Глава 22. Капризы Аделии
И снова в очередной раз Аделии удалось его поразить. Он-то, думал, что она испугается нападения, что растеряется, будет прятаться за него. Наивный! Кому во всей этой ситуации и стоило бояться, так это нападавшим. Удивительно, что все они остались живы, хотя травм получили много.
А ведь Рис даже не подозревал, что и без того сильнейший дар Дельки может стать ещё более мощным. Казалось бы, куда уж мощнее? Но нет. Теперь Делли владела такой энергией, что даже ему становилось не по себе. Возможно, это произошло после её нервного срыва, или после недолгого пребывания у «Защитников свободы». Но сам Дарис больше склонялся к мысли, что причина усиления дара заключалась в их близости. Ведь если отбросить предрассудки и рассуждать логически, то получается, что именно потеря девственности стала ключом к полному раскрытию её способностей.
Видимо, именно поэтому её внутренняя энергия так резко реагировала на мужские прикосновения. Просто сама Аделия была не готова принять всю мощь собственного дара. А теперь даже научилась его неплохо контролировать.
Безусловно, детская психологическая травма тоже сыграла в этом свою роль. А может, именно она поспособствовала такому поразительному увеличению силы дара. В любом случае, сейчас это уже не имеет особого значения. Важно другое - теперь Аделии придётся контролировать себя всегда, каждую минуту, даже во сне. Иначе катастрофы не избежать.
Конечно, такие её способности поразили военных! И если бы она была просто обычной девушкой, её бы сразу и без особых церемоний прибрали к рукам. К счастью, все понимали, что с дочерью председателя Совета Союза так поступить никто не позволит.
Сама Аделия к новым граням собственного дара отнеслась спокойно. Нет, она, конечно, удивилась, клятвенно пообещала быть очень осторожной и сдержанной, но особым это событие для неё не стало. Она вообще ко всему в жизни относилась просто. Наверное, именно этой своей лёгкостью и цепляла Риса.
Он не хотел, чтобы она участвовала в операции военных. Но понимал, что затеяно это в первую очередь, чтобы обезопасить саму Аделию. Её нужно было выставить жертвой, которая спасалась от преследования похитителей, а само нападение являлось главным доказательством. И даже если реальной целью отряда «Защитников свободы» являлся именно Рис, Дельку эти гады тоже в живых оставлять не собирались. У них был приказ - уничтожить обоих, а о причинах им, естественно, никто не сообщал.
Отряд военных дежурил неподалёку, вокруг дома были размещены камеры, сигнальные ловушки и датчики движения. Но всё равно Дарис не сомневался, что его бывшие соратники явятся незамеченными, и оказался прав. Он был уверен, что на них нападут ночью, потому днём и позволил им с Делли расслабиться. Зато с наступлением темноты каждую секунду был начеку. Едва уловил в тишине леса отголосок чужих эмоций, сообщил об этом военным через галути, разбудил Аделию и вывел её из дома.
Дарис осознавал, что необходимо продержаться всего каких-то десять минут, что ему просто нужно тянуть время. Но дом могли разрушить, поджечь, взорвать, и тогда бы шанса у них с Делли уже не осталось, потому он и увёл её оттуда. Потому и потащил через лес к морю, где можно было бы скрыться в воде. И хотя старался быть спокойным и хладнокровным, но всё равно дико боялся, что его девочка пострадает. Он был готов защищать её до последнего, закрывать собой от всего...
Но Аделия, со своей лёгкой руки справилась с собственной защитой самостоятельно, спокойно и не напрягаясь нейтрализовала целую группу профессионалов. Да, среди них было семеро сильных боевиков. Но от мощи леди Тен Алор не спасся никто.
Таким образом ещё одна часть большого плана, составленного Рисом, Алишером и Каниром, воплотилась в жизнь. И пока всё шло именно так, как они и рассчитывали. Документы, привезённые Дарисом, тщательно проверялись на подлинность и передавались в Департамент Безопасности Союза сначала электронными файлами, а потом и в оригинале. На настоящий момент были взяты под стражу четверо основных спонсоров этой организации и сам её хозяин, лорд Морис Болиан Фителли. Но помимо них в камерах изоляторов оказались и Сеймур Гралд, и его двоюродная сестра Ланира Реарт, и ещё не менее тридцати человек, считающихся верхушкой «Защитников свободы».
Рис знал многих из них. Некоторых до определённых пор считал приятелями. Но сейчас без зазрения совести сдал их властям. Нет, он поступил так далеко не со всеми. Многие... даже очень многие получили от него послания о скором неминуемом развале организации, у которой просто не осталось шансов. Ведь не только Рис попал туда по глупости. Таких людей хватало. И теперь у них появилась возможность вырваться из плена старых ошибок и попытаться построить новую жизнь.
Были среди них и те, кто после получения письма сам явился к следователям с повинной, тоже дал показания и изъявил желание работать на военных. Конечно, этих людей теперь ожидал суд, но смертного приговора им точно бояться не стоило.
