Глава 8

Мужские руки скользнули по моим бёдрам, и я инстинктивно выгнулась им навстречу. По телу пронеслась электрическая волна. Мысли отключились. А чувства напротив ― стали острее.

Я закрыла глаза, полностью отдаваясь во власть его прикосновений. Было так хорошо, что всё остальное хотелось выкинуть в урну. Чтобы только чувствовать и осязать, слышать и обаять. А ещё подчиняться и требовать.

Словно прочитав мои мысли, он властно обхватил губами возбужденный сосок. Обвёл его языком. Затем ещё раз и ещё. А затем мучительно царапнул его зубами, вынуждая меня застонать и смять пальцами шелковую простынь.

Он накрыл мою грудь ладонями и опустился ниже. Прокладывая мурашчатую дорожку из поцелуев, двигаясь к пульсирующему от страсти бугорку. Пальцы сильнее стиснули простынь, стоило только мужским губам добраться до края хлопковых трусиков. Я судорожно выдохнула, когда мой мучитель оттянул их вниз. А ощутив его внутри совсем перестала дышать.

Застонала из последних сил. Подалась вперёд, желая ощущать его глубже, полнее. Зарылась пальцами в его волосы. Спустилась ниже и стиснула крепкие мускулистые плечи.

Прикусила губу, предвкушая ещё большое наслаждение. И не сдержалась его ощутив.

Он рванул вперёд, вынудив меня всхлипнуть, а затем впился страстным поцелуем в мой податливый рот. Проник языком внутрь, а затем снова толкнул. Грубо. Дерзко. По―хозяйски. Пока его язык продолжал свои манипуляции, он входил в меня снова и снова, и казалось, с каждым разом всё отчаяннее. Я стонала ему в рот. Всё громче и громче. И вскоре перешла на крик.

Толчок. Толчок. Толчок. Голова кружилась, и я понимала, что мне без шуток сносило башню. Царапая ногтями мужские плечи, в перерыве между поцелуями, я отчаянно ловила ртом воздух. Но помогало это лишь отчасти. Я всё равно задыхалась. И ничего не могла с этим поделать.

Мне было хорошо. Так восхитительно хорошо, что хотелось и плакать, и смеяться одновременно. Причем сильно и навзрыд. И плевать, что это были основные признаки психической истерии. Сейчас я готова была быть кем угодно и страдать, чем угодно. Лишь бы он не останавливался. Лишь бы продолжал…

Сжав ладонями мою грудь, он вошел в меня с такой силой, что я едва не потерялась от подступающего к телу экстаза. Я ощущала, как тепло внутри меня начинает подниматься и расти, как большой наполненный шар. Я билась в конвульсиях, словно безумная, желая ощущать его в себе больше, глубже и основательнее. Я требовала этого. И я это получала.

Застонав почти на самом пике, запрокинула назад голову и прикусила опухшую после страстных поцелуев губу. Выгнулась и закрыла глаза. А затем инстинктивно, где―то на уровне подсознания прошептала его имя.

– Терренс… Хардинг, Терренс…

Резко вскочила на кровати, едва не закричав от шока и ужаса. Дышала кое―как. Сердце бешено стучало. А чувствовала я себя так, будто бы увидела самый страшный кошмар в своей жизни. Хотя характерная дрожь в теле и пульсация там, внизу, говорили совсем об обратном.

– Черт! Чтоб тебя черти взяли, Хардинг!

Обхватила голову руками, прикрыла глаза и попыталась успокоиться.

Главное ― не паниковать.

Подумаешь, приснился Терренс. Подумаешь, у нас был секс. Это ведь всего лишь Терренс, всего лишь секс, и что важно ― всего лишь сон. С кем не бывает, верно? Всякое ведь присниться может.

– Давай, Саманта, успокаивайся. Не каждый сон о чем―то говорит. Ты ведь знаешь это.

Выдохнула и, кивнув самой себе, открыла глаза.

Лишь через несколько секунд сообразила, что сквозь задернутые шторы пробивается солнечный свет. А взглянув на настольные часы, поняла, почему.

– Да вы шутите!

Резко отбросила в сторону одеяло и, спрыгнув с постели, понеслась в ванную.

8:45 ― плохое начало дня.

Особенно, когда вспоминаешь, что через пятнадцать минут ты должна быть в другом конце города.

