50. Меня там не было!

В комнате Аквы было темно и тихо. От того в ушах все громче звенел смех Кики. Той, кому отдал предпочтение мой муж.

Вот бывает же такая невезуха! Думала, хоть среди четверых попадется один нормальный. И ни хрена. Не заслужила, видимо, я счастье в личной жизни. Всю любовь, приготовленную для нашего рода, бабуля использовала. Мне остались лишь объедки: вроде и мужик, а толку ноль, и так четыре раза.

Что ж, как говорится, лошадь сдохла — слезь. Смысл пытаться строить счастье из мыльной пены?

Монотонное посапывание Аквы ничуть не успокаивало. Наоборот, оно начинало действовать как раздражитель, мешающий не то что уснуть, но хотя бы успокоиться.

Сестра Оушена приволокла мое туго соображающее тело в свою комнату, чтобы я была под присмотром и не упивалась горем в одиночестве. Напоила меня, и себя за компанию, сладкими каплями, которые, по ее словам, должны были и кита успокоить, но в итоге, выключилась сама. Видимо, на землянок фаресские чудодейственные снадобья не действуют.

Я прошлась по комнате, пытаясь отвлечься хоть на что-нибудь. Но стоило только представить эту кикимору под мощным телом Оушена, как она стонет и извивается, как впивает свои ногти в его спину, шепча его имя…как внутри живота стали просыпаться динозавры. Летающие, оглушающе рычащие и требующие не сидеть на месте, а предпринять хоть что-то. Правда, не уточняли, что.

Но для начала, надо бы отсюда выйти.

Я подергала дверную ручку, она лишь глухо побряцала металлическими внутренностями, но дверь не открыла. Прекрасно. И когда же Аква успела закрыть нас, да еще и ключ спрятать? В окно прыгать, чтоли? Я, конечно, отчаянная женщина, но не спецназ же!

Значит, буду искать потайную дверь. Во всех замках должны быть тайные ходы!

Их я не нашла. Может, плохо искала, но ладошки хорошенько стерла, поэтому кожу пекло, точно ею по наждачной бумаге водила.

Пытаться найти спрятанный ключ в многослойных одеждах Аквы бессмысленно. А, если и найду, за дверью точно стоит охрана, которая, если меня и выпустит, то точно за мной увяжется.

Остается окно. И вариантов других нет.

Я распахнула невесомые занавески, и посмотрела в темноту. Не видно абсолютно ничего: ни звездочки, ни облачка…Только шум ветра и волн, разбивающихся о стены могучей скалы, на которой стоит замок.

И именно сейчас, ощущая свою беспомощность и малозначимость среди стихии, неподвластной ничему, я поняла, что хочу быть такой же свободной, легкой и никому ничего не должной.

Я хочу сбежать! Улететь! Освободиться!

— «Устройство заряжено», — голос робота тихо-тихо оповестил хозяйку, что прибор, приводящий в движение гравитс, можно использовать.

Господи!!!

Это же и есть мое спасение!

И тут, кажется, все мои органы пустились вскачь, побуждая к действию. Этот неуемный свербеж, вперемешку со страхом и волнением, не давали нормально соображать. Но мои ноги уже несли меня к синей сфере, в поле которой и заряжался ключ от летательного аппарата.

Нажав нужную комбинацию кнопок, я пришвартовала гравитс Аквы к распахнутому окну, и шепотом попросив прощения у хозяйки за угнанный аппарат, прыгнула внутрь.

Стоило очутиться внутри, как сердце гулко застучало о грудную клетку, а в ушах заложило от волнения.

— Леди Аква, рады приветствовать вас! Центр управления полетами готов принять ваши указания.

Ну вот, прилетели. Если я сейчас заговорю, они тут же поймут, что я не Аква. Да и куда лететь я не знаю. Что же делать? Не могу же я вылезти отсюда тогда, когда нахожусь почти на полпути к желанной свободе!

Теплая капелька, медленно сползающая с глаз по моей щеке, остановила хор тараканов в моей голове, подначивающих скорее что-нибудь сделать. Или то были динозавры?

Куда ты собралась? Как ты собираешься управляться с этой штуковиной? И что будет с тобой, когда тебя поймают, а тебя поймают…

— Леди Аква, мы готовы, слушаем команду.

Я вытерла мокрый нос и решительно отключила динамики. Будь, что будет!

Как только я щелкнула рычаг самостоятельного управления гравитсом, все страхи как рукой сняло. И я уже знала, что мне делать, и куда лететь.

Мне нужно на Дар. Ведь там живет Аврора, та женщина, что сможет защитить меня. Только она одна поймет, каково мне, заступится и не выдаст обратно.

Надеюсь…

Не один раз мы с Сидом совершали прогулки по Земле на таком же гравитсе, и я подсматривала, как он управляет им. С паршивой овцы, хоть шерсти клок! Сейчас это умение мне ой как пригодится!

Мне нужна была карта галактик и я с легкостью вывела ее изображение на передний экран.

Подсмотрев необходимые координаты, я ввела их нужную таблицу и палец застыл на кнопке «старт».

«Давай, не медли! Хуже не будет!» — пнул меня самый наглый из динозавров, и рука дрогнула.

В то же самое мгновение меня вжало в кресло, лишая тело возможности пошевелиться. Лишь через пару минут, я с трудом смогла открыть глаза и поняла, что нахожусь в космосе.

С каждой секундой давление на тело становилось меньше, и я могла им управлять. И, когда, на экране возникло сообщение, что я могу отстегнуть ремни, я облегченно вздохнула.

Я одна. А вокруг на многие сотни тысяч километров пустота, темнота и тишина.

Страшно ли было мне? Конечно! Но желание избавиться от прошлого было сильнее страха.

— Время пути составит две тысячи часов семнадцать минут.

Сколько?

Я стукнулась лбом о стекло, к которому прилипла, разглядывая далекое скопление звезд.

Это ж сколько дней?

Около восьмидесяти?

Космическая сила! И что делать?

— На гравитсе есть запас еды? — я нажала на кнопку, позволяющую общаться с системой гравитса.

— Запаса еды хватит на семь суток. Запаса батарей летательного аппарата хватит на семь суток, — равнодушно ответил гравитс.

И что прикажете? До Дара восемьдесят дней, даже больше, а протянуть я смогу только семь.

Может не поздно вернуться?

Я прикусила ноготь, пытаясь сосредоточиться. Но ничего, кроме разнообразных форм поминальных венков в голову не лезло.

Даже могилки у меня не будет… Я уже молчу о подружках, которые за рюмкой водки уже не скажут: «Хорошая баба, все-таки была, наша Пэдровна».

«Прекрати!» — заорала я сама на себя, и среди густой тишины этот крик просто растворился.

Из каждой задницы можно найти выход!

Допустим, без еды я протяну. Сколько там человек может не есть? 40 дней? Вот буду день есть, неделю облизываться. Но как заряжать гравитс?

— Мы можем где-то подзарядить твои батареи?

— Вы можете подать сигнал с просьбой о помощи на ближайшую планету.

Это не подходит! Они сразу узнают, что я угнала гравитс и вернут назад. В лучшем случае.

— Еще способы есть?

— Других способов нет. Гравитс не предназначен для межгалактических перелетов.

Чертова машина!

Все равно назад не вернусь!

Лечу дальше! А проблемы будем решать по мере их поступления.

Глядишь, на просторах вселенной встречу своего спасителя на голубом вертолете, и увезет он меня в дальние дали к зеленым человечкам. И не будет там никакой Кики!

— Передаю управление командному центру. Займите место и пристегните ремни.

Гравитс замер, и казалось, что он покачивается на легких волнах.

— Эй, я сама управляю тобой! — я подбежала к панели управления и ударила по кнопке старта.

— Управление заморожено.

Еще лучше! И дальше что?

— Летим дальше!

— Командный центр приказал стоять!

— Я управляю тобой, чертова ты тарелка!

— Да. Но передвижениями теперь управляет командный центр.

Вот влипла!

— И куда же собралась моя маленькая строптивица? — голос Оушена прозвучал так громко, что меня отшвырнуло в кресло.

Я боялась пикнуть, будто это выдало бы меня с головой.

— Жена моя, нехорошо уходить из дома, не предупредив об этом меня!

Кажется, в его голосе я слышала добрую улыбку. Не злой — уже хорошо. Может, не прибьет.

Но все равно буду молчать. Как-будто меня здесь нет. И вообще! Это не я.

Я снова нажала «старт».

— Миленький, гравитс, давай полетим, а? Пожалуйста! — умоляюще заскулила я, глядя на панель.

— Миленький гравитс не двинется с места, пока я не прикажу! — Оушен ответил более грубо, и сразу же в динамиках захрипело и воцарилась тишина.

Такая тишина, точно я под толщей воды. Или нет, под слоем земли. В общем, придавленная сверху тоннами груза, отрезанная от мира, но еще пока живая…

Мороз пробежал по коже, и страх заставил обернуться. Но, не обнаружив никого позади себя, я вернулась на место и вот тут-то меня ждал сюрприз.

