Глава 14. Незримая связь

Мягкое солнечное утро будит и, чувствуя ломоту и боль в теле, переворачиваюсь на спину. Одна в кровати. Будто Джадд и не приходил. Может, моё воспалённое сознание всё придумало? Подношу руку к носу и втягиваю запах. Улавливаю остаточный хвойный аромат. Не сон. Не могу сдержать улыбку. Хочу снова побыть в этих объятиях.

В этих ощущениях безумных. А еще больше хочу его поцелуев жадных, касаний настырных, защиты бесконечной.

Встаю с кровати и одеваюсь. Выдыхаю и решаюсь подойти к зеркалу, уверена, сегодня следы будут чётче видны. Щека красная, возле губы небольшой синяк и припухлость, но замазать всё тональником реально. А может сказать папе, что приболела и пропустить пару дней в колледже? Отличная идея.

Только Сет не давал покоя. Не мог не искать меня. Не верю. Мы приехали вместе. И он не мог про меня забыть. Набираю ещё раз и слышу в ответ, что номер недоступен.

Стук в дверь вырывает из мыслей и помогает отвлечься.

– Да, – чётко говорю, чтобы меня услышали, и убираю телефон в карман.

– Рейн, доброе утро, – в проёме показывается Джессика. – Как ты? – подходит ближе, рассматривая лицо.

– Доброе утро, – улыбаюсь в ответ, – думаю отсидеться пару дней дома, чтобы синяк прошёл.

– Голова болит сегодня? – киваю, что нет. – Давай гляну. – Аккуратно отрывает пластырь от волос. Старается, хотя всё равно часть прядей довольно сильно приклеились. – Заживает. Больше клеить не будем. – Расправляет волосы по плечам. – Так практически не заметно.

Усаживает меня на кровать, садится на стул напротив.

– Рей, я хочу тебе помочь. Позволишь? – Киваю в ответ. – Что ты сейчас чувствуешь?

– Страх, что это повторится, – шепчу, проглатывая панику.

– Ты готова отпустить свой страх?

– Не знаю.

– Ты должна на все вопросы отвечать да, но перед этим захоти ответить да. Хотя бы чуть. Ты готова отпустить свой страх?

– Да, – решительно говорю.

– Ты отпустишь его? – смотрит на меня Джессика.

– Да, – прикрываю глаза.

– Сконцентрируйся на ощущениях в теле и отпусти тяжесть и боль из этого места. Когда ты отпустишь страх?

– Сейчас, – выдыхаю и представляю как вся грязь с меня стекает и исчезает. Открываю глаза.

– Что ты чувствуешь сейчас? – повторяет вопрос Джессика. И снова по кругу я начинаю отвечать на вопросы. Отпускать дальше ситуацию. Не замечаю, сколько проходит времени, сколько повторов вопросов, но чувствую, как становится легче.

– Теперь пойдём завтракать. – Улыбается уголками глаз Джессика. Не могу ей возразить и иду следом. Не знаю только, как вести себя с Джаддом. Мы и друзьями-то никогда не были, а теперь… друзья так не ведут себя. Сегодня мы тоже «брат-сестра»?

Я могу включить режим стервы и тогда нечего бояться шуток или разговоров о другой девушке. Сама не понимаю, как так резко меняется настрой по отношению к нему. То была благодарна за всё, то хотела дерзить.

Заходим на кухню, но Джадда там нет. В желудке неприятно урчит, когда чувствую аппетитный запах. Внутри тревожно. Раз проснулась одна, значит, он встал раньше. И, раз нет тут, получается он где-то ещё. Сажусь на свободный стул и молчу, стесняясь спросить, где парень. Джессика ставит передо мной тарелку с омлетом.

– Спасибо, – беру вилку и накалываю кусочек, отправляя в рот. Не знала, что мне делать. Одной оставаться тут, без Джадда неудобно. Надо было снова сбегать и идти домой. Но там ещё возможно отец. К тому же отсюда достаточно далеко. Мне нужно или такси, или чтобы Джадд меня отвез.

Стук входной двери прерывает мысли и про себя выдыхаю, когда слышу его голос.

– Мам, я вернулся, – и где он был, интересно, в такую рань.

– Джадд, иди к нам завтракать, – зовёт Джессика, доставая ещё одну тарелку. Через несколько секунд парень появляется в кухне.

– Привет, как ты? – кивает мне и садится рядом. Как будто ночью мне приснилось, что он приходил.

– Нормально, спасибо, – отвечаю и понимаю, что не могу при его маме быть стервой. Хотя внутри всё закипает от одной мысли, что ездил к ней. Ведь точно ездил мириться. Противно от того, что обманывает ее. Так же может и меня обманывать. Но если спрошу что-то, точно поймёт, что я ревную. Не просто ревную, бешусь от того, что догадываюсь, где он был. Аппетита нет, но не хочу обижать Джессику. Молча ем, не встревая в их разговор. Внутри жжёт от обиды, что побежал к ней и оставил меня. Хотя и не обязан мне ничем.

