Day 35.
Глубина. Вода ледяная, мышцы сковывает моментально. Все черное. Я ничего не вижу вокруг. Внутри меня ещё есть немного воздуха, но его едва ли хватит, чтобы выжить. Я парю в воде. Ещё минута и воздуха не останется. В моих легких окажется вода. Я умру. Я смотрю на верх. Там светло и вода кажется теплее. Я помогаю себе руками и ногами, чтобы добраться до поверхности. Воздух предательски меня покидает, но ещё немного выберусь из этой проклятой глубины. Одна секунда, вторая, я захватываю ртом воздух, я наконец-то вынырнула. Я жива.
***
Резко открываю глаза. тяжело дышу. Пройдет несколько минут перед тем, как я пойму, что нахожусь вверх тормашками . Одно малейшее движение вызывает противный скрип металла. Я в машине, во взвешенном состоянии , меня лишь удерживает ремень безопасности. На моих руках кровь и порезы из-за разбитого лобового стекла. Я делаю усилие и поворачиваю голову- Алекс до сих пор без сознания. Я еле-еле протягиваю к нему руку, снова раздается этот противный скрип.
- Алекс…
Я не чувствую никакой боли. Слышу лишь громкое биение своего сердца. Я жива. Я снова выжила. Мы находимся в этой машине давно, ещё немного и произойдет взрыв. Нужно выбираться. Отстегиваю ремень безопасности, ногой начинаю вышибать заклинившуюся дверь. С первого раза не получается, со второго тоже. Но на третий мне удается подчинить себе эту железяку. Я в прямом смысле выползаю из-под груды металла. Хватаюсь руками за землю, перестаю чувствовать едкий запах бензина, в меня ударяет чистый холодный воздух. Я ещё долго лежу на земле, свернувшись калачиком. Мною одолевает чувство паники. Из-за долгого пребывания в перевернутом состоянии кровь бешено стучит по вискам. Голова кружится. Ко рту подбирает рвота. Я нахожу в себе силы, чтобы подняться. Осматриваюсь вокруг. Ни души. Ни звука. Здесь только я , Алекс и обломки машины. А что если я уже умерла? Ведь после такой аварии я не чувствую совсем ничего. Хотя это возможно просто шок. Я ,прихрамывая , обхожу автомобиль. Кое-как открываю водительскую дверь. Алекс тоже покрыт слоем запекшейся алой крови. на минуту мне показалось, что он совсем не дышит. Чувство паники накатывает с новой силой. Я цепляюсь за Алекса и начинаю его вытаскивать из машины. Это оказывается сложнее, чем я думала. Мне кажется, что еще немного и мои сухожилия разорвутся от такой тяжести. Я закрываю глаза и мысленно себе говорю, что я обязана это сделать. Я тащу его. Голова начинает кружиться еще сильнее. Я сажусь возле него и вот сейчас мне становится действительно страшно. Вся эта ситуация сама по себе ужасна. Мы разбились из-за того, что были под кайфом. Лучше бы я умерла, ведь теперь только от меня зависит жизнь Алекса.
- Алекс, очнись –говорю я, одновременно ударяя его по щекам – пожалуйста, очнись! –я чувствую, как из моих глаз потекли слезы. Он не дышит. Его грудь совсем не движется.
Я, не раздумывая, кладу одну ладонь на другую в области сердца Алекса и начинаю делать непрямой массаж . Одновременно заглатываю порцию воздуха и вдыхаю ему в рот. Когда-то в школе нас учили оказывать первую помощь. У меня просто безвыходная ситуация.
- очнись! – делаю пятнадцать нажатий на грудину, с двумя вдохами, движения получаются очень не умелыми.
- Очнись!!! –кричу я , не останавливаясь делать нажатия. Теперь я начинаю чувствовать боль в запястьях, но мне на это все равно.
-очнись!!!
Я кладу пальцы на шею и проверяю его пульс –я его ощущаю. Снова делаю искусственное дыхание. В этот же момент он открывает глаза.
