Глава 7

С Алисой мы прощались на конюшне сразу после того, как подруга отвлекла конюха, и мы остались ненадолго предоставлены сами себе.

Меня никто не видел. Я прошла через заднюю дверь и теперь поспешно седлала Грома, приторачивая к седлу сумку с вещами и деньгами. Коня предстояло отпустить, но не скоро. Я намеревалась проехать на нем до развилки, где проходят дилижансы. Но не здесь, не в окрестностях владений Селми. А дальше, за лесным поселком землекопов. Так будет больше шансов, что никто меня не увидит и не узнает.

— Олив, — Алиса порывисто обняла меня, словно пытаясь удержать. Я в ответ прижалась щекой к ее щеке, затем поцеловала леди Манлей и взлетела в седло, усевшись по-мужски, как мне давно хотелось.

— Какая ты все же отчаянная и бесстрашная! — шепнула Алиса, вцепившись рукой в стремя.

Знала бы она как я трусила в тот миг. И уж точно самой себе не казалась ни отчаянной, ни тем более, бесстрашной. Хотела забыть обо всем и вернуться домой. В свою спальню, к людям, которых знала, к стенам, за которыми чувствовала себя защищенной, как никогда. К своему привычному мирку, где не было места мечтам. Но я позволила слабости завладеть собой лишь на минуту, на короткое мгновение, после которого наклонилась к Алисе и поцеловала ее в щеку, когда подруга приподнялась на носочки.

— Спасибо тебе за все! — шепнула я.

— Ты же найдешь способ сообщить о себе? — спросила леди Манлей осторожно. — Хотя бы весточку, чтобы я знала — с тобой все в порядке.

— Не сразу, но сообщу, — пообещала я. — Сама понимаешь, не хочу, чтобы отчим меня отыскал.

Она кивнула, а я села прямо, крепко держа в пальцах поводья.

— Я передам письмо леди Селми завтра, — пообещала подруга.

— Надеюсь, тебе не достанется за мой побег! — испугалась я. Наверное, запоздало. Стоило сразу понять, что Алису накажут, когда поймут, что она помогла мне сбежать. И вряд ли письмо, в котором я брала всю вину на себя, сильно поможет.

— Никто мне ничего не сделает, — пошутила она. — Ну посижу недельку дома без прогулок и пирожных. Мои родители все поймут. Я объясню матери причину твоего побега.

— Прости за беспокойство, которое причинила и за то, что подвела тебя, — попросила я.

Она улыбнулась и покачала головой.

Моя лучшая подруга. Та, которая никогда не предаст. Возможно, единственный человек, на которого я могла положиться в своей жизни. Ближе чем мать. Дороже, чем родной брат.

— Я напишу тебе, — пообещала я и направила Грома к выезду с конюшни.

— Буду ждать! — вскинув руку, Алиса помахала мне вослед, а я, обернувшись, заметила, как блестят ее глаза, и сама была готова расплакаться в этот миг. Затем ударила пятками в покатые бока скакуна и вырвалась на волю, чувствуя, как свежий ветер свободы ударил в лицо.

Прежде я уже бывала за лесом. Сразу за спящим поселком, который я объехала по широкому лесному тракту, лес расступался и впереди, на многие мили, если не считать крошечные островки деревьев, темными силуэтами, разбавлявшими вересковые пустоши. Поля с еще не увядшим вереском тянулись насколько хватало глаз. И в свете луны, глядевшей на мир с чистого неба, они казались мне залитым золотом морем.

Гром нес меня бесстрашно. Впрочем, я и сама почти не боялась. Места у нас были спокойные. Ни разбойников, ни волков, а нежить давно успокоили королевские некроманты, еще много лет назад. Так что переживать было особо не о чем. Я ехала вперед, чувствуя, как сердце томиться в ожидании чего-то нового и невозможного. В мужской одежде было намного удобнее держаться в седле. Но я все равно чувствовала определенную неловкость, сама себе казалась чужой в этой одежде и с короткими волосами, пряди которых выбивались из-под старой шляпы, прихваченной для путешествия с все того же чердака.