В случае Дариса всё было гораздо сложнее. Он ведь уже был осуждён, получил шанс на жизнь, его почти казнили, после чего он сбежал. Зато потом притащил военным компромат на верхушку «Защитников свободы» и сам изъявил желание сотрудничать. И теперь, когда после проведённой операции он официально оказался у военных, его обязаны были взять под арест, как беглого преступника. А значит, всё время до суда ему теперь придётся провести в камере.
Рис это понимал и даже был морально готов. А вот Аделия - нет.
- Слушай, поговори со своей девушкой. Объясни ей всё, - попросил его Канир. - А то мне что-то страшно. С неё станется разрушить тут всё, чтобы тебя спасти.
Рис против воли улыбнулся. Он знал, какой непредсказуемой может быть его Делька. С неё бы действительно сталось снести пару стен, чтобы вытащить своего любимого из камеры.
«Любимого»? - При этой мысли Дарис едва не замурлыкал от удовольствия. Да, она любила его. Даже призналась в этом. И вроде бы простые три слова, но ведь обладают какой-то непонятной магией. Его чуть не разорвало от счастья, когда Аделия их сказала! И пусть он и без признаний ощущал всю глубину её чувств, но всё равно был безумно рад их услышать.
А вот произнести их сам пока был не готов. Не потому, что не любил её, а потому, что не видел смысла сейчас об этом говорить. Ему не стоило её обнадёживать, давать надежду на их совместное будущее, потому что его самого ждал суд, который ещё неизвестно чем закончится. Вдруг его всё-таки казнят или сошлют на отдалённую необжитую планету, где цивилизацией и не пахнет? Он не хотел портить Аделии жизнь. А чувства... когда-нибудь станут тише. Может быть.
Увы, его теория оказалась ошибочной - любовь была не похожа на влюблённость. Совсем. Теперь он сравнивал эти понятия с камнем и островом. Влюблённость - это камень, лежащий на земле. Он весь на виду, скрыта только его нижняя часть. Ударь по нему сильнее, и он развалится. А любовь - это остров, большая часть которого не видна, она скрыта, спрятана, но именно на ней всё держится. Влюблённость цепляет сознание и физиологию, любовь поражает подсознание и душу. А разум здесь бессилен. Сколько ни анализируй, сколько ни раскладывай эмоции по полочкам, однозначного ответа всё равно не найдёшь.
Рис много думал о том, почему он полюбил Аделию. Долго анализировал её личностные качества, внешность, способности, но всё это оказалось совсем не теми аргументами. Да, его привлекало в ней многое, но... в Союзе миллиарды симпатичных девушек с подобными характерами. Если мыслить непредвзято, то в Аделии всего две положительные черты: внешность и впечатляющий уровень дара. А вот характер у неё своеобразный: она непредсказуема, эгоистична, вспыльчива, да ещё и транжира, каких поискать. Получалось, что в Дельке больше минусов, чем плюсов, но думая об этом, Рис ощущал, что его чувства к этой девушке становятся только сильнее.
Да и он сам с ней чудесным образом преображался. Рис давно уже привык всегда прятать от всех собственные настоящие эмоции, предпочитал просто играть ту роль, что считал подходящей для ситуации. Был спокоен и сдержан. А с Аделией он едва ли не с первой встречи начал терять контроль. Она выводила его из равновесия одним своим присутствием. Сама того не подозревая, умудрилась вытащить его из той скорлупы, которой он привык отгораживаться от мира. И только с ней он смог почувствовать себя по-настоящему живым, сильным и счастливым. Только с ней он, наконец, принял самого себя.
Но теперь им всё-таки придётся расстаться. Пока не будут последовательно обнародованы все добытые документы, Рис останется на Земле. После этого его, конечно, переведут на Дитерию, где придётся бесчисленное количество раз давать показания, а потом как-то пережить и собственный суд. Потому Аделии лучше сразу вернуться домой, под крыло к отцу.
Осталось только как-то убедить в этом саму Дельку. Но Рис уже знал, что так просто она не согласится.
***
Погода снова испортилась. За окном опять лил дождь. На этой планете вообще был странный климат. Своевольный. Никто его не контролировал, все просто подчинялись капризам стихий и воздушных потоков.
- Дель, посмотри на меня, - чуть взволнованным тоном проговорил Рис.
Не послушалась, продолжая пялиться за стекло, по которому скатывались капли влаги. Одна, вторая, третья... сорок пятая.
- Аделия, - настойчиво повторил Рис, но я снова не отреагировала.
Мы сидели в каком-то кабинете в здании Управления Вооруженных Сил. Нас разделял стол, и сейчас я была даже рада этой преграде. Хотя бы она не позволяла мне вцепиться Дарису в горло.
