Глава 22. Свидание

Через три дня:

Четверг, 20 января 2022 года

11:00

Ждана

Атмосфера узкой, мрачной комнаты давит на меня, нагоняет такую тоску, что хоть волком вой. Понимаю, ничего мне Роман тут не сделает, в крайнем случае позову охранников, прибегут, а всё равно страшно. Ведь он не пожаловался на меня в фонд по одной простой причине — хочет поквитаться сам. И вполне возможно поквитается, пусть не сегодня. По сути я лишь отсрочила его месть, только усугубив ситуацию.

Сижу на обшарпанной табуретке перед крохотным столом, разглядываю решетки на окнах и серый плед на старой кровати в углу. Гадаю, как Войтов смог выбить свидание как для семейных пар, ведь мы с ним не женаты. Воистину, деньги могут всё.

Невольно вздрагиваю, когда охранник подводит моего бывшего хозяина к двери. Внутренне содрогаюсь от лязга замков, когда его впускают в комнату и запирают нас вдвоем.

У него синяк на пол-лица и перебита переносица, но в целом он в порядке. Выглядит явно лучше, чем выглядела бы я, если б не смогла сбежать.

Чувствую, как к горлу подступает паника, и не могу сдвинуться с места. Словно загипнотизированная наблюдаю, как Роман подходит. Каменею, когда он тянет ко мне руку, зажмуриваюсь, жду оплеухи или чего похуже… Но он не бьет. Садится рядом, хватает мою ладонь, подносит ее к своей груди и надрывно стонет:

— Вот ты у меня где! Слышишь? Вот ты где!

Он тычет мою руку туда, где у него должно быть сердце. Там внутри даже что-то бьется, но меня не так-то легко обмануть. У этого человека сердца нет, а в груди лишь какая-то обманка, которая гоняет кровь по венам.

— Я же люблю тебя, дура! А ты… Мы могли быть счастливы вместе! Ты всё сломала!

«Интересно, мы должны были стать счастливыми до или после того, как ты переломал бы мне своими сапогами все ребра?! Мудак ты паршивый!» — ору про себя.

Вслух лишь прошу:

— Рома, прости, если сделала что-то не так, но я не виновата!

— Заткнись! — орет он и хватает вторую мою руку. — Ты не представляешь, что ты сделала! Я из-за тебя теперь полный банкрот! Ты понимаешь?! У меня больше нет доступа к деньгам, всё на хрен улетело в трубу! Я тебя теперь даже выкупить не смогу!

«А жизнь-то налаживается! — тут же приободряюсь. — Только как же ты тогда на эту комнату наскреб…»

— Рома, прости… — снова шепчу, при этом изображая полнейшее раскаяние.

— Ты искренне просишь прощения? — шипит он, вглядываясь мне в лицо.

— Конечно…

Сразу после этого он вдруг прижимает мои пальцы к губам и начинает шептать:

— Ты моя, Элена! Слышишь? Моя! Я тут кое-что успел переосмыслить… Может, и хорошо, что сбежала… Прибил бы… Тогда прибил бы, а потом жалел бы, пока не сдох! Ты ведь на всем белом свете одна такая! Я уже пожалел, я дурак… Я был неправ, и бог наказал меня. Меня иногда заносит, знаю… А ты молодец, выжила! Я люблю тебя!

У меня от его признаний мурашки по коже. Мне противно от того, что он то и дело прижимает мои пальцы к своим губам, а он не замечает моего состояния, продолжает говорить:

— Ничего, я как-нибудь со всем этим справлюсь, я выберусь отсюда, верну доступ к деньгам… Мы еще можем быть счастливы. Когда-нибудь… А пока тебе придется потерпеть, малышка! Немного потерпи, и я заберу тебя! Обещаю!

Он говорит это с чувством, мешает слова с поцелуями, но для меня его обещания звучат как угрозы.