Из-под гравитса медленно выплывал огромный черный корабль, который не сливался с темнотой космоса только благодаря бликам подсветки. Размером с три футбольных поля, и высотой с девятиэтажный дом, космический корабль поравнялся с моим крохой и стал приближаться.

От одного вида этой махины мое сердце остановилось, а во рту пересохло.

— Малыш, давай поговорим.

Казалось, что Оушен говорит это мне прямо на ухо, обжигая висок своим дыханием, но его голос звучал из динамиков. Даже мурашки по шее побежали.

Соберись, тряпка! Ласковое слово и ты уже поплыла! Возьми себя в руки!

— Даже не подумаю! Убери свою штуковину с дороги! — огрызнулась я.

— А то что?

Ах этот гад еще издеваться будет!

Я пробежалась глазами по панели, ища кнопочку, которую «ни за что нельзя нажимать», ну во всяком случае, так говорил Сид, когда давал «порулить».

Вот сейчас-то я тебя и опробую!

Коснувшись надписи «огонь» на продолговатой оранжевой кнопке, я еще раз взглянула на чудище, гордо парящее перед моим гравитсом.

Неужели не жалко? Разве сможешь убить его?

Смогу! Если не уберется!

— Ариэль, не вздумай! Убери руку с панели! — наконец-то, вся радость из его голоса исчезла! Значит, испугался.

— Проваливай! Иначе…

Меня окатило теплым знакомым ароматом, и крепкие руки, прижали к твердому телу, разворачивая к себе лицом.

— Я знал, что ты вредная, но не настолько же!

От любимого взгляда, от горячих нежных рук, крепко прижимающих меня к рельефному торсу, вся моя решимость испарилась. Я таяла, вдыхая запах мужчины, и дрожала от чувств, переполняющих меня изнутри.

— Пусти! — полностью лишенная возможности шевелиться, я могла двигать лишь губами.

— Ты же не хочешь этого!

— Я не хочу мешать чужому счастью! — зарычала я, пытаясь вырваться, но все мои попытки были пресечены тут же.

— Но моему же мешаешь! — этот черт улыбался, не сводя с меня глаз.

— Не мешаю! Вот специально улетела, чтобы не смущать вас своим присутствием.

— Не понимаю, о чем ты, — он смешно сжал губы и удивленно приподнял брови.

— О том, как твоя Кики громко стонала сегодня в вашей спальне!

Нет, ну а чего лукавить? Пусть знает, в чем суть моих претензий. А то, видите ли, из себя праведного корчит, а сам с бывшей женой шпилится по углам.

— Сегодня меня не было во дворце. Более того, на Фаресе меня не было!

Он замолчал, ожидая моей реакции, но не выпуская из крепких объятий.

— И, если тебе моих слов мало, это могут подтвердить все, кто был со мной рядом.

— Мне все равно! — чуть ли не плюнула я.

— Серьезно? Так все равно, что ты угнала гравитс моей сестры?

— А что мне было делать? Продолжать слушать ваши стоны?

— Еще раз! Меня там НЕ БЫ-ЛО!

Кровь прилила к щекам.

Не было? Но я же слышала…

— Неужели, ты еще не поняла?

Пальцы нежно коснулись моей щеки, проводя по раскаленной коже.

— Я люблю тебя.

И если до этого сердце заходилось в истерике, то теперь оно замерло.

— Я во многом был не прав. И ты плохо знаешь меня, чтобы не обращать внимания на мои реакции. Но знаешь, каково это видеть, что твоя женщина вовсе не твоя?

Оушен припал губами к моему лбу и замер.

— Никогда в жизни я не был настолько счастлив и беспомощен одновременно. Я держал в руках свою судьбу, но был обязан отдать ее другим. И я не выдержал этого. Я нагрубил тебе. Я повел себя глупо. Обвинил тебя в том, в чем ты по сути была не виновна. Но это от безысходности.

Ему тяжело давалось это признание. Желваки то и дело сжимались, а глаза пытались спрятаться от моих.

— Я признаю, что был не прав. Прости меня. И, чтобы ты поняла, насколько сильно дорога мне, как я хочу, чтобы ты была счастлива, я обещаю тебя отвезти на Дар. И…там вместе с тобой дождаться решения суда. И, если оно тебя не устроит, если тебя не освободят от выполнения контракта, я буду добиваться его отмены. До последнего. Но ты станешь свободной. От нас всех. И от меня тоже.

Его пальцы перебирали волосы, поглаживая мой затылок, а душа от удовольствия сворачивалась в клубочек, как котенок. И я уже не была уверена, хочу ли быть свободной от него, от моего Оушена…