Глава 2.5

Больше Бернард не проронил ни слова. Развернулся и вышел из медблока. Я же направился к уже знакомой двери с цифрой «8», там находилась приёмная бригады под руководством рунной ведьмы-медиона Габриэль. Когда-то она меня уже лечила, но, я был уверен, что сейчас в кабинете её нет — там нет ни одного лишнего человека. Перед входом в приёмную я остановился, выдержал паузу секунды четыре и толкнул ладонью дверь. Та тихо и медленно отворилась. Входить я не спешил. С порога оглядел кабинет с белыми, идеально гладкими, стенами. У стен увидел знакомые стеклянные стеллажи, сверху донизу заставленные баночками, стол с графином и стопками медицинских карт пациентов, а посередине — кресло. В нём я тоже когда-то рассиживал и терпел слишком усердную медицинскую опеку рунных ведьм… Сейчас кресло было повёрнуто высокой спинкой к двери. И в нём кто-то сидел. Я заметил ноги в истоптанных туфлях, штанины мятых застиранных брюк, почувствовал запах табака. — Заходи, Рэй. Чего стоишь? — произнёс незнакомец. Голос тихий, без напора, но уверенный, и что интересно: знакомый. Этот голос я уже слышал. Я шагнул в кабинет и закрыл за собой дверь, в то же время кресло медленно повернулось, и на меня уставились цепкие глаза щуплого низкорослого старика в заношенном костюме… — Адмирал Баум, — кивнул я ему, с удивлением отмечая, что не сильно-то удивился. – Как поживает ваш трактир? В нём до сих пор стреляют и бьют посуду? – Рэй Питон. – Бен Баум кивнул мне в ответ и поднялся. Протянул руку с узловатыми пальцами. – Заделался имперским аристократом, значит? Но выглядишь паршиво. Опять подрался? До сих пор решаешь вопросы кулаками? Мы задали друг другу не слишком приятные риторические вопросы и смолкли. Рукопожатие вышло не крепким, а, скорее, осторожным. Бен не сводил с меня заинтересованного взгляда, изучал, морально препарировал. Он был ментальным чтецом, и, вероятно, уже пытался залезть мне в голову. Хотя я ничего не ощущал, да и не скрывал ничего, потому что бессмысленно — Бен и так всё про меня знал. – Как поживает Джо? – спросил он и сощурил блеклые глаза, считывая мою реакцию на упоминание о Джозефин Ордо. Я пожал плечами. – Не знаю, мы давно с ней не виделись. Бен повторил мой жест — его худые плечи нервно поднялись и опустились. — Бедная девочка ведь ещё не знает, что её брат находится в главной городской тюрьме Ронстада по обвинению в убийстве гвардейца в поезде. Правда, дело пока не закрыто, следствие ещё идёт. Но Генри уже давно взял всю вину на себя. Я нахмурился. Вот, значит, как. Генри Ордо сидит в тюрьме и выгораживает сестру. Что ж, ничего удивительного, что именно его заподозрили в убийстве: из всех пассажиров он выделялся слишком сильно, да и уже тогда имел репутацию преступника. Странно только, что после признания вины, следствие продолжается. Что они ещё пытаются доказать?.. — Они ищут твою причастность, Рэй, – ответил на мой непроизнесённый вопрос Бен. — И, скорее всего, найдут. Ты ведь тоже ехал в том поезде, сидел рядом с Генри Ордо и его сестрой. Потом, по словам свидетелей, уединился вместе с Джозефин в женском туалете. Что вы там делали, никому не известно… Зато только ты и она выходили из вагона, когда пропал гвардеец. А вот Генри сидел на месте, он не покидал вагон от начала и до конца поездки. -- Это ещё ничего не доказывает. Старик покачал головой и серьёзно оглядел моё лицо. – Пока да. Но вокруг твоей шеи, парень, всё сильнее сжимается удавка. Лэнсом готовится к Суду очень тщательно, полиция землю роет и выискивает все твои ошибки. Хорошо, что я обнаружил чемодан с овеумом у себя в подвале раньше, чем полиция перевернула мой трактир. Тогда бы ты не отвертелся. Я поморщился. Чёрт. Совсем забыл про спрятанный