Глава 18. «Жаров, значит, отскочил? Повезло Лёхе...»
Учуяла запах еды, как только открыла входную дверь. Что?! Жареная картошка? Сама не поняла, как оказалась на кухне, прям как есть, в платье с сумочкой и на каблуках. Я сдохну сейчас, если что-то не съем. Не съем картошку прямо с тарелки Рыжего. Кайф! Кайф! Кайф! Я даже застонала, кажется, или это желудок так заорал от радости.
-- Ты ж в ресторан собиралась?
Смотрю на Варю, она в афиге, конечно, я целый год по вечерам из её рта еду вытаскивала, но тут, извините, у меня форс-мажор!
-- Отстой ваш «Али», порции маленькие, выбор так себе, шумно и табаком воняет.
Они молча смотрят на меня. Рыжий, как обычно, безразлично, ему пофиг, что я его объела. Леднев вообще не в восторге, что я тут на его кухне. Одна только Барсукова засуетилась.
— Ты давай переодевайся, а я приготовлю быстренько.
Быстренько — это десять минут в душе, футболка, шорты и тюрбан на голове. Очаровывать мне тут некого. Парни ушли куда-то, наверное, в комнате закрылись. Ну и отлично. Яичница, сосиски, хлеб и сыр! Господи, спасибо тебе за Барсукову! Поесть нормально не дали, конечно. Пока я вперемешку с едой выдавала Варьке все сегодняшние новости, наш девичник нарушили. Снова хмурый Айс и аморфный Даня. Что этих двоих связывает — загадка. Пыталась у Рыжего спросить, но тот молчал. Айсберг Варе тоже ничего не сказал.
— Может, ты у нас поживёшь? — Варя смотрит на Айса. — Страшно как-то: два трупа за пару недель. И ты знала обоих, конфликтовала с ними.
— Нет. — Не даю Ледневу ответить. — Я съеду от вас через полторы недели, если мебель привезут. А за вещами мы с Матвеем домой съездим.
— Матвей? Савельев? — Гляди-ка Леднев заинтересовался. — Ты с ним ужинала?
Ну надо же, какой интерес к моей личной жизни!
— С ним. Замуж зовёт..., — зеваю, но смотрю на Рыжего, а он забился в угол у окна. Вообще никакой реакции. — Вот думаю, может и правда...
— Жаров, значит, отскочил? Повезло Лёхе...
— Слышь ты, малахольный! Тебя тут вообще...
— Это тебя тут вообще. Рот закрой и слушай.— Айсберг снова влез. Хорошо так посидела с подругой. — Пока не разберёмся, что происходит, жить будешь здесь. Или отзову Якова, и сама разбирайся с полицией. И без клубов и ресторанов пока обойдёшься.
Смотрю на Леднева, ушам не верю. Ты мне тут мать? Отец? Брат старший?!
— Ты чё, Ник?! Может мне ещё в монастырь пойти?
— Лучше работу найди.
Это уже из коридора доносится. Смотрю на Барсукову, а она молчит себе. Будь её воля, меня тут навсегда прописала бы. А потом и Дрыщ голос подал.
— Попроси Холодова, путь этого Савелия пробьёт, а то ж она опять в дерьмо вляпается.
Сегодня вторник, на удивление проснулась рано. Айс мне не указ, конечно, если всё сделают как надо, то скоро перееду. Варьки будет не хватать, зато ни Айса, ни бомжа!
— Маш, я тут подумала насчёт работы. Ты погоди, не кричи, — Барсукова хомячит йогурт. — Если ты не хочешь работать, но деньги все равно нужны, может сдашь свою квартиру. Она же в двух шагах от универа, её с руками оторвут. К тому же после ремонта, новая. Тысяч пятнадцать-двадцать...
Дожила! Барсукова меня коммерции учит. А вообще-то идея неплохая. Но жить здесь с ними тоже не айс. Ещё и Рыжий отирается. Непонятно, откуда про Лёху узнал... Засранец!
Моя третья неделя в городе проходит спокойно, как-то подозрительно спокойно даже. Матвей исполнил своё обещание, и пригнал каких-то мужиков, которые смотрели за доставкой и сборкой кухни, шкафа. Я с ума сойду с этим ремонтом! Встретиться не предлагал на неделе, договорились только, что в субботу поедем за вещами к отцу.