Только сейчас он решил рассказать мне, что на самом деле задумал, и что, собственно, происходит. И я даже его выслушала, хотя лучше бы и дальше оставалась в блаженном неведении.
Оказывается, Рис и его примороженный братец знали, что нам угрожает опасность. Они не сомневались, что Дариса придут убивать, как только он покинет пределы охраняемого особняка наместника. Вот только мне об этом даже не намекнули! И Рис просто отдыхал, улыбался, наслаждался природой, гулял со мной по пляжу, соблазнял... зная, что скоро за ним придут. Гад!
Теперь же он утверждал, что это было кусочком общего плана - той самой частью, которая должна была обезопасить мою неугомонную персону. Теперь официальная версия событий звучала так: Дарис спас меня после похищения (ради чего даже сбежал от своего надзирателя), но я успела узнать слишком многое о «Защитниках свободы», даже видео разговора с Ланирой сделала (которое по дурости скинула Рису). Поэтому меня разыскивали, чтобы убить, а Дарис (такой молодец и герой!) помогал мне прятаться. И вообще делал всё, чтобы обеспечить мою безопасность.
Я же вроде как была напугана, дезориентирована, вот и позволила ему заставить меня скрыться под другим именем, изменить причёску и даже согласилась отправиться на Землю. В общем, по всем пунктам я получалась жертвой.
Но разозлило меня совсем другое. Ведь этот приступ откровения случился с Рисом не просто так. Он (негодяй такой!) решил попрощаться! Потому что теперь его ждала камера изолятора... а меня - корабль до Дитерии.
- Пойми ты, сейчас не время для обид, - усталым тоном проговорил Рис. - Наше противостояние с «Защитниками свободы» только начинается. И тебе лучше находиться там, где тебя смогут защитить. Рядом с отцом.
- Ты издеваешься надо мной?! - выпалила я, резко повернувшись к эмпату. - Значит, предлагаешь оставить тебя здесь, позволить военным посадить тебя под замок, а самой свалить к папочке? Так, Рис?!
Он потёр лоб и попытался поймать мой взгляд, но я снова предпочла смотреть на бегущие по стеклу капли.
- Мы вместе в это влезли. Даже не так - ты влез в эту историю из-за меня. Я виновата, не ты. И если они хотят посадить тебя в камеру, то я буду сидеть в соседней!
Дарис подался вперёд, перехватил мою руку и переплёл наши пальцы.
- Нет, Аделия, - строго сказал он, глядя на меня. - Всё произошедшее к лучшему. Нужно верить в это. Меня в любом случае ждёт суд, а перед ним тысячи допросов, очных ставок, и всего того, о чём тебе лучше не знать. И если ты на самом деле хочешь помочь, то, пожалуйста, вернись к отцу. Так я буду спокоен хотя бы за тебя.
Он смотрел так пристально, что я не смогла больше игнорировать этот взгляд. Повернулась. И сразу утонула в лазурно-голубом омуте.
- Пойми же... - прошептала, крепко сжимая его ладонь. - Я не могу... не могу тебя бросить!
- Тогда не бросай, - ответил Дарис так же шёпотом. Но не успела я обрадоваться, как он добавил. - Галути и комм при мне. Канир пообещал, что пока я на Земле, никто у меня гаджеты не заберёт. А значит, мы сможем говорить с тобой.
Я ничего не ответила, но колючая удавка на душе стала чуточку слабее.
- Делли, ты, конечно, можешь остаться на этой планете, но не в камере, а в гостинице или у Алишера. Но разве ты сумеешь долго сидеть в четырёх стенах? - он отрицательно покачал головой. - Мы оба знаем, что нет. А охранять тебя тут некому.
- Я найму охрану, - предложила тихо.
- Нет. Уезжай.
Мы сидели напротив, крепко держались за руки, смотрели друг другу в глаза, а казалось, что соприкасались душами.
- Суд... - начала было я, но Рис сразу понял, что хочу спросить.
- Суд будет на Дитерии. Открытый. Тебе никто не запретит присутствовать.
Это тоже можно отнести к хорошим новостям.
- Что я могу для тебя сделать? - спросила, желая раствориться в его глазах. Таких красивых и бесконечно любимых.
- Говори со мной. Присылай видео о своей жизни. Не делай глупостей, не влипай в неприятности.
Я вздохнула, уже зная, что теперь уже точно соглашусь. Коль он хочет, чтобы всё было так... то придётся подчиниться.
- Хорошо, Рис, - сказала, опустив взгляд. - Если ты считаешь это правильным, то я согласна. Но у меня будет одно условие.
- Какое? - казалось, он даже не удивился.
- Однажды ты тоже выполнишь одну мою просьбу. Не возражая, не отказываясь, не задавая вопросов. Просто сделаешь так, как я попрошу. Согласен?
Дарис усмехнулся, чуть приподнял бровь, но кивнул.
- Договорились.
- Вот и хорошо.
