Глава 37. Моногамия

Через два дня:

Суббота, 26 февраля 2022 года

16:00

Ждана

— Ты уверен, что мне нужно идти на этот день рождения? Я же там никого не знаю… — спрашиваю у Натана, упаковывая подарок.

Да, да, всё так, виновна по всем статьям, в доску обнаглела! И Натан на это вообще никак не реагирует. Вот никак, совершенно никак. Уже третий раз подряд смею позволить себе ему намекнуть, что с бо́льшим удовольствием осталась бы дома, а он даже не обижается.

Попробуй я сделать что-то такое с Войтовым, тут же нарвалась бы на внеочередной массаж своей филейной части крепкими шлепками. А Карц эту же филейную часть до сих пор целует, причем каждое утро. Раз по десять, пятнадцать… пятьдесят, там как пойдет. Кстати, приобрел привычку опаздывать на работу, на что мне не раз уже жаловался.

Роман обожал брать меня с собой главным образом потому, что любил мной хвалиться. Выход в свет для него был настоящим таинством. Сначала он выбирал наряд себе, потом вел меня в какой-нибудь бутик и покупал платье под цвет своего галстука. Платье должно было быть открытым почти до неприличия. Он представлял меня своим друзьям, коллегам, ловил их взгляды, устремленные в мое декольте и потом полночи высказывал, что я не должна выставлять себя подобным образом на публике. Очень часто использовал это как повод для новой игры.

«Больной сукин сын!»

Знаю, мне нужно прекратить сравнивать Натана и Романа. Необходимо вообще завязать с воспоминаниями о Войтове, иначе так всю жизнь и буду с ним сравнивать каждого мужика.

«Боже, я не хочу каждого… Мне каждый не нужен… Мне бы одного доброго и ласкового, например такого, как Натан!»

Мысленно закатываю глаза и фырчу сама на себя: «Ты забылась, милая! Забылась… Натан — твой джентльмен, и если он еще не показал уродливую изнанку, это не значит, что ее нет. Будь начеку! Всегда…»

— Золотко, мне бы хотелось, чтобы ты пошла…

Карц задумчиво смотрит на шеренгу рубашек, достает одну и разочарованно тянет:

— Она мятая, как-то паршиво погладили… Ждана, ты умеешь гладить рубашки?

Он с важным видом вручает мне утюг и выходит из спальни, а я не могу оторвать взгляда от его обнаженной спины.

Пора признать: Натан мне нравится. Я живу с потрясающе привлекательным мужчиной, который на первый взгляд еще и не козел! Как тут не дрогнуть нежному женскому сердцу… Правда, у моего сердца столько шрамов, что и не счесть. Новые не нужны, спасибо большое. Так что мне бы лучше как-то абстрагироваться от этого человека. Но как?

Для начала неплохо бы прекратить его идеализировать! Вот как возьму, как найду в нем кучу недостатков… Прямо завтра начну искать… А сегодня просто сходим на вечеринку.

Пойти погладить рубашку, что ли... И я ее не просто поглажу, я ее так выглажу, что ни единой складочки не останется, а потом пойду приглажу еще и его самого. Не утюгом! Исключительно губами, ну и остальными частями тела… Почему? Да потому что мне так хочется! А я тут как раз недавно обнаружила одну удивительную вещь — делать то, что хочется, невероятно приятно.

Через три часа:

Ждана

— Я точно хорошо выгляжу? — спрашиваю уже в третий раз.

Поправляю горлышко белой кофты и сглаживаю несуществующие складки на юбке.

Натан терпеливо меня оглядывает, потом тянется через салон автомобиля, запахивает на мне пальто и целует в нос:

— Ты — совершенство!

Не знаю, почему я так нервничаю. Вроде бы ничего экстраординарного не происходит. Мы идем на день рождения какого-то родственника друга Натана. Как сказал сам Натан — будет скучно, зато он увидит много нужных людей. Я как никто умею с умным видом сидеть на скучных вечеринках, а еще могу поддержать практически любую беседу. Нас этому учили в фонде. Многим джентльменам нравится, когда их спутницы блистают на светских мероприятиях. Так что по идее бояться мне нечего, но всё равно переживаю.

Карц помогает мне выбраться из машины, берет под ручку и ведет в ресторан.

В шумном зале, наверное, человек сто, не меньше, и мой спутник, кажется, знает каждого! К нему бесконечно кто-то подходит, здоровается. Пока мы пробираемся к нашему месту, успеваю услышать больше дюжины имен и ни одного, конечно же, не запоминаю.

Столики выстроены полумесяцем, а в центре небольшое круглое возвышение.

Наше место с краю, немного в отдалении, но голос ведущего слышен и здесь:

— Дамы и господа, поприветствуем нашего именинника! Многоуважаемый Артур Арсенович Арутюнян! Только благодаря вам, Артур Арсенович, в нашем городе открылась вторая замечательная клиника «Здоровый ребенок»! Невозможно переоценить вклад этого человека…

Ведущий еще много чего говорит, а Натан в это время берет мою руку, переплетает пальцы, подносит ладонь к своим губам. После первого тоста в честь именинника извиняется и куда-то уходит, а ровно через минуту ко мне подсаживается какая-то кудрявая блондинка в умопомрачительном красном платье.

— Привет! Я Кира!

Она протягивает мне руку без намека на смущение.

— Привет! Ждана, — пожимаю теплую ладонь.

Блондинка продолжает:

— Я просто должна была к тебе подойти, убедиться, что ты не миф!

— В каком смысле?

— Да в самом прямом! Честно говоря, я сначала решила, что Натан придумал себе девушку, чтобы меня подразнить. У нас вышел некий инцидент на новогодней вечеринке… В общем, неважно… Ты здесь, и это замечательно! Вы правда живете вместе?

Киваю.

— Правда! А в чем странность, что Натан живет с девушкой?

— Э-э-э… Ну ты же в курсе, какой он…

— Какой? — начинаю хмуриться.

— Ну… немного ветреный…

— Натан ветреный? — мои глаза увеличиваются раза в полтора-два. — Мне он показался очень даже серьезным, моногамным…

И тут происходит нечто на самом деле странное: Кира издает громкий смешок. Потом закрывает себе рот руками, но это не помогает, поскольку почти сразу еще один смешок вырывается наружу, а после она вообще уже не может остановиться. Нагло хихикает в течение минуты, а то и дольше.

Тут слышу за спиной голос Натана:

— Кира, что ты здесь делаешь? И над чем смеетесь?

— Да так, ерунда! — пищит она в тщетных попытках подавить рвущийся наружу смех.

— Уж говори! — по другую сторону от блондинки вдруг вырастает тот самый друг Натана, перед которым я однажды дефилировала в платье Снегурочки. Кажется, его зовут Кирилл Трубачёв. Он кладет руку блондинке на плечо, и я сразу понимаю, что они очень близки. Блондинка при его появлении резко смирнеет и тихеньким голоском отвечает:

— Ждана назвала Натана моногамным…