овеум. С другой стороны, откуда мне было знать, что я вляпаюсь в такое дерьмо, и полиция будет обшаривать все дома Ронстада, где я появлялся. – Я принёс тебе тот чемодан, – сказал Бен и кивнул подбородком на угол за дверью, где действительно стоял мой громоздкий дорожный чемодан. – Там всё твоё лабораторное оборудование и одежда. А вот овеум я перепрятал, ему тут не место. Я мельком глянул на чемодан, растянул губы в холодной улыбке и уточнил: – Вы пришли сюда, чтобы принести мне чемодан? – Ты же понимаешь, что нет. Зачем этот глупый вопрос? Но я продолжал наседать: – И как вы проникли в медблок, Бен? Кто вас сюда пустил? – Хлоя, старшая медсестра, – просто и быстро признался старик. – Хлоя? – Я невольно вскинул брови. – Без разрешения директора? – У Хлои отдельный вход в медблок, прямо с улицы, минуя ворота. И она впустила меня, когда Бернард её попросил. У них с Бернардом тёплые дружеские отношения. Она тебе не говорила? У вас с Хлоей, вроде бы, тоже тёплые отношения. Даже горячие… Я посмотрел Бену в глаза и ничего не ответил, но вместе с досадой ощутил ещё и нешуточную тревогу. Если каждый ментальный фортис будет вот так легко выкапывать из моей подноготной все сомнительные моменты, ничего хорошего из этого не выйдет. А он снова уселся в кресло, положил ногу на ногу и откинулся на спинку. – Ментальных фортисов на весь Ронстад всего три человека. Один из них – Бернард, мой школьный друг, – охотно пояснил Бен, хотя я ни о чём его не спрашивал. – Мы с ним знакомы больше пятидесяти лет. И когда он рассказал мне, что с тобой происходит, то… Я не дал ему договорить: – Как он мог вам что-то рассказать, если не покидал школу? Бен закатил глаза. – Ты, вообще, чем в школе занимаешься, Рэй? Ты хоть одну книгу по ПГИ прочитал за это время? Ментальным чтецам не нужно встречаться, чтобы поговорить. Мы разговариваем на расстоянии. На небольшом, но всё же. Я, и правда, почувствовал себя идиотом. О ПГИ – Пяти Грязных Искусствах – я действительно знал не так много. Даже о мутациях, не говоря уж об остальных. Как-то было не до учёбы… – Понятно, что не до учёбы, но мог ведь использовать голову, не всё же кулаками махать, – проворчал Бен. – Так зачем вы пришли, адмирал? – с раздражением спросил я у него. – Бернард сказал, что вы хотели предложить сотрудничество. И ещё он сказал, что вы в состоянии помочь мне покинуть Ронстад. Бен коротко улыбнулся. – Судя по тону, ты в этом сомневаешься? Ясное дело, я сомневался. Если бы Бен знал о лазейке, ведущей из Ронстада, то давно бы покинул его сам, вместе со своими внуками, но он продолжал прозябать в своём грязном вонючем трактире, терпеть Часы Тишины и нищету, а ведь когда-то род Баумов правил одной из метрополий… – Юни-Порт давно разрушен, Рэй, и род Баумов никогда не станет великим, хотя, признаюсь, я бы очень этого хотел. – Бен помолчал, погрузившись в собственные мысли, но, увидев, что я поморщился от его слов, поспешил добавить: – Извини, я машинально читаю тебя и отвечаю, не дожидаясь, когда ты озвучишь свои мысли. Правда, ты далеко не все мысли озвучиваешь, да и не все мысли я могу прочесть, только те, что ты позволяешь мне прочесть, и те, что на поверхности. Но постараюсь так больше не делать, если раздражает. – Раздражает, – ещё больше поморщился я. – Так вы скажете, зачем пришли, или нет? Бен снова прищурился, его глаза наполнила опасная чернильная темнота. – Я пришёл по просьбе Архитектора. Он предлагает тебе свою помощь взамен на услугу. – Бен ожидал, что последуют вопросы, но я промолчал, и тогда он продолжил: – Архитектор предоставит тебе возможность тайно посетить Эгвуд и узнать о судьбе сестры Ребекки. Я никак не среагировал на его слова. По крайней мере, внешне, даже глазом не