Глава 38. Ритуал

А на острове нас ждали аборигены. Мужья не знают, что здесь буду и я. Они не знают, что здесь они будут все вместе. Я навела их на мысль, что ритуал будет происходить для каждого в разных местах, пусть и в одно время.

Они не знают, что мы проведем одну из самых значимых ночей, которая возможно наградит нас новой жизнью, ребеночком. Наша охрана поодиночке привезла мужей на остров и сейчас их по-одному увели в разные лачуги, где каждому помогают по трое самых сильных мужчин племени. Тут уже аборигены следуют древним обычаям по обряду.

Как-то разбирая старые коробки с хламом, нашла свою старую одежду, а среди тряпья нашлось несколько повязок на глаза, которые использовали мои мужья за те первые две недели, что я провела почти не видя. Уж не знаю зачем, но я их припрятала. И вот — пригодились.

Я долго договаривалась с главой племени, чтобы моим мужчинам завязали глаза и более того, попросила с ними не говорить. С этим глава племени легко согласился и даже одобрил.

Сегодня задача моих сильных мужчин слушаться, молчать и ничего не видеть.

Их долго готовили к ритуалу, сначала напоили отваром для очищения организма. Через час бледных мужей отвели на речку и помогли обмыться.

Вообще к любому мужскому ритуалу в этом племени готовят старшие родственники. Не важно мужчина или женщина, а поскольку мои женаты, то их окружают исключительно мужчины.

Ритуал этот призван раскрыть сердце, подарить удачу и ловкость в охоте, увеличить мужскую силу, помочь в любом подвиге.

На мужьях только амулеты, концентраторы энергии, которые всем раздала и запретила снимать.

Солнце ушло за горизонт, пора. Уже горит огромный костер посреди поляны, трещат поленья.

Со мной женщины племени у второго костра, немного поодаль, но в пределах видимости. Меня тоже готовят к ритуалу, вернее к его заключительному этапу.

Днем мы были в своеобразной бане, после умасливали тело местными мазями, а теперь на тело нанесли специфические символы способствующие плодородию, даже между ног чем-то мазнули, так что я тоже готова к действу.

Сегодня в наряде местных женщин, нечто короткое из листьев на бедрах, на груди лишь венок из цветов. Стою у женского костра, но внимательно наблюдаю за мужчинами, теперь я все вижу и понимаю. Подхожу ближе, занимаю удобный наблюдательный пост. Оставшиеся женщины, что-то тихо напевают, будто молятся, возносят руки к костру и небу раз за разом.

Мои мужья в полном неведении. Голые, лишь амулеты сверкают силой. Они в мужских руках с завязанными глазами — для мужской гордости сложное испытание. Как и то что испытывала я будучи голой среди них, для женской гордости и скромности. Мужей предупредила, что ждет нелегкое испытание.

И все я спокойна, верю в них. Мои мужчины не понаслышке знают, как важно добровольное согласие на любой ритуал, иначе он просто не сработает. Но им есть ради кого стерпеть многое.

Слышатся первые барабанные дроби, еще осторожные, редкие.

Искры огня обоих костров высвечивают чудаковатых для моего восприятия аборигенов: мужчин и женщин в перьях и краске на обнаженных телах и лицах. Видимо и в их племени через девять месяцев ожидается большое пополнение, они это понимают и готовы. Но нашему ритуалу это только в помощь.

Вне общего круга стоят раскрашенные местные жители со странными барабанами и еще какими-то инструментами в руках. Музыка плавная с редким ритмом, но он постепенно нарастает, усиливается.

Несколько мужчин вышли вперед и начали свои самобытные телодвижения, будто в поклоне на полусогнутых, они ступали в такт ударам барабана, раскачиваясь и подпевая. Песни исполняются гортанными звуками, которые хоть и звучат непривычно, весьма гармонично сливаются с окружающей средой.

Мужья мои с повязками на глазах с обнаженными, исписанными яркими красками телами стоят в ближнем кругу у костра. В их кожу втирают масла, чтобы краска дольше держалась, чтобы удержать дары ритуала.

Для меня, пристально наблюдающей за действом, это становится своеобразным афродизиаком. Масла делают их потрясающие тела еще соблазнительней. Хочется самой обмакнуть ладони в теплое масло и растереть по мужскому телу, медленно скользя по гладкой загорелой коже. Чувствую разгорающийся огонек будущего пожара. Буквально облизываюсь на мужей, не сводя них алчно-голодного взгляда. Кому-то сегодня много мужской силы понадобится. Хихикаю про себя.

Их поят чем-то из общей большой ритуальной чаши и пускают ее по кругу. Еще несколько аборигенов присоединяются к странным пляскам. Постепенно танец, куда входят все больше присутствующих, сильнее напоминает транс, мои мужья раскачиваются в такт диковатой музыке, которая становится громче, напряженнее и быстрее.