- Алекс, ты жив! Слава Богу! – я обнимаю его, слезы не прекращают скатываться с щек.
Я смотрю на него и ощущаю его боль. Он медленно дышит ртом, поворачивает голову , смотрит на машину. Я вижу в его глазах страх.
- черт побери.. -тихо говорит он, затем я замечаю, как ему становится ещё больнее – кажется, я вывихнул плечо.
Я аккуратно дотрагиваюсь до его руки, нащупываю на плече головку сустава, на лбу Алекса появляется холодный пот.
- да…нужно его вправить.
- …сможешь?
-я постараюсь – с неуверенностью говорю я.
Крепко держу его запястье одной рукой, плечо другой и насчет три резко дергаю его руку. В этот момент Алекс издает душераздирающий крик. Я не знаю, как я смогла это сделать. В меня будто вселился кто-то другой. Кто-то более сильнее и отважнее.
- ну и сила у тебя –говорит Алекс с зажмуренными от боли глазами — …спасибо. Ты-то как?
- нормально. В таких случаях, обычно говорят, что мы «родились в рубашке».
Мы оба чувствуем , как запах бензина становится еще более четким.
- черт! Сейчас здесь все рванет! –кричит Алекс.
- давай –я помогаю ему подняться, медленными шагами мы начинаем отдаляться от машины, но через мгновенье за нашими спинами раздается взрыв. Мы падаем. Уши моментально закладывает. Все заволокло черным дымом. Я смотрю на Алекса. Мы оба не по-детски дрожим.
- с добрым утром –говорит он.
У меня начинается истерический смех. Я и он смеемся в унисон. Не описать какие чувства мы испытываем на данный момент. Это хуже чем страх, паника и все вместе взятое.
***
Сейчас мы похожи на девяностолетних старичков, хотя даже они намного здоровее и активнее нас. Мы держимся друг за друга, помогаем друг другу идти, хромаем в одновременно. Кое-как я и Алекс добрались до дороги. Это очередная мертвая зона. За столько времени, сколько мы идем, не попалось еще ни одной машины. На улице серо и сыро. Не думала, что в Оклахоме настолько мрачно.
- Джей, я не знаю, где мы находимся. Мы отъехали ,неверно, миль сто…-говорит Алекс по едва уцелевшему после аварии телефону.
- спроси, как там Ребекка.
- мелкая с вами? –они называют Беккс «мелкой»? очень мило –да, она с ними и через каждую секунду спрашивает о тебе – я улыбаюсь и с облегчением выдыхаю – молодцы, что забрали все вещи, за вами не было хвоста? …Отлично. Как только мы доберемся до какого-нибудь населенного пункта, то сразу позвоним вам. –Алекс отключает телефон, чтобы сэкономить батарею.
Мы идем по середине дороги. Дует сквозной ветер. Мое тело, перепачканное кровью из-за множества царапин, облачено всего лишь в то самое платье со стразами. Мне очень холодно.
- о чем думаешь? –спрашивает Алекс.
- о д-душе, теплой воде, постели и горячем чае –скрипя зубами, говорю я.
Алекс останавливается и отдает мне свою кожаную куртку.
- надень.
- тебе тоже холодно.
- перестань – он аккуратно надевает на меня куртку. Мне становится чуть-чуть теплее – с тобой точно все в порядке?
- я же сказала да. Только царапины.
Мы продолжаем идти. Серость погоды начинает угнетать меня.
- знаешь, я тут подумал…тебе нужно вернуться домой.
У меня в миг пересыхает во рту.
- почему..?
- я тебя чуть не угробил.
- это был несчастный случай.
- Глория..
- Что?! –мы останавливаемся и смотрим друг другу в глаза – ты хочешь избавиться от меня? Я теперь тебе больше не нужна?
- ты еще мала, чтобы это понять.
- хватит! Не говори со мной так, будто я маленькая девочка.
- а разве это не так? Ты поссорилась с отцом, сбежала из дома –это поступок обычного подростка.