В отличие от этого тяжёлого разговора наше прощание получилось лёгким, а ещё жарким, бурным и жутко приятным. Ограничиться простым поцелуем не смог ни он, ни я. И то, что началось с простого прикосновения губ, закончилось полным нежности чувственным сексом прямо на этом столе. И нам было плевать на камеры, которых в этой комнате наверняка было немало, на военных, стоящих за дверью, на правила и мораль. Мы просто знали, что впереди ждёт долгая разлука, мы просто хотели получить авансом хотя бы немного тепла и счастья.
А потом... Дариса увели в камеру, а меня проводили до эрши и отвезли прямиком в космопорт. Вот только я не собиралась опускать руки. Однажды его уже казнили на моих глазах, и больше я не собиралась допускать подобного.
Нет, в лепёшку расшибусь, сделаю всё возможное и невозможное, но Рис будет жить, и жить счастливо. Или я не Аделия Тен Алор!
***
Чем меньше времени оставалось до суда, тем сильнее я нервничала. Не успокаивали меня ни пояснения юристов, ни слова отца, ни поддержка подруг. Я просто не находила себе места от волнения и постоянно думала только об одном: нужно что-то делать!
Первые недели после возвращения с Земли моё эмоциональное состояние оставалось почти в норме. Мы с Рисом часто беседовали по коммуникатору, я даже видела его голографический образ, и он теперь ничем не напоминал мне равнодушного Сайра. Я рассказывала Дарису о том, как скучаю дома, как схожу с ума от безделья и скуки, он же в ответ на это лишь улыбался. Мы много говорили обо всяких незначительных глупостях, обсуждали фильмы, новости из Сети, прочитанные книги, музыку. Бывало, что несколько минут могли просто смотреть друг на друга в тишине. В такие моменты мне начинало казаться, что он на самом деле рядом - стоит протянуть руку, и коснусь. Потому было особенно жаль возвращаться в реальность.
Увы, продлились эти наши сеансы связи недолго. Через шестнадцать дней после моего прилёта Рис сообщил, что больше не сможет со мной говорить. Его переводили на Дитерию, и где ему придётся сдать комм и галути. Я, конечно же, заявила, что добьюсь встречи, но у Риса и здесь для меня были плохие новости. Как оказалось, с преступниками перед судом разрешалось встречаться только родственникам и адвокатам. То есть меня к нему просто не пустят, несмотря даже на папину должность.
Наш последний разговор состоялся почти три недели назад, и всё это время я не имела возможности ни видеть Риса, ни говорить с ним. О том, где он и как у него дела, узнавала от Александры и леди Элизы Эргай - матери Дариса. Они обе прилетели на Дитерию, просто не смогли оставить Риса в такое сложное время.
Конечно, у него были адвокаты - целая армия. С ними я тоже часто беседовала, пыталась выяснить, какие есть шансы смягчить приговор, но они неизменно отвечали, что и так делают всё возможное. Они-то, может, и делали, а вот я - нет. Меня и из дома-то теперь выпускали только с охраной, да и не было желания куда-то выходить. В голове постоянно билась одна мысль: надо что-то придумать, выкрутиться, совершить невозможное, но сделать так, чтобы Риса оправдали.
Увы, пока никаких гениальных мыслей в мою неугомонную голову не приходило.
Этот вечер ничем не отличался от предыдущих - был таким же мрачным, тихим, скучным и пустым. До заседания по делу Дариса оставалось всего два дня, и от этого моя нервозность становилась только сильнее. Потому, когда на комм поступил вызов от Анны, я ответила ей без энтузиазма.
- Всё тухнешь? - задорным тоном поинтересовалась появившаяся передо мной голограмма подруги. - Давай собирайся и приезжай ко мне. Есть важный разговор.
- Не хочу, - ответила честно.
- Сейчас же, Делли! - строгим тоном ответила Анна. - Я расскажу такое, что мигом поднимет тебе настроение.
- Мне и так весело, разве не видно? - я изобразила насквозь фальшивую улыбку и демонстративно рухнула на кровать.
Хотела уже отключить связь, но тут место Анны занял голографический Лёша.
- Делька, это правда важно и очень срочно. Не приедешь, сама потом будешь себя винить за упущенный шанс.
Я подняла голову и посмотрела на него внимательней. Было в сказанных им словах что-то такое, нашедшее отклик в моей душе. Ведь Лёша знал, что я считаю себя виноватой в масштабных неприятностях Риса. Может ли это означать, что ребята придумали что-то, способное ему помочь? Вполне возможно.
- Ладно, - бросила, поднимаясь. - Через час я у вас.
- Ждём, - довольно улыбнулся парень и сам оборвал связь.
