Глава 35

— Держи-держи-держи!

— Сейчас погаснет!

— Ай, жжется! — Алиса, брюнетка в образе Покахонтас, болезненно поморщилась от упавшей на кожу искры. — Быстрее забирай! — она протянула бенгальский огонь сидящей рядом Теоне.

Та брезгливо скривилась.

— Нет уж, оставь себе.

Искры перевалили уже за середину палочки. Алиса издала еще одно «ай!». Кристина, сидящая во главе их большого круга, уперла кулаки в бока.

— Бери, Ти, или назначу тебе двойное испытание.

Теона закатила глаза и нервно причмокнула.

— Мать вашу… — прошипела она, нехотя потянулась и перехватила тонкий прутик.

И как только сделала это, огонек брызнул последними искрами и потух. В воздухе осталось только облако дыма. Теона попалась.

— У-у-у! — по залу пронесся ликующий вой. — Правда или действие? — тут же прозвучал нестройный хор голосов.

Элли сидела в кожаном кресле, которое успела занять раньше всех, и просто наблюдала за происходящим. Потянула через трубочку мохито, спрятав ухмылку за высоким запотевшим стаканом. Никогда она не любила «правду или действие»: тупая игра, которая слишком сильно нарушает личные границы. Но пока ход не упал лично на нее, наблюдать за тем, как бесится Ти, очень забавно.

— Правда, — Теона тем временем тяжело вздохнула и отбросила с плеча длинную блондинистую косу Рапунцель.

Кристина оживилась. Хлопнув в ладоши, она подалась вперед в кресле и уперлась локтями в колени.

— Скажи-ка мне, Ти, — ее губы искривились в едкой ухмылке. — Помнишь позапрошлый Новый год? Ты ушла раньше всех, а спустя минут пять исчез Стеф…

— О-о-о, черт… — Теона снова закатила глаза.

— Так вот вопрос: сколько раз?

— Ты не могла придумать ничего получше?

Кристина дернула бровями.

— Сколько раз, Ти?

Трясти грязным бельем, очевидно, любимое развлечение на девичниках. Элли незаметно вытянула телефон из сумки и покосилась на время. А ведь прошло всего два с половиной часа. Боже!

— А какое действие взамен вопроса? — в голосе Теоны прозвучал вызов.

— Лучше тебе не знать, — хохотнула Кристина.

На мгновение стало тихо. Эта игра длится уже полчаса, и кому-то уже должна бы надоесть. Почему бы не Теоне? Она вполне может свернуть развлечение, раз пошли такие вопросы…

— Пять, — вдруг пулей вылетело признание.

А, нет. Не свернет. Элли поправила платье на плече и приложилась к трубочке.

— Что?! — глаза Алисы-Покахонтас округлились. — Ты сказала, что вы не виделись, и он ушел не к тебе!

Упс… Кажется, кому-то сейчас выдерут длинную косу.

— Соврала, — Теона невозмутимо пожала плечом.

И снова начался галдеж. Где-то возмущенный, где-то ликующий, но разобрать уже ничего не вышло: все голоса смешались в кучу. В мозг врезались острые иголки, и Элли поморщилась. Стая чаек над куском хлеба орет тише, чем группа девушек, играющих в «правду или действие».

— Я так и знала! — Кристина победно вскинула кулак, но тут же передала Ти новый бенгальский огонек и зажигалку. — Все, едем дальше, хватит орать.

Голоса стихли, как по щелчку. Непререкаемый авторитет невесты. Теона щелкнула зажигалкой, пламя лизнуло прутик, и искры снова полетели в стороны. Бенгальский огонь в очередной раз пошел по рукам.

Сколько еще это будет продолжаться? Элли снова покосилась на часы, тихо вздохнула и помассировала шею. Мягкое кресло вызывало желание уснуть, и начало клонить в сон. Из-за платья весь вечер приходилось держать спину прямо: оно обязывало, не давало расслабиться ни на мгновение. Но как только Элли рухнула в кресло, все мышцы заныли от счастья.

Однако игру пора бы заканчивать.

Запаса огней хватит, чтоб подсветить весь Бристоль, так что надеяться, что они вдруг закончатся, не стоит За время вечеринки кто-то уже надрался до чертей, а кто-то еще только начинал разогреваться. Девчонки успели нарисовать кривой портрет жениха, сыграть в крокодила (на тот момент еще на трезвую голову) и попрощаться с девичьей фамилией невесты. Кристина с дьявольским энтузиазмом выводила на куске хлеба слово «Мейер» сырным соусом. Еще бы. Шесть лет ждать предложения — не каждая выдержит.

