Глава 4. «Где я, а где работа»?
… I've become so numb, I can't feel you there
Become so tired, so much more aware
By becoming this all I want to do
Is be more like me and be less like you…
Врубила в наушниках на полную мощность Linking Park. Тащусь от этой песни, вроде и не про меня, совсем не про меня, но когда херово, всегда слушаю... Кажется, у меня больше нет семьи.
Мила, конечно, слила меня, хотя чего было ждать, она всегда себе на уме. Я даже восхищалась, как виртуозно она заставляет весь мир крутиться вокруг себя. Тоже так хочу. Но кто ж думал, что она и по мне пройдётся?! Поговорить с папой? Да, наверное. Что вообще происходит?! Или лучше у Игоря узнать? Ненавижу этого урода, опять небось приставать начнёт. Что делать-то?! Лёха — вариант стратегически верный, если карту правильно разыграть. Но вряд ли я управлюсь с ним за пару месяцев. А деньги нужны сейчас. Может, и правда, свалить отсюда, но тогда тачки точно не видать, а Мила так отца обработает, что вообще без трусов останусь. Вот же сука! Ещё и Айса отбить у Барсуковой предложила, тварь! Ладно, разберусь, она ещё пожалеет, что так со мной обошлась!
Так, а где все-таки Варька? Полчаса как убежала в сад болтать с Айсом. Только вчера приехала ведь, с утра уже дважды звонил! Ну точно! Сидит в беседке, воркует. А лицо-то... счастливое какое, до одурения! Пойду отсюда, на фиг!
— Маш, ты куда? — Бежит за мной по дорожке. — Я уже всё!
— Что, соскучилась за один день?!
— Ну ты чего? Он просто позвонил...
— Ага, просто!
Хватаю с веранды сумку, надо уйти отсюда, а то сейчас потеряю единственного человека, который у меня остался. Плетётся за мной уже метров триста, но не подходит. Знает меня как облупленную. И я её знаю.
— Ладно, иди сюда, дура моя влюблённая!
Обнимаю Варьку, все-таки хорошо, что она приехала!
— А ты уверена, что она не наврала? Может, с папой все-таки поговорить?
Мы сидим в уличном кафе. У нас в городке их не так много, но все-таки есть. Это – одно из самых приличных заведений в городе. По местным меркам, очень дорогое, а для меня копейки… Хотя, как посмотреть сейчас.
— Надо, конечно. Но он все равно реальной ситуации не знает.
Нам приносят кофе и круассаны. Тесто заказала Барсукова. Вообще, эта девочка рушит мне все заводские настройки. Она почти не красится, ест всякую вредную хрень, одевается, как подросток. И самый крутой парень из всех, кого я знаю, с неё пылинки сдувает. Почему так?!
— У тебя есть какие-то сбережения, Мань? -- Чуть кофе не поперхнулась.
— Смеёшься? Зачем?! Папа исправно каждый месяц по сорок штук переводит. Когда деньги кончаются, я карту беру кредитную...
— То есть сорок тысяч тебе не хватает? Закатываю глаза, все-таки Барсукова иногда бесит!
— Варь, ты хоть знаешь, сколько моя одежда стоит? А сумки? Косметика? А фитнесс? А «косметичка», а волосы?! Я не могу ходить в одном и том же... Клубы опять-таки...
— Я думала, там девушки не платят за себя...
— Ну по-разному бывает. — Не рассказывать же ей, что я часто сама за всех плачу. В нашей компании я самая денежная. Была, наверное.
— Мань, ты только не ори, хорошо? — Начало такое, что ничего хорошего от зануды не жди. — А ты не думала и правда работать?
Где я, а где работа? Я что, лошадь?! Да меня вообще все сгнобят!
— Варь, ты думай вообще, что говоришь! Я не хочу, как мать, в сорок лет на кладбище оказаться!
— Не все, кто работает, умирают молодыми.
— Скажи ещё, что они живут вечно. — Фыркаю. — Всё! Закрыли тему! Ешь свои круассаны и давай в центр заскочим. Я там босоножки присмотрела...
Вечером снова едем купаться. С нами Мила увязалась. Хотела послать ее, но вовремя сдержалась. Все-таки патлы повыдёргивать я ей всегда успею, а вот тачка и папины бабки мне сейчас куда нужнее. Вот дура она, пытается к Барсуковой прилипнуть. Думает, перепадёт что от такого знакомства. Но я помалкиваю. На пляже дофига народа, по местным меркам, конечно. Есть даже знакомые.
— Привет, красавицы! — к нам подходит Игоряша, пытается поцеловать в щеку. Отпихиваю идиота. – Он ржет и приобнимает Милу за талию. Вижу, ей неприятно, но она терпит.
С песка поднимается Толя, это еще один папин зам, он у них главный. На самом деле он контролирует все финансы у отца, то есть лучше других знает, что происходит в пекарне. Если и спрашивать, то у него.
-- Присаживайтесь к нам.
На лежаках рядом расположились еще двое мужчин и трое девушек. Девушек – это так бы Варюха сказала, я же говорю, что это были три довольно известные в узких кругах бляди. Дорогие девки, ничего не скажешь, но все равно бляди. Улыбнулись нам так, как только могут улыбнуться при виде, как к их мужчинам подходят три бабы. Ничего, потерпят. Из чьего-то айфона кричит Loboda. Кажется, ее последний хит.
Варька садиться к ним не хочет, вижу по глазам, не нравится ей тут. Смотрю на неё умоляющим взглядом, разве что ладони у груди не сложила…. Ну вот, другое дело.
