Глава 17

— Как дела, Вика? — с ядовитой улыбкой на лице Владимир впился в нее цепким взглядом серых глаз.

— Ничего, вроде…

Вика, не зная, куда деться, повернулась к Рите за поддержкой.

— Да, да, — спохватилась подруга. — Все отлично!

Как-то некстати у Риты зазвонил телефон. Неловко заулыбавшись, она поднялась из-за стола.

— Извините, это мой брат звонит. Он рядом совсем, на машине, хочет меня забрать из кафе.

— А меня подбросите? — уде видя спасение от Владимира Ветрова, подскочила на своем месте Вика.

Рита растерянно посмотрела на подругу.

— Нет! — тут же рявкнул Владимир и легко толкнул Вику обратно в кресло у стены. — Тебя они не подбросят! Тебя домой отвезу я. После того, как мы побеседуем. Так что, ешь спокойно свои роллы.

Вика захлопала ресницами, покрутила головой по сторонам, и, окончательно осознав, что поддержки ждать неоткуда, уткнулась в тарелку.

— Я… я не знаю… брат на улице в машине… — жутко нервничая, сжимала сумочку в руках Рита. Потом спохватилась, подбежала к барной стойке, чтобы оплатить свой заказ.

Вика с ужасом подумала, что спустя пару мгновений останется один на один с негодующим начальником. С отчаянием посмотрела вслед ускользающей Рите и от безысходности принялась жевать роллы, которые резко стали безвкусными.

— Что будете заказывать? — теперь любезный официант подошел к новому посетителю.

— Минеральную воду, — продолжая смотреть на Вику, ответил Владимир. — Больше ничего.

— Ну, мне пора, — взмахнула рукой Рита уже у двери. — Позвони мне вечером, Вик.

— Конечно, позвоню, — кивнула та, и подруга скрылась в потоках дождя.

Виктор достал из кармана брюк чудом не промокший айфон.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — спокойно поинтересовался у Вики.

— Нет.

Она упорно мусолила ролы китайскими палочками, но есть расхотелось.

— А зачем ты меня везде заблокировала?

— Потому что так лучше для всех.

— Для кого, Вика? Может, для тебя, трусихи, которая боится даже разговаривать после того, как убежала ночью из ресторана?

— Я боюсь?! — от несправедливого обвинения ее бросило в жар. Откинув в сторону ненужные палочки, она уперлась ладонями в стол.

— А разве я? — он вскинул бровь и тоже уперся ладонями в стол.

— Слушай… — она вдруг обмякла и откинулась обратно в свое кресло. — Если ты пришел, чтобы уговорить меня вернуться на работу, то это лишнее. Я все равно уже приняла решение и не собираюсь его менять.

— Уговорить тебя вернуться на работу?! — воскликнул он так громко, что в его сторону повернулись посетители, сидящие за соседним столиком. — Да мне даром не нужны такие сотрудники, способные бросить в самый важный момент и уйти, даже не предупредив о своем решении!

— Вчера не было важных моментов, — Вика совсем скисла. — Я думала, ты скажешь мне спасибо за то, что я сама ушла. Тебе не пришлось бы натянуто улыбаться и делать вид, что на выходных между нами ничего не произошло…

— Это работа, Вика! Как ты не понимаешь?! Нельзя смешивать личные обиды и деловые отношения! — он хлопнул ладонью по столу, и посуда жалобно звякнула.

— У меня не было с твоим агентством нового контракта! А предыдущий истек! — как могла, защищалась она. — И вообще, зачем ты пришел сюда? Чтобы высказать мне свое мнение?

— И для этого тоже!

— Я все услышала. Теперь можно попросить счет и вызвать такси? Или у тебя есть еще претензии?

— Ты так боишься остаться со мной наедине, что готова бежать сломя голову даже в такой ливень?

— Я не боюсь! Это ты испугался! Видел бы свое лицо тогда в ресторане!

— Ну, знаешь, не каждый вечер девушка, которая уже не первый день занимает твое воображение, заявляет, что она девственница!

— Говори тише! — пнула его под столом Вика. — Иначе об этом скоро узнает весь Ростов!

— Вот! Ты даже сказать вслух это боишься! А обвиняешь во всем меня!

— Ничего я не боюсь! — вскинулась она.

— Тогда для чего тебе такси? Давай, я отвезу тебя домой, — в его глазах вспыхнул вызов.

