31. Утро
Сигарета догорела в его пальцах. Вторая. Потянулся было за третьей, но не стал, передумал. Глянул на меня.
Скоро десять.
Мы ждем больше часа. И никого.
Полузаброшенный пирс, в стороне за складами. Я сижу на старом ящике, Рой бродит туда-сюда.
Снова смотрит на часы, подходит ко мне.
- Ждем еще полчаса и возвращаемся, в любом случае. Тебе пора домой. Ты можешь перенестись и отсюда, просто сработает автоматический таймер отключения, ничего не нужно специально делать. Но в спокойной обстановке, под наблюдением, переход будет мягче. Да и Пенелопе нужно время, чтобы прийти в себя, и лучше в постели, чем в подворотне.
Я киваю, нельзя не согласиться.
Его лицо совершенно спокойно, словно он говорит исключительно о повседневных вещах. Словно это только запланированное окончание моего отпуска.
- А ты? – спрашиваю я. – Ведь это было важно для тебя? Что теперь?
- Возможно, ничего, - говорит он. – Мне передали, что Нэйт в городе, и утром, в девять, он должен был прислать человека, объяснить планы. Но, возможно, что-то пошло не так и тот человек просто не смог прийти. Не знаю. Я буду делать то, что собирался, других вариантов пока нет. А там посмотрим.
- Мне это не нравится, Рой. Как мне узнать, что у тебя все хорошо?
- Вера, - он присел рядом со мной, заглядывая в глаза, взял меня за руку, - давай договоримся? Ты отправишься домой и останешься там. Месяц… а лучше – год. Как можно дольше. Если все решится раньше, я найду способ дать тебя знать. Конечно, я не могу требовать от тебя не возвращаться сюда совсем, здесь много интересного и реально есть на что посмотреть, ты захочешь… Вера, но, по крайней мере, месяц. И позже никогда и ни при каких обстоятельствах по своей инициативе не интересоваться этим делом. Если будут спрашивать – говори, что тебе это не интересно, тебя втянули, лишили отдыха и все такое. Хорошо?
- Дашь знать? Как?
- Связь одинаково работает в обе стороны, - он улыбнулся, но тут же снова стал очень серьезным. – Вера, но главное – обещай, ты ни во что не будешь вмешиваться. Что бы ни случилось, что бы ты ни увидела. Сейчас или потом. Совсем. Хорошо? Это очень важно. Я очень надеялся, что удастся оградить тебя от всего этого, но… не знаю. Помни, что ты просто обычная туристка, тебя втянули, но теперь ты возвращаешься домой и собираешься забыть, как страшный сон. Ты не привлекаешь к себе внимания, не показываешь хоть какую-то заинтересованность. Максимум – потребовать компенсацию за испорченный отпуск и за неотгулянные три дня. Никак не интересуешься моей судьбой. Если начнешь интересоваться, то они могут начать интересоваться тобой. Договорились?
- Что ты тут задумал? Как я могу ждать и не знать, что с тобой, Рой?
Что должно случиться? Осталось совсем немного времени…
- Вера, пообещай мне. Не вмешиваться. Договорились?
- Я боюсь за тебя.
- Вера… Прошу тебя. Я еще могу попытаться разобраться со своими делами. Возможно, могу рассчитывать на какую-то помощь. Но вытащить тебя, боюсь, у меня может не хватить сил. Пообещай мне. Чтобы, по крайней мере, за тебя я мог волноваться как можно меньше.
- Обещаю, - я сдалась. – Но ты решай свои дела поскорее, а то я с ума сойду.
Сердце разрывалось. Как я могу оставить его, не зная, что ждет дальше? В такой неопределенный и страшный момент. Они же договорились там о чем-то?
Совершенно точно – ничего хорошего там не решили.
Поджала губы… до слез. Не могу…
- Спасибо, - он потянулся, поцеловал меня в лоб. – За меня еще никто не так волновался. Хочется, прямо, невозможное совершить, что угодно… но обязательно справиться.
Так, словно в этом есть что-то особенное. Разве не естественно волноваться за любимого человека?
- Можно подумать, раньше справиться не хотелось?
От этого ведь зависит его жизнь.
Он пожал плечами.
- Ты знаешь, раньше было как-то все равно. До тебя, до того, как я тебя встретил. Не то, чтобы не хотелось жить, но… да, считай, наплевать было. Терять было нечего.
- А теперь…
Не договорила. Рой резко поднялся на ноги, выпрямился, насторожился, словно учуял кого-то. Его лицо вытянулось, нехорошо заблестели глаза – злым азартом. Словно охотничья собака, учуявшая дичь.
Быстро расстегнул и снял с руки часы, протянул мне.
- Вера, прыгай в воду, - сказал он, и я даже не узнала его голос. - Плавать ты умеешь. И под пирс, по возможности, не высовывайся. К двенадцати лучше вылезти на берег, потому, что когда ты вернешься, Пенелопе будет без сознания и может утонуть. И ни во что не вмешивайся. Поняла? Что бы ни случилось – не вмешивайся. Ты обещала.
Я схватила его за руку.