Самое интересное, что у всех мужчин появляется эрекция. И мои мужья могут гордиться, у них члены крупные, красивые, мощные, головки поблескивают влагой и я сглатываю слюну. Между ног горячо и очень влажно, меня переполняет вожделение. Понимаю, что дышу хрипло, рвано. Приходится сдерживать себя, чтобы не напасть на одного из мужей с дубинкой и не уволочь его в ближайшие кусты. Ого, как странно действует на меня энергия ритуала.

В музыку и песнопения вклинивается новый голос, старческий, надтреснутый, но сильный, властный. Он поет речитативом что-то непонятное, но сердце у меня начинает биться быстрее. Я вижу только моих мужчин, каким-то образом, они двигаясь под музыку дико и сексуально переместились ближе друг к другу.

Тело мое воспламеняется все больше, все мысли мои о том, что невозможно любить сильнее, острее. Хочу быть рядом с ними, чувствовать их прикосновения, их нежность и их любовь. Силу их тел на мне и во мне. Их движения дикие и необузданные. Мои мужчины вступили в общую пляску и двигаются они так, будто танцуют эти странные танцы регулярно, но они явно выделяются особой грацией с налетом изысканного эротизма современного танца. Я засмотрелась, они прекрасны и необузданны, то что нужно здесь и сейчас. Я смотрю еще некоторое время, но потом меня легонько толкает в бок одна из женщин и я понимаю: пора.

Иду к открытой беседке, построенной на скорую руку специально для нас, скрывающей от нечаянных взглядов и, в то же время, открывающей волшебный вид на звездное небо. Говорят, оно в этой части света особенно прекрасно. Лежанка здесь мягкая, удобная и просторная. Ночи теплые. Неподалеку горит небольшой костер, так нужно по ритуалу. Я ссыпала в него какие-то травки, местная женщина подавала и что-то шептала своим богам. Дым окутывал, окуривал, дурманил.

Вскоре ко мне приводят мужей, разгоряченных, возбужденных.

Подхожу к Дему, он ближе других, глажу по груди, руки легко скользят по сильным, напряженным рукам, плечам. Любуюсь им. У меня даже слюна выделилась. Жаркая волна прокатилась по телу. Я уже не осознавала себя. Я готова к дикому напору. Но тут мою руку ловят. Поднимаю голову, Дем хочет снять повязку.

— Нельзя. — громко шепчу ему и всем мужьям.

Он сразу расслабляется, узнал. Теперь мужчина легко принимает мою ласку и повязку больше не пытается снять.

— Решила поиграть с нами в наши игры? — Дем говорил сбивчиво.

— Никаких игр, это ритуал, помнишь?

— Это по ритуалу меня лапали мужики? — сколько возмущения.

Скольжу пальцами вдоль рисунка мышц и выступающих вен, наслаждаюсь ощущениями.

— А ты бы хотел, чтобы лапали меня?

Напряжение мужчины растет, а терпение судя по всему заканчивается.

Он что-то невнятное рычит в ответ.

— Ты прав, дорогой, именно по ритуалу тебя лапали мужики.

Эмоции накаляются, чувствую и троицу позади, сколько негодования в эмоциях, но смешаны они с практически неконтролируемым желанием, но они терпят, ждут. Лапочки мои.

Смотрю, как часть краски смазывается с кожи моих мужчин под моими скользящими прикосновениями, часть въелась в кожу. Обхожу его сзади, мышцы плеч, спины. Шикарно. Своей мягкой, налитой грудью прижимаюсь к спине, сама руками осязаю напряженный пресс.

Мужчина нервно выдыхает.

— Лайна!

Опускаюсь ниже, глажу волшебный жезл, раз, другой. Чувствую сдерживаемую мощь мужчины. Сама готова накинуться на него, но что-то останавливает. И я наслаждаюсь эстетикой и чувственной стороной любви к ним. Отстраняюсь и оглаживаю крепкие ягодицы. От этих восхитительных самцов у меня будут дети, я в восторге. Не обделила вниманием ни одного мужчину, остальные в это время проявляли недюжинное терпение и только прислушивались к шорохам и моим мурлыканьям.

Я снова подхожу к Дему. Пальцами касаюсь его губ, а потом медленно провожу по масляному, горячему телу вниз до дерзко стоящего члена.

Муж утробно стонет, наклоняя голову ко мне и я ловлю его губы. Поцелуй сметает все мои мысли враз, он разжигает сильнее уже горящий костер страсти, вожделения. Подпрыгнув, обхватила бедра мужчины ногами. Дем устоял, подхватил и немедля вошел в меня сразу на всю длину, а я выгнулась в руках мужа, прильнула теснее. Он сорвал с меня юбку из листьев. Наша скачка бешеная со звериными звуками, которые рвутся из горла. Моя самая любимая поза. Уж не знаю отчего, но экстаз приходит быстрее, а сегодня и подавно. Нас ничто не сдерживает и вожделение, похоть вырывается наружу, даря нам небывалое удовольствие. Совсем скоро огонь в крови Дема выплеснется в меня. Да, давай, милый, я готова. Взрываюсь в своих сладких ощущениях, фейерверк эмоций и чувств от мужа. Он обнимает меня крепче, целует жарче, но не спешит разъединяться.

— Люблю тебя и твои проказы, маленькая.

Дем звонко хлопает меня по попе и позволяет скользить вниз по его скользкому телу. И мне это нравится, такие гладкие, блестящие тела, очень необычно и заводит безмерно. Я его трогаю, глажу по любимым рельефам мышц, кайфую.

Пока кто-то еще не выдерживает и не ловит мое тело в свой сладкий плен. Успеваю сорвать повязку с Дема и переключаюсь на другого жаждущего моей ласки мужа.

Снова чувствую всех своих мужчин, они рядом, вдыхают мой запах, слушают мои стоны. Я ощущаю их прикосновения будоражащие чувства. Несмотря на сильнейшее возбуждение плоти, они наслаждаются тем, что сейчас происходит. По какой-то причине они не торопят и выдерживают очередность.

Ночь была долгой, сладкой, полной дикой страсти и нежной любви. Они вымотали меня и себя.

Первому стянула повязку с Дема, так как он первый довел меня до пика, а постепенно и с остальных мужей.

После Дема в игру вступил Перс, нет, в любовную схватку со мной. Ничего не видя, а только чувствую меня, он умело распалял сначала пальцами, потом вошел и в самом яростном темпе вбивался в меня. Я кричала, едва стоя на четвереньках, с благодарностью и желанием принимая каждый выпад и движение во мне. Он успевал невесомо провести пальцами вдоль позвоночника, мягко обхватить груди и сдавить чувствительные соски. Яркие молнии удовольствия взрывались в теле от каждого сильного толчка и нежного прикосновения. Безумно дико, безумно сладко. Выгибаюсь дикой кошкой, рычу. Перс уже крепко держит мои бедра, но я все равно высказывала из захвата, пока мужчина не поймал мои руки, связал чем-то за спиной и держал меня практически на весу. Низкое рычание выдавало силу его ощущений. Потом кто-то поймал мой рот и ловил страсть из губ в губы. Гай тоже был требователен и безудержен в нашем желании слиться, но и его ожесточенный напор мне был очень нужен и приносил сильнейшие удовольствие.

— Ты знаешь как это возбуждает не видеть, зато все слышать и фантазировать о самых развратных ласках? Не подозревал, что твоя повязка настолько усиливает возбуждение, что готов кончить от первого же твоего сексуального стона. От твоего “нельзя” соблазнительным шепотом и от самого невинного прикосновения. — Гай прижимается к моей спине, вдавливает свое желание глубже в меня.

Пару секунд назад я чуть не улетела в нирвану, но он остановил и себя, и меня в шаге от общего экстаза. Шепчет на ушко, а потом скручивает волосы жгутом и заставляет выгнуться. Его член так глубоко и приятно меня растягивает, восхитительное удовольствие разливается по телу, становится еще жарче и буквально чувствую, что еще секунда и кончу даже без фрикций. Задыхаюсь. Гай неожиданно отстраняется и яростные толчки очень быстро приводят нас к обоюдному наслаждению и расслаблению.

Я падаю, он покорно следует за мной, но осторожно ложится рядом, чтобы не раздавить. Пора и ему открыть глаза.7d423c

— Мне понравилось. — шепчет он мне с лукавой улыбкой, легонько прикусывая мое плечико и перекатывая меня прямо в объятия Рея.

Рей ждал дольше всех, но как только его тело накрыло мое, я почувствовала первозданную мощь его желания. И мгновенно завелась. То как лихорадочно его руки скользили по телу, как он шептал слова любви и страсти. Не стала ждать когда он закончит с прелюдией. Толкнула в плечо, опрокидывая на спину и седлая мужа. Слышу громкий выдох облегчения и экстаза.

— Ты такая горячая, любимая! Хочу тебя!

Я оправдала его желания, насаживаясь и скользя по нему, наращивая и без того бешеный темп. Рей помогал мне руками и бедрами.

— Да, давай, сильнее! — сорванным горлом кричала ему в рот.

— Нет, я не выдержу больше!