-…ты же сам сказал, что мне нужна новая жизнь?
-я ошибся –Алекс снова делает шаги вперед – найдем населенный пункт, поймаешь машину и уедешь.
Я продолжаю стоять на месте.
- я никуда не поеду.
- тогда мне придется тебя заставить.
- а Ребекка? Она будет с вами?
- с ней мы тоже разберемся. Глория, пойми, я не хочу больше тебя калечить. Из-за этой аварии мы чуть не погибли.
- да я лучше бы сто раз сдохла в той машине, но я никогда не вернусь к своему отцу! Я его ненавижу! Ты слышишь меня? Я его ненавижу!!! –внезапно вся моя чувствительность снова ко мне возвращается. Я ощущаю острую боль в боку, будто кто-то воткнул туда нож и вертит его по часовой стрелке.
- что с тобой?
-..ничего –нахожу в себе силы ответить я.
Холодные капли с неба падают мне на лицо и постепенно скатываются по подбородку.
- ну, отлично! Дождя нам ещё не хватало. –говорит Алекс.
Мы продолжаем путь. Редкие капли с каждой секундой учащаются и небольшой дождь превращается в ливень. С каждым шагом становится все труднее и труднее идти. Капли ледяного дождя с ветром –это убийственная смесь. Раны начинают сильно щипать. Кажется, что кто-то их расковыривает иголками. Машин нет. Мы одни, в забытом Богом месте. Начинает урчать в животе от голода, я забыла, когда последний раз клала крошку хлеба в рот. Голова кружится. Силы постепенно покидают нас.
Через некоторое время мы уходим с дороги, находим высокое дерево с обширной кроной и садимся у его ствола. Боль растет с каждым мгновением. Мне трудно дышать и я до сих не понимаю из-за чего она исходит.
- по-моему, он никогда не закончится –говорит Алекс.
Я смотрю в никуда, пытаюсь забыть о том мучении, которое я испытываю сейчас.
- так и будешь молчать?
- Стив был прав…
- в смысле?
- ты со всеми так поступаешь. Со всеми девушками. Сначала, ты их находишь, играешь в героя, а потом выбрасываешь. Теперь я одна из них.
- это бред – Алекс садится рядом со мной – Стив так сказал лишь потому, что ревнует тебя ко мне.
- ревнует? Он просто похотливый самец, для него ревность и любовь неприемлемые вещи.
- ошибаешься…
Я немею. Неужели я нравлюсь Стиву? Да быть такого не может. Он не способен любить. Его жизнь –это минутные перепихоны в уборных клуба.
- Глория, я думал, что если ты поедешь со мной и познаешь, когда жизнь действительно называется дерьмом, то ты вернешься домой и у тебя все будет хорошо.
- дома у меня никогда не будет хорошо.
- а как же Чед?
- забудь о нем! Помимо Чеда меня там ждет мать, которой ещё лет пять жить на транквилизаторах, папуля –тиран и мачеха. Я не хочу туда возвращаться. Мне хорошо с вами и мне не нужна больше моя семья.
- …когда-то я тоже так сказал. Знаешь, мой отец намного хуже твоего был. Он избивал меня, маму, сестру. Мать почти каждые полгода лежала в реанимации с переломанным черепом. Мне надоела эта жизнь и я сбежал из дома. Познакомился со Стивом и Джеем. Нас объединила музыка. Мы решили уехать из города и сочинять песни. Сначала, все было круто, но потом , я понял какая же я скотина. Я бросил маму и сестру с этим чудовищем. Я вернулся…но вместо дома я увидел руины. Произошел пожар, мама с отцом сгорели заживо. И вот тогда я понял, каким же я был идиотом, когда сказал: « Мне не нужна моя семья».
Я пребываю в потрясении от услышанного.
- а сестра? Где она?
- соседи сказали, что после пожара она уехала в неизвестном направлении. Все, что у меня от нее осталось –это фотографии.
- то есть…та девушка -это и есть твоя сестра?