А ты ещё не то, что не готова. Ты от секса во сне толком не отошла!

– Блин, ненавижу тебя, Хардинг, ненавижу! Мой первый рабочий день! Первый день, а я опаздываю по твоей вине!

Так и носилась по всей квартире, проклиная Терренса и параллельно приводя себя в порядок.

С чем мне действительно крайне повезло, так это с врожденным талантом собираться за пятнадцать минут, а выглядеть при этом чертовой секс―бомбой.

Выскочила из квартиры ровно в 9. Вроде бы даже ничего не забыла. Изо всех сил старалась не думать о том, что уже должна быть в офисе. И что, возможно, за опоздание в первый же день мне устроят хорошую взбучку. Интересно, как наказывали провинившихся? Выговоры? Штрафы? Дополнительная работа? Лишение премии? Увольнение?

О последнем даже думать не хотелось.

Умудриться вылететь в первый же день ― это нужно очень постараться.

Но я была бы не я, если бы не попыталась.

– Только попадись мне на глаза, Хардинг. ― Шипела я, выруливая с автостоянки. ― Только попадись.

По дороге хотела набрать Деборе и предупредить, что задерживаюсь, но, взяв в руки мобильный, поняла, что тот разряжен. Закатила глаза и вновь выругнулась.

Вот примерно так обычно и начинаются все самые дерьмовые дни.

Сказала ― как в воду глядела. Поняла это только потом.

У здания офиса я оказалась в 9:52. Только толкаясь в пробках и объезжая очередные ремонтные работы, осознала, что нужно было ехать на метро. Добралась бы в разы быстрее. И злой бы такой не была.

Но, что сделано, то сделано. Сетовать на собственную безалаберность уже поздно.

Вбежала в уже практически закрывающиеся двери лифта. Едва не врезалась в зеркало на стене и чуть было не сломала каблук на новых туфлях, но обошлось. Выглядела среди толпы пялящихся на меня людей немножко дурой, но старалась гордо держать голову и делать вид, что всё нормально.

Вышла на своём этаже и почти сразу же выдохнула.

Хотя всё самое сложное ещё ждало меня впереди.

Ну хоть больше не пялился никто.

Проходя по коридору, быстро взглянула на себя в зеркало. Вроде бы ничего. Собранные в высокий хвост волосы, легкий дневной макияж. Деловой костюм пудрового цвета, состоящий из укороченных, облегающих фигуру брюк, длинного пиджака и белоснежной сорочки. Образ завершали мои любимые бежевые лодочки, которые всего пару минут назад едва не отправились на тот свет.

Повезло. Хоть в чем―то.

На этаже работа шла полным ходом. Звонки телефонов, разговоры, звуки принтеров и сканера, шелест бумаг и периодический смех. Люди суетились, бегая по залу туда―сюда. А я стояла на пороге, как вкопанная, осознавая, что даже не знаю, куда мне идти. Да, мне не сказали. И да, я забыла спросить.

Дура, что поделать. Сегодня это уже не новость.

– Эй, Саманта! А я уже собиралась тебя разыскивать.

Повернулась на голос и облегченно выдохнула. Даже улыбнулась, хотя ещё и не была уверена, что меня не захотят прикончить.

– Ты где была? Что―то случилось?

– Прости, Дебора, я проспала. ― Призналась, понимая, что не хочу начинать свою новую жизнь с вранья. Скажу всю правду, а там, будь, что будет. Ну, почти всю. ― Собиралась позвонить по дороге, но мобильник разрядился. ― Затем выдохнула. ― Если бы знала, что будут такие пробки, поехала бы на метро.

– Да, по утрам у нас здесь не сладко. ― Улыбнулась она. ― Да и вообще с автомобильным движением туговато. На метро проще и быстрее.

Невольно вспомнила Хардинга, который откровенно ржал над моим желанием ездить по Нью―Йорку на машине. Но сделала вид, что ничегошеньки подобного не было. А, если и было ― он всё равно был не прав. Да, вот так.

– Пойдем, я покажу тебе, где ты будешь сидеть.

Дебора застучала каблучками по коридору, уволакивая меня за собой. Сказать, что мне было неуютно ― ничего не сказать. И на то была неприятная причина.

– И… что теперь будет? ― Не выдержав, спросила я.

