Обвожу глазами заснеженную улицу, с пляшущими снежинками, прохожих, закрывающих свои лица, от порывов ветра с колкими льдинками, автобусы с замороженными окнами и узорами, сделанными пассажирами. Пробегающие дворняги, ищущие временный кров, детвора с горящими глазами, красными щечками, спешащие на ледяные горки, тащат друг друга на санках...Не смотря ни на что, жизнь кипит, даже в эту пургу, жизнь продолжается...Но!Сейчас ОН хочет её. Хочет обнять. Хочет спрятать от всех бед, укрыть её миниатюрное тело, украсть её душу, с жадностью забрать и не отпускать. Уплыть в её омут невероятных холодных глаз, погрязнуть в нежности отзывчивых губ, со вкусом сладкого яблока, который он не может забыть и отпустить. Да просто слышать умиротворяющее дыхание и ощущать на себе её взгляд. То, чего он не испытывал ни с одной, находясь между адом и раем. Те другие, лишь серые обезличенные, носящие фальшивые маски, не способные тронуть Его сердца, им никогда не проникнуть в Его темную бездну, что удалось сделать единственной.

Конечно, ему бы не составило труда вернуть эту девчонку, но он переступил через свои принципы и впервые жизни он пошел против себя, против своего ЭГО, ради нее. Он ошибочно посчитал себя лишним в ее жизни и дал право на будущее без него. Накинув черное пальто, он поднимает широкий ворот, закрывая лицо, пряча свою временную печаль и тоску. Пустой взгляд больше не горит огнём, чувственные губы не расплываются в ослепительной улыбке.

Сердце хочет, а разум ставит границы.

Душа тянется, но судьба предательски молчит...

Конец первой части.