- Данна. Она чем-то похожа на тебя. Такая же глупая…но сильная.
Наконец-то я теперь все о нем знаю. Всю его жизнь, боль и потери. Все его слабые места.
- Алекс, наши семьи разные. С моей такого не произойдет. Они наоборот будут только рады жить без меня. Я хочу остаться с вами.
Солист молчит. Я не слышу от него ответной реакции.
- дождь закончился. Нужно идти –резко говорит он.
И вправду, стало так тихо, даже ветра не слышно.
***
Земля превратилась в месиво. Кеды разъезжаются, идти очень сложно. Боль продолжает меня сопровождать. Очень трудно отвлечься от неё, она сковывает все движения. Я пытаюсь делать вид, что со мной все в порядке.
- можно спросить? –говорю я.
- сегодня день вопросов?
Я смеюсь, это вызывает во мне новую порцию боли.
- сколько тебе лет?
- ну что ж, пора раскрыть все карты. Двадцать шесть.
- ну ты и старикашка! –говорю со смехом я.
- спасибо.
- я шучу. Двадцать шесть…десять лет разницы…так вот почему рядом с тобой я себя чувствую как-то по-другому, будто ты мой учитель или даже отец.
Он останавливается.
- я с тобой тоже себя чувствую иначе. Кажется, что ты моя сестра. Самое родное, что у меня осталось в этом мире.
Его слова ставят меня врасплох.
- ты пытался её найти?
- смысла нет. Я уже никогда не смогу разыскать её.
- а что если попытаться?
В следующий момент мы глазам своим не верим, на дороге появляется машина! Мы становимся в центр и начинаем голосовать, чтоб наверняка.
На наше счастье автомобиль останавливается.
- эй, что вы здесь делаете в такую погоду? –спрашивает водитель, мужчина, лет пятидесяти.
- у нас машина сломалась. Довезешь до города? –говорит Алекс.
- садитесь.
Здесь тепло. Играет радио. Я чувствую, как меня начинает уже тошнить от сырости и запаха дождя. Машина заводится. Я обхватываю себя руками. Хочется завизжать от боли в боку, но я терплю, делаю глубокие вдохи и смотрю в окно.
- да уж. Оклахома –это вам не рай. Дожди идут круглые сутки. Вы слушали синоптиков?
- нет –отвечает Алекс.
- по вам видно. Значит, вы не местные.
« Полиция продолжает поиски группы подростков, продававших наркотики. По предположительным данным, в группу входят две девушки и трое юношей. Фотороботы пока не составлены. Следите за развитием событий» -сообщает диктор по радио. У меня мурашки побежали по коже. Мы с Алексом переглянулись.
- что этим подросткам спокойно не живется? Вечно они ищут приключения на свою задницу.
***
Через некоторое время мы оказываемся в каком-то маленьком городке. Я боюсь смотреть в глаза людям, потому что мне кажется, что они сразу поймут кто я и позвонят в полицию. Алекс несколько минут разговаривает по телефону, затем подходит ко мне.
- я позвонил Джею, сообщил наши координаты. Они скоро будут.
- я так хочу есть, сейчас с ума сойду.
- я видел неподалеку кафе. Пойдем.
Он и я сидим друг напротив друга, едим гамбургеры, на деньги , которые я заработала, продавая наркоту. Еда немного заставляет меня забыть о спазме в боку.
- Алекс…
- Что? Опять хочешь о чем-то меня спросить?
- угадал…Ты любил когда-нибудь?
- да. Музыку.
- а если серьезно?
- может быть. я всегда стараюсь избегать этого чувства. Оно делает людей слабее.
- по-моему, лучше быть слабым, но кем-то любимым, чем всегда одиноким.
- вот когда повзрослеешь, поймешь, что это не так.
- опять начинаешь? Я уже взрослая и все прекрасно понимаю.
- да?
- да.
- а бургер нормально есть еще не научилась –он протягивает ко мне свою руку и стирает с щеки майонез.