Пока собиралась, думала об Анне и Лёше. Хорошая всё-таки из них вышла пара. Гармоничная, красивая. И, кажется, между ними были взаимные чувства. Конечно, я не эмпат, и в чужих эмоциях копаться не умею, но глядя на этих двоих, у меня на душе становилось светлее. Они напоминали мне магниты с разной полярностью. Едва они появлялись в одной комнате, и их неизменно притягивало друг к другу. Казалось, они просто физически не могут не прикоснуться, если есть такая возможность. А ещё, стоило им оказаться рядом, и колебания энергии вокруг становились сильнее.
Это чувствовали многие, не только я. Даже отец Анны, хозяин сети шикарных отелей, принял Лёшу очень тепло. Хотя, учитывая все перспективы этого одарённого изобретателя, его бы любой отец принял. Ведь уже сейчас, после открытия способа телепортационного переноса предметов, его можно было назвать очень богатым человеком.
Сама Анна недавно призналась мне, что влюблена по уши. Она говорила, что впервые встречает такого восхитительного мужчину, что ей даже дышится рядом с ним в разы слаще. Как относится к ней сам Лёша, я не знала. Думаю, в своих отношениях они разберутся сами, без чужого вмешательства. Но я всё равно была за них рада.
Ребята встретили меня на крыше дома, где и жила Анна. Здесь располагалась стоянка для эрши и небольшая зелёная зона с лавочками, беседками и фонтанами. Погода была вполне приятной, и я предложила ребятам расположиться здесь, но те настойчиво потащили меня вниз. И только когда моя охрана осталась караулить в общем коридоре, а мы втроём расположились в гостиной, Анна соизволила удовлетворить моё любопытство.
- У нас с Лёшей появилась идея, - начала она, глядя на меня с улыбкой.
- Как помочь Рису? - уточнила я.
- Ага, - кивнул подруга.
И на несколько секунд замолчала, явно собираясь с мыслями.
- В общем, Дель. Я ведь учусь на юриста. Вот и задала сегодня своего декану вопрос: что именно может стать смягчающими обстоятельствами для такого приговора. Он немного в курсе ситуации Дариса, и попытался отмахнуться от меня. Заявил, что толпа адвокатов разберётся без нас. Но потом всё-таки сказал кое-что важное.
- И что? - я нетерпеливо подалась вперёд.
Анна с Лёшей переглянулись.
- Если бы Рис оказался женат, если бы у него была своя семья, это бы стало своеобразным гарантом его благополучия. Тогда бы приговор ему выносили, учитывая интересы супруги.
- Но он не женат, - проговорила я, непонимающе моргнув.
А в голове уже закрутились винтики. Допустим, я готова хоть сейчас стать его женой. Но мне нет двадцати одного, а значит, без позволения отца мой брак никто регистрировать не станет. Да и Рис в изоляторе. Меня к нему даже не пустят. Так что...
- Есть ещё одно обстоятельство, - вступил в разговор Лёша. У отца Дариса три сына. Старший - Элиот, наследник поста наместника Элтаруса. Он давно женат, но детей у него до сих пор нет. Средний сын лорда Эргая - Алишер, стал наместником Земли. Его должность тоже наследуемая, и в будущем перейдёт к его сыну Микаэлю. Таким образом получается, что если бы у Андариса был сын, то именно он стал бы наследником Элиота. Следовательно, если бы ты оказалась беременна...
- Но я не беременна, - выпалила, не понимая.
- Но если бы была, - не сдавался Лёша, - то твой отец и отец Риса с большой долей вероятности дали бы согласие на ваш брак. И тогда судьям пришлось бы учитывать, что судят они не просто преступника и сильнейшего эмпата, оказавшего огромную помощь в уничтожении «Защитников свободы». Им бы пришлось принимать во внимание тот факт, что Рис - отец будущего наследника Элтаруса. Не просто сын лорда Эргая, но и зять лорда Тен Алора. Думаю, в предстоящей игре этот козырь Дарису бы сильно помог.
Я задумчиво кивала, соглашаясь с озвученными доводами. И всё в этой идее было классно кроме одного обстоятельства - я не беременна. О чём и заявила... в очередной раз.
- Но ты спала с Рисом? - бестактно в лоб спросила Анна.
- Да, - не стала отнекиваться я.
- Сколько раз?
- Да какая разница?! - рявкнула я, выходя из себя. - Прошло уже достаточно времени, и я точно не забеременела!
Лёша наблюдал за нашей перепалкой с улыбкой того самого Чеширского кота, о котором я успела узнать из одного земного фильма. И вдруг выдал:
- Допустим, я могу сделать так, чтобы показатели медицинского бокса определили у тебя беременность. Результаты будут выглядеть подлинными, не подкопаешься.
- Продолжай, - выдала заинтересовано.
- Что ты сделаешь с этими результатами? - спросил парень.
- Пойду к отцу, - незамедлительно ответила я, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в улыбке. - Сообщу, что беременна от Риса. Устрою истерику, заявлю, что не переживу, если мой сын родится незаконнорожденным. Уговорю папу сообщить о моей беременности лорду Дайрону Эргаю. Буду настаивать на свадьбе. Сам Рис точно не станет противиться. Он мне желание должен, так что не откажется. Но... Лёш, - я растерянно уставилась на землянина. - Даже если мы обманем отцов и суд, беременности-то нет. И это скоро станет известно всем. И вот тогда могут начаться неприятности, ведь и мне, и Рису придётся соврать в суде.