Зато Леха объявился. Три раза. Прям с понедельника начал названивать, первый звонок пропустила. Думала сразу перезвонит, а нет, только вечером перед сном картинку прислал. Скучает он. Ага, вот прям зашёлся весь от тоски. В среду ещё раз позвонил, тут трубку уже взяла, конечно. Долго извинялся, говорил, что дела, договорились в итоге на пятницу. Сходить в бар... на футбол. Хоть что-то. Надо посмотреть, кто там играть будет.
— То есть ты встречаешься с ними обоими, так?
Мы с Барсуковой, наконец, одни вечером. Айс куда-то свалил на несколько дней, так что дышится теперь легче.
— Ага!
— И они, конечно, не знают об этом?!
Сейчас начнёт бухтеть. И точно.
— Это неправильно, Мань. Выбери уж одного и встречайся с ним. И потом, они же узнать могут.
— Дурная ты! Мне никто из них ничего не обещал, я им тоже. Да у них и без меня, наверное, баб навалом. Вообще проблемы не вижу. Я ещё ни с кем из них даже не спала. Как монашка!
Плечами подвигала и молчит сидит. Вообще Барсукова что-то явно не договаривает, ходит задумчивая последние дни. Пыталась у неё спросить, но молчит пока, ладно, у меня сейчас своих проблем хватает. Но когда полегче будет, вытрясу из неё всё!
Вчера еще раз пошерстила интернет, ничего интересного про Матвея не нашлось. В соцсетях только зарегистрировался недавно. Пара официальных фоток, перепосты демотиваторов, ну ещё какие-то статьи про обувной рынок. Ни пьянок, ни вечеринок, даже непонятно, где живет, про баб вообще тишина. Если Мегера и правда его сестра, то в сети они не дружат...
— Я тут подумала, Маш, ты же любишь быть на виду, у тебя в инсте сколько подписчиков?
— Ну тысяч пять, а что?
— Ты можешь стать инстаграм-блогером.
— Как Кардашьян или Гомес?! Не смеши меня.
— Как Бураева или Клюкина. Маш, я плохо в этом разбираюсь, но я читала, что они неплохо зарабатывают...
— Да знаю, но у меня нет пары миллионов подписчиков и вообще, я не представляю как...
— Достаточно пары сотен тысяч, но живых, не ботов. Ты хоть знаешь, какие бюджеты рекламодатели выделяют на блогеров? Не меньше, чем на традиционные СМИ. Подумай, Маш. Там не сорок тысяч можно в месяц заработать...
Думать не хотелось, хотелось на дорожку и бегать, бегать. Десять километров! Ничто так не выбивает мысли из головы, как бег. Ваша йога рядом не лежала! Инструктор в зале, качок по имени Святослав, предложил попробовать бокс. Индивидуально. Почему бы и нет. Только индивидуалка минимум две штуки стоит...
И дернул чёрт отца в кредиты залезть. А эти двое из ларца куда смотрели. Толика, кстати, отпустили. Яша сказал, что не мог такой удар нанести Толян и ещё что-то про ДНК трепал. Но это не главное. Папа позвонил, благодарил за Якова, сказал, дорогой, сволочь, но он своих коллег подогнал, так те от двух проверок каких-то отбили. Храбрится, но по голосу понимаю, сам не верит, что выкарабкается. И где найти десять миллионов?! Может, с Лехой поговорить, у его отца супермаркеты, а что-что, но булки у папы классные!
В пятницу днём приезжаю на квартиру. Кухню, как и обещали, поставили, шкаф в комнате, прихожая... Проверяю как работает. Да, Матвей молодец! Уважаю таких мужчин, не мямлят, сказал и сделал. Не Даня, он как плиту включить и то не знает. Самый беспомощный человек, что я встречала. Лёгок как на помине. Не Рыжий, конечно, а Савельев.
— Привет, Малыш. Довольна?
Ещё как! Очень-очень довольна! Может, ты мне ещё тачку нормальную купишь? «Мазду»!
— Да, вполне. Спасибо, Матвей.
— Что вечером делаешь?
Иду с симпатичным пловцом футбол смотреть.
— С подругой дома кино посмотрим.
— Это подруга, у которой ты живешь?
— На самом деле это квартира её парня.
— Сынок Леднёва? Он же тогда со своими амбалами меня ночью разбудил.
— Ага, он самый. Очень за меня беспокоится. Я ж ему теперь почти как сестра родная.
— Прям сестра?
— Ага, вот требует, чтобы с ними жила, пока не найдут, кто Ленку грохнул. Заботится...
— Завтра в десять заберу тебя тогда.
И отключился...