моргнул, хотя внутри всё замерло в нетерпении. – Ну и как он это устроит? – равнодушно поинтересовался я. – Это уже его задача. – А гарантии? Бен внимательно на меня посмотрел. – Гарантии? Ты, возможно, не понял, парень. Речь об Архитекторе. Данное им слово – и есть гарантия. Я покачал головой. – Я же не с ним лично разговариваю, а с вами. Или вы и есть Архитектор? – Нет, я – не он, – спокойно ответил Бен. – Я никогда его не видел, хоть и живу здесь много лет. Он чёрный волхв и тоже владеет ментальным чтением, он разговаривал со мной на расстоянии, когда попросил посетить тебя сегодня. На гораздо более далёком расстоянии, чем, например, Бернард. Но Архитектор в Ронстаде, он где-то здесь и делает своё дело. Кай рассказала ему о твоём кодо, а сегодня он наблюдал за тобой, и решил предложить тебе сотрудничество. Ну наконец-то дело дошло до предметного разговора. Для этого понадобилось целых десять минут… Но тут Бен, как назло, замолчал. Теперь его глаза, наоборот, побелели, зрачки практически исчезли (такое я наблюдал у Феликса Соло, когда с ним дрался). – И что за сотрудничество? – поторопил я старика. В распоряжении у меня было всего полчаса и тратить их на молчание не особо хотелось. Глаза Бена вновь приобрели человеческий вид. Старик кивнул и выдал всё тем же спокойным тоном: – Архитектор хочет, чтобы ты подготовил для него отряд и возглавил его. – Не понял… – сощурился я. – Какой отряд? – Мы предоставим тебе людей, я их уже отфильтровал, они чисты. На их подготовку у тебя будет неделя, – как ни в чём не бывало, продолжил старик. – Ты подготовишь шесть человек, сам же станешь седьмым и главным. Они все должны тебе подчиняться. Они должны уважать твои приказы, должны верить тебе и идти за тобой в любое пекло. Да, задача не из лёгких. Взять отряд из людей с разным искусством и отработать с ними основные приёмы боя, те, что ты знаешь. – За неделю?.. Вы шутите? – Я не сдержал желчной усмешки. – Вы хотите, чтобы всего за неделю я взял незнакомых людей, уговорил их пойти со мной, натренировал… – В следующую пятницу отряд должен быть готов выполнить задание, – перебил меня Бен. – Задание будет не слишком сложным, но важным на данном этапе. Если всё выгорит, то Архитектор сможет начать второй этап подготовки, не тратя лишних сил. И не говори Ли Сильвер. Иначе она тебя упечёт куда-нибудь до самого Суда. Вот только до него ты рискуешь не дожить, Рэй. Твоя смерть избавила бы многих от проблем, начиная с самих Рингов. Я покачал головой. – Всё это, конечно, очень таинственно и, возможно, даже нужно, но есть несколько проблем, адмирал. Первая. Во мне восстановлена только треть кодо. К тому же, кодо странное, и порой я не могу его контролировать, и вы это уже знаете. Вторая. Мне запрещено выходить из школы, за мной везде следуют представители Суда. Третье. Меня допекает некий ментальный чтец, лезет в голову, подсовывает жуткие картины. Через меня он может узнать о планах Архитектора. Хотя я даже допускаю, что это делаете вы, чтобы спровоцировать меня согласиться на ваши условия в обмен на посещение Эгвуда. – Эй, притормози-ка, умник! Я что, похож на идиота, чтобы так подставляться?! – Впервые за всё время разговора Бен повысил голос. – Любого ментального чтеца ты можешь точно определить по атакующему голосу. Он никогда не меняется. Чтец не способен это контролировать. – Старик сверкнул на меня глазами, постучал указательным пальцем себе по виску и добавил, вставая с кресла: – И чтобы снять с себя все подозрения, я атакую прямо сейчас. Послушай-ка мой голос в своей пустой башке, нахальный засранец!.. *** Всё произошло за доли секунды. Голову заполонило шуршанье, неприятное и хрусткое, будто под ухом скомкали газетную бумагу. Потом