- научишь меня, папочка? –говорю я ,убирая его руку.
- ну, что это за угрюмое лицо? Улыбнись. Я приказываю тебе улыбнуться!
- еще чего!
Алекс привстает, обеими руками дотрагивается до моего лица и пальцами раздвигает уголки моего рта. Мне становится щекотно и я смеюсь.
- так лучше –говорит он.
Резко боль в боку становится в три раза сильнее. Я не могу себя уже сдерживать. Чувствую, что еще немного и из моих глаз произвольно пойдут слезы.
- я сейчас приду.
Еле-еле встаю и направляюсь в туалет. Слава Богу, что здесь никого нет. Я подхожу к зеркалу. Снимаю куртку и замечаю, что она вся пропитана кровью. Затем, смотрю в зеркало, половина моего платья в крови. я медленно расстегиваю молнию на боку и вижу ,что у меня чуть ниже ребер торчит осколок от лобового стекла! Боль из сильной превращается в адскую. я зажмуриваюсь, хватаюсь за осколок и резко вынимаю его из тела. я вскрикиваю от боли. Кровь льет струей. Осколок вошел не слишком глубоко, хотя по размерам он где-то около шести сантиметров. Я хватаюсь за бумажные полотенца, пытаюсь остановить кровь, но у меня ничего не получается. Я рыдаю навзрыд от боли. Поражаюсь себе, как я столько могла терпеть. Шок сыграл свою роль. Бумага пропитывается алой кровью. Я застигаю платье. Мою руки и заставляю себя стать хоть немного сильнее. Утешаю себя только тем, что ещё немного и я смогу умереть от кровопотери. Нужно продержаться ещё несколько часов. Алекс ничего не должен заподозрить и ,возможно, уже сегодня я обрету вечный покой.
Я подхожу к столику. Куртка на мне застегнута, чтобы Алекс не увидел испачканного кровью платья.
- ты еще что-нибудь будешь? –спрашивает он.
- нет. Я сыта –тихо отвечаю я.
- вид у тебя какой-то бледный.
- я просто устала.
- предлагаю найти какой-нибудь мотель и отдохнуть до приезда наших.
В глазах все темнеет, голова кружится, я стараюсь не терять сознания. Алекс берет меня за руку .
Спросив у прохожих мы находим мотель. Он больше похож на заброшенную ферму, но выбора у нас все равно не остается. Сейчас я ощущаю какую-то легкость, боли нет, ну, может , она и есть, вот только я почему-то её больше не чувствую. Лишь силы с каждой секундой сбегают от меня. Смотрю вниз и вижу, как по ноге потекла струя крови. с каждым разом, она все темнее и темнее. Я сажусь на корточки. Алекс все еще идет вперед.
- ты чего там?
- шнурки развязались.
- догоняй.
Он отворачивается, а я быстро стираю кровь с ноги рукавом куртки. У меня ничего не выходит, нога становится только краснее. Я поднимаюсь, иду медленно, мне кажется, что я парю. Все передо мной кружится, в голове стоит непонятный гул. Наверное , это же и чувствует человек перед тем, как он умрет. Ни страха, ни боли, только легкость и предчувствие покоя.
Я ещё держусь на ногах, когда Алекс покупает номер и берет ключи у портье. Но когда мы оказываемся в номере, я понимаю, что мне остается существовать недолго. Сил нет даже чтобы сделать глубокий вдох.
- ну что ж, здесь неплохо. –Алекс идет осматривать ванную, а я падаю на кровать. Я закрываю глаза. Глория, все хорошо. Еще немного и тебя уже здесь не будет. Только жалко Алекса, ему придется прятать мое тело. Хотя мне уже на это будет все равно.
- ты первая пойдешь в душ, или… -Алекс смотрит на меня. Мое состояние предательски выдает меня – Глория… -солист подходит ко мне с испуганным взглядом.
- я…п-потом.
Алекс дотрагивается до моего лба.
- Господи, да ты вся горишь…
- все нормально, мне нужно немного поспать.
