Глава 14. Часть 1

Мои легкие прерывисто наполнились воздухом, а ресницы дрогнули. Я с ужасом осознала, что мои догадки реальны. Это было какое-то судьбоносное и крайне неудачное стечение обстоятельств, но когда во сне я прощалась со своим призраком, Абель был рядом и мог что-то слышать. Но что именно он слышал, и какие мысли теперь блуждают в его голове, знает только Бог…

Рука Абеля тем временем скользнула вниз по щеке, и он взял меня за подбородок, заставляя смотреть на себя.

– Я задал вопрос, – напомнил он со сдержанным спокойствием, но сталь в его голосе не давала расслабиться моей бдительности.

Так некстати пришел час раскаяния… Хотя я понимала, что не виновата! Что все случилось по воле судьбы, без моего участия. Но все равно чувствовала за собой вину. Я скрыла от него этот факт, и мне казалось, будто я изменила Абелю. Изменила душой. А такая измена гораздо серьезнее, чем физическая.

– Прости… – произнесла я надрывно, разомкнув дрожащие губы. – Я должна была сказать тебе раньше, но… я не знала, как… я боялась.

Он позволил мне опустить голову, и по моим щекам тут же сбежали слезы.

– Это воспоминание… оно ведь не зависит от меня… – продолжала я скомканно, пытаясь оправдаться.

– Воспоминание? – повторил он с едва уловимым замешательством в голосе.

Я взглянула на него из-под ресниц, и мне показалось, что в серых глазах тронулся лед. Я совсем запуталась, не разбирая, то ли Абель подводит меня к правде, то ли на самом деле не знает правду, а только лишь часть ее. Ведь неизвестно, что именно я выдала во сне? Но я решила, что лучший путь – это истина.

– Семь лет назад, в той части жизни, что я помню… я… встречалась с одним человеком, – произнесла я, с трудом выговаривая и подбирая слова. – И… я не знаю, как это возможно… но когда я проснулась, то была в полной уверенности, что у меня с ним все происходит в настоящем! И наши отношения… они – здесь и сейчас.

Абель некоторое время хмуро и как-то недоверчиво смотрел на меня, взвешивая все, что я сказала, или сомневаясь в правдивости моих слов. Шумно втянув воздух, он отвел потемневший взгляд и почти рыкнул сквозь зубы.

– Так вот оно что.

Внутри меня все похолодело, а сердце замедлило ход. Затаив дыхание, я наблюдала, как он медленно отошел, а на его лице отразились гнев и недоумение. Он напряженно смотрел в пространство, будто понял что-то важное.

Первый раз я видела такие явные эмоции у Абеля, режущие мое сердце и приводящие в исступление. И я не знала, как правильно реагировать.

– Абель… – произнесла я, растерянно глядя на него.

Прерывисто выдохнув, я сдерживала ком в горле, чувствуя, как мелкие иголочки проходят по телу. Меня терзало желание кинуться к нему, успокоить, оправдаться, найти слова, только бы не видеть, как тяжело он пропускает через себя эту информацию. Но я сидела на месте, словно прикованная цепями. Я боялась нарушить его энергетику, которая будто тернистым облаком вилась вокруг него.

Его отрешенный взгляд в какой-то момент сосредоточился на мне, и он мгновенно вернул самообладание, надев на лицо непроницаемую маску.

– Спускайся, как будешь готова. Домой тебя проводят, – сообщил он сухо.

И, отведя напряженный взгляд, он вышел из комнаты, оставив меня справляться с тяжелым осадком в сердце. Без ответа. Без успокоения…

* * *

Я сидела на краю кровати не шелохнувшись, пока мышцы не начали неметь. Внутри все было накалено до предела из-за последних событий и абсолютной растерянности. После моего признания с души сошел ощутимый груз. Однако это не принесло ожидаемого облегчения, ведь осталось еще много нерешенных вопросов и непредсказуемых последствий.

Наконец, тяжело поднявшись, я направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Одевшись, я взяла пальто и, оглядев комнату, вышла в коридор, плотно закрыв за собой дверь. Бесшумно ступая по деревянному полу, я прислушивалась к каждому шороху. Не знаю почему, но я вела себя осторожно. Придерживаясь за стену, я тихо спустилась по ступенькам и, оказавшись на первом этаже, не спеша продолжала идти, прислушиваясь к обстановке. Минуя склад, я замерла, когда до меня донеслись мужские голоса, и невольно сосредоточила внимание на разговоре.