- Я вижу здесь только один выход, - развела руками улыбающаяся Анна. - Тебе придётся как можно быстрее забеременеть по-настоящему. От Риса.
- А если не получится?
- Нужно постараться, - бросила подруга.
- Ну что, будем воплощать этот безумный план в жизнь? - с ухмылкой спросил меня Лёша.
И я не задумываясь ответила:
- Будем!
***
Это было странное время. В нём дни тишины, одиночества и погружения в себя сменялись днями допросов, бесед со следователями, встречами с родителями, Александрой и адвокатами. Расследование деятельности «Защитников свободы» шло полным ходом, но до его завершения было ещё далеко. Да, Фителли уже осудили, перед казнью он даже покаялся во всём, сам сдал все базы, выторговав у властей обещание не трогать его жену и детей и оставить им хотя бы половину капиталов. В итоге он сам сильно помог следствию, но его собственную жизнь это не спасло.
С людьми, компромат на которых передал Рис, всё тоже получилось просто. Кого-то из них уже осудили, кого-то ещё держали в изоляторах. Того гада, который когда-то убил мать Аделии, тоже арестовали. Увы, для обвинения в убийстве не было доказательств, но за ним и так нашлось немало преступлений, которые тянули на серьёзный приговор. Потому в том, что он получит по заслугам, сомневаться не приходилось.
А вот Сеймура Гралда вскоре после ареста выпустили. Слов Риса оказалось слишком мало, а других доказательств его причастности не нашлось. По всем документам он был чист. Он заявил, что знал о «Защитниках свободы», но сам к этой организации никогда отношения не имел.
Ланира из-под ареста сбежала. Хотя Рис не сомневался, что ей помогли. Но на допросах она всё же успела рассказать следователям много интересного. Да и помимо неё в камерах оказалось немало тех, кто возглавлял организацию на разных планетах. Столь масштабное совместное расследование полиции и военных уже почти месяц оставалось главной темой во всех новостных выпусках в Союзе. И хотя было сделано уже очень много, но работа над этим делом всё ещё продолжалась.
О судьбе Софиры Рис ничего не знал. Ещё перед отлётом с Даркара он заплатил парочке знакомых, чтобы подержали девушку у себя несколько недель, а потом дали сбежать. Как сложилась её жизнь дальше, Дариса не особенно интересовало. И пока ему было известно только одно - среди арестованных её нет.
Вчера приходила Сашка, сообщила, что Рэмира Алдена и остальных боевиков, участвующих в нападении на Риса, исключили из Белого Университета. А лорда Ситамира Трелли по решению прошедшего на днях суда сняли с должности ректора. Теперь он стал простым преподавателем с запретом занимать руководящие посты. Рис пытался выгородить ректора, но тот в итоге сознался во всём сам. Даже официально заявил, что не жалеет о сделанном, что, по его убеждению, Андарис Эргай заслуживает не просто шанса, а настоящего полного помилования.
Рис был искренне благодарен ему за такие слова. И даже решил, что если когда-нибудь попадёт на Даркар, то обязательно найдёт бывшего ректора и поблагодарит за всё. Да, они не всегда ладили, когда-то Дарис ненавидел своего надсмотрщика, но сейчас все прошлые прегрешения стали казаться не важными. Время ненависти ушло.
Сидя на своей узкой твёрдой кровати в малюсенькой камере, Рис как раз размышлял о роли лорда Трелли в своей судьбе, когда за ним пришёл охранник. Объяснять ничего не стал - просто привычно уже сковал впереди руки и повёл за собой. Вот только, к удивлению Дариса, они направились не к допросным и не к комнатам для встреч. Их лифт поехал выше, и судя по мигающей циферке на табло, должен был доставить арестанта вместе с сопровождающим на один из последних этажей этого высотного здания.
Язык буквально чесался спросить о том, куда его ведут, но Рис заставил себя промолчать. Если ведут, значит так надо. В конце концов, чего теперь бояться? Суд уже завтра, а значит ему в любом случае вынесут приговор.
По честным прогнозам юристов, на особое снисхождение надеяться не стоило. Максимум, чего они считали реальным добиться - приговор к военной службе на десять лет. Подобный когда-то получил Алишер, и первое время ему пришлось служить на отдалённых, не до конца обжитых планетах. Рис был готов и к этому, - всё лучше, чем казнь. Но тогда бы ему пришлось окончательно забыть об Аделии - о девушке... в которую его угораздило так неосмотрительно влюбиться.
