Глава 4

Сергей позвонил ближе к вечеру, хотя я сначала думала, что он просто не захочет меня видеть, а потом так закрутилась с подготовкой к отъезду, что начисто забыла об этом. Даже оставила телефон в кабинете и только потом увидела, что пропустила звонок. Нехорошо как-то. – Привет, – я набрала его номер. – Прости, не видела, что ты звонишь – работы много. – Привет, – мне показалось, что Сергей ответил с каким-то облегчением. – У тебя все хорошо? – Да, вполне. – Вечером увидимся? В выходные открылась выставка импрессионистов в новом здании Третьяковки, не хочешь сходить? Понимаю, после работы неохота, но в выходные там будет полно народу, к тому же я в субботу на сутки ухожу. Не то чтобы я любила импрессионистов или вообще живопись, но почему бы не сходить в музей? По крайней мере, там можно пообщаться, а на том же спектакле или в кино – нет. – А знаешь, – я на мгновение задумалась, – это неплохая мысль. Я освобожусь сегодня в пять примерно. – Отлично, я смогу за тобой заехать или… – Давай лучше встретимся у моего дома? Руководство базы не очень хорошо относится к тем, кто без серьезных причин ездит вокруг. – Ну не сказал бы, что у меня нет серьезных причин, – посмеялся Сергей, – но я понимаю, о чем ты. Еще пристрелят такого подозрительного типа! Ладно, ты ведь на машине? – Да, у дома буду примерно в половину шестого. – Хорошо, до встречи. Мы попрощались, а я подумала, что неплохо было бы уйти хоть минут на пятнадцать раньше и навести марафет, но посмотрела грустно на кучу документов, пришедших по внутренней почте, и поняла, что хорошо, если вообще удастся уйти вовремя. Нет, я бы предпочла поехать с Сергеем в ресторан или вообще остаться дома и что-то заказать, но во-первых, культурно образовываться тоже надо, а еще надо посмотреть на человека, который так нравится, в разных ситуациях. Я, конечно, не думала, что Сережа – какой-нибудь мужлан, который придет в музей с банкой пива и воблой, все же он в очень непростой семье вырос, хоть и не в дворянской, но по его поведению и суждениям тоже много что можно определить. Может, у него вообще художественного вкуса нет? Хотя кого я обманываю, у меня-то его нет точно, так что судья из меня та еще! Все же я успела доехать до дома и переодеться в более презентабельное, по сравнению с моими джинсами и водолазкой, платье. В музеи, конечно, в неаристократические дни простой народ ходит кто в чем, но мне хотелось казаться чуть более утонченной, чем я была на самом деле. Глупо? Может быть, но мне так захотелось. Мы, как ни странно, отлично провели время. И выставка мне понравилась, хотя мы не успели ее целиком осмотреть – все же времени было немного до закрытия, всего час с небольшим, но больше мне понравилось, что мы разговаривали, держались за руки, делились мнениями не только о живописи, но и о жизни. Да, мы не молчали и в предыдущие наши встречи, но теперь оба как будто чувствовали себя расслабленее – напряжение ушло. После музея мы зашли в кафе, есть не хотелось, поэтому не стали искать ресторан, а удовлетворились кофе со свежайшими круассанами. А я всегда считала, что их лишь по утрам можно застать и то только в пекарнях. – Я в командировку уезжаю через два дня, – сказала я, когда мы завтракали в моей квартире на следующее утро. Опять. Ну а почему бы не быть достойному завершению такого хорошего вечера? – Надолго? – Честно говоря, не знаю. Вряд ли больше, чем на пару недель, но… – я развела руками. – Понятно. Я буду скучать, – он перехватил меня, когда я шла за кофейником, и посадил к себе на колени. – Ожидается что-то опасное? – Не знаю, возможно, но у меня такая работа, – я пожала плечами, потом нахмурилась. – И перед тем, как ты что-то скажешь на ее счет, я прошу тебя хорошенько подумать. – У-у-у, какие мы грозные! – Сергей рассмеялся, но как-то слегка натянуто. – Ничего не скажу, я понимаю, что у тебя за работа и почему она важна. – Но ты не хотел бы иметь дело с женщиной, которая работает на такой работе, – закончила я за него, ведь известно, что слова, сказанные до “но”, ничего не значат. – Я такого не говорил, я