– Почему ты думаешь, что это короли? – услышала я низкий и слегка сиплый голос Грэнда, его было трудно с кем-то спутать.

– Потому что это был не просто хвост! Они себя внаглую засветили и, скорее всего, хотели припугнуть, – рьяно доказывал другой мужчина, голос которого я не узнала. – Мы уже знаем, какая собачья шкура у королей. Хороший повод напомнить о себе и показать, что они держат нас под контролем.

– Федералы точно не стали бы так рисковать… Но я все же не думаю, что это были Ирландцы, – протяжно возразил Джем. – В кругах ходят слухи! Кто-то ворошит город и создает свою суету.

– Думаешь, это как-то связано? – спросил Грэнд.

Повисло молчание. Внезапно послышалось, как дверь открылась и в клуб кто-то спешно вошел.

– Ну, что там? – громко поинтересовался Джем.

– Погоди, дай хоть горло смочить, – отмахнулся запыхавшийся Артист.

Послышался глухой стук.

– Эй! Ты че?!

– Говори уже! – раздраженно рыкнул Джем.

Я притаилась, внимательно вслушиваясь, уже не в силах остановиться.

– Ладно, ладно, – уступчиво произнес Артист. – Я пробил через своих: Ирландцы залегли, они не при делах!

– Я так и знал… – процедил Джем сквозь зубы.

Послышался еще один глухой стук и мужской рык:

– Блять, да что за?! – взревел Артист.

– А это за вчерашний косяк, – услышала я спокойный голос Джема и задумчиво нахмурилась.

– Чего?

– Какого хрена у нее оказались ключи?! Тебе сказали отвезти ее домой!

– Блять, да я не знал… че она, на ногах же стояла! Сразу бы и машину загнали.

– Полудурок упертый! Лишь бы лишний раз жопу не напрягать…

– Да остынь ты, – примирительно отозвался Артист и попытался сменить тему. – Это еще не все!

Повисло молчание, пока парень выдержал паузу.

– В город наехали левые. Какой-то чувак по имени Лоренцо Марино поднял тихушные кланы и теперь активно ведет дела. Они без приглашения шерстят по главнякам, пробивают серьезный навар и, походу, мутят че-то свое!

– Итальяшки? Ты серьезно?! – усмехнулся Джем.

– Погоди, я слышал за него! – задумчиво произнес Принц. – Этот Марино держит несколько клубов и вроде еще какие-то дела с недвижимостью проворачивает.

– И судя по всему, это не единственная его движуха, – констатировал Артист. – Влияние мужика уже ходит по городу, и что-то подсказывает мне – пахнет это паршиво.

– Что за долбаный клан Сопрано, вашу мать?! – злобно усмехнулся Джем. – И че, думаете, он решил свой нос на сынов повернуть?

Повисло напряженное молчание.

– Если так, то это был очень неосторожный заход! – констатировал незнакомый голос.

Позади меня послышались шаги: кто-то спускался по лестнице, и я больше не могла скрывать своего присутствия. Как можно шумнее я двинулась в бар. Сделав непринужденный вид, я вышла из-за стены и замерла напротив мужчин. Они заметно напряглись, устремив взгляд на меня, и я нервно сжала пальто в своих руках.

– Доброе утро… – произнесла я негромко.

Пройдясь быстрым взглядом по присутствующим, я поняла, кому принадлежал незнакомый голос – это был Монгол, который попутно со всеми кивнул в знак приветствия. Я заметила, как мужчины переглянулись, и решила, что необходимо как-то наладить контакт.

– Эм… извините меня за вчерашнее, – скомканно произнесла я. – Не знаю, что на меня нашло…

Атмосфера ощутимо разрядилась, так как мужчины заметно расслабились, а взгляды стали более участливыми. Неожиданно чьи-то тяжелые руки накрыл мои плечи, и я тут же повернула голову, встретившись с добрыми глазами Рока.

– Проходи, милая, никто тебя не укусит, – ласково прохрипел он, настойчиво подтолкнув меня к бару.

