58. Разговор

Когда Эд ушел, я долго думала, что это было. Так и продолжала стоять, прижимая руки к груди. К моему бешено бьющемуся сердцу.

Получается, он все-таки меня узнал? Пришел! Но почему тогда остановился???

Столько вопросов и ни одного даже намека, ни то, что ответа. Еще минут пятнадцать я томилась в бессмысленном ожидании, но когда моя голова очистилась от пелены страсти, я решила:

- Хватит! С меня хватит! Нам надо с Эдом серьезно поговорить! И прояснить, раз и навсегда, кто я для него.

Я резко вскинула голову, сжала ладони и принялась торопливо надевать платье.

Внутри все кипело и клокотало от накопившихся за это время эмоций. Сколько можно томиться в этом мучительном подвешенном состоянии? Сколько можно гадать, что он думает, чего хочет?!

С мрачной решимостью распахнув дверь, я быстро выскочила в коридор. Ступени лестницы мелькали под ногами, я бежала вниз, не смотря по сторонам. Торопливым шагом направилась к кабинету Эда.

С силой рванула ручку, на себя. Заперто. Я наклонила голову, посмотрела под дверь, в щель. Света не было.

- Где же он? – я задумалась. Кликнула рядом находящихся слуг. Но те, переглянувшись, пожали плечами:

- Его сиятельство сегодня не видели, госпожа.

Сердце тревожно екнуло. Если его нет в кабинете, то тогда он где?

Прикусив губу до легкой боли, я развернулась и зашагала обратно наверх. Единственное место, где его могли не заметить – хозяйская спальня.

И пока шла, с каждым шагом решимость росла. Если он не предложит ничего определенного или начнет метаться, я уйду, наплевав на уговор. Достану из тайника бумаги на дом, что купил для меня зять, соберу вещи и утром уеду.

Буду жить одна, в своем доме, вдали от него. Постараюсь выкинуть из головы графа. Это лучше, чем по нему тосковать, гадать.

И вот передо мной дверь в его спальню. Я замерла на миг, прислушиваясь. Из‑под двери пробивалась тонкая полоска света.

Я тяжело вздохнула. Все-таки уверенности в том, что мы поговорим всерьез, у меня не было, и представляя, что это наш прощальный разговор, я толкнула дверь.

Эд сидел в кресле. В руке - бокал с вином, а за спиной камин. Пламя отбрасывало на его лицо неровные блики, делая черты то резкими, то размытыми.

- Алия, - произнес он лениво, не поворачивая головы, - еще раз говорю, я не намерен сегодня ничего с тобой обсуждать.

Я сжала пальцы в кулак. Выпрямилась и громко, четко выговорила:

- Это я, Берта. И я хочу серьезно с тобой поговорить.

Граф вздрогнул. Поперхнулся вином, выплюнул его остатки обратно в бокал, отставил на стол. И медленно поднял на меня глаза.

- Бе‑е‑е‑ерта… - протянул он тягуче, медленно.

Я не дала ему времени опомниться. Если резать, то прямо сейчас, не дожидаясь перитонита.

Подошла ближе, встала напротив него. Взяла его правой рукой за подбородок, чтобы не смел отводить от меня взгляд.

- Как ты меня узнал?

Граф моргнул, словно выходя из оцепенения. И серьезно ответил:

- Твой зять связался со мной, попросил прилететь. И рассказал все про амулет. Про то, что ты - это ты. А не какая-то Галя.

Я смутилась, но в то же время была благодарна зятю. Что он нашел время, сумел связаться и все объяснить.

- Ты не рад? - спросила, видя, что граф находится в состоянии смятения и очень расстроен.

- Я очень… рад. Но есть одно о-о-о-очень большое «но». В последнее время, как только чувствую твое тепло, твое присутствие рядом со мной, во мне сразу пробуждается горячее желание. Такое сильное, что его почти невозможно сдержать.

На этих словах граф многозначительно опустил глаза вниз, указывая на большой бугор, натянувший штаны в районе паха.

Я сглотнула, чувствуя, как щеки заливает жар.

Граф заерзал в кресле, будто пытаясь скрыть свое состояние, но это только усилило неловкость.

- Однако, - добавил он, вновь поднимая на меня глаза, - когда я пытаюсь прикоснуться к тебе, перед внутренним взором встает Галя. А не моя Берта. И разум отказывается расслабляться, шепчет, что это мираж, обман. Не знаю, чем объяснить, но твой прежний образ… он прочно въелся в мою голову и сердце. И вот даже сейчас смотрю на тебя - хочу, но не могу. Прости…

Эд потянулся к бокалу, но, вспомнив, брезгливо поморщился и встал, чтобы достать чистый бокал.

И тут меня накрыло.

Видимо от стресса, переволновавшись, я нервно расхохоталась. Я-то думала, что-то серьезное, а тут...

На мгновение тепло разлилось внутри от понимания того, что мужчина выбрал меня настоящую, старую, ему теперь стало не важно мое тело.

Не давая себе времени передумать, я шагнула к нему, вырвала из рук только что наполненный бокал и в четыре глотка осушила его. Вино обожгло горло, но я даже не стала об этом думать.

Граф смотрел на меня ошеломленно, будто на безумную.

- Берта, ты что творишь? - прошептал он.

Я не ответила. И пока меня не покинула смелость, медленно подошла к двери, закрыла засов. Затем повернулась к Эду и быстрым, решительным движением начала стаскивать с себя платье вместе с сорочкой.

Ткань зашуршала, скользнула по ногам, упала на пол. На удивление, справилась быстро. Даже отсюда я видела, как занервничал граф.

И тогда я, абсолютно нагая, лишь чулки на ногах, медленно стала приближаться к нему…

- Берта, ты что… - снова в недоумении начал он, но я решительно перебила:

- Раз ты не можешь, будем ставить эксперименты. Эксперимент первый.

Я сделала еще шаг, остановившись в полуметре от него. Его взгляд метался между моими глазами и телом, словно он пытался одновременно удержать и то, и другое. Дыхание участилось, грудь стала неровно вздыматься.

- Хорошо, - прошептал Эд, наконец.