- Рой! Будь осторожен! Я… Рой…
Сейчас что-то будет?
- В воду! – рявкнул он. – И не высовывайся.
Схватил меня, подтащил к краю.
- Не визжи сейчас. Поняла? Тихо!
И швырнул меня вниз.
Я плюхнулась в море, едва удержалась, чтобы не вскрикнуть. Ушла под воду с головой, хлебнула немного от неожиданности, но быстро вынырнула, отплевываясь, едва не выронила часы.
Паника.
Я не понимала, что сейчас будет. Не видно ничего, только чуть поскрипывают доски под ногами Роя. И еще… кто-то идет сюда. И не один.
Я прислушивалась, держась за сваю пирса, волны обдавали меня солеными брызгами… Не шуметь.
Чужие шаги так отчетливо. Целая толпа. Один прошел чуть вперед, остальные остались стоять ближе к набережной.
- Уолси! – услышала я. – А где твоя маленькая шлюшка? Спрятал от меня?
Кто-то чужой. По голосу не понять… сухой, слегка хриплый, по голосу – ему лет шестьдесят. Не брат – точно. Не дракон.
- Сожрал. Не таскать же ее с собой, - сарказм и ледяное спокойствие в звенящем голосе Роя. – А ты, Тони, что здесь делаешь?
Тони? Антонио Торрегросса?
- Не ждал меня? Зря. Ты отстал от жизни, Уолси. Твоему брату не выгодно это возвращение. Кому охота отдавать землю и титул, которыми владел столько лет. Тем более, такому заблудшему барану, который даже и знаться не хотел? Так что мы с Нэйтаном договорились.
- Хорошо, - совершенно ровно сказал Рой. – С тобой мы тоже договорились.
- Ну так девки нет. Будем считать, что она уже дома, да? Давай! Мои парни ждут тебя. Чего тянуть?
Я слышала, как Рой переступает с ноги на ногу, скрипят доски над головой.
Договорились о чем? Он не уверен?
- Какие гарантии? – говорит сурово.
- Какие тебе могут быть гарантии, Уолси? – Торрегросса смеется. – Только мое слово и добрая воля. Ты не веришь мне? Или как-то собирался проверять? Но и рисковать же не станешь?
- А если стану?
- Я не пойму, ты время тянешь или реально зассал? Так тебе все равно деваться некуда.
- Зассал. Старый стал, нервы ни к черту.
- То есть, свою шкуру, молью траченную, тебе жалко? А молоденькую девочку, ни в чем не повинную, не жалко?
- Своя шкура ближе, ты не находишь?
- Ну так я Уилу отбой дам? Он возьмет свою магическую штуковину, нажмет кнопочку, и канал накроется. Тут она отключится, а дорогу домой найти не сможет. И, считай, все. Да?
- Только попробуй! - я слышу, как Рой дернулся вперед, на полшага. – Руки перед собой держи. А то я убью тебя раньше, чем твои люди успеют спустить курок.
- И кого ты этим спасешь? – Торрегросса засмеялся. – Ниточку и без меня порвут. Не делай глупостей.
- Мы договорились - в час.
- Время тянешь? Я знаю, о чем ты договорился за моей спиной. Не выйдет. Так что хватит тянуть. Давай. Или я подам сигнал.
Я слышала, как что-то щелкнуло. Рой бросил, оно покатилось. Потом еще. Покатилось и упало с края пирса в воду. Браслет Гильдии. Звякнули мечи. Упали рядом.
Что он делает? Мне даже стало нехорошо.
Шорох, скрип досок.
Из-за меня? Чтобы спасти меня, он договорился о чем-то? «Свою шкуру…» Жизнь за жизнь?
Я даже не понимала, что могу сделать. Попытаться помешать? Безумно страшно сделать только хуже и… И, черт возьми, безумно страшно умереть по-настоящему. Если и правда они могут сделать так, что я не вернусь… Они ведь обо мне?
Не вмешиваться. Позволить ему…
Я слышала, как Рой снимает сапоги. Шелест одежды.
- Можешь так аккуратно не складывать, - усмехнулся Торрегросса. – Все равно полетит в море. Что, шея чешется?
Я слышала, как Рой выругался сквозь зубы.
Потом слышала его долгий глубокий вздох, переходящий в шипение. Треск – страшный, чавкающий, словно ломаются кости. И низкий рык, совсем звериный… клекот. Глухой удар о доски всем весом. Хлопанье крыльев. Удар хвоста…
Сердце замерло.
Нет…
Он обернулся драконом? Но это значило… Рой избегал этого семнадцать лет, и ведь не просто так! И шея… Там метка! В момент трансформации сознание уязвимо.
Дракон.
Короткий разбег по пирсу, толчок… Я понимала, что он взлетает. Не видела его отсюда…
В город?
Оборачиваться в городе строго запрещено. Те трое легионеров на площади Сан-Мартинью – я никогда не забуду.
Казнь.
Нет…
Или я просто ничего не понимаю? Так не может быть.
Нет!
Я рывком бросилась из-под пирса наружу. Рой!