Он мягко похлопал меня по плечу, когда я села на барный стул, и двинулся дальше. Джем сверкнул зубами, играя зубочисткой во рту, и направился ко мне. Оказавшись рядом, он прислонился к барной стойке, так настырно глядя на меня, что я немного отпрянула.

– Как ты, растеряшка? – спросил он ласково, прищурив свои сине-голубые глаза, вокруг которых сразу образовались возрастные морщинки.

– Все хорошо… спасибо, – ответила я, смущенно усмехнувшись.

Джем протянул мне кофе на вынос, который Принц только что поставил на барную стойку. Мужчина обольстительно подмигнул, а я слегка напряглась, задержав на нем взгляд. Но затем я не смогла сдержать озорной улыбки и непроизвольно закатила глаза, угадав в нем женского угодника. Я расслабилась и не стала принимать это на свой счет, ведь скорее всего, он просто не умеет общаться по-другому с представительницами женского пола.

– Где Прайд? – раздался басистый голос Рока, который глянул в сторону кабинета, и я вся обратилась в слух.

Как только о нем упомянули, мое сердце учащенно забилось. Рок тем временем вопросительно оглянулся на мужчин.

– Собирался наведаться к Марко, – сообщил Монгол. – Уладить дела до отъезда.

Я сразу задумалась над тем, что у Абеля с Марко есть какие-то общие дела. Пришлось игнорировать неприятные догадки, какие именно дела их связывают…

Мой взгляд тем временем задержался на экзотической внешности Монгола. Ему было около тридцати. Спортивная фигура бойца и натренированные мышцы говорили о многих часах, проведенных в тренажерном зале. У него было привлекательное лицо с мягкими азиатскими чертами, смуглая кожа и цепкий взгляд темно-карих глаз. Я сосредоточила взгляд на тату, которая пересекала шею Монгола с левой стороны и состояла из трех иероглифов. Но в этот момент мужчина перехватил мои наблюдения, и я смущенно отвела глаза.

– Ладно, парни. Хватит прохлаждаться, у нас еще есть работа, – резонно напомнил Рок, оглядев мужчин.

Мне показалось, что Рок имеет явный приоритет перед членами клуба, и я невольно обратила внимание на его нашивку в районе груди, обозначающую статус. Мои догадки оказались верны, он был вице-президентом. Значит, Рок ведет дела в отсутствие Абеля. Он его правая рука! И мне казалось, что это правильно. Сдержанный и опытный, он как никто подходил на эту роль.

– Эрик, ты с Элией, – обратился Рок к Артисту, который явно хотел что-то возразить, но, покосившись на меня, поджал губы и отвернулся.

Я понимала, что, вместо того чтобы нянчиться со мной, он бы с удовольствием поехал «работать», и поэтому внутри создалось чувство, будто я обуза.

– А ты пока нужен здесь, – велел Рок к Принцу, который коротко кивнул и опустил взгляд, будто хотел скрыть досаду, что не может участвовать в деле.

Рок многозначительно глянул на парня, прежде чем направился к выходу. Следом за ним вышли Монгол и Джем.

Проводив мужчин взглядом, я перевела внимание на Принца. Что-то изменилось… Почти сразу я приметила новые нашивки, которые появились на его косухе. Значит, его приняли в клуб!

Принц перехватил мой сияющий и полный радости взгляд, ведь я понимала, как это важно для него. Он слегка нахмурился и вскинул голову, мол – «Что?», а я, сдержав рвущуюся улыбку, отрывисто мотнула головой – «так… ничего».

– Ладно. Мне тоже надо работать, – произнес Грэнд, глубоко вздохнув.

Он тяжело поднялся на ноги, словно каждое движение давалось ему с трудом. Пожилой грузный мужчина выглядел бледным и, возможно, мучился хроническим заболеванием, с которым ему бы находиться в покое и вести постельный режим. Однако старый волк явно не собирался уступать свое место в клубе.

Одновременно с ним со своего места подскочил Артист и, бросив в мою сторону «Поехали, Элия», направился к выходу.

Медленно выдохнув, я сползла со стула и стянула с барной стойки свой кофе. Встретившись с участливым взглядом Принца, я слегка улыбнулась и не спеша последовала за Артистом.

* * *

Домой мы двинулись на двух транспортах. Я была за рулем тойоты, а Артист страховал спереди на байке, как и планировалось вчера.