– Джадд, – наконец, обращаюсь к нему, когда они заканчивают разговаривать, – можешь отвезти меня домой? Я и так вам доставила столько хлопот. – Раскрывает глаза от удивления, у него явно были другие планы. Переводит взгляд на Джессику и та, без слов, убирает тарелку и оставляет нас одних. Но в глазах не страх, а понимание. Удивляет эта незримая связь.

– Что-то случилось? – сразу же обращается ко мне, как только остаёмся одни. Качаю головой из стороны в сторону в ответ. – Почему тогда уходишь? – смотрит прямо в глаза.

– Джадд, мне надо домой. Не хочу вас обременять. И так доставила столько хлопот. – Опускаю глаза и замечаю на костяшках его пальцев покраснение. Вчерашнее или сегодняшнее? Не могу понять.

– Да, брось. Такое ощущение, что ты сбегаешь.

– Нет, мне просто надо домой, – пытаюсь оправдаться. – Папа уехал по делам, и я хотела вернуться, пока его нет. Не могу же появиться дома так, в твоей одежде. Я сказала, что ночую у подружки.

Джадд улыбается глазами и начинает смеяться.

– Ты отлично смотришься, – уголки его глаз окружают морщинки. – Можешь ещё походить в моей футболке. Она тебе идёт. – Делает паузу. – Я думал, ты хотела получить ответы на остальные вопросы? – приподнимает бровь и ждёт. Знает же, что я не смогу отказаться от этого. – Достаю телефон и набираю папу.

– Пап, привет. Ты уже уехал? – спрашиваю отца, но продолжаю смотреть Джадду в глаза.

– Нет, допиваю кофе и через полчаса выезжаю. Ты передумала?

– Нет, я буду дома к обеду.

– Хорошо, родная, я к вечеру вернусь, пока.

– Пока, – отвечаю папе и отключаюсь. – Ну, что же, домой мне пока нельзя, так что… ты сам это предложил, – развожу руками, на что Джадд смеётся в ответ. Убирает тарелки в посудомоечную машину и кивает в сторону выхода.

Встаю, направляясь за ним. Интересно, куда мы пойдём? Может в его комнату? Хотела бы побывать там. От одной мысли по телу волна возбуждения, концентрируясь где-то между ног. Чёрт. Если там также охрененно пахнет этими ёлками, я не смогу противостоять этому наваждению.

– Мам, спасибо за завтрак, – кричит Джадд. – Пойдём, – касается между лопаток ладонью, подталкивая. По коже жар и волнение. Чёрт. Он специально это делает или случайно? Судя по тому, что вида не подаёт, всё же случайно. Наконец убирает руку, открывая мне дверь и пропуская вперёд.

Судя по тому, что не берет ключи и вещи, мы пока никуда не едем. Только куда направляемся? Открывает передо мной дверь, предлагая выйти. Оказываемся на улице и сразу же погружаемся в солнечное тепло и цветочный аромат.

– Куда мы идём? – решаюсь спросить. Хотя и так готова идти с ним куда угодно, но в таком виде не совсем удобно разгуливать по улице.

– Сейчас узнаешь.

Пересекаем газон и оказываемся на заднем дворе. В тени огромного раскидистого дерева стоит беседка. Джадд пропускает меня вперёд. В центре большой круглый стол, вокруг довольно широкие лавки. На окнах опущены полупрозрачные шторы. Всё вместе это создаёт довольно интимную атмосферу. Сажусь на скамейку, ноги вытягиваю вперёд вдоль лавок. Джадд занимает место на противоположном конце.

Открываю телефон, чтобы найти в интернете те вопросы и продолжить исследование. Парень повторяет за мной и тоже поднимает ноги на скамейку, вытягивая вперёд. Задевает меня случайно, но тут же отодвигает. Хотя и пришла в себя, но каких-то касаний пока не хочу.

– Итак, что там у тебя дальше? – Включаю диктофон и ищу тринадцатый вопрос, на котором вроде бы мы закончили.

– Если бы магический кристалл мог открыть тебе правду, о чём бы ты хотел узнать? – читаю вопрос и смотрю на парня. Джадд закатывает глаза размышляя. Не хочет давать быстрых ответов, и уверена это не будет вопрос из разряда, как бы целовалась двухметровая женщина с лилипутом мужчиной?

– Если бы мне представилась такая возможность, я бы хотел узнать, как зарождалась наша цивилизация на самом деле. Согласись, это ведь интересно? – улыбаюсь и киваю. Заглянуть в истину всего, о чём наука может только догадываться и предполагать, было бы неописуемо интересно.

