Глава 13 · Разъеэльфячили

Четверо эльфят возникли словно ниоткуда. Один рыжий, два блондина и ещё один голубоволосый. Красить волосы у эльфов не считается зазорным даже для парней. Впрочем, при ближайшем рассмотрении, я поняла, что лазурные локоны всё же принадлежали девице, просто она была одета в комбинезон с широкими лямками, а в невинном возрасте одноклассников моего подопечного девочки не так уж и сильно отличаются от парней. Особенно, девочки-эльфы. Или вернее было бы сказать: мальчики не очень-то отличаются от девочек.

— Ну что, Жирный, проревелся? — деловито уточнил рыжик и подёргал себя за гриву длинных локонов. — Ты скажи, почему ты жирный такой? Зачем жрёшь столько?

— Жирный-жирный, поезд пассажирный! — выдохнул мелкий (для эльфа, конечно) вертлявый блондин.

А девочка наклонила голову, навострила ушки и улыбнулась:

— Не расстраивайся, Хойр, мальчики сейчас жирок из тебя выдавят! Мальчики, вы же…

Хойр это, очевидно, я. Я широко и откровенно зевнула, во всю пасть и во все свои молочные зубы, сладенько так, прерывая её угрозы, а потом застенчиво улыбнулась:

— Простите, я всегда зеваю, когда мне интересно. Продолжайте.

Они уставились на меня, немножко растерявшись.

— Совсем обнаглел, Хойр? — взвизгнула девочка. — Да я тебя сейчас по щекам отхлестаю за дерзость!

— Не обращай на него внимания, Йожа, — чутко отозвался блондин повыше. — Он немного потерялся. Сейчас мы его в чувство приведём, и Хойр у тебя ещё прощения попросит!

Я заговорщицки подмигнула ему:

— Тоже любишь дурочек? Не, ну прелесть же! Продолжай, Йожа, продолжай! Когда я тебя слушаю, чувствую себя таким умным!

— Дурак! — завизжала эльфийка.

Высокий блондин затрясся от злобы:

— Да чё мы его слушаем? Давайте уже начинать. Йожа, этот гад тебя обидел, да? А, значит, мы вправе…

— И рад бы её обидеть, но лучше природы у меня всё равно не получится, — сморщила я носик-кнопку. — Вы это, не злите меня, а то мне уже некуда трупы хоронить. Хотите подраться? Ну давайте, подерёмся. Только щаз… секундочку терпения.

Я расстегнула ширинку и на глазах потрясённых детей хладнокровно исполнила давнюю мечту. Застегнула молнию, вытерла руки о чужие штаны. Улыбнулась:

— Шучу-шучу. Есть ещё местечко. Для трупов найдётся.

И ударила первой, пока они приходили в себя от морального шока. Потому что золотое правило приюта гласит: первый удар — половина победы.

Тело юного балеруна не было приспособлено для драк: жирненькое, дряблое, как желешечка, неуклюжее. Поэтому ставку я сделала на его главное преимущество — вес. Ну и свой личный опыт, конечно.

Эльфы никогда не дерутся с женщинами, чтобы те ни натворили. Поэтому девочку я ударила первой, пяткой в живот, разом выведя из строя. Удара Йожа, конечно, не ожидала. Минус один. Лбом протаранила живот рыжика, а когда старший из блондинов попытался схватить меня со спины, рухнула на него, придавив всей тяжестью. Он попытался вывернуться и тотчас оказался на животе, лицом в грязь. Я села верхом на его поясницу и заломила тоненькую ручонку несчастного.

— Ай, пусти, дебил! Больно!

— Как ты посмел меня ударить⁈ — завопила девочка, придя в себя, кинулась на меня фурией и вцепилась в вихры.

Рыжик хрипел неподалёку, скрючившись. Младший из блондинов бестолково топтался и трясся от ужаса. Я привскочила, затылком крепко ударив в подбородок нападавшей. Та взвизгнула и отпрянула. Я снова шлёпнулась на импровизированное сиденье.

— Перестань! — завизжало оно. — Отпусти! Сейчас же!

— Отпущу, — согласилась я. — Скажи: прости меня, Хойр, я больше не буду.

— Жирдяй вонючий!

Ну и ладно. Я сильнее заломила его руку. Блондин взвыл.

— Пойль, — захныкала девочка, — скажи, что он хочет… Урод жирный! Ты ещё за это заплатишь!

— Да ладно, — громко удивилась я, — а мне Пойль не кажется вот прям жирным уродом. Но как скажешь, милашка. Так что?