– Для начала ознакомишься с нашими внутренними документами. ― Ответила она. ― А уже затем изучишь клиентов, поставщиков, инвесторов и все внешние договора.

– Нет, я не об этом. ― Осторожно объяснила. ― А о своём опоздании. Я ведь задержалась на целый час. Мистер Кэмпбелл, наверное, в ярости. Мне выпишут штраф? Или уволят?

– О нет, дорогая, не переживай, ― по―доброму улыбнулась Дебора, ― здесь за опоздания так жестоко не наказывают. Ну, по крайней мере, если они не становятся систематическими. Но ты ведь не собираешься постоянно опаздывать, ведь так?

– Конечно же, нет! ― Вот даже от сердца отлегло, ей Богу. ― Этого больше не повторится, обещаю!

– Вот и отлично. ― Шире улыбнулась Дебора, а затем открыла передо мной дверь.

Кабинет оказался просторнее, чем я полагала. Большой, с огромными окнами в две стены и тремя хаотично расположенными столами. Два из них уже были заняты, а вот третий, как я верно подумала, оказался как раз моим.

– Знакомьтесь, Саманта Барнс ― ваша новая коллега. ― Как только Дебора произнесла это, на меня тут же уставились две пары незнакомых глаз. ― Она будет заниматься подготовкой, редактированием и согласованием договоров. Введите её в курс дела. Покажите все программы. Расскажите про историю компании, про правила, распорядок дня и так далее. Ну вы поняли. ― Затем Дебора повернулась ко мне. ― Если понадоблюсь, я в соседнем кабинете. И не волнуйся, здесь никто не кусается.

Я даже ответить ничего не успела, как Дебора уже закрыла дверь с обратной стороны.

Нет, вообще―то я была не из пугливых, но сегодня что―то сильно сдала.

– Эм, привет, я Джойс. ― Улыбнулась невысокая светловолосая девушка, поднимаясь и протягивая мне руку. Я пожала её, отметив про себя, что она весьма мила. ― А это Макс. ― Указала она на высокого стройного парня, который тоже направился ко мне.

– Я сам могу представиться, Джо, ― усмехнулся он, а затем перевел на меня взгляд, ― привет, добро пожаловать.

– Спасибо, ― ответила я, пожимая и его руку в ответ.

Ну, с коллективом вроде бы повезло. По крайней мере, я надеялась, что первое впечатление меня не подведет. Как и просила Дебора, ребята ввели меня в курс дела. Объяснили, с какими программами и папками я буду работать. А ещё ― куда буду звонить в случае чего. Всё оказалось довольно понятно. И на первый взгляд, даже просто. Осталось так же блестяще применить теорию на практике. И тогда я могу рассчитывать на то, что задержусь в этой компании довольно надолго. А мне бы этого хотелось.

Джойс оказалась той ещё болтушкой. Она умудрялась работать и параллельно заваливать меня вопросами, не забывая при этом рассказывать и о себе. Так я узнала, что она родилась и выросла в Канзасе, а в Нью―Йорк перебралась уже после школы. Её родители развелись и мама, встретив нового мужчину, увезла дочку с собой. Макс оказался более молчаливым. Хотя и не упускал возможности при любом случае поддеть Джо и предпринять одну―другую попытку вывести её из равновесия. Получалось это у него, нужно признаться, не очень. Так как моя новая знакомая была спокойной, как танк.

А ещё я узнала, что между ними вот уже несколько месяцев как были отношения. Ну не догадаться об этом было трудно. Очевидное находилось прямо перед глазами.

Уже в самом конце рабочего дня ко мне немного неуверенно подошла Джойс.

– Слушай, мы сегодня с Максом в клуб собрались. Не хочешь с нами? ― Спросила она, надевая сумку на своё плечо. ― Заодно отметили бы твой первый рабочий день.

– В клуб? ― Улыбнулась я, убирая распечатки со стола. ― Ой нет, это совсем не моя тема. Не люблю громкую музыку и слишком шумные места. Предпочитаю тихие вечера дома. Чай, книга, плед, все дела.

Ага, так уж и тихие. А про книгу и чай это я вообще загнула.

– Уверена? ― Обнимая Джо за талию, Макс взял инициативу в свои руки. ― Сегодня в клубе выступают Бойз. Классные парни, будет весело. Ну чего дома то сидеть. ― Усмехнулся он. ― Книга ведь никуда не убежит. А ребята скоро уезжают.

И правда. Чего сидеть. Снова слушать, как Терренс трахает очередную свою девицу? Снова злиться на него? Названивать копам? Спорить с ним, ругаться и убивать себя мыслями о прошлой ночи? И не только о прошлой? Такой что ли вечер я себе пророчила? Вот уж нет. Увольте.

– А знаете… почему бы и нет. ― Подумав, ответила я. ― Я давно не развлекалась. Так что, с радостью.

– Правда? ― Джойс даже просияла. ― Здорово! Тогда в восемь у «HР6». Успеешь?

– Конечно. ― Пообещала я. И слово своё не нарушила.

У клуба была ровно в восемь. Из гардероба выбрала короткое черное платьице с позолоченным лифом, которое слишком долго пылилось у меня в шкафу. Надела черные босоножки на шпильке, распустила волосы и чуть подправила макияж. Сексуально, но в то же время сдержанно. Как я и любила.

В клубах я бывала не часто. Джордж почти никогда не брал меня на подобного рода вечеринки, хотя сам их страсть, как любил. Не знаю, то ли я сама не хотела на них ходить, то ли он мне это внушал, но впервые за много лет мне показалось, что атмосфера внутри более, чем приятная.

И громкая музыка мне даже нравилась.

Мы с Джойс заняли столик сбоку от бара и плюхнулись на огромные красные диваны, пока Макс отправился за напитками. Собиралась ли я напиться? Однозначно. Тем более, что сегодня был мой первый рабочий день. Не самый сложный, конечно, ведь я только начинала во всё вникать, но черт! Разве для того, чтобы напиться, всегда всё должно быть дерьмово?

– Может, познакомишься с кем―нибудь сегодня, ― придвинувшись ко мне чуть ближе, улыбнулась Джо.

– Не думаю, что здесь я встречу кого―нибудь нормального.

Моя новая знакомая узнала обо мне почти всё, что могла, и что я сама хотела ей рассказать. И осталась жутко недовольна тем фактом, что у меня так долго никого нет.

А что, четыре месяца ― это всё, трагедия, да?

– По―твоему в клубе нельзя встретить хорошего, обеспеченного и достойного парня?

Я неопределенно пожала плечами.

– Ты не права. ― Продолжала Джойс. И я поняла, что лекции мне не избежать. ― Многие приходят сюда просто выпить и отдохнуть. И многие них абсолютно нормальные. А ещё успешные руководители часто проводят здесь деловые встречи с своими партнерами. Мистер Кэмпбелл, кстати, не исключение. Так что вероятность, что ты встретишь здесь того самого парня очень высока.

Ну ладно. Высока, так высока. Спорить я не стала.

– А вот и коктейли.

Макс принес нам два бокала «секса на пляже», а себе взял бочковое пиво.

Сделав несколько глотков, я ощутила, как расслабляюсь. Голова становилась легче. Мысли переставали давить. И самое главное ― я абсолютно не думала о Хардинге. Народу в клубе было немного, но что―то подсказывало мне, что все ещё было впереди. И что через час―два здесь будет не протолкнуться.

В принципе, так оно и случилось.

После двух полноценных коктейлей я ощутила себя совсем хорошо. Правда не настолько, чтобы решиться выйти на танцпол. Пока Джойс и Макс отжигали под песни Бойз ― нужно признаться, парни действительно были круты ― я понемногу потягивала третий коктейль и листала новостную ленту на фейсбуке. Пару раз ко мне пытались клеиться какие―то придурки, но я отшивала их, не давая им ни единого шанса. Хорошо, Джойс этого не видела. Втащила бы мне, не подумав.

– Эй, точно не хочешь потанцевать? ― Запыхавшаяся Джо плюхнулась рядом со мной на диван. А Макс отправился за новой порцией напитков. ― Ну хоть попробуй! Обалдеть как там круто!

– И жарко. ― Усмехнулась я, наблюдая за тем, как девушка слегка просушивает мокрые волосы. ― Не хочу выглядеть так же мокро, как ты.

Джойс улыбнулась.

– Если бы в этом были виноваты исключительно танцы.

Вспомнив, что на какое―то время ребята пропадали из моего поля зрения, я удивленно вскинула брови.

– Серьезно? Здесь? Джо, это отвратительно!

– Ничего подобного. В этом клубе самые чистые туалеты во всём Нью―Йорке.

– Поверить не могу, что вы действительно это сделали. ― Закачала головой я.

– Думаешь, это в первый раз? ― Поправляя топ, улыбнулась она.

Наблюдая за горящими серыми глазами напротив, я не смогла не улыбнуться в ответ.

На мгновение вдруг вспомнила о Терренсе и, тряхнув головой, поняла, что, видимо, алкоголя в моей крови ещё недостаточно. И, понимая это, почти залпом осушила свой бокал.

– Саманта?

Вначале подумала, что это действие алкоголя. И что именно поэтому мне мерещатся люди, которых в моей жизни априори быть не должно. Повернулась на голос, чтобы подтвердить догадку, но вышло всё с точностью, да наоборот. Оказалось, что ничегошеньки подобного мне не мерещится. И всё это происходит со мной наяву.

– Поверить не могу. ― Улыбнулся он. ― Это действительно ты.

Нет, блин, мой голливудский двойник!

– Какого черта ты делаешь в Нью―Йорке?

– Приехал к отцу. ― Ответил Джордж, а затем, как ни в чём не бывало плюхнулся рядом со мной на диван. ― А ты? Ты что, живешь теперь здесь? Я уже четыре месяца тебя не видел. Ты что, переехала?

Ты что, действительно думаешь, что я стану это с тобой обсуждать?!

И почему ты ведешь себя так, словно между нами ничегошеньки не произошло?!

Ты разве не изменил мне, а, Джордж? Разве я не сказала тебе больше ко мне не приближаться?

Хотелось закричать мне, но я сдержалась.

А зря.

– Переехала. ― А затем, не знаю, что случилось с моим языком. ― К своему парню. Точнее, жениху.

Джойс едва коктейлем от неожиданности не поперхнулась.

– Ого. ― Улыбка на лице Джорджа стала менее уверенной. Такого поворота он явно не ожидал. Да, я, признаться, тоже. ― Даже так? Я не знал, что ты с кем―то встречалась.

Да, я тоже.

– Он давно ухаживал за мной. И после нашего расставания я решила дать ему шанс.

Господи, вела себя, как маленькая! А ведь мама с детства учила, что одна ложь всегда тянет за собой другую, а затем третью и так далее. И что ни к чему хорошему эта череда не приводит!

– И как же зовут этого счастливчика?

Эээээм….

– Барни, ― выпалила я первое, что пришло мне в голову. Так увлекаться бисквитными мишками на работе было плохой идеей. Очень плохой.

– Барни? ― Переспросил Джордж.

– А что? Что тебя так удивляет? Нормальное имя.

– Нормальное, не спорю, ― тут же ответил он, но подумал однозначно иначе.

Не спорит он…

Если честно, я и сама не была в восторге от вымышленного имени моего вымышленного жениха. Но успокаивала себя тем, что это всего на один вечер.

А точнее, максимум на пару часов.

Хотя, кого я обманываю? Что я собиралась делать в этом клубе с Джорджем целых два часа?

– Я рад, что ты счастлива, Саманта. ― Внезапно произнес он. ― Правда, рад. И надеюсь, мы сможем остаться добрыми друзьями.

Шутит он что ли? Друзьями, а уж тем более добрыми мы точно остаться не сможем.

– Навряд ли. ― Спокойно ответила я. А надо было бы быть пожестче.

Джордж хотел сказать что―то ещё, но его внезапно кто―то позвал.

– Я… должен идти. ― Вставая, произнес он. ― Твой номер всё тот же? Я позвоню?

– Не тот же. ― Соврала я. Единственное, что я так и не смогла поменять в своей жизни, это номер мобильного. Но Джорджу знать об этом было вовсе необязательно.

Он ожидал, что я скажу что―то ещё. Наверное, продиктую свой новый номер или что―то вроде того. Но я молчала, давая понять, что больше не хочу иметь с ним ничего общего.

– Ладно, я… тогда увидимся?

Джордж ждал, но я снова ничего не ответила.

Он так и ушел, оставив меня наедине с обидой, злостью и парой больших серых глаз, которые терпеливо ждали, пока я всё им объясню.