Глава 44. «Ты мне очень нравишься, Маш»!

-- Он ни о чём меня не спрашивал, вообще! Я тебе уже раз пять сказала! Я просто поддерживаю его, у него мама только что умерла!

Идем с первой пары. Настроение ниже плинтуса. Старая рухлядь издевалась надо мной минут десять, наверное. Больше, чем над всеми остальными. Какой … речевой этикет?! Вчера поздно вечером Даню Айс уволок куда-то из дома, а я осталась. Вот какого?! Я с ним даже попрощаться не успела как следует.

-- А он встречается с … Привет, Луиза!

Так, так, так! На ловца, как говорится…

-- Привет, привет! Варя, -- целует Барсукову в щеку. Я на месте Варьки это место бы потом спиртом протерла. – Маша! – И ко мне тянется обниматься. Что за привычка дебильная -- лезть с обнимашками к тем, кто тебя терпеть не может? Ладно, потерпим. Пока.

-- Слушай, у меня вопрос один возник, ты не могла бы мне помочь? – Вдруг берет меня под руку и отводит в сторону. – Хочу с тобой посоветоваться.

-- Со мной? – Где я, а где советы? Хотя кое-что я ей точно посоветую. Настоятельно.

-- Да! Давай в три, в «Лилии» пересечемся. Сегодня. – Улыбается так, будто всю жизнь только и мечтала обо мне.

-- В «Лилии»?

-- Ну да. Не в подворотне же нам с тобой … разговаривать. Увидимся!

Ну увидимся, обязательно!

Не успела отойти от нас с Барсуковой, как ее тут же обступили филологини. Она теперь ими всеми заправляет. Полтора месяца как в универе объявилась, а всех обскакала. Популярная девочка, очень! Видела уже пару первокурсниц, явно ее стиль копируют. Вот дуры!

— Что она хотела, Маш?

Варя резко изменила отношение к Луизе после того, как узнала про Полянского. Наконец-то поверила мне. Я ей, наверное, не скажу, но она сама должна понять, как я бесилась тогда, что она мне не верила. До сих пор удивляюсь, что мы с ней тогда не разругались! Обидно, очень обидно было!

— Дело, говорит, у неё ко мне. Интересно только, какое?! Сегодня в три в «Лилии» встречаемся.

— Не ходи!

— Чего?! Да я уже жду не дождусь этого! Вылью ей на голову что-нибудь горячее! Лучше сразу кипяток!

— Она очень... разумная, Мань. А ты... эмоциональная. И сорвёшься. И дров наломаешь. Маш, она...

— Умнее меня, да?! А я дура, хабалка деревенская, которая только орать, как на базаре может?

— Иногда ты ведёшь себя именно так! Поэтому, да! Я — против.

Сказала бы ей, что думаю, но нет. Я и правда не знаю, что Луиза хочет. И вообще, может подставу готовит? Она точно от Рыжего просто так не отцепится. У его отца столько денег, да тут любая бы... Не любая!

Я — не любая!

Варька так и бухтит уже третью пару, переживает. А я пойду, я решила! Хотя бы узнаю, что она скажет, вряд ли правду, но все равно интересно. Что ей надо-то?

-- Я тут подумала, Мань, помнишь, я зимой в «Лилии» с Вороновым встречалась? Так ты со мной пошла…

-- Нет! Это не Воронов, и я сама справлюсь. Вон, уже Старый… Василий Федорович тебя, наверняка, ждет. Да тебе и на работу свою чудесную уже пора!

На самом деле, я хочу, чтобы Барсукова была рядом. Запал прошел, выдрать волосы этой гадюке уже не хочется. Права Варя, с ней надо быть осторожной, очень-очень осторожной. Ладно, сыграем в игру «я хорошая девочка».

В «Лилии» как обычно, до фига народа. Очень востребованное место, знакомые лица кругом, но Луизы нигде нет. Может, не пришла еще? Или передумала?

-- Вас ждут?

-- Нет, видимо. Я первая пришла.

Хочу уже присесть за свободный столик, так меня останавливают.

-- Если вы Мария, то вас ждут.

Конечно, тут же есть отдельные кабинеты! Такая звезда как Луиза не будет сидеть со всеми. Ну и ладно, лишних свидетелей нам и не надо. Мы проходим через весь зал, потом направо. Тут, кстати, интерьер побогаче, не бывала здесь раньше.

Она сидит за столиком, здесь еще и диванчик есть небольшой. Уютненько так.

-- Я рада, что ты пришла.

Улыбается, словно мы с ней подруги. Хоть целоваться-обниматься не полезла, и на том спасибо.

-- Да и я… рада.

Перед глазами меню, но я сюда не есть пришла.

-- Будешь что-то? Я угощаю.

Да пошла ты! Угощаешь. Я сама могу себе что угодно тут заказать! Ну или почти всё.

-- Аппетита нет. Так что ты хотела, Луиза?

-- Я помочь тебе хочу, Маш. Ты мне нравишься. Давно за тобой наблюдаю, с того дня, как вместе в баре футбол смотрели. У нас ведь много общего.

Да неужели? И что же, интересно, у нас общего? Рыжий?

-- Помочь? В чём?