Дракон в небе. Белый дракон, сверкающий на солнце… Он летит в город. Поздно.
- Нет! – что есть силы заорала я. – Нет! Рой! Стой! Не надо!
Дура!
Люди с автоматами ждут…
Торрегросса заметил меня.
- Уил! – радостно заорал он. – Вот же она! Убей ее! Слышишь?! Убей! Это нам на руку!
Какая я дура! Меня же просили…
Я видела, как дракон разворачивается. Стремительно. И времени подумать уже нет.
Уил. Ленгтон. Больше не Рой. И сделать ничего нельзя.
Он убьет меня, или, вернее, Пенелопе. А потом его казнят.
Оцепенение охватило меня. Я держалась на воде, но вот что делать – совершенно не понимала, ничего не могла сделать, словно тело перестало принадлежать мне. Словно во сне. Не могла поверить. Смотрела, как он летит ко мне. Просто смотрела. Ближе… Как раскрывает пасть. Дико ревет. И вырывается огонь…
На самом деле.
Жаром обдало.
Только в последний момент у меня хватило ума нырнуть. И огненный столб прошелся надо мной, по воде. Пар взметнулся. Но обожгло все равно.
И прежде чем я успела вынырнуть, он выхватил меня прямо из воды. Когти впились в мои плечи, я завизжала от ужаса.
Поднял и бросил на пирс.
Завис надо мной, хлопая крыльями.
Убьет?
Я вся сжалась, зажмурившись. Было так страшно, что казалось, я умру раньше, чем он сейчас… Огнем? Нет-нет-нет…
Это больше не Рой.
Замерла. Ожидая… Интересно, как это будет. Я ведь все почувствую? Будет больно? И только потом… Бедная Пенелопе, она умрет из-за меня… Невыносимо страшно. Я не хочу…
Я лежала, обхватив голову руками.
Он надо мной. Хлопали крылья, я слышала. Слышала его дыхание, словно вздохи кузнечных мехов. Жар его дыхания.
- Убей ее, Уил! – орет Торрегросса. – Как собирались! Девку убей!
Взмахи крыльев надо мной.
- Уил, мать твою! Чего ты ждешь?!
И ничего не происходит.
Очень хочется поднять голову, посмотреть, но нет сил. Паника захлестывает. Убьет. Я лежу и жду смерти.
- Уил!
Дракон глухо ревет. Утробный низкий рык, от которого пробирает вибрацией тело. И что-то еще… Какой-то судорожный взмах, и он… поднимается выше? Я чувствую. Выше. Кричит. И в этом крике столько человеческой боли и ужаса…
Я оборачиваюсь.
Дракон надо мной. Так глупо, но я успеваю подумать – какой он невероятно красивый в небе.
Трясет головой. Что-то происходит.
И тогда я разворачиваюсь к нему всем телом. Даже приподнимаюсь. Потому, что вдруг понимаю. И надо как-то ему помочь!
Безумие!
Он же говорил, что сознание иногда остается, он помнит картинки, но не может…
- Рой! – со всей дури ору я. – Рой, ты ведь слышишь меня!
Дракон вскидывает голову, вытягивая шею вверх. И ревет.
- Рой! Слышишь!
Он кидается ко мне, и огромная пасть буквально в полуметре от меня клацает зубами. Да у него зубы в палец длиной! Он одним движением не то что руку, меня пополам перекусит. Когти словно кривые ножи.
Ветер, поднимаемый крыльями, путает мне волосы и они лезут в глаза. И путаются мысли.
- Рой…
У меня трясутся руки, заплетается язык, я вообще ничего не могу, и уже ничего не соображаю от страха.
Он скалится.
Так близко, что только руку протянуть.
И я тянусь к нему. Уже все равно.
Он делает глубокий вдох, и я вижу, как там, где-то внутри вспыхивает огонь. Сейчас он выдохнет… и все. И я умру здесь.
Я же обещала не лезть…
Я тянусь, почти касаясь его.
- Я люблю тебя… - шепотом, совсем не слышно, голоса нет.
Это все, что приходит в голову.
И дракона вдруг подкидывает вверх. Этим рывком меня опрокидывает, сбивает.
Он кувыркается через голову. Поднимается выше. Я не понимаю, но это страшно. Судороги в небе. Я вижу, как сводит одно крыло, дергается… он падает. Но, к счастью, не в море. На пирс. Бьется, его трясет и скручивает. И кое-как пытается встать… И вдруг безумным рывком бросается к Торрегроссе.
- Стоять! Стоять! – истошно орет тот. – Стоять, ты! Огонь! Убейте…
И воздух взрывается автоматным огнем, грохот оглушает.
И свет!
Я не сразу понимаю… но свет обрушивается с небес. Невыносимо-ослепительный. Свет захватывает все, и все растворяется в нем. И рев сирен, словно небесные трубы.
Что-то происходит, мне кажется, меня сейчас вывернет наизнанку и разорвет. Тошнота накатывает, режет глаза, уши закладывает до резкой боли …
«Всем оставаться на своих местах!» - я это слышу? Или мне только кажется?
А потом свет полностью накрывает меня.
И мир ускользает.