– Есть ли что-то, что ты уже давно мечтаешь сделать? – Читаю следующий вопрос. – И почему ты ещё не сделал этого? – поднимаю глаза, загадочно улыбается, нагло рассматривает меня. Наклоняется вперёд, смотрит в упор.

– О, да, есть. Впиться поцелуем в губы одной очень заносчивой и нерешительной девчонки. – Чувствую, как исследует меня взглядом, ждет, что я отреагирую на это, но я игнорирую.

– Почему не сделал? – Снова откидывается на спину.

– Потому, что у нее есть парень. – Лёгкие отекают от фразы. Забываю, как дышать. Громко сглатываю и, сделав вид, что не понимаю, про кого он говорит, утыкаюсь в телефон. Хотела же быть стервой. Почему не могу с ним? Может потому, что не провоцирует, а лишь дразнит.

– Мне нельзя комментировать твои ответы, – бубню себе под нос, не решаясь взглянуть на парня. – Что в дружбе для тебя наиболее ценно? – Читаю следующий вопрос. Молчит и я сдаюсь первой, поднимая на него глаза.

– Поддержка и осознание того, что я могу позвонить другу в два часа ночи и не быть при этом посланным к чёрту и наоборот, – отвечает сразу, не задумываясь. Завидовала, что у него есть такие друзья. Утыкаюсь глазами в пол. Кому могла бы позвонить я? Сету – да. Больше никому. Хотя, теперь… я могла позвонить Джадду. Может он и не догадывается, но вчера это доказал. Получается, мы дружим? Или что это между нами?!

– Рэй, – вырывает из мыслей парень.

– А, – смотрю на него и понимаю, что надо читать следующий. – Да. Какое самое большое достижение в твоей жизни?

– В этом отвратительном и жестоком мире я остался человеком. Самое лучшее достижение, я считаю, – утыкается в пальцы, рассматривая их. Прячет глаза, и чувствую неискренность в его словах. Что-то не договаривает.

– Какое твоё самое дорогое воспоминание?

– Однажды мы с моим лучшим другом поклялись, что никогда не предадим друг друга. – Говорит с болью и отстраняется. – Нам было лет по семь, когда мы располосовали ладони старым лезвием бритвы и пожали друг другу руки, поклявшись на крови. Тогда нам крупно влетело за то, что мы занимаемся подобной ерундой, но факт остаётся фактом – крепче дружбы у меня не было.

– А самое ужасное воспоминание? – тихо говорю, боясь даже услышать ответ. Сжимает руки в кулаки. Явно сложный и до тошноты неприятный вопрос. Мозг на автомате проецирует всё на меня, прокручивая в голове весь ужас. Пойму, если не ответит, но Джадд продолжает.

– Смерть близкого друга, – вскидываю на него глаза. – Я не смог даже нормально выстоять церемонию его похорон, – смотрит не моргая. От ледяных глаз озноб по телу. – Как оказалось, у меня слишком слабая нервная система, – голос дрожит и понимаю, что захожу слишком далеко. Настолько сильна боль, что он даже не может её скрыть.

– Что для тебя значит дружба?

– Взаимопонимание и умение выслушать, быть рядом всегда, а не только тогда, когда случается что-то страшное. Быть в горе и радости – девиз, который относится не только к браку, но и к дружбе. – И в семье, добавляю про себя. Воспоминания моей собственной жизни не дают удержаться и слезы начинают капать из глаз. Сам того не зная, уже залез в душу. Выскреб оттуда всю грязь. Собирая всё лишнее. Осталось кому-то убрать и выкинуть это навсегда. Но пока оно со мной, не смогу отпустить. Пошла же на психолога, чтобы помочь самой себе. И таким, как я. Сжимаю зубы, смахивая слёзы.

– Эй, Рей, ты чего? – привстаёт, рассматривая меня.

– Ничего, кое-что вспомнила. Давай закончим на сегодня? – Поднимаюсь, убирая телефон, и направляюсь из беседки. В последний момент успевает остановить меня, взяв за запястье, и встаёт рядом.

– Не хочешь рассказать? – Рассказать и стало бы легче, но нет. Я слишком мало его знаю, чтобы раскрыть свою жизнь.

– Нет, – качаю головой.

– Джадд, – голос Джессики прерывает нас и спасает от ненужного разговора. – У тебя телефон звонит. Парень отпускает запястье и наклоняется к уху.

– Потом договорим, – шепчет, не ставя точку в разговоре. – Иду, мам, – кричит и выходит.

Вытираю следы от дорожек слез и выхожу из беседки. Замечаю Джадда в стороне, разговаривает с кем-то по телефону. Бросает украдкой взгляд на меня. Словно не хочет, чтобы я услышала разговор.