Ей стало не по себе. Остаться с ним наедине в машине, где он подарил ей первый поцелуй, казалось невыносимой пыткой. Но, желая сохранить за собой правоту в их споре, она смело впилась голубыми глазами в его, поблескивающие сталью.

— Отлично, отвези меня домой!.. Можно счет, пожалуйста? У меня кредитная карта!

Официант принес счет и терминал для оплаты картой. Пока Вика возилась с сумочкой, пытаясь выудить нужную кредитку, Владимир ловко оплатил заказ за них двоих.

— Эй! Я всегда плачу за себя сама! — в ее взгляде было столько негодования, что Владимир едва удержался, чтобы не сказать какую-нибудь колкость.

— В следующий раз заплатишь за нас двоих, — раздраженно фыркнул он и поднялся из-за стола. — А сейчас, если хочешь успеть добежать до машины сухой, бери сумочку — и на выход!

— Следующего раза не будет! Да и я уже не маленькая! Каплями дождя меня не напугаешь! — огрызнулась она.

— Даже, если у тебя под платьем нет лифчика? — с усмешкой посмотрел на нее он.

«Надо же, какой наблюдательный!» — Вика залилась краской и, оттолкнув его, первая оказалась возле двери.

До его машины, припаркованной за углом, шли молча. Ливень принес прохладу, и Вика почувствовала, как по коже побежали мурашки. Эх, знала бы она, что пойдет дождь, взяла бы с собой легкую кофту. Но кофты не было, поэтому ей оставалось, зябко поеживаясь, хмуро шагать рядом с Владимиром.

В машине они тоже молчали, но Вику почему-то продолжало трясти. И воздух вокруг них был будто наэлектризован, готовый в любую секунду разрядиться ударом тока.

«Наверное, я так сильно волнуюсь, когда он рядом, что меня лихорадит», — подумала она и отвернулась к окну, стараясь как можно меньше смотреть в его сторону.

Вот и Западный. Авторынок «Фортуна». Огромный торговый комплекс «Золотой Вавилон». А вдалеке видны разноцветные, выросшие, словно грибы после дождя, двадцатиэтажки Левенцовского района.

— Вика, ты, конечно, смелая, что села в мою машину, но кажется, тебе настолько страшно, что ты даже боишься смотреть в мою сторону, — насмешливо произнес Владимир, ловко лавируя между домами.

В скверике на окраине уже зажглись красивые фонари. Вика нахмурилась. В глубине души она понимала, что он прав. Все ее отношения не складывались, потому что она сама была к этому не готова.

Владимир притормозил возле «Стоматологии» и выключил зажигание. Повернулся в ее сторону, едва сдерживая улыбку. Коснулся подушечками пальцев ее подбородка. Она, хлопая ресницами, медленно подняла на него глаза. Он подумал, что она потрясающе красива сейчас. Именно такая — растерянная, смущенная, и украдкой надеющаяся на его поцелуй. Скользнул взглядом по шее, плечам, снова подметил, что она без лифчика, и почувствовал острое желание обладать ею. Прямо здесь и прямо сейчас.

Не удержался. Вдавил ее в кресло, и, прежде чем она успела уклониться, впился губами в ее губы. Она попыталась вырваться, но от этого его поцелуй стал только настойчивее.

Вика, оцепенев от резко нахлынувших чувств, постепенно сдавалась.

Ощущая в ней перемены, Владимир ослабил хватку. Теперь он касался губами ее рта осторожно и нежно.

С ее губ слетел едва слышный стон. Он, чувствуя, что теряет голову, осторожно приспустил бретельки платья. Прижав ее, подрагивающую от волнения, к себе, с нежностью погладил обнаженные спину и плечи.

Она, бесхитростная и невинная, таяла в его руках, сводила с ума своей красотой и чистотой, и где-то глубоко внутри он начинал осознавать, что Вика, сама того не желая, пробила дорогу к его сердцу и заняла там место.

Оторвавшись от нее на мгновение, он обхватил ее лицо ладонями, и их губы слились в новом поцелуе. Руки скользнули вниз, увлекая за собой тонкую ткань льняного платья, лаская и поглаживая. Обнаженная грудь постепенно твердела от мягких прикосновений. Кожа, восхитительная на ощупь, горела огнем.

Он резко привлек ее к себе. Теперь он целовал ее властно и уверено, безжалостно царапая щетиной нежную девичью шею и плечи. Горячее дыхание обжигало, мягкий шепот манил, лишая способности мыслить.