И правда, не выдержал. Чувствовала его удовольствие как свое чутким даром, наслаждаясь тем, как член мужа увеличился внутри. Стало еще слаще. Мой ком удовольствия разросся до небывалых величин и взорвался. Внутри меня брызги блаженства словно стекали вниз, расслабляя. Упала на Рея. Мелкие судороги пробегали по телу, а вкусное удовлетворение увеличивалось, заставляя мурлыкать и глупо улыбаться.

Рей прижимал меня к себе, легонько гладил по спине и продолжал шептать нежности.

Рай прекрасен, скажу я вам.

Когда я с Рея сняла повязку, он долго с нежностью смотрел на меня, а потом обескуражил:

— Ты самая прекрасная из женщин. — пальцы ласково касались лица, шеи, плеч…

После выплеска первой страсти, пришла пора нежности. И мы дарили ее друг другу, лаская и погружаясь в омут любви, но иногда все-таки срываясь в страстные порывы. И только когда на небе просветлели звезды, мы вповалку лежали удовлетворенные и умиротворенные на огромной разворошенной лежанке. Переплетенные ногами и руками, общим теплом и душами.

Я чувствовала небывалое единение с каждым из мужей, казалось никого нет ближе и роднее. С самой блаженной улыбкой смотрела в небо, а мое сердце готово обнять весь мир и все звезды. Я счастлива бесконечно. Люблю и любима. Верю и не верю. Все же больше верю, что все реально и все со мной!

Вместе долго еще смотрели на гаснущие светила и гадали, смогла ли еще одна влюбленная парочка снять проклятие. Костер догорал и иногда сыпал искрами.

Проснулись мы ближе к вечеру.

Дем первым делом схватился за мнем и позвонил своему доверенному лицу во дворце, чтобы узнать, известно ли что-либо интересное. Оказалось, отец с новоиспеченной женой из покоев не выходили.

Любопытство подтолкнуло Дема набрать номер отца и через несколько секунд перед нами развернулась голограмма: сияющий Мартиниан собственной персоной, без маски и без иллюзии. У меня отлегло от сердца, так как во время звонка разволновалась я очень сильно. Свекор со своей молодой женой сидели на ковре у камина и ужинали, прикрытые лишь большими подушками. Счастливые смешинки в глазах говорили о многом, тут и слов не нужно. Мы и не стали болтать, просто от всего сердца поздравили и не слушая ответа отключились. Как же хорошо стало на душе.

Мужья светились от счастья и зацеловали меня, стараясь хоть так передать всю благодарность, что чувствовали ко мне сейчас. Я чувствовала ее вместе с ними. Задержались в своей беседке еще на некоторое время. И после нашли еду и питье рядом с еще тлеющим костром, а потом так получилось, что вышли в люди только утром следующего дня. Счастливые и довольные. А еще голодные.

Ночью мы немного прогулялись до озера, где вдоволь накупались, пользуясь только песком в качестве мыла. Я удивилась, но масло отмылось, а кожа скрипела от чистоты. Вытереться было нечем. На мужьях остались необычные узоры. Красиво даже в неярком свете луны.

Утром наша одежда нашлась около места ночлега, на пне.

Местные жители сегодня выглядели очень довольными и были весьма дружелюбны. Больше ничего не напоминало о вчерашних событиях. Обычная одежда, умытые лица и тела. Обычное племя с босоногими детьми. Все улыбались счастливыми, иногда смущенными улыбками.

Юная девушка, как раз с такой улыбкой и румянцем на щеках отвела нас к небольшому костру, где готовили еду и собрался народ племени. Большинство сидело за низким столом, сидя на брошенном рядом широком бревне. Нам тут же уступили места, подвинувшись. Перед каждым поставили пиалы с горячим ароматным варевом. Еще на столе стояло большое плоское блюдо с аппетитнейшими лепешками, которые тут же пекут на камне с добавлением сыра и острых специй. На огромных лопухах лежали какие-то ягоды, а в кувшинах питье. Во главе всего этого изобилия сидел очень довольный глава племени. Вчера и раньше он был скептически к нам настроен. Интересно, что поменялось. Молоденькая девушка с алыми щечками, что привела нас сюда, села рядом с ним и стреляла глазками. Глава племени тоже исподтишка следил за девушкой с загадочной улыбкой. Ага, вот и причина хорошего настроения главы.

— Гости дорогие! — привлек внимание всех присутствующих к противоположному краю стола старческий, скрипучий, но зычный голос. — Прошу вас искушать с нами скромный завтрак. Вы принесли нашему племени удачу. Как и мы вашему.

Я опустила глаза, так как примерно понимала, что старик намекает на мою возможную беременность. Надеюсь, он не расскажет об этом мужьям, хотелось бы самой обрадовать, когда буду уверена, что это действительно так. Очень хочу, чтобы это было именно так.