Алекс расстегивает на мне куртку, и затем, я вижу в его лице самый настоящий ужас.
- твою мать! Почему ты мне сразу не сказала?!
- это всего лишь царапина.
Солист быстрыми шагами направляется к двери.
- куда ты идешь?
- на ресепшн , пусть они вызовут доктора.
- мы в розыске! Приедет скорая , приедет и полиция…
- ты слышишь, что ты говоришь?! Мне плевать на полицию! Если что, я возьму всю вину на себя.
- Алекс, не надо, пожалуйста! –я падаю на пол, Алекс подбегает ко мне и обхватывает руками.
- все хорошо. Все будет хорошо –его руки гладят меня по щекам.
- …я ..хочу умереть.
- что..?
- позволь.. мне ..умереть
- ты бредишь.
- нет.. помнишь, ты сказал,… что если бы ты ..оказался на моем месте…то покончил бы с собой?.. так вот…ровно тридцать пять дней назад…я решила это сделать…я поставила себя на счетчик…пятьдесят дней…если я умру раньше, …то ничего от этого не изменится…
Глаза Алекса расширились после услышанного.
- глупая…какая же ты глупая! –говорит он, целуя меня в лоб.
- ..дай…мне …умереть.
В глазах окончательно все потемнело.
- Глория, посмотри на меня… Глория!
Я прощаюсь со своим сознанием.
***
- кровопотеря не слишком серьезная. Хорошо, что вы вовремя обратились, а то без переливания уже бы не обойтись. Организм молодой, он с этим справится – возле кровати стоит лысоватый мужчина в очках и белом халате, на столе разбросаны медицинские приборы. Я лежу почти что голая под простыней – Нужно обратиться в клинику, девушке необходим покой и постоянный присмотр.
- а что если обойтись без клиники? Покой и присмотр я обеспечу. –наступает минутное молчание –почему вы на меня так смотрите?
- просто все это кажется мне немного странным. Рана девушки очень похожа на ножевое ранение и вы меня вызвали сюда тайком.
- подождите, вы хотите сказать, что я пырнул её ножом?
- мне , кажется, что так оно и есть. Я слышал про эту девушку с голубыми волосами, её разыскивают родители.
- он этого не делал –вырывается у меня.
- Глория ,я сам с этим разберусь –говорит Алекс и резким ударом вырубает доктора – как ты?
- …к сожалению жива.
Алекс садится около меня.
- послушай меня и запомни раз и навсегда –забудь ты про эту хрень с самоубийством. Ты должна жить. Твоя жизнь только начинается.
- ты не в праве решать мою судьбу. Я хотела, чтобы за эти пятьдесят дней я сто раз передумала о суициде, но теперь у меня появилось ещё сто причин, чтобы свести счеты с жизнью.
Раздается рингтон телефона Алекса.
- да. Хорошо, мы выходим. –Алекс отключает телефон – это Джей. Они приехали.
- отлично, нужно свалить, пока он не очнулся.
Я медленно встаю с кровати. Мне ввели обезболивающее, так что сейчас, к счастью, я ничего не чувствую. Надеваю на себя кровяное платье, хотя его платьем уже назвать нельзя. Застегиваю куртку. Собираюсь выходить из номера, как Алекс хватает меня за руку.
- я хочу стать одной из причин, чтобы ты жила. Просто знай это.
***
Автодом. Ребята. Как же я рада их видеть. Хочется поскорее забыть о том кошмаре, что мы пережили с Алексом.
- ну наконец-то! –радостно говорит Джей, подходя к нам. Он обнимает меня и Алекса. Из трейлера выходит Ребекка.
- Глория! –она бежит ко мне и чуть не сбивает с ног.
- Беккс… -мы крепко обнимаемся.
- я чуть с ума не сошла без тебя.
- как вы выбрались? –спрашивает Алекс Джея.
- через черный ход. Пересидели в какой-то заброшке, а потом забрали все вещи из гостиницы. И теперь мы здесь.