Она не выходила из его головы. Стоило только закрыть глаза, и перед мысленным взором появлялся её образ. Он безумно скучал по ней. Ему дико не хватало её голоса, её улыбки, её тёплого взгляда. А от мысли, что после завтрашнего суда ему придётся уехать далеко-далеко от неё, Рису хотелось кричать.
Он думал о ней постоянно. Даже сейчас, пока они поднимались с охранником в лифте, глянув на своё отражение в зеркале, Рис представил, что бы сказала Делька, увидев его таким. Да, выглядел эмпат не лучшим образом. Волосы отросли и лежали в беспорядке, из-за особенностей местного питания и препаратов для снижения уровня энергии для заключённых он сильно похудел, а под глазами залегли тёмные тени. Серые брюки и футболка выглядели мятыми и смотрелись откровенно убого. Благо, хоть сейчас на ногах были обуты простые мягкие туфли, а вот завтра в зал суда ему придётся войти босиком. Традиция.
А ведь Делли точно придёт на заседание. Хотя лучше бы не приходила... не видела его таким жалким.
Рису было не особенно интересно, куда его ведут. Ровно до того момента, пока охранник не остановился у двери, на стене у которой значилась надпись: «Руководитель департамента внутренней безопасности лорд Леор Максимилиан Ситмор».
Вот такого поворота Рис точно не ожидал. Он даже представить себе не мог, зачем его привели к этому человеку. Дело «Защитников свободы» хоть и было громким, но не настолько, чтобы глава департамента безопасности Дитерии решил лично побеседовать с одним из фигурантов. Да ещё и накануне суда.
Охранник нажал на панели у двери код, и створки разъехались в стороны. Рис шагнул вслед за своим конвоиром в просторную приёмную и уставился на секретаря - вполне себе живого мужчину. А ведь многие предпочитали видеть на этой должности роботов с симпатичной голографической оболочкой.
Увидев вошедших, секретарь приветственно кивнул и попросил подождать. Но спустя всего секунд тридцать поднялся, прошагал к двери в кабинет начальника и вежливо пригласил Риса проходить. Одного.
Дарис послушался, теперь даже не решаясь предположить, зачем его сюда позвали. Но стоило ему шагнуть внутрь, и все мысли попросту вылетели из его головы. В нескольких метрах от входа стояла молодая девушка в строгом тёмно-синем платье, которое ей удивительным образом шло. Её тёмно-каштановые волосы были собраны в элегантный пучок на затылке, а в синих глазах отражалось волнение.
Рис настолько опешил, что даже не сразу поверил, что перед ним... его любимая Делька! Такая своя и чужая одновременно. Настоящая высокородная леди. Аристократка, которую сейчас даже представить было сложно танцующей в клубе «эстеру», или целующей мужчину на виду у всех.
Она тоже застыла на месте, точно так же разглядывая Дариса. Он чувствовал её эмоции, в которых сейчас преобладала странная поразительная нежность и желание защитить. А ещё она очень хотела его обнять, но почему-то не решалась.
И он улыбнулся ей, подбадривая. Это стало для Делли сигналом к действию. Она ринулась вперёд, обхватила ладонями его лицо и прижалась губами к его губам. Несколько мгновений они так и стояли, будто пытались поверить, что происходящее реально. Но стоило Дельке чуть отстраниться, и Рис сам потянулся к ней за поцелуем. И у них обоих просто сорвало тормоза. Они целовались дико, неистово, словно сумасшедшие. И им обоим совершенно не хотелось возвращаться в реальность.
- Делечка, - прошептал Рис, кое-как заставив себя остановиться. Он уткнулся носом в её волосы и с жадностью уловил родной запах. - Клубничная моя, опять курила свои сигареты?
- Курила, - ответила она, крепко обнимая его за шею. - Тебя же нет рядом, приходится успокаиваться по-старинке.
- Не нужно, - сказал он. - Ты же сильная. Ты можешь держать себя в руках и без этой курительной смеси.
- Могу, только если ты со мной.
- Дель...
- Рис...
Она чуть отстранилась, желая посмотреть на него, но стоило Дарису поймать её взгляд, и он забыл обо всём, что хотел ей сказать. Они снова потянулись к друг другу, коснулись губами губ... Но на сей раз их прервали.
- Я, конечно, всё понимаю, - раздался неподалёку чуть насмешливый мужской голос. - Но, молодёжь, имейте совесть!
Рис повернулся в сторону звука и удивлённо хмыкнул. А там у расположенного рядом с окном большого стола стояли трое мужчин: Грегор Тен Алор, Дайрон Эргай и ещё один незнакомый ему седой мужчина с короткой бородой, который, судя по всему, и был хозяином кабинета. Кстати, остановил их с Аделией тоже именно он.
- Приветствую, господа. - Чуть отступив от Дельки, Рис изобразил лёгкий поклон. Правда, с закованными впереди руками это, должно быть, выглядело комично. - Простите, что сразу не заметил вашего присутствия.
