Глава 29

— А как? Разве мне хватит времени? И монстры там остались. На дне океана!

— Локальное время игры на период твоего изъятия остановлено. При условии успешного прохождения специального испытания ты вернешься в ту же пространственно-временную точку, из которой тебя изъяли, — вполне дружелюбно пояснил мужчина-ягуар, сверкая клыками.

— А… — я подозрительно прищурилась, — не слишком ли все хорошо для того, чтобы быть правдой?

— Игроку никто не обещает поблажек. Шанс на то, что ты достигнешь сотого уровня в течение ближайшей тысячи лет, равен примерно 21 %.

— Эм⁈ За сколько лет⁈

— Глобальная система не учитывает принципы гуманизма в своем устройстве, а стало быть, не должна потакать игрокам просто за красивые глаза, чувство юмора и отмороженность.

— Ась? — Я вытаращилась на котика во все те самые красивые глаза. — Это вы о чем?

— О том, что ты игрок с удивительно сложившимся комплексом параметров. Одним своим присутствием невольно искажаешь окружающую игровую действительность, влияя даже на системы выдачи заданий и наград. Уже у второй пробудила яркую индивидуальность, даже несмотря на установленные файрволы. И это сильно влияет на сюжет игры. Конечно, небольшие изменения пользователям мы прощаем, но ты зашла слишком далеко.

— Погодите, но Немезис и сороковой сами по себе личности, при чем тут я⁈

— Личности у них были, все верно. Но согласно заключенному контракту — приглушенные. Без ярких проявлений симпатии и антипатии. Без попыток сыграть на пользу игроку или, наоборот, всячески навредить ему. Это фундаментальный принцип сюжета.

— Да уж сороковой весь из себя такой сочувствующий, куда бы деться! Все назло делает! Он меня терпеть не может.

— Подтвержденный факт. Систему…042 ты разбудила через яркое проявление привязанности, система…040 поддалась на твое воздействие через чувство противоречия и неприязни. Две стороны одной медали в результате тебе на пользу. И обе неисправности были осуществлены, невзирая на мощнейший файрвол, с разблокировкой запечатанных архивов. И это при том, что на твою собственную память были наложены ограничения.

— Офигеть, конечно, какая я гениальная… — Я действительно удивилась. Хотя не столько своим особенностям, сколько наложенным на меня ограничениям, о которых местная администрация не стеснялась напоминать. — И собственный наведенный склероз я вам еще припомню. Но дальше-то что?

— Дальше вам требуется пройти хотя бы один уровень без, как вы их называете, читов в виде помощи от системы или сопровождающих юнитов с околобожественной сущностью.

— А зачем? В чем вообще смысл надо мной издеваться аж целой игровой вселенной?

— Ужасно интересно наблюдать, — неожиданно выдал кот в короне, сбиваясь с системно-административного тона. — Мы давно так не развлекались. Все игровые сюжеты в основном одинаковые. Кач игроков однообразный. Результат предсказуемый.

— За-ши-бись… — оценила я. — Вот это мне повезло попасть в межмировые клоуны. А в награду у меня еще и гарем отобрали и комплексом параметров обругали. Какой смысл-то⁈

— Гарем делал тебя слишком, хм, Мэри Сью. Опять же, если изъясняться твоим лексиконом. Проще говоря, если ты слишком быстро и слишком просто пройдешь всю цепочку квестов, то как же мы будем развлекаться дальше? А еще ты оскорбила своим поведением некоторые наши грани.

— Да я ваши грани в глаза не видела, не то что оскорблять их!

— Не волнуйся, почти любой игрок хоть как-то оскорбляет одну из граней. Не глядя. Заочно. Но лично у тебя вышло потоптаться по эго нескольких десятков из нас.

— А я ваши эго за хвост ловила и заставляла в меня играть⁈ — Ей-богу, не знаю, как можно лопаться от возмущения, вообще не имея тела. Но у меня получилось. — Да вы же сами!

— Нет, в игру должен был вступить твой племянник. Ты изначально лишь крохотная ошибка, которую решили пустить на самотек.

— То есть у вас приемник засбоило, а я виновата? На эго наступила⁈

— Не виновата. Но ты всего лишь песчинка. Разве ты сама извиняешься перед каждым муравьем, которого нечаянно задавила во время прогулки? Испытываешь душевный трепет от его смерти? Но вот внезапно этот муравей надел на голову крохотную балетную пачку и начал революцию. Почему бы не посмотреть?

— Я песчинка, без которой вам зверски скучно. И вот что я скажу… От излишних трудов и притеснений у меня «развлекалка» внутри портится. Муравей снимает с головы балетную пачку и начинает зло и скучно пялиться на ваши ноги. Намек понятен?

— Именно поэтому наши грани тебя пока не стерли, а смиренно ждут, когда ты немножко потрудишься, чтобы самостоятельно преодолеть крохотное препятствие. Это загладит их обиду и позволит тебе снова вернуться в ту игру, где всем интересно. Ну что тебе стоит, в конце концов, надо же чуть-чуть уступить? Иначе это не игра, а глупое читерство, от которого игроку самому скучно. — И чертов коронованный котик сделал… глазки. Котика.

Это, блин, запрещенный прием!

— Ни фига мне не скучно было, — проворчала я. И не выдержала, протянула руку, которой у меня не было, чтобы погладить котика под подбородком. — Мур-р-р?

— Мур-р-р… то есть согласие игрока на последнее испытание получено. Отлично.

— Э, погоди! Когда я соглашалась⁈

— А вот. — Коварный кошак поднял морду свою кошачью и продемонстрировал мне пушистую системную надпись на подбородке, которая гласила: «Да». А затем повернулся ко мне спиной и указал хвостом на пятнышки на собственной пушистой же ягодице, сливавшиеся в надпись мелким шрифтом: «Нет, подумаю еще».

— Ах вы… так нечестно! — И я даже попыталась еще раз дотянуться до той самой надписи на чужих округлостях. Скорее просто из чувства внутреннего противоречия, чем из желания отказать.

— Наши грани тоже умеют шутить. Вполне мило и безобидно. Тебе самой понравилось. Удачи, пользователь. Искренне желаем. Если ты умрешь во время последнего прохождения, нам будет очень жаль. Некоторые из граней поставили на тебя много ресурсов. Но не все, так что можешь слишком сильно не стараться.

— Чего⁈ У вас еще и тотализатор⁈ На меня⁈ А мне процент⁈ А ну, стоять!

Но возмущалась я напрасно, потому что ягуар-падла исчез, пустота вокруг тоже испарилась, а вместо них возникло…

Администрация: