Глава 9

Пулей влетела в дом, и не снимая грязную обувь прошла в гостиную. Дед, откладывая свою газету в сторонку, злобно посмотрел сначала на мои ноги, затем на меня, а сын игрался со своей единственной и любимой машинкой. Они оба удивились моему раннему приходу домой. Обычно, я заканчиваю работу вечером, часам к восьми.

— Анна, что за вид? Почему без зонтика?

— Мамоооочка. Ты так рано!

Обняла сына, поцеловав в маленькую головку. Он так вкусно пахнет. Мой сладкий.

— На тебе лица нет. Что случилось?

— Дед, нам нужно поговорить.

Пытаюсь собраться с мыслями и без паники все спокойно объяснить. До сих пор дыхание не пришло в норму после встречи с НИМ.

Дед выжидающе смотрит, а я прошу сыночка принести мне стакан воды из кухни. Не нужно, чтоб он слышал этот разговор.

— Нам нужно уехать!

Дед ошарашенно смотрит и медленно встает с места. В его глазах читается искренняя озадаченность.

— Как это уехать? Что случилось?

— Не спрашивай. Просто соберем вещи и уедем. Пожалуйста…

— Что значит не спрашивай?

— Мама. Скоро первое сентября. Разве я не пойду в школу, ты же обещала?

В комнату входит мой маленький и смотрит своими ангельскими глазками. Хочется провалиться сквозь землю. Все таки услышал…Опять рушатся надежды моего ребенка. Опять я все испортила.

— Сынок, все будет хорошо.

Обнимаю его крепко, сдерживаясь из последних сил, чтоб не разреветься.

— Анна. Объясни немедленно, что происходит, пока я не вышел из себя.

Деда довести до такого состояния бывает крайне сложно. Он слишком спокойный и уравновешенный человек, но сейчас в его тоне чувствуется агрессия и злость. Как мне объяснить ему в какую ужасную ситуацию я попала. В какой грязи оказалась. Продала свое тело мужчине, который теперь преследует меня, и как ни в чем не бывало сообщает, что я буду жить в его доме. Да у бедного случится инфаркт.

— Деда. Я объясню потом. Чуть позже, пожалуйста…

— Анна…

Тон, не терпящий никаких возражений. Я подхожу вплотную, понижая голос и опуская глаза. На ходу придумывая идиотскую историю.

— У меня появился настойчивый и неприятный ухажер. Я не хочу с ним общаться.

— Ты понимаешь, что говоришь? Это разве проблема? Дай мне номер этого мужчины, я поговорю с ним.

— Нееет деда. Не нужно.

— Анна! Мы не обязаны уезжать, потому что ты так захотела? Знаешь — я всегда стоял за твоей спиной. Чтобы не случилось в твоей жизни, я поддерживал. Но так нельзя. Думай о ребенке. Ему пора в школу, а у меня не то здоровье, девочка.

Опускаюсь на пол и закрывая лицо руками начинаю плакать. Единственный выход, чтоб избежать этой ситуации — уехать. И я прекрасно понимаю, что дед не согласится. И что мне делать дальше? Ждать пока через несколько часов за мной отправят амбалов и они прямо перед моими родными силой меня увезут из дома?

Мне нечего сказать деду. В моей жизни не было человека, с которым я бы поделилась своей болью и своими переживаниями. Мать и отец рано погибли. Я не успела почувствовать, что такое родительская любовь. Из родных остался только дед, который растил меня не жалея себя. Делал все, чтоб я не чувствовала себя одинокой. Конечно, родителей не заменит никто, но дед делал все возможное для этого.

— Вспомни! Однажды мы уже уехали. Из- за тебя! Из — за твоего легкого поведения. Что потом? Мы годами не могли восстановиться…Сейчас тоже самое?

С каждым его словом мне становилось только хуже. Он не говорил, а давал мне пощечины. Иногда самые близкие люди наносят такие удары, от которых нам не восстановить раны никогда. Неважно какие у нас отношения с дедом, он никогда ничего не забывает.

《 8 лет назад

— Мне совсем не нравится твое поведение! Ты пропускаешь занятия уже почти месяц.

— Дед, мне плохо. Я себя неважно чувствую.

— Не ври мне. Что с тобой случилось? Вы поругались с Дмитрием?

— Давай уедем, пожалуйста!

— Анна, о чем ты говоришь?

— Деда, пожалуйста. Просто на некоторое время поживем в деревне у твоей сестры. — В чем проблема Анна? Ты хочешь оставить университет? С такой отличной успеваемостью? И притом, на носу твоя помолвка с Дмитрием, он тебя не отпустит!

— Дед. Не будет никакой помолвки. Мы с Димой больше не вместе.

Меняется взгляд. Он волнуется. За меня. Дед всегда хорошо относился к Диме, говорил, что он настоящий мужчина, несмотря на свой возраст. Диме двадцать один, он старше меня на три года.

— Он тебя обидел?

Поднимаю обреченный взгляд на дедушку и тихо произношу, еле шевеля побледневшими губами:

— Я беременна!

Он медленно садится на кресло напротив меня и дрожащими пальцами снимает очки. Долгое время ничего не говорит, просто смотрит в окно.

— Дети это хорошо Анна. Хотя, ты слишком юна для матери. Он знает?

А теперь настал самый ужасный момент, которого я так долго избегала. Момент, который изменит все. Знаю, мои слова причинят ему боль. Но я не смогла бы соврать если бы даже захотела.

— Дед, я беременна не от Димы. 》

Из раздумий меня выводит громкий и сердитый голос.

— Мы никуда не поедем и точка.

Я смотрю на одну точку и усмехаюсь. В каком я положении? Из- за одной ошибки, я потеряла работу, снова упала в глазах деда…Разрушился мой и так хрупкий замок, который я строила годами.

Вскакиваю с места и направляюсь в ванную комнату. Открываю кран и громко начинаю рыдать. Больно. От слов деда во мне все перевернулось. Смотрю на свое отражение в зеркале и чувствую себя жалкой. Мой ребенок все слышал! Он ведь все пропускает через себя. Я не позволю никому причинить нам боль. Я уже приняла решение. Деду придется смириться! Мы уедем! Через пол часа выхожу с опухшими глазами и встречаюсь с его хмурым взглядом.

— Я иду собирать вещи!

Дед идет следом за мной.

— Анна, знаешь ведь, сестры нет больше. В деревню мы не сможем поехать. Денег тоже нет!

— У меня есть деньги.

— Откуда?

Такой простой и невинный вопрос, который поднял во мне бешеную бурю! Я вся покраснела и зажмурилась от воспоминаний. В голову не приходила ни одна нормальная мысль. Что же сказать ему, чтоб звучало правдоподобнее.

— Меня рассчитали и уволили.

— Почему уволили?

— Так получилось. У нас с Викой в последнее время были напряженные отношения. Пожалуйста… Соберем все необходимое. У нас и так почти нет вещей. Прошу. Ради Льва, на некоторое время.

— А школа?

— Я что нибудь придумаю, обещаю.

Сыночек подошел ко мне и крепко обнял за талию. Мой ребенок стал свидетелем моего падения, моих слез. Это стресс для ребенка, видеть мать в таком состоянии.

Взгляд дедушки поменялся. Для него на первом месте стоит правнук.

Больше он не спрашивал ничего. Мы собрали две маленькие сумки и вызвали такси, назвав адрес самого ближайшего вокзала.

Я старалась вести себя спокойно, хотя разрывалась изнутри. Видит Бог, мне сдерживаться давалось с большим трудом. Не показывать им насколько я сломлена. Вместо того, чтоб готовить ребенка к школе, мне приходится трусливо уезжать из родного города, как когда — то.

Когда уже череда этих ужасных и черных дней пройдет из моей жизни. Мой сыночек. Мой умный. Не задает ни одного вопроса. Ему достаточно взглянуть на мое лицо и он уже понимает, что мама не в настроении. Он у меня всегда был таким. Нереальный ребенок. Взрослый не по годам.

Через пол часа мы были на вокзале. Ни теряя ни минуты купили три билета в Минск. Мне на самом деле было без разницы куда уезжать. Просто в Минск поезд отправлялся через сорок минут. Самый удобный для нас по времени. Чем скорее уеду, тем спокойнее станет на душе.

Дед и сын уже сидели в купе, я вышла на минутку, чтоб восстановить дыхание.

Мне было очень плохо. Выдохнула, пытаясь успокоиться, но не получалось. Начала тихо плакать. Может я вернусь через некоторое время и устрою все заново? Обязательно вернусь. Снимем квартиру получше. Найду нормальную работу.

Внезапно в ноздри бросился знакомый запах парфюма. Нет. Не может такого быть. Мне просто кажется, у меня расшатаны нервы. Затем почувствовала приближение кого — то и страх мгновенно проник под кожу, вызывая дрожь.

Не успела повернуться, как мне закрыли ладонью рот. От голоса, который прошептал в ухо все тело покрылось холодным потом.

— Я ведь предупреждал тебя, маленькая дрянь, что не люблю повторять дважды.

Округлила глаза от ужаса. Как он узнал? Как нашел? Неужели следил за мной? Я некоторое время стояла неподвижно, в шоковом состоянии, затем стала вырываться. Мне повезло, что на вокзале есть люди. Он же не посмеет ничего сделать? Отстранил ладонь, я повернулась, сталкиваясь с ним взглядом. Безумным и голодным взглядом. Как можно так смотреть. Он дышал также часто, как и я. Но если мое дыхание сбилось из-за страха, то его вовсе нет. Осмотрел меня с ног до головы, и будто хищник, приблизился вплотную, загоняя меня в угол.

— Мне нужно идти.

Я заикалась, пытаясь вырваться из ловушки. Он схватил меня за локоть, не позволяя уйти.

— Я все сказал.

Его тон заметно понизился, а в глазах промелькнул опасный огонь. Мне стало страшно не за себя, а за тех, кто сидел в поезде и ждал меня.

— Зачем я вам? Таких как я миллионы…

Жалкая попытка предотвратить эту ужасную игру. На самом деле…Зачем такому как он, такая как я. Уму непостижимо.

— Миллионы, но трахать я буду тебя.

— Прошу отпустите. Вы ненормальный?

Мимо проходил охранник с рацией. В сердце поселилась надежда. Это мой шанс. Он должен мне помочь! Когда тот был уже достаточно близок, я вырвалась из цепких лап мужчины, и обратилась к охраннику.

— Мне нужна помощь.

Охранник посмотрел на меня, затем на Сокола, но я не заметила заинтересованности в его взгляде.

— Слышите. Меня хотят похитить.

Не понимаю, почему он не реагирует? В чем дело? Сердце начало биться от ужасной догадки. Охранник оставляя меня без единого внимания, кинул взгляд на моего мучителя и обратился к нему!

— Сокол, нужна помощь?

— Свободен!

Они переглянулись, после чего тот как ни в чем не бывало продолжил свой путь. Дернулась, когда он снова схватил меня за руку. Начала дрожать от страха. Пришло осознание безысходности моего положения.

Не верю. То, что услышала это просто немыслимо. То есть, только что охранник этого вокзала, вместо того, чтоб помочь мне, предлагал свою помощь человеку, который собирается меня похитить? Скажите, что все это неправда. Ущипните меня. Он ненормальный ублюдок, вокруг которого вертится весь мир.

Мужчина резко привлек к себе и произнес таким голосом, от которого волосы на затылке зашевелились и все тело покрылось мурашками.

— Смелая, но глупая девочка. Ты же знаешь, что я тебя накажу за это. У тебя был шанс сделать все по хорошему. Теперь будет по плохому.

Перекинул меня через плечо и стал надвигаться в сторону черной машины. Казалось я смотрела на все это со стороны. Не верится. Как может это все происходить со мной? Меня как мешок перекинули через плечо среди стольких людей, и всем наплевать на происходящее.

Я била и царапала маленькими кулаками его спину.

— Ублюдок! Сволочь! Там мой сын и дед. Они ждут меня. Отпусти. Я посажу тебя слышишь?

Он ничего не ответив, продолжал нести меня к машине.

— Пожалуйста. Умоляю. Я сделаю, как пожелаешь, только их не трогай.

— Ты и так будешь делать так, как я захочу.

Боже. Дед и Лев остались там без меня и единой копейки. Все деньги у меня. И как назло, телефон остался у ребенка. Даже не смогу позвонить. Боже. Что они будут делать? Они ведь с ума сойдут, если я не вернусь.

Сокол силой затолкал меня в машину. Приблизился слишком близко к моему лицу и хрипло прошептал.

— За твой дерзкий язык ты тоже наказана!

Вскрикнула, почувствовав резкую колющую боль в руке. Он захлопнул дверь, оставляя меня одну с водителем. Машина тронулась с места и я начала плакать. Голова закружилась, расплылся взгляд. Он что — то вколол мне. Ублюдок.

Последнее, что я увидела, это моего маленького Льва. Он вышел из поезда и искал меня. У меня началась настоящая паника. Я хотела крикнуть водителю, чтоб остановился. Не смогла, потому что перед глазам почернело и я погрузилась во мрак.