- Что совсем не удивительно, когда тебя встречает такая красавица, - снова бросил лорд Ситмор. - Но давайте перейдём к делу. У меня, к сожалению, через полчаса важное совещание.
- Да, ты прав, Макс, - ответил ему лорд Эргай. - Мы надолго тебя не задержим.
Отец выглядел именно так, каким Рис его помнил ещё до своего побега из дома. Казалось, время вообще не властно над Дайроном Эргаем. Ему уже давно за шестьдесят, но наместник Элтаруса казался лет на десять младше. Этому мужчине даже седина шла, придавая этакого шарма.
Он подошёл ближе к Рису и положил ладонь сыну на плечо. И уже хотел начать явно непростой разговор, но его опередила Аделия.
- Лорд Эргай, позвольте я сама ему скажу?
Она нервничала, и это только сильнее насторожило Риса. Он уже понял, что тут происходит нечто странное, и к этому явно приложила руку одна молодая неугомонная леди!
- Рис, - проговорила она, вздохнув. - Помнишь... когда я согласилась улететь с Земли, ты мне кое-что пообещал?
Он помнил, потому согласно кивнул. Только понятнее ситуация всё равно не стала.
- Так вот... понимаешь... кое-что случилось, - мямлила она, и так пристально смотрела ему в глаза, будто пыталась передать какие-то мысли. Но вдруг затараторила быстро-быстро: - У нас будет ребёнок. Папа разрешил мне выйти за тебя замуж. Твой отец тоже согласен.
Рис опешил настолько, что просто не знал, как на это всё реагировать. Про ребёнка Аделия определённо врала, но остальное было правдой. Вопрос: что тут вообще происходит?
Но не успел он сказать ни слова, как Делька снова кинулась к нему на шею, обняла крепко-крепко и зашептала, да так тихо, что он едва разобрал:
- Рис, любимый, я прошу тебя, просто соглашайся! Так нужно. Это поможет. Я люблю тебя. Дай мне нас всех спасти. Ты обещал выполнить одну мою просьбу. Вот она.
Он коснулся губами её щеки и, отступив назад, посмотрел ей в глаза. С одной стороны, ему дико хотелось прямо сейчас выяснить, что она задумала, а с другой... он ведь, правда, обещал.
Так может, просто наплевать на всё и подыграть Дельке?
- Лорд Тен Алор, - обратился Рис к отцу Аделии, который сейчас наблюдал за ними с откровенным удивлением. - Вы на самом деле готовы отдать мне вашу дочь? Вот так, за день до суда, который может приговорить меня к смертной казни?
- Даже при таком не радужном раскладе мой внук родится в семье и будет носить фамилию отца. Станет частью сильного рода, - спокойным тоном ответил тот.
Председатель Совета Союза расслабленно стоял у стола и выглядел совершенно бесстрастным, хотя Рис чувствовал, что это лишь маска. На самом деле лорду Тен Алор было далеко не всё равно, как сложится судьба Аделии. Кажется, он на самом деле любил свою непутёвую дочурку.
- Как я могу отказать? - добавил мужчина. - К тому же, Делли тебя любит. И ты... кажется, тоже к ней не равнодушен. Конечно, я бы предпочёл найти для своей девочки куда более положительного супруга, но лорд Эргай тоже имеет право участвовать в воспитании внука. Потому брак необходим.
Рис кивнул и перевёл взгляд на отца, потом снова посмотрел на Аделию.
- Ты на самом деле этого хочешь? - спросил, глядя ей в глаза. - Выйдешь за меня замуж?
Она медленно одними губами проговорила «да», но Дарис понял куда больше. Делли хотела быть с ним, хотела ему помочь, пошла на весь этот фарс ради каких-то высоких целей, пусть ему пока и непонятных. И он вполне мог сейчас заявить, что она врёт, но не стал этого делать.
- Я согласен, - проговорил Рис, повернувшись к лорду Грегору. - Вы правы, моя любимая женщина и мой ребёнок должны носить фамилию Эргай. Так будет правильней, чем бы ни закончилось завтрашнее заседание.
Делька вздохнула с облегчением, её отец тоже едва заметно смахнул со лба испарину, лорд Эргай самодовольно хмыкнул, будто и не сомневался в решении сына. И только хозяин кабинета оставался всё так же спокоен и улыбчив.
- Ну что ж, - сказал он. - Давайте скорее уладим все формальности.
Как оказалось, необходимые документы были уже составлены. От брачного контракта и жених, и невеста отказались, а их отцы не стали настаивать. Потому процедура заключения брака получилась быстрой.
Сначала своё согласие завизировали молодожёны, просто проговорив утверждённую законом фразу и оставив энергетический отпечаток ладони. Потом своё позволение завизировали отец Делли и лорд Максимилиан Ситмор, как представитель органов правопорядка.
Вот так всего за несколько минут в кабинете руководителя департамента безопасности родилась новая семья Андариса и Аделии Эргай.