прозвучал голос: – Это начало Деформации. Голос звонкий, громкий, с ярким чистым тоном, совсем не похожий на реальный голос Бена. И совсем не похожий на голос чтеца, который меня допекал на уроке Софи… тот был тоньше, мелодичнее и в то же время истеричнее. И, по-моему, он принадлежал женщине. Я это понял, когда появилась возможность сравнить. И что самое главное: теперь я бы узнал его из тысячи, он навсегда врезался мне в память, вот только кто даст гарантию, что Бен не привирает?.. И тут в голове снова прозвучал его голос: – Обсуди это с любым другим ментальным чтецом, и ты поймёшь, что я говорю правду. Чтец не может менять свой атакующий голос, он у него всегда один и тот же. А теперь смотри… И на меня обрушились вереницы картин. Одна за другой, совершенно разные, но все касались только моей жизни в Ронстаде. Вот передо мной предстало мрачное здание вокзала, через секунду я уже вижу Кай и шайку Соло… следом – ставни трактира «Адмирал Баум», потом – слышу звон стали и вижу, как обрушивается на меня друидский топор Феликса… вижу татуировки на теле рунной ведьмы Эстер… проходит мгновение – и передо мной её могила… тут же – Джо и её обиженная мина, потом – дружеское похлопывание Генри по плечу, когти Ли Сильвер… пронзительный визг харпага… – Хватит! – выкрикнул я, зажмурившись. Картины мгновенно сменились темнотой. И следом опять прозвучал голос: – Это Деформация из картин твоих воспоминаний. Я могу тасовать их как угодно и бесконечно мучать тебя ими, особенно теми, которые тебе неприятны или, наоборот, дороги. Я могу их изменять и даже придумывать свои сюжеты. Хочешь, покажу?.. Например, вот это. И в то же мгновение, как наяву, я увидел финальный момент сегодняшней драки с Питером Соло. Только вместо меня сам Питер заносил руку и делал последний удар – пронзал моё плечо стилетом. Всем естеством я ощутил, как трёхгранный морской клинок проникает в мышцу. Вздрогнул от слепящей боли, охватившей левое плечо до самых пальцев, до скрипа сжал челюсти, но открыть глаза и избавить себя от навязчивой и мерзкой картины не смог. – Ну как? – с усмешкой сказал голос Бена в моей голове. – Нравится? Боль в плече стихла, и я с облегчением выдохнул. – В моей власти придумать всё, что угодно, и ты будешь это видеть, – хохотнул Бен. – Могу издеваться так долго, что ты сойдёшь с ума. Показать?.. – Нет, мне хватит, – процедил я со злостью, потом резко открыл глаза и пронзил взглядом морщинистый лоб Бена. И не сразу понял, что произошло. Старик внезапно застонал и попятился, обхватил ладонями виски. И пока он отступал, передо мной мелькали сцены из чужой жизни, и это были не мои воспоминания, а самого Бена Баума. Совершенно не знакомые мне люди, чёрные могучие волны в пене, оснастка корабля, такелаж, паруса… чьи-то крики… от сильной качки меня на миг замутило… а потом я очутился в прокуренном вонючем кабаке, вокруг пьяные моряки, усталые официантки, снующие между грубо сколоченными столиками и лавками, девицы лёгкого поведения, теснящиеся по углам с матросами, хохот и перестукивание кружек, напротив меня за столом сидит мужчина в плаще с капюшоном, лица я не вижу, только острый подбородок с седоватой щетиной, мужчина поигрывает пальцами, а на указательном пальце правой руки я вижу перстень… судя по гравировке, это одна из Пяти Печатей… Бен застонал громче, попятился. Картины тут же исчезли. – Бен? – нахмурился я. – Тише… не говори так громко, – прошептал он. – Твой голос очень сильный… оставь меня. Не смотри, отвернись, Бога ради, уйди из моей головы… Я отвёл взгляд. Бен задышал ровнее, перестал дёргаться. Кое-как придя в себя, он поднял на меня глаза, полные тревоги. – Ты – чёрный волхв? Я покачал головой. – Нет, не чёрный волхв. – Ты только что