просто за тебя беспокоюсь. Не знаю точно, что случилось в последней командировке, но ты пострадала и уже не в первый раз, судя по всему. Очень неудачное он выбрал время, чтобы это обсудить. – Мои шрамы не связаны с работой, они появились раньше, – я прямо посмотрела ему в глаза. Собственно, а почему я должна этого стыдиться? Я ни в чем не виновата. – Прости, я не хотел, – Сергей взял меня за руку. – Я говорил, что понимаю, как тебе важна работа, без всяких но. Дело ведь еще и в магии, верно? Сложно развивать Порядок без чего-то такого? – Верно, – кивнула я, слегка успокаиваясь. – Ты поэтому не захотел принимать первостихию? – Частично. Не хотел, чтобы она диктовала мне, что делать и как развиваться. Я буду скучать, – он притянул меня к себе и запечатлел на губах страстный поцелуй. За оставшиеся до моего отлета полтора дня мы встречались еще дважды – сходили в какое-то модное кафе на набережной, а во второй раз просто решили отдохнуть у меня дома, заказать суши и посмотреть какой-то фильм. До кино дело так и не дошло. И больше ни на какие щекотливые темы не говорили, просто наслаждались друг другом, старались не расстраиваться, хотя я уже заранее скучала. Что можно сказать про перелет? В этот раз все шло по плану, не было никакого цейтнота, но и определенности тоже не было. В Священной Римской Империи все шло наперекосяк, потому, что мы очень спешили, но хотя бы примерно понимали, что и зачем мы делаем, тут же именно плана дальнейших действий как такого не было. Да, я утром приехала в аэропорт на такси. Ну а почему бы нет, я же ехала из дома, а свою машину на парковке не хотелось оставлять. Все документы у меня были в порядке, хоть и ехала я не под своим именем, но по документам сотрудника нашей службы по внешним расследованиям. Было у нас такое подразделение, именем которого прикрывались все, кому не лень. На самом деле, оно занималось только сбором подозрительных или неоднозначных случаев магических преступлений по всему миру, которые могли потребовать внимания нашей службы и нашей страны. А если это внимание к делу все же привлекалось, то потом его передавали для разработки в другие подразделения. Работали там простые клерки, даже часто не маги, но очень уж удобное у них название. И ни о чем, по сути, не говорящее. В общем, у меня были вполне себе легальные документы, я их использовала уже пару раз и за ними не водилось никаких незаконных действий и косяков. Самое то, чтобы сотрудничать с иностранными правительствами. Прямой перелет до столицы Сиама Аюттхаи занимал одиннадцать часов, поэтому у меня было время отдохнуть, хорошо выспаться и даже подкрепиться. Летела я первым классом – контора расщедрилась. К сожалению, не удалось поработать, потому что рядом сидел очень любопытный и говорливый сосед, а из всех рабочих дел в самолете я могла только читать секретные документы. Так что пришлось обойтись мануалом по новой системе компьютерной безопасности. Хотя, в целом, чтиво было очень интересное, местами даже захватывающее. Я уже для себя раздумывала, как эти знания можно применить на практике. В смысле, вскрыть и обратить себе на пользу. Все ради дела, разумеется! Сиам встретил меня оглушающей жарой. Было уже начало одиннадцатого вечера, но на улице под тридцать и довольно влажно. Хорошо, я догадалась переодеться еще в аэропорту, иначе сварилась бы сейчас в куртке и осенних ботинках, как некоторые мои сограждане. Так что на контроль я пришла во всеоружии и совершенно не удивилась, когда пограничники попросили меня пройти в отдельную комнату для опроса, как они выразились. Я же не с туристическими целями ехала, так что нормально, что со мной хотят поговорить. Есть, конечно, маленькая вероятность, что Священная Римская Империя так обиделась, что решила меня ловить по всему миру. Но вообще-то мы это отслеживали и римляне вроде бы мои фотки на всех окрестных заборах не расклеивали. Хотя, конечно, могли передать частным порядком. Ладно, посмотрим, что будет дальше. Если придется прорываться, то отсюда мне будет уйти в разы сложнее. Но я все же думаю, что обойдется. Надеюсь.