78

Жанна.

Меня разрывало между желанием прижаться к нему, обняв так крепко, как только способна и выдохнуть на ухо все те слова, которые рвались изнутри, звуча в голове. О том, как я скучала, о том, как он мне дорог, о том, что я просто с ума хожу от того, что он рядом. И желанием стукнуть его по мизинцу ноги острым каблуком, добавив кулаками по груди. За его гадостное предложение, за т о, что пропал и не давал о себе знать, за то, что без него все кажется попросту пустым.

Чувствуя себя на его плече в самом родном месте, я все же обвила его руками. Ну, мало ли, — может, я просто боюсь отсюда свалиться!

— А вам что, Олег Викентьевич, на ночь глядя понадобился вдруг переводчик? — ехидно спросила я, специально выдыхая слова прямо ему в ухо. Пусть сам почувствует, как это действует на других!

— Мало ли, что мне понадобилось, — пробурчал Филатов. И только по тому, как резко дернулась придерживающая меня рука, я поняла, что мой маневр с ухом удался. Как же хорошо, что он не может видеть моей ликующей улыбки!

— Филатов, а тебе не кажется, что времена, когда женщин забрасывали на плечо и тащили в свою пещеру, давно уже прошли?

— Времена прошли, а суть осталась, — хмыкнул мой самый обаятельный мерзавец во Вселенной. — Инстинкты-то никуда не пропадали! Просто чуточку облагородились, моя рыбка! Так что если надо, я за дубину могу схватиться, даже не сомневайся!

Пхххх! Этот — точно может! Кто бы усомнился?!

— Так и куда ты меня тащишь, пещерный человек?

— Домой, — буркнул Филатов. — То есть в гостиницу.

— Зачем?

— Ночи холодные, — он пожал плечами, приподнимая меня вверх. — Думал, — кто бы мне постель согрел? И, представляешь, в гостинице, как назло, в эту ночную смену работают одни мужчины! Пришлось полночи блуждать по городу, чтобы найти одну свою должницу. Вообще, — очень удобно, когда в оплату за услугу берешь исполнением желаний. Нужно будет поставить это на поток!

Он только смеется, когда я впиваюсь ногтями в его спину. Нет, не то, чтобы я хотела совсем уж впиться до мяса, но все равно должно было быть ощутимо! Вот же…! И не зацепить его, такого непробиваемого!

— Может, у меня кровь холодная, — бурчу в ответ. — И постель я тебе не согрею, а заморожу. Мучиться потом будешь. Важные органы себе отморозишь!

— Горячая, — выдыхает Филатов так, что у меня снова начинает кружиться голова. Нет, ну как ему удается в одно слово вложить столько страсти, что небо с землей меняются местами и начинают плясать у глаз?

— Очень горячая, — он гладит меня по ноге. — Я знаю, рыбка…

— Олег? Ты же не всерьез? — добравшись до уже знакомой гостиницы, Филатов выгрузил меня прямо на постель того самого номера, в котором он жил в прошлый раз.

— Я что, похож на человека, который пускает слова на ветер? — он вскинул бровь, а в глазах заплясали уже знакомые мне чертята. Да что там, знакомые? Уже почти родные!

— Даже не думай! Я на твой договор не соглашалась! И спать тобой не буду!

— Будешь, — растягивая буквы, протянул Филатов. — Желание. Никуда не денешься. — сбросив рубашку, он бессовестно улегся рядом, обхватив меня обеими руками. — Прости, рыбка, но отпустить я тебя не могу. Мало ли, какие глупости способна натворить женщина ночью в Париже! Это же самый сумасбродный город!