Вика будто растворилась в новых ощущениях. Дрожа от возбуждения, подалась ему навстречу. Он продолжал терзать ее шею грубыми поцелуями. Рука скользнула вниз, нащупав тонкую ткань шелковых трусиков.

Это было тактической ошибкой. Очнувшись, Вика вздрогнула и резко отстранилась.

— Нет! Все, хватит… довольно!

— Почему? — он ошарашено смотрел на нее — испуганную, дрожащую, в смятении одергивающую платье. — Самое интересное только начинается, Вика!

— Мы в машине! Здесь люди ходят! — стыдливо натягивая тонкие бретели обратно, восклицала она. — Спасибо, что подвез, и до свидания!

— Черт, Вика! Это не честно! — донельзя разочарованный, выдохнул он. — Ты не можешь вот так просто раздразнить меня и уйти!

— Еще как могу! — она резко открыла дверь и прыгнула на асфальт.

— Хотя бы разблокируй меня в соцсетях! — понимая, что ее уже не остановить, взмолился Владимир.

— Не уверена, что нам с тобой это нужно!

Она дрожала так, что зуб на зуб не попадал. Бросилась в сторону подъезда и споткнулась о каменную ступеньку, едва не растянувшись на дорожке.

«Да уж, у страха глаза велики…» — донельзя разочарованный ее бегством, передернул плечами Владимир. Пригладил волосы, поправил рубашку.

Вика распахнула дверь подъезда и скрылась, даже не удосужившись повернуться в его сторону.

«Как бы я не был ею увлечен, она совсем не готова к близким отношениям. Она слишком неопытна и вряд ли сможет дать мне то, что я ищу в женщине — верность и преданность. С ней у меня едва ли получится что-то серьезное», — включая зажигание, продолжал размышлять он, и вскоре его машина скрылась в плотном потоке вечернего транспорта.

* * *

Вика ворвалась в свою квартиру и захлопнула дверь с такой силой, будто за ней кто-то гнался. Ее лихорадило. Сердце колотилось где-то в горле. Губы, шея и плечи горели от его колючих прикосновений. Кожа и волосы, словно пропитались ароматом его дорогого одеколона.

«Никогда больше не сяду в его машину! Никогда!» — клятвенно пообещала она самой себе, и тут ее взгляд упал на Люси, скорбно стоящей в проходе.

— О, моя милая Люси! Я снова забыла тебя выгулять, да? — в отчаянии всплеснула руками Вика и схватила поводок, висящий у стены.

На город опустилась ночь. Прогулка по свежему воздуху немного помогла унять дрожь во всем теле. Вика даже зевнула, и ее уже клонило в сон, как вдруг из кустов выскочил огромный черный ротвейлер. С рычанием пес бросился на маленькую мальтийскую болонку.

— Люси! О, Боже! Нет! Помогите! Кто-нибудь! Чья это собака?! — пытаясь оттащить своего питомца в сторону, закричала Вика.

Визг и драка совсем разных по весу и размеру собак казалось, никого не трогала. Люди поспешно бежали мимо, отводя глаза в сторону. Люси скулила, соперник мотал ее из стороны в сторону, словно тряпичную куклу. Вике даже показалось, ротвейлер перегрыз ей горло. От ужаса, что никогда больше не сможет обнять своего питомца, девушка завизжала так громко, что с одиноко стоящей лавочки поднялся молодой мужчина и вразвалочку направился в сторону драки.

— Бакс, ко мне! — присвистнул он, и ротвейлер, бросив свою добычу, кинулся к хозяину.

— Почему у вас собака без намордника?! — не своим голосом продолжала кричать Вика. — Это незаконно! Вы же видели, что она напала на мою Люси и даже не пошевелились!

— А я люблю смотреть, как мой Баксик мутузит всякую мразь, — совершенно спокойно отозвался мужчина.

— Ты сам мразь, понял? — подхватив болонку на руки, дрожащим от слез и унижения голосом выкрикнула девушка. — И собака твоя такая же!

— А ну-ка повтори! — мужчина оказался почти рядом с ней и больно дернул ее за волосы. — Кто мразь? Я мразь?

— Отпусти! — Вика резко дернулась вперед, и ей удалось вырваться.

Хозяин ротвейлера свистнул, и его собака громко залаяла на Вику. В тот же момент с другой стороны дорожки вывернула толпа подростков. Интуитивно осознавая, что это ее единственный шанс на спасение, Вика, прижимая к сердцу израненную Люси, сквозь толпу бросилась к своему подъезду.