Когда мы припарковались, Артист первый зашел в дом и, только осмотревшись, позволил мне войти. Я чувствовала себя скованно рядом с немногословным и хмурым парнем. Но с ним по крайней мере было спокойнее, даже несмотря на его не совсем дружелюбный настрой ко мне. Артист, в свою очередь, чувствовал себя уверенно и хорошо ориентировался в доме, словно бывал здесь не раз. Стянув косуху, он небрежно бросил ее на кресло в зале и, усевшись на диван, включил плазму.

Я немного помялась, глядя на него из коридора, и неуверенно спросила:

– Может, тебе чего-нибудь налить?

Он повернулся ко мне и отрицательно мотнул головой.

– Расслабься. Если что я сам возьму, что мне нужно. Занимайся своими делами и представь, что меня здесь нет.

И со спокойным видом он вернул свой взгляд в телек. Я чуть не фыркнула, опешив от такой постановки, но мне ничего не оставалась, кроме как молча принять эту ситуацию.

Я направилась в комнату и, переодевшись в домашнее, просеменила на кухню. Проходя мимо зала, я покосилась на Артиста, который сидел в той же позе, и покачала головой от абсурдного ощущения, будто я нахожусь в гостях, хотя в гостях был именно он.

На кухне я заняла себя приготовлением обеда, но ни на секунду меня не отпускали тяжелые мысли. Сердце сжималось, когда перед глазами снова и снова возникало лицо Абеля после моего признания. Его взгляд впился в мою душу острыми щупальцами, и легкие то и дело сдавливало от рвущихся эмоций. Больше всего я мучилась от мысли, что Абель так и уедет с тяжелым сердцем, не разобравшись! И оставит с тяжелым сердцем меня… Я не могла даже предположить, какое решение он примет, как поступит и какой путь выберет? Никогда мне не удавалось предсказать его намерения. А сейчас, когда я полностью погружена в сомнения и страхи, тем более…

Когда я услышала, как щелкнула входная дверь, то сразу метнулась в коридор, бросив все. Там уже стоял Артист, который встретился с недоуменным взглядом Бренды. Она завела Макса, и мое сердце тут же учащенно забилось. Он оглядел нас любопытными глазками и поспешил ко мне. Я поймала его в свои объятия и была так рада его видеть, что еле сдержала слезы, пока обнимала маленькую фигурку. Краем глаза я заметила, как Артист что-то спрятал под майку, все еще глядя на Бренду… Пистолет?!

– Испугался, малыш? – подтрунила она, изогнув бровь.

– Ага. Душа в пятки ушла, – буркнул Артист, возвращаясь в зал.

Настороженно глядя на них, я мягко подтолкнула Макса на кухню.

– Пойдем, я приготовила кое-что вкусненькое!

Макс послушно двинулся вперед, а я выпрямилась, ожидая, что Бренда сразу уйдет, однако она начала раздеваться. Задержав на мне настырный взгляд, она обошла меня и последовала за Максом. Я хмуро проводила ее взглядом и, пытаясь убрать недовольное выражение лица, неохотно поплелась за ней.

Я накрыла стол для всех присутствующих, и дальше последовал обед в напряженном молчании. Все кроме меня с аппетитом уплетали лазанью, а я же бесцельно возила вилкой по еде, потому как состояние было именно такое, когда кусок в горло не лезет.

После обеда Артист вернулся в зал, Макс пошел играть, а Бренда настойчиво решила помочь мне убрать со стола. В какой-то момент, когда она передавала мне очередную тарелку, темно-серые глаза задержались на моем лице.

– Что? – спросила я, перехватив ее внимание.

– Ты в порядке? – спросила она с легкой настороженностью.

Я взяла из ее рук тарелку и как можно беспечнее сказала:

– Да. С чего ты взяла, что что-то не так?

– Я знаю о погоне, – сообщила она многозначительным тоном. – Ты, должно быть, здорово испугалась!

Я отрывисто пожала плечами. Мои переживания из-за Абеля перекрыли даже этот стресс.

– Слушай… я не хочу, чтоб ты меня считала заносчивой свекровью, – произнесла примирительно Бренда. – Нам ни к чему эта холодная война.

