Глава двадцать вторая

Лорлиона ошарашенно уставилась на Ноала. Она не ослышалась?

— Я сплю?

Он тихонько засмеялся.

— Нет, милая, — легко коснувшись ее щеки, он провел большим пальцем по нижней губе, после чего мимолетно поцеловал ее. — Я, Ноал Маланидор Дестеэль Таранес Аераос Кейнаттильский, киос Ионтона, люблю тебя, Лорлиона Готрун.

— Я сплю, — зачарованно уверилась Лори и ущипнула себя за руку, после чего непонимающе сморщилась от боли.

А Ноал улыбался, расслабленно подперев голову рукой и смотря на нее влюбленными глазами.

И ведь Лори прямо кожей ощущала, что киос говорит… правду!

Но разве это возможно?

Киос влюбился в нее?!

— Я… — Лори протянула руку и погладила его по щеке, а Ноал, поймав ее ладошку, поцеловал. — Я тоже люблю тебя, Ноал.

Синие глаза на миг расширились, будто не веря тому, что услышал их обладатель, после чего на несколько секунд закрылись.

А когда демон открыл глаза, он покачал головой:

— Никогда не думал, что всего пять слов могут сделать меня счастливым, — и он двинулся вперед, чтобы заключить ее в объятья и снова поцеловать.

Лори ощутила, как потерявшее силу естество снова начинает наливаться кровью, упираясь ей в живот.

И осмелилась опустить руку, чтобы сжать древко.

Ноал прервал поцелуй и пораженно опустил взор.

— Сладкая моя, — его ствол утолщился еще больше, позволяя ей в полной мере ощутить гамму чувств от сжимания готового к действию орудия.

А Лорлиона двинула рукой, проводя по бархатной коже пальчиками и поражаясь, насколько нежная у него кожа.

— Лори, если ты не прекратишь, этой ночью мы так и не доберемся до моря.

Лорлиона хитро прищурилась и сжала ладонь, отчего Ноал с шумом выдохнул.

— Чертовка!

Одним плавным движением он погреб ее под себя, впиваясь в губы поцелуем.

— Вздумала поиграть? — его рука скользнула вниз, к влажным складкам. — Я тебе покажу, что с демонами шутки плохи…

***

Лорлиона конечно слышала, что Ноал — опытный и умелый любовник, но чтобы знать столько интересных поз…

Кажется, за эту ночь они перепробовали все возможное и невозможное, прерываясь лишь на недолгое восстановление сил и наливая в бокалы, которые чудом оставались стоять в корзине, а не разбились из-за их страсти, когда Лори случайно задела ногой эту самую корзину в сладостном порыве, прекрасный адонорд.

Это была сказка.

Самая настоящая сказка!

Черное небо, усеянное яркими, словно маленькие бриллианты, звездами, шум волн, шелест пальм и теплый ветер, который должен был остужать разгоряченные тела.

Самый восхитительный день. Самая волшебная ночь.

И незабываемое утро.

Когда они, встретив рассвет в переплетении истощенных тел, откинулись на мягкое покрытие пледа, Ноал, заботливо укрыв ее свободным концом покрывала, подхватил на руки, и, как был обнажен, так и пошел вглубь леса, отправляясь к обнаруженному ранее домику.

Лори пребывала в такой неге, что даже не задумалась о том, что, возможно, босиком демону идти по тропическому лесу будет не удобно, и, более того, опасно, прикрыла глаза, откидывая голову на его грудь.

Ноал — высший демон. Ему все ни по чем. Он может все.

Ее Ноал.