- с сегодняшнего дня –я завязываю с торговлей наркоты. Наше призвание –музыка. Так давайте не будем забывать об этом –говорит Алекс.
Мы все обнявшись направляемся к автобусу. Я не вижу Стива. Он даже не вышел к нам. Неужели он так сильно обиделся на меня и Алекса. Похоже, я ошибалась насчет него.
***
Я рассматриваю свой бок. Наложенные швы теперь уродуют его. Рана кажется такой маленькой, что даже не верится, что из-за неё я могла умереть. Я до сих пор чувствую какую-то слабость. После принятия душа, и смены одежды мне становится намного легче. Теперь на мне длинная футболка Алекса. В ней очень уютно.
- Глория, парни уже ужинают, ты едешь? –спрашивает Беккс.
- конечно.
как же мне не хватало такой обстановки. Мы все сидим на кухне. Едим, общаемся, смеемся. Не бегаем от полиции, не стреляем в отморозков и не дрыгаем телами в такт клубной музыки.
Стив проходит из кабины водителя в свою комнату, Джей его задерживает.
- Стив, может посидишь с нами ,ради приличия?
- перебьюсь.
- что это с ним? –спрашивает Беккс.
- пойду с ним поговорю –Алекс встает изо стола и направляется в комнату Стива.
Через несколько минут я следую за ним, встаю около двери. На секунду оборачиваюсь назад. Джей и Ребекка даже не заметили моего ухода. Они смеются, разговаривают о чем-то, кажется, у Беккс все получилось.
- что с тобой происходит? –слышу я голос Алекса за дверью.
- ничего.
- Стив, ты ведешь себя как пятнадцатилетний пацан.
- ты…ты ударил меня из-за какой-то телки! Ты никогда такого не делал. Мы были почти братьями…Но теперь все изменилось.
- Стив, ты же сам прекрасно знаешь, это не «просто телка». Эта девушка нравится тебе.
Долгое молчание.
- может быть. но этой уже не имеет ни какого значения. Она выбрала тебя. Все выбирают тебя. Ты же такой супер крутой, кроме тебя вообще никого не существует.
- …я отношусь к Глории по-другому. Когда я впервые увидел её, мне показалось, что она такая же как и все. Стоит в толпе, слушает нашу музыку и думает, какие же мы красавчики. Но когда я подошел к ней после выступления, я понял , что ошибался. Она совсем другая. С кучей проблем, на которые всем наплевать. Он такая же , как моя сестра. Одинокая, настроенная против всего мира. Когда я поцеловал её, я понял это еще раз. Мне казалось, что я целую Данну…Так что, если она тебе нужна –добивайся её . я не буду стоять у тебя на пути.
У меня перехватывает дыхание. Я еще долго стою, откинувшись спиной на стену и снова по слову все перебираю у себя в голове.
***
Дорогой дневник!
Этот день добавляется в копилку моих самых ужасных дней жизни. Да, среди тридцати пяти дней все же были хорошие мгновения. Встреча с Адамом, другом моего детства, обзаведение котом, поездка в Париж, свидание с Мэттом, ночь с Чедом , знакомство с Ребеккой. Я буду помнить это всегда.
Но теперь все переменилось. Странное чувство гнетет меня внутри. Алекс относится ко мне, как к сестре. Он очень любит её и вообще вся эта ситуация с его семьей просто ужасна. У меня никогда не было ни брата , ни сестры. Я не знаю какого это, любить кого-то родного, заботиться о нем. Ко мне никто и никогда до этого времени не относился ,как к сестре. Я не знаю , как мне к этому относиться.
Но это ещё не самое худшее. Я РАССКАЗАЛА АЛЕКСУ ПРО СВОИ ПЛАНЫ. Теперь он будет контролировать меня, чтобы я не натворила глупостей. Черт! О чем я только думала, когда все это ему рассказывала?
Теперь уйти из жизни мне будет сложнее. Но, надеюсь, я смогу с этим справиться.
Осталось всего 15 дней до моего самоубийства.