Она положила мне руку на плечо, и наши взгляды пересеклись.

– Элия, ты должна понять, я переживаю за вас, за вашу семью. И я вижу, как тяжело тебе сейчас.

Я сглотнула ком, опустив глаза. Мои нервы были на пределе, и даже доброе слово от Бренды могло сорвать плотину, которую я построила.

– Я понимаю, – выдавила я. – Спасибо… за заботу.

Она погладила меня по щеке, тепло улыбнувшись, но я отчего-то не могла расслабиться и довериться этой улыбке.

Когда все было убрано, Бренда взяла сумку и, попрощавшись, уже собиралась уходить, но я вовремя решила, что нужно воспользоваться ее расположением.

– Бренда…

Она обернулась и вопросительно взглянула на меня.

– Ты можешь рассказать мне про родителей Абеля?

На ее лице отразилась растерянность, прежде чем она настороженно спросила:

– Почему ты вдруг заинтересовалась этим?

Я задержала на ней подозрительный взгляд.

– Просто хочу побольше узнать о его семье. Ведь… мне лишь известно, что его мать пропала.

Немного помявшись, Бренда оттянула стильную рубашку и не спеша отложила сумку. Пройдя к столу, она присела на стул и неуверенно произнесла:

– Хорошо… Что именно ты хочешь знать?

Я некоторое время собиралась с мыслями, озираясь на нее.

– Его отец тоже был президентом? – спросила я осторожно.

Она кивнула.

– Джон был основателем клуба. Вместе с Фордом они создавали все с самого начала.

– С Фордом?

– Да. Он… был его сослуживцем и вице-президентом.

Я понятливо кивнула.

– А его мать? Как она пропала?

Бренда отвела взгляд и ответила не сразу.

– Его мать не пропала… – выдавила она наконец. – Хотя очень долго все считали именно так.

Я напряженно ждала, глядя, как Бренда мнется и нехотя открывает эту темную историю.

– Джон, он… погиб от шальной пули, оказавшись в перестрелке. Тары не стало вскоре после этого. Абелю тогда исполнилось только шесть.

Где-то в районе груди прошла стягивающая внутренности волна.

– О Боже… – выдавила я.

Она кивнула, прикрыв глаза, словно поддерживая мою реакцию.

– Форд стал следующим президентом, и он… заменил отца Абелю, который практически вырос в клубе.

Я задумчиво нахмурилась, а Бренда отвела взгляд в пространство. Ее лицо заметно напряглось, перед тем как она снова заговорила:

– Только спустя годы выяснилось, что Джона на самом деле убили, – ошарашила она меня отстраненным голосом. – Форд подставил его и… Тара случайно узнала об этом. Она стала для него угрозой.

Я закрыла рот рукой, а мое лицо исказилось от ужаса.

– Для Абеля было настоящим испытанием, когда он понял, что все это время был верен предателю и убийце своих родителей, – продолжала она. – Слишком поздно он узнал обо всем.

Я покачала головой, уставившись в пространство, ярко представляя эти события. Мое сердце сжалось от переживания за Абеля. Как непросто сложилась его жизнь, и как тяжело мне было пропускать это через себя.

Спустя какое-то время я задала вопрос, который настойчиво пробивался в голове.

– И… что стало с Фордом? – спросила я тихо, хотя интуитивно уже знала ответ.

Бренда молчала. Просто смотрела на меня и молчала.

Обмякнув, я прислонилась к столешнице и прикрыла глаза, переваривая эту тяжелую правду.

– Не мучай свое сердце, Элия. Это былое, – резонно произнесла Бренда.

Она поднялась и, приблизившись, обняла меня за плечи.

– Лучше сосредоточься на том, что здесь и сейчас, – настояла она мягко.

Я медленно перевела на нее задумчивый взгляд.

– Значит… Тара была твоей сестрой? Ты через нее была связана с клубом? – спросила я, желая до конца разобраться во всем.

Она устало выдохнула и ответила, отстраняясь:

– У меня нет сестер, Элия. Джон был моим единственным братом.

Я напряженно наблюдала, как она направилась к двери, стянув со стола сумку, и в последний момент обернулась ко мне.

– А с клубом я связана много лет. Но не из-за Джона, – пояснила она, а в ее глазах что-то сверкнуло. – Форд был моим мужем.