— Хойр, я больше не буду. Прости, — пропыхтел несчастный.

— Умничка. А теперь ещё скажи: я — тощий червяк и трус.

— Не буду я такого говорить!

— Хойр, ёж полосатый, прекрати! — взвизгнула и Йожа.

Она, впрочем, не решалась снова ввязываться в драку. Таращила на меня перепуганные зелёные глазищи. Рыжик тоже присмирел. Значит, вожака стайки я вычислила идеально. А мелкий белобрысый куда-то исчез. Ну и орк с ним.

— Прекратить это вот так? — уточнила я и провела жирным пальчиком по второму из своих подбородочков.

— Не-ет! — зарыдала девочка.

Но мне не было их жалко. Ни капельки. Пусть почувствуют себя в шкуре несчастного Хойра, которого — уверена — они травят уже довольно долго, да ещё и вчетвером на одного.

— Тогда скажи, чтобы он сдался, — хмыкнула я. — И я не буду вас бить.

И только тогда они поверили, что всё происходит всерьёз. Их растерянность сменилась паникой.

— Скажи ему, Пойль, — пропищала Йожа. — Скажи. Он чокнутый, мало ли что…

— Я — тощий червяк и трус, — быстро выдохнул поверженный. — Теперь доволен?

— Почти. Но ладно, пока сойдёт.

Я встала, отряхнула штанишки. Эх, не умеют, не умеют эльфы драться! Ну не их это. В драке главное внутренняя решимость бить всерьёз и стоять до конца. А этим молокососам хватило пару оплеух для того, чтобы сдаться.

— Ещё раз перейдёте мне дорогу и в следующий раз будете целовать мне руки, — холодно бросила я.

И добавила, чтобы они проваливали. Очень грубо, не по детски добавила. Избиение котят какое-то, а не драка. С ними всеми четырьмя даже семилетка из приюта справился бы!

Я села на качельку и принялась раскачиваться, наблюдая, как бывшие обидчики улепётывают. Осталось дождаться, когда настоящий Хойр принесёт мне еды и папину одежду. Больше эти слабаки к эльфоорчонку не сунутся, зуб даю. Не свой, конечно.

Вскоре парадная дверь пятиэтажки хлопнула, и на асфальтовой дорожке показался мой временный близнец. Он тащил тяжёлый пакет с чем-то. Надеюсь, с едой. Ужас как есть хочется!

Но едва Хойр приблизился, завыли сирены и во двор на велосипеде въехал… нравник! Костюм цвета пепельной розы, чёрная бабочка на горле, плотно закрытом воротником-стойкой белой форменной рубахи. Из лососевого цвета сумочки торчит пугачка — пистолет-парализатор, стреляющий иглами. Полицейский тотчас выключил звук сирены, исторгаемый полуумняхой.

Этот-то что здесь забыл?

— Эрр Хойр, — важно заявил представитель закона, выруливая к нам с мальчонкой, застывшем в недоумении, — именем Чистейшего императора вы арестованы.

— За что? — пропищал насмерть перепуганный малыш.

— За нарушение часа тишины в ночное время. За нападение на несовершеннолетних эльфов. За драку в неположенном месте. За пролившуюся кровь. И за применение силы к представителю женского пола. Статья сто шестьдесят пять, статья двести четыре, статья тринадцать, статья тысяча двадцать восемь Морального кодекса.

Я сразу догадалась, что нас заложил тот белообрысик, который почти сразу удрал с площадки. Вот же… хвост ежиный!

— Вы не имеете права арестовывать несовершеннолетних без присутствия родителей, — заметила я.

— Да! — выпалил Хойр, прячась мне за спину, что, с учётом нашей идентичности, было лишено смысла.

— Верно, — нежно улыбнулся нравник, — но ввиду отсутствия указанных родителей, я задерживаю несовершеннолетнего для пребывания в месте, специально отведённом для несовершеннолетних, вплоть до возвращения указанных подданных Его Чистейшейшиства.

В приют, иначе говоря. Вот же… жопа ежинорожья!

— А кого из нас вы арестовываете? — мило поинтересовалась я.

Нравник заглянул в полуумняху, подёргал жиденькими бровками, потянул длинным носом и скривил узкие губы. Потом снова поднял тухлый взгляд на нас с мелким.

— Обоих. Разберёмся на месте. Именем Морали и Нравственности следуйте впереди меня. В случае сопротивления вы будете обезврежены.