-- Отдыхаете?
К Барсуковой подтягивается ближе один из этих двоих. Никогда прежде у нас их не видела.
-- Купаться приехали, правильно. Погодка хорошая.
А взгляд масляный такой. Барсукова теперь точно в воду не полезет. Но ничего, я сюда тоже не загорать пришла. Рядом разместились двое мужиков, здоровые, накачанные. Вот на них в плавках я бы посмотрела...Но они раздеваться почему-то не стали.
— Ну, девчата, давайте знакомиться! Я — Гриша, а это— мужчина кивнул на лысеющего шатена -- Миша.
Гриша и Миша! Ну класс, просто!
— Пошли купаться! Маш, купальник захватила?
Игорь присел рядом, смотрит в глаза так, что я не то что купаться, да я срать на одном поле с ним не сяду! Толян уже вовсю Милу обхаживает. А отец в это время в своей пекарне ещё... Ненавижу их всех!
— Захватила, захватила! Только не надейся меня в нем увидеть.
— Голышом полезешь в воду? Я только за!
Мужчины заржали. Варька ещё больше напрягалась, Мила тоже. Ладно! Терпи, Маша. Тебе надо выяснить, что происходит. Но даже не пришлось напрягаться. Они явно уже выпили, и не по одной.
-- Ну что делать будешь теперь, а, Мария? Без бабок гонора поди меньше будет?
Игорь совершенно не стеснялся того, что здесь Мила, ладно Мила, тут Варя. Он ее вообще первый раз в жизни видит. Знал бы, чья она девушка, так бы себя не вел при ней.
-- А почему это меньше будет? – Делаю вид, что не понимаю, о чем речь. – У папы с бизнесом все хорошо, вон расширяется.
-- Так он кредитов набрал, идиот! Вы все в долг живете, Машенька. – Толя смотрит на меня так снисходительно, что хочется плюнуть ему в морду. – А кредиты отдавать надо. И в городе открывается крупный сетевой супермаркет, они сами хлеб пекут, себестоимость у них ниже, проблем с клиентурой не будет. Так что…
-- И что теперь делать? – Мила жадно ловит каждое слово Толика.
-- Нуу, всё не так плохо, конечно. Мы могли бы помочь, да, Машунь, -- Скидываю руку Игоря со своей ноги.
-- Могли бы? Как? – Смотрю на Толю. Все-таки он тут главный.
-- Ну, это ты с Игорьком договаривайся, да, Мила? – приобнимает мачеху за плечи, а она руку его не сбрасывает.
Ого-го! Похоже, эта дрянь еще и отцу изменяет! Вот же сука!
Вскакиваю на ноги.
-- Да пошли вы нахер, скоты! Сама без вас разберусь! И отца не смейте трогать, ублюдки! Варя, пойдем отсюда!
-- А ну села быстро, коза! – рявкнул Миша. – Твой батя столько нам бабок должен, что ты за всю жизнь не насосёшь.
Вдруг хватает меня за руку, и я просто валюсь на Игоря, а этот кретин хватает своими гадкими лапами за задницу. Ору матом на него, но он не отпускает. И не отпустит, сволочь! Вот попала-то!
— Мужики, отпустите девушек. И мирно разойдёмся.
Я даже не заметила, как два качка подошли к нам. Улыбаются нашим отморозкам. Похвально, конечно, но их двое, а этих четверо. Набьют морду защитникам, а толку никакого.
— Это наши бабы, пацан. Не отсвечивай, сами разберёмся.
Гриша и Миша встают с земли, они высокие, жилистые. Драться явно умеют. Может, удастся сбежать, пока они махаться будут? Если будут, конечно…
-- Да мы их даже не знаем!
Слышу возмущенный возглас Барсуковой. Вот когда надо, она характер свой проявит, конечно. И точно, отталкивает от себя Гришу, хочет встать с земли, но он пытается… Ого! Ни хрена себе! Качок даже не дал козлу дотронуться до Варьки, не тот, который говорил, а второй. Гриша уже лежит с заломленными руками мордой в землю, а Варька стоит за спиной качка. Но не убегает! Беги, дура! Что ж ты стоишь?!
-- Че творишь, сука?! Ты труп уже!
Миша бросается на парня, но второй резко бьет ногой в живот. Точно бьет, профессионально, урод выдохнуть не может, повалился на землю, ртом воздух схватить пытается, глаза выпучены. Девки их визжат, тоже вскочили с лежаков. Так и надо тебе, козёл! Отпихиваю от себя Игоряшу, он на удивление легко отпускает меня, смотрит на качков, прищурившись.
-- Да вы хотя бы знаете, кто мы? Вы живыми из этого города не уедете.
Встает, вытаскивает телефон, что-то пишет. А эти два качка, даром, что сильные, мозгов совсем нет. Ну у них нет, так у меня есть!
-- Поехали отсюда, быстро!
Тяну к себе Милу, та уже на ногах. Толян сидит на земле, расслабленный, драться явно ни с кем не собирается, у него тоже мобила в руках. Черт! Вот вляпались! И тут же снова опускаюсь на землю! Сбежать я, может, и сбегу. Сейчас. Но дальше-то что? Они везде меня найдут. Тут и папа у них под боком и братья…
-- Маш, вставай, пойдем.
А я сижу, не двигаюсь. Куда мне идти?!
Так, наверное, и сидела бы, но тут на нашем пляже началось такое…