применил ко мне Фильтрацию и довольно губокого уровня. Ты владеешь ментальным чтением. Я не ожидал такого поворота… хм… но больше у тебя этот номер не пройдёт, малыш Рэй. Можешь не пытаться. – Он глубоко вдохнул и выдохнул, собрался с мыслями, подошёл ближе и внимательно, без злости и страха, меня оглядел. – Теперь я понимаю, почему именно тебя Архитектор просит возглавить отряд. Ты должен согласиться. – Я ничего вам не должен, Бен. Вы даже не сказали, на какое задание отправится этот отряд? Как я могу готовить людей, если не знаю, к чему? И кто эти люди? Да, и вообще, на кой чёрт мне нужна вся эта возня? Мне и без вас хватает проблем. – Хорошо, – сменил тактику Бен. – Давай сделаем так. Архитектор отправит тебя в Эгвуд без всякой сделки и обязательств. Прими это как жест доброй воли. И когда ты вернёшься, то решишь, отплатить ли ему за помощь. На это ты согласен? – Я подумаю, – уклонился я от ответа. Бен нахмурился. – Подумай. Но чем дольше ты будешь думать, тем меньше у тебя останется времени на подготовку отряда, когда ты согласишься. И если это произойдёт, дай мне знать через Бернарда. Мы снова встретимся, и я расскажу тебе все подробности. И пожалуйста, ни слова Ли Сильвер. Её напористость и отчаяние сыграют нам во вред. Она своё дело уже сделала, она подарила нам тебя, Теодор Ринг. – Бен отвесил мне низкий поклон и добавил без капли иронии: – Мой принц. Я тоже нахмурился. В гробу я видел его учтивые поклоны. – Бен, как мне выставить защиту от того ментального чтеца? Я бы мог использовать щитовой эрг, но для него сейчас у меня не хватает кодо. Бен улыбнулся, и необычная у него вышла улыбка, добрая, отеческая. – Ты ведь собираешься вечером к Софи, верно? Она тебе расскажет. И как только ты поставишь защиту, тебе сразу станет спокойнее. И мне – тоже. – Он прошёл к двери, открыл её и вытянул руку в приглашающем жесте: – А теперь иди, Рэй. Бригада Габриэль временно переехала в седьмую приёмную. Тебе стоит подлечить раны. И ещё… извини за сцену с Питером… но надо было показать, что такое возможно. Я ничего ему не ответил. Молча схватил за ручку свой громоздкий дорожный чемодан (забавно, но на нём так и остались засохшие кляксы красной глины) и вышел из кабинета. Дверь за мной мягко закрылась. Перед тем, как зайти в соседнюю приёмную, я остановился и положил чемодан на пол. Щёлкнул замками и откинул крышку. Сверху лежали колбы, завёрнутые в полотенце, в то же самое, в какое я их лично и заворачивал ещё в Лэнсоме. Рядом лежали скомканные бумажные пакеты из-под овеума, аккуратно сложенный костюм, пара рубашек, жилет, брюки… Всё, как обычно. Я расправил полотенце – каждая колба на месте. Запустил руку под одежду, пошарил пальцами. Интуитивно я чувствовал, что в чемодане должно находиться что-то лишнее, не моё. Ну не из доброты же душевной Бен мне его принёс. И точно. Под брюками я нащупал свёрток, обхватил его пальцами и вынул на свет. Что-то круглое и небольшое было завёрнуто в носовой платок и перевязано пеньковой ниткой. Немедля я развязал узел, стянул нитку, развернул платок на ладони… И чуть не захохотал от удивления. В платке был спрятан маленький стеклянный пузырёк с чёрной тягучей жидкостью. Ну Бен… чёртов сукин сын. Где он её достал? Это же огромная редкость, лично я купил её лишь однажды, на чёрном рынке, за бешеные деньги и всегда держал в кармане, на случай, если нагрянет полиция. Собственно, так и вышло. А ведь их уже не делают, а распродают остатки, буквально бесценные единицы. Говорят, определённых ингредиентов – каких-то там особенных – для них больше нет. Я погладил пузырёк указательным пальцем и спрятал сокровище в карман спортивных брюк. Теперь в моём распоряжении имелось не что и иное, как бомба-портал…