И вот пришло время тупых вопросов. Или еще более тупых заданий. Чья это была идея? Ах да, Элли ведь сама составляла план.

Дерьмо!

Бенгальский огонек догорел почти до конца, но на значительном расстоянии. Можно выдохнуть. Под действием алкоголя вопросы могут быть совершенно неоднозначные, и Кристина это доказала. Элли не хотелось бы испытать их на себе. А алкоголем сопровождалась вся вечеринка. Стройный ряд бутылок стоял на отдельном столе. Кто хотел, выходил в бар за коктейлем, но таких было немного. Элли цедила только второй слабый мохито за вечер.

Казалось, бутылки на столе даже не пустели. Но на самом деле их просто грамотно заменяли на новые. Причем под чутким руководством босса.

Хит периодически возникал в тени коридора, ведущего к подсобным помещениям и пристально следил за официантами. Зачем? Непонятно. Работники должны знать свое дело. Но возможно для него это такой способ сбежать из соседнего зала. Действовал он неслышно и незаметно, ну или он так считал. Пару раз Элли пересекалась с ним взглядом, и тогда он салютовал своим стаканом с колой или подмигивал, а в уголках губ пряталась улыбка. Но потом он снова исчезал до новой замены.

От этих улыбок, будто бы личных и заговорщических, в легких каждый раз раздувался шар. Будто их в зале только двое. Будто между ними есть какая-то тайна, о которой не знают другие. Это будоражило, и вряд ли в такой реакции виноват несчастный мохито. Однако каждый уход Хита, даже самый тихий, неизменно провожали несколько пристальных женских взглядов. Элли замечала их, пусть и не хотела замечать. Они задевали, проходили насквозь и били по нервам.

— У-у-у! — раздался над ухом дружный вой. Элли вздрогнула. — Правда или действие? — нестройным хором прокричали девчонки.

— Честное слово, я скоро застрелюсь, — пробормотала сидящая рядом Айда.

Элли хмыкнула.

— Я первая, — она поднесла соломинку к губам и обшарила взглядом компанию в поисках погасшего огня.

Нашла. Палочка безжизненно чернела в пальцах Золушки-Луизы, а та смотрела на нее с полнейшей тоской в глазах. Еще одна попалась.

— Пусть будет правда, — Луиза закусила губу и горестно вздохнула.

Никому не нравится попадаться, но все упрямо продолжают играть. Ну что мазохизм! Из круга вынырнула рука с бокалом «Маргариты».

— Я! У меня вопрос! — раздался голос Никки в образе принцессы Жасмин. — Можно? — она высунула голову в круг и вопросительно посмотрела на Кристину.

Та царственным жестом махнула рукой.

— Валяй.

— Ну нет! — Луиза встрепенулась. — Я не хочу, чтобы она спрашивала! Давай лучше действие!

Айда громко хмыкнула, Элли молча ухмыльнулась. А это интересно: какие-то старые счеты, не иначе. Никки подняла руки ладонями вверх, округлила глаза и картинно выгнула брови.

— Окей, не хочешь отвечать — не надо. Но тогда… — запнувшись, она задумчиво похлопала пальчиком по губе. — Тебе нужно пойти в мужской зал и-и-и… засосаться с Хитом Фейером! — выбросив руку вперед, Никки победно ткнула в Луизу пальцем.

По телу прошла волна необъяснимой дрожи, трубочка выпала изо рта. Элли выпрямилась в кресле. Голоса снова загудели. Щеки Луизы порозовели, и она обалдело уставилась на подружку. Элли проследила за направлением ее взгляда и остро прищурилась.

Какого хрена?!

— Что? — возмущенный возглас Теоны пробился сквозь гул. Она отвлеклась от бокала-конуса и уставилась на идиотку Жасмин. — Почему мне не досталось такое действие?!

Та хохотнула.

— А ты хотела?

— Могу избавить Лу от мучений.

— Теона! — воскликнул кто-то еще.

Дар речи отнялся. Элли переводила взгляд с одной на другую и обратно, забыв про мохито. Что они несут? Нашли себе игрушку для развлечения?

— Честное слово, еще пара шотов, и я полезу на его итальянский багет, — Ти фыркнула и поднесла к губам бокал. — Вы видели эту задницу? Крепкая, как орех: так и хочется упереться в нее пятками, — она заговорщически посмотрела поверх стеклянного края.

Ответом ей стали сдавленные смешки. Элли возвела взгляд к потолку. Идиотки. Боже, ну что за идиотки! И ведь их ничто не остановит. Если надравшиеся женщины задумали развлечься, они точно развлекутся изо всех сил.

— Луиза не пойдет к Фейеру, — вдруг заговорила Кристина.

Элли стрельнула взглядом в сестру. Та без интереса рассматривала бледный свадебный маникюр, а холодный, даже строгий голос моментально заставил всех заткнуться. Сейчас ее тон очень походил на отцовский.

— Теона тоже не пойдет, — припечатала она. — Придумай что-нибудь другое, или Луиза пропустит ход.

Элли выгнула брови. Внутри поднялась волна внезапной сестринской любви. И это Кристина? Ее взбалмошная Кристина?!

— С каких пор правила можно менять? — Никки ожила первой, уперев кулаки в бока.

Сестра оторвала взгляд от ногтей и, прищурившись, посмотрела на подругу.

— С тех самых, как я вошла сюда невестой. Фейера никто не будет трогать. Ни сегодня, ни завтра, — она выгнула бровь. — Ясно? Он хороший парень и мне не нужно, чтобы вы из-за него передрались.

Никки хотела начать спорить. Это ясно отразилось в ее глазах, жирно подведенных черным карандашом. Элли снова покосилась на такую незнакомую Кристину. Девушки в круге будто затаили дыхание, в воздухе запахло грозой, но… Вдруг Никки нервно отмахнулась и закатила глаза.

— Ладно! — она сдула с лица темную прядь волос. — Тогда пусть Луиза засосется с Тимоти, а мы тихонько посмотрим из-за угла.

Элли тихо выдохнула. Оказывается, она задерживала дыхание, но не заметила.

— Фу, Никки! — выпалила Лу. — Ты ненормальная?!

— Не нравится Тим-Тим? Тогда отвечай на вопрос.

Девчонки снова загудели. Элли устало упала на спинку кресла, приложилась к соломинке и сделала большой глоток коктейля. Напряжение начало отпускать. Хотя откуда оно взялось, все еще непонятно. Подумаешь! Даже если бы одна из них действительно пошла в соседний зал к Хиту, встала на носочки, запустила пальцы в темные мягкие волосы, пахнущие сандалом, притянула его к себе, ничего ужасного бы не случилось. Так ведь?

Тело передернуло от странного коктейля чувств.

Нет. Пусть это будет Тимоти, хот он не заслуживает даже пьяного поцелуя на спор. Ублюдок Тимоти, который собирался ее споить. Элли изломила губы в кривой ухмылке и поболтала трубочкой остаток напитка в стакане. Да, она все слышала, и в тот момент ее затошнило. Но когда в ответ раздался тихий рык Хитклиффа, в животе разлилось мягкое тепло.

И его хотели поставить на кон, как игрушку? Серьезно?!

Элли сделала короткий глоток и только сейчас поняла, что в зале стало как-то подозрительно тихо. Она подняла взгляд от стакана и осмотрела девушек. Где галдеж? Где очередной идущий по кругу огонь? Но все они вдруг заткнулись и смотрели куда-то Элли за спину. Стеклянная тишина накрыла зал. Урони иголку — и она звонко стукнется об пол.

Что происходит?

— А чего так тихо? — тишину вдруг прорезал мягкий знакомый голос. — И дымно, — сдавленный кашель. — Вы решили натравить на меня пожарных?

Элли вздрогнула, мохито стрельнул в нос, и она булькнула в стакан.

— Точно… — прошептала Теона. — Пш-ш-ш…

По спине побежали мелкие щекочущие мурашки, и Элли чуть повернула голову. Боковое зрение уловило движение, а в следующее мгновение на подлокотник кресла опустились красивые мужские руки, создавая уютный плен. Аромат парфюма окружил облаком. Тепло мужского тела пощекотало обнаженную кожу спину и шеи.

Не нужно поворачиваться, чтобы понять, кому принадлежит это тепло.

Элли сильнее сжала пальцами стакан, дыхание перехватило. И не только у нее: в ее сторону вперились абсолютно все женские взгляды.

Вот же черт!

— Не знаю, что здесь у вас происходит — пробормотал Хит, почти касаясь губами мочки уха, — но, Эль, можно тебя на минуту?

Кажется, мохито все-таки дал в голову. Элли медленно повернулась и почти ткнулась носом в слегка заросшую щеку. Боже!

— Что случилось?

— Дело, — в глазах-карамельках мелькнуло веселье. — Важное.

Идиотка! Девичник, дела, организация… Она моргнула и резко отстранилась.

— Конечно, — глухо кашлянув, Элли подалась вперед и отставила стакан на столик перед собой. — Идем, — она придержала платье на бедрах и поднялась. — Продолжайте без меня, я скоро вернусь, — зачем-то бросила в тишину.

Ответа, конечно, не последовало. Хит оттолкнулся от подлокотников и выпрямился. Отступив в сторону, он дал ей пройти и зашагал следом.

А еще голую спину как ножи пронзили все те же женские взгляды.

Ну замечательно.

По сравнению с задымленным залом в темном коридоре стояла приятная прохлада. Элли глубоко втянула носом воздух, и легкие заполнились до упора. Дурацкая была идея с огоньками. Лучше было взять обычные спички, но если Кристине что-о взбрело в голову, ее не отговорить. Хит задержался в зале, и оттуда донесся легкий перезвон пустой тары. Элли прислушалась ко второй половине ресторана, в которой было на удивление спокойно, даже почти тихо. До слуха донеслись только несколько мужских возгласов и смешков, но это ничто по сравнению с женской половиной.

Надо же. Вечеринка нежных принцесс сегодня обошла мужскую по всем фронтам.

Шаги за спиной заставили обернуться. Хит вышел из зала с почти пустой бутылкой «Асти», прошел чуть вглубь коридора и на ходу опрокинул в себя последние капли. Во мраке блеснул высокий металлический бак. Хит замахнулся и аккуратно опустил опустевшую тару внутрь. Раздался мелодичный звон стекла. А вот и склад.

Элли выгнула брови и неспешно двинулась к нему.

— Ты сегодня вроде на коле?

Он поправил бутылки и те снова издали перезвон.

— Это первый глоток за сегодня, — Хит пожал плечами, оперся ладонями о края бака и навис над ним. — Я отпустил ребят, в кухне тоже уже никого нет. Остался только бармен, к которому вы периодически бегаете, но за ним можно не следить, он толковый.

Темные волосы упали на лицо, и Хит мотнул головой, смахивая их назад. Элли не отрываясь наблюдала за ним. Сегодня он какой-то особенно красивый. Черные джинсы, белые кроссовки, футболка, обтягивающая крепкие плечи… Вроде бы все как всегда, но спину прострелил легкий электрический разряд. Во всем виноват мохито.

— Я не видела тебя в баре, — Элли нервно потерла шею и двинулась вглубь коридора.

Хит хмыкнул и от глаз разбежались морщинки.

— Пару раз сталкивался с Теоной, — он коротко указал взглядом в сторону женского зала. — Потом просто забрал себе всю колу, чтобы больше не ходить, а то ваша подружка какая-то… гиперактивная сегодня.

— В смысле?

— Уж очень откровенно раздевала меня глазами, — ухмыльнулся он. — Я как-то отвык от такого. Немного.

По телу прошла волна раздражения. Так вот откуда все разговоры!

— Боже, — Элли устало посмотрела в потолок. — Она явно надышалась дыма. Нужно открыть окна: все помещение провоняло этими огоньками.

— Повезло, что до сих пор не сработали извещатели, — Хит, наконец, оттолкнулся от края бака и выпрямился. — Ладно, идем, — развернувшись, он двинулся в темноту. — Оставим дверь открытой.

Кстати, об этом. Он ведь зачем-то вытянул ее из зала. Элли оглянулась на свет и шум: с женской половины раздался взрыв хохота, долетевший даже сюда и врезавшийся в висок. Воздух. Ей срочно нужен свежий воздух. Она развернулась и припустила вслед за Хитом. Каблуки глухо застучали по полу.

— Куда мы идем?

— Танцоры приехали, паркуются. Нам нужно решить, как быть дальше, — он на ходу поднял руку, хлопнул по стене, и коридор осветился тусклой лампочкой.

А прямо под ней оказалась невзрачная серая дверь черного хода. Хит дернул за ручку, и в ресторан ворвался порыв ветра. Перед глазами развернулся пустой задний двор с забором-сеткой. За ним распростерлась парковка той самой школы, где Айда обычно бросала «божью коровку», где-то за ветками деревьев спрятался тусклый фонарь. Хит вышел на низкое крыльцо и осмотрелся. Порыв ветра снова просвистел по коридору, обдав голую спину, и Элли обняла себя за плечи.

Где-то на подходе спасительный стриптиз. Кто бы знал, что когда-нибудь Элли будет думать о нем именно так.

— После выступления вы, мальчики, переедете в наш зал, и официальную часть можно считать закрытой, — Элли вытянула шею и мельком осмотрела пустой двор. — Наконец-то закончится эта дурацкая игра.

— «Правда или действие»? — Хит хохотнул. — Зачем вообще так орать каждый раз? Их слышно в соседнем квартале.

— Понятия не имею, — она поморщилась. — Я молча пью мохито.

— И на тебя ни разу не пал жребий?

— Пронесло.

— Повезло, — Хит ухмыльнулся, скрестил руки на груди и привалился плечом к дверному откосу. — Они меня обсуждали, когда я зашел?

Вот же черт! Элли прикусила губу и уставилась в темное небо. Отвечать? Не отвечать? Только что холодный ветер остудил кожу, но сейчас щекам стало жарко. И это, кажется, стало расценено как положительный ответ.

— И что говорили? — на нее упал пристальный, скользящий взгляд. Прошел от плеча вниз к бедру и разрезу платья, оставляя за собой горячий след.

— Не скажу, а то зазнаешься, — Элли поправила платье на плече и снова деланно всмотрелась в потемки.

— Поня-я-ятно…

Ни черта ему не понятно. Хотя… О чем могут трепаться подвыпившие женщины? Об этом орут из всех сериалов, тайны никакой. Но лучше, конечно, не говорить. Его уверенность в себе и так зашкаливает.

Где-то неподалеку послышались шлепающие шаги, и внезапно из темноты вынырнули двое. Отличный повод не продолжать тему. Элли цепко осмотрела пару: жгучая брюнетка в длинном черном плаще и парень — тот самый, которого она видела полуголым на фотографии. Только теперь он был одет в пестрый костюм с «раздутыми» полосатыми панталонами и в пластиковую желтую корону.

Легкие сильно сдавило. Элли тихо прыснула, но тут же прикрыла рот ладонью. Хит замер, удивленно выгнув брови. Между всеми ними повисла странное, комичное молчание, нарушаемое только отдаленными женскими воплями за спиной. Dio mio! Когда Элли заказывала принца, она не имела в виду лосины и панталоны!

Брюнетка в плаще опомнилась первой: выступила вперед и откинула темные волосы с плеча. Стук ее каблуков эхом пронесся по двору и разбил паузу.

— Добрый вечер, — низкий бархатистый голос заполнил темноту. — Вы Хитклифф?

Ему первому пришлось отмереть и взять контроль над выражением лица. Элли же, попятившись в глубь коридора, сильнее зажала губы и расхохоталась в ладонь. Кристину ждет потрясающий сюрприз. Не хватает только тканевой головы коня, насаженной на палку.

— Да, Хитклифф, — сквозь смех до слуха долетел ровный, деловитый ответ. — Проходите, мы вас очень ждали.

— А девушка тут зачем? — в диалог вступил «принц». — Разве это не сюрприз? — в голосе прорезались тягучие соблазнительные нотки.

Парень включился в работу. Так быстро, просто прелесть! Сдавленный хохот перерос в истерику.

— Она тоже заказчик и не ваша целевая аудитория, — холодно бросил Хит.

— Прошу прощения, — мгновенно посерьезнел парень.

Дверь закрылась. Элли в последний раз фыркнула и отерла выступившие на глазах слезы. Хит вытянул руку, указывая в сторону залов.

— Проходите, мы сейчас.

Танцоры кивнули и послушно двинулись вперед. А в следующий момент Хит взял Элли под локоть и склонился к ее уху.

— Идем включать музыку. Запустим их одновременно, чтобы нейтрализовать оба зала сразу, — пробормотал он. — И не смущай пацана, он старался.