-- Не в чём, а чем. Деньгами, конечно. Они нужны тебе.

Вот такого я совсем не ожидала!

-- Они всем нужны.

-- Но тебе ведь особенно, да? Ты, говорят, с первого курса мужа богатого себе ищешь? Даже на Макса Полянского вешалась… Я вот подумала, может, мы с тобой хорошими друзьями можем стать.

Она стебётся? Какими друзьями?!

-- Это вряд ли! Да и у тебя и Баринова в подружках, да?

-- Инсту мою смотрела? Маринка глупа, никогда не думает, что делает. Мы с ней очень разные, Маша. Мы не дружим. И речь не о ней. О Даниле. Он ко мне всегда хорошо относился, как и я к нему. Жаль, потерялись на несколько лет. Но я вернулась, так что... —  У неё улыбка с лица не сходит. Спокойно так говорит, мягко. Сама доброжелательность. Короче, не я совсем! -- Так что, Маш, я думаю, тебе не место рядом с ним. Не знаю, что там у вас с ним было и было ли, но твое внимание к нему излишне. Ваш… дружеский уик-энд закончился. О нем есть кому позаботиться.

-- И кому же? – Ответ знаю, конечно, но пусть сама скажет.

-- Мне. Даня, он очень хороший, сама знаешь. Умный, добрый и…

-- И Полянский?

-- И Полянский.

-- Он не возьмет деньги отца. Ни копейки. Никогда! И не станет с ним общаться. Да все знают, что его отец тебя к Рыжему приставил! Думает, уломаешь его сына, и он к папочке прибежит, раз Макс так облажался? Он не прибежит. Ты ошиблась, Луиза!

Вообще я надеялась, что тут она потухнет, а нет, еще шире улыбка. Ее вообще мои слова не трогают!

-- Это ничего не меняет, Маш. Даня очень обижен, и я его не виню. Еще и мать умерла. Конечно, он не будет с отцом общаться. Пока. А дальше… Никто не знает, что дальше будет, лет через пять например или семь. Он и без денег своего папы… Маш, он очень талантливый. Не зря Айс за него так держится. Да весь бизнес Леднева из-за Дани! Ты знаешь, что его в «Яндекс» приглашали и в Google? Он сделает отличную карьеру.

-- Карьеру? Даня?

Может, мы о разных людях говорим?

-- Над Гейтсом смеялись, в Apple не верил даже его инвестор. Фрики, хиппи, наркоманы, а они весь мир под себя подмяли. Дане надо просто помочь немного.

-- Ты его будущее уже по годам расписала?

Сижу, офигеваю. Вот честно! В таком… шоке, что даже орать не хочется.

-- Да, и я умею ждать. А вот тебе, Маш, нужно всё и сейчас. Ты мне и правда нравишься, поэтому я с тобой так откровенна. А деньги отца Данила здесь ни при чем. У него и свои будут, особенно сейчас, когда не надо мать содержать. Он далеко пойдет, Маш, очень далеко, а ты тут под ногами мешаешься.

Вот же дрянь! Вежливая красивая умная дрянь!

-- А если не пойдёт? Ты подумала и об этом? Ему не нужны деньги. От слова «совсем»!

-- Ты знаешь, как мой папа стал тем, кем стал? Мама его сделала. От и до. Без нее бы у него ничего не получилось.

-- Не знаю, что там у твоей мамы было, но Даня тебе не кролик подопытный. И что ты с отцом его, он тебе не простит.

-- Лучше о своем отце подумай, Маш! Два миллиона – это большие для него деньги, неподъемные. А их ведь отдавать надо.

Вот гадина! Подготовилась, значит! Наверняка и про наркотики знает. И про убийства.

-- Это не проблема, -- нагло вру, глядя ей в глаза. – У нас есть эти деньги. Найдём.

-- Я их уже нашла, Маш. Могу хоть завтра за твоего папу кредит погасить. Представляешь, какое облегчение ему будет. Да и тебе тоже.

-- Значит, Рыжего ты в два миллиона оценила? Думаешь, я соглашусь? По-другому никак у тебя не получится, а?

-- Я надеюсь, папино благополучие тебе более важно, чем Даня. С ним ведь непросто, и всегда будет непросто. А если ты исчезнешь с горизонта, он точно о тебе не вспомнит.

-- Ты на понт меня не бери! У папы рассрочка, с него этот кредит не требуют. И потом, если припрет, я смогу их найти.

-- К кому пойдешь? К Леднёву просить? Думаю, он даст. Даже уверена в этом. Но это не отменяет моего предложения, Маш. Считай, у тебя в кармане два миллиона. Можешь у Леднева не занимать, а можешь и занять, а мои два «ляма» себе оставить. Неплохо ведь, а? У тебя же день рождения скоро, в декабре вроде. Считай, мой подарок.

-- Два миллиона, значит? Сразу?

-- Ага. Только расписку подпишешь. Юрист уже всё подготовил. И под ногами больше не путайся. Да, и ещё. Нет у твоего папы больше никакой рассрочки. Я не говорила, у меня мой папа в совете директоров банка заседает? Ну, теперь знаешь. Так что либо у меня бери деньги, либо у Айса. А лучше – у нас обоих. Я же говорю, ты мне очень нравишься, Маша!