Вот лес остался позади. Я доехала до указателя, прибитого на столбу на краю развилки. Здесь обычно и забирали путников проезжие дилижансы, направлявшиеся в столицу. Да, от поместья далековато, но выбирать не приходится. Простой люд добирался именно так, не иначе. У господ, таких, как моя семья и семьи подобные Манлеям, были свои экипажи и в услугах перевозчиков они не нуждались. А я теперь превратилась из благородной леди в отпрыска семьи рабочих и крестьян. Лошадь мне тоже не полагалась, а потому именно здесь мне предстояло проститься с Громом. Я спешилась, стащив со спины верного жеребца скромную поклажу и погладив его могучую шею, произнесла:

— А теперь беги домой, Гром.

Жеребец был умный, но он колебался, стоя рядом со мной и явно не понимая, почему я остаюсь, а ему велю уходить. И все же, с третьего раза он сдался. Фыркнул, выражая недовольство, посмотрел на меня умными карими глазами, а потом побежал прочь, точно в обратном направлении. И я не сомневалась, что жеребец вернется в поместье, в родную конюшню, где его утром найдут слуги, а следовательно, поспешат к Манлеям, чтобы разобраться, почему конь вернулся назад без своей хозяйки.

«Мама будет переживать!» — подумала я и вздохнула, глядя, как Гром переходит в галоп и исчезает, растворившись в темноте на фоне леса. А скоро и топот копыт затих, а я осталась одна стоять у столба и надеясь, что дилижансы не изменили кардинально свое расписание. Помнится мне, наш лакей, мистер Стентон, не так давно упоминал в разговоре с горничными, что намерен отправиться в столицу на свадьбу друга ночным дилижансом, который проходит ровно в полночь мимо развилки у вересковых пустошах. А мои маленькие часики, с которыми я не смогла расстаться, показывали уже половину одиннадцатого. Значит, скоро прибудет карета и я отправлюсь в свое путешествие.

В кармане старого камзола пылилось несколько монет. Простых, медных. И одна серебром, на всякий случай. Я ведь понятия не имела, сколько может стоить проезд.

Конечно я немного рисковала. Дилижанс мог сменить расписание и теперь проезжать мимо ранним утром, или вечером, что было бы еще хуже. Но расспросы о подобном могли выдать меня с головой и оставалось только надеяться, что удача, призванная на мою голову Алисой, меня не подведет.

Я пристроила вещи в холщовой сумке под столбом и присела, приготовившись ждать. К моему удивлению и радости, дилижанс явился раньше назначенного срока. Меня заметили издали, да еще бы и не заметить, если я, вскочив на ноги и подхватив сумку перегородила дорогу экипажу, ехавшему достаточно споро по ухабистой дороге.

Кучер натянул поводья, остановив четверку быстроногих лошадей, а я проворно отскочила в сторону, едва не попав под их копыта.

— Доброй ночи, сэр! — крикнула задорно, пытаясь имитировать голос мужчины, или молодого парня, кем и должна была предстать перед глазами возницы.

— С ума сошел, мальчишка! — рявкнул он. Мужчина, сидевший на козлах, был коренаст, бородат и недоволен.

— Прошу меня простить, — продолжила я, поправляя лямку сумки на плече. — Я боялся, что вы проедите мимо.

— Мог бы просто встать с краю и вытянуть руку, — буркнул недовольно возница. — Я бы заметил.

— А я в первый раз поеду на дилижансе, — не соврала я.

— И куда? — уточнил он.

— В столицу, поступать в Академию! — выпалила я.

Мужчина смерил меня быстрым взглядом, хмыкнул в бороду и назвал цену, после чего предложил мне или присоединиться к нему, или забраться в тесный салон экипажа. Я предпочла второй вариант. Хотелось немного подремать. А с козел я боялась ненароком свалиться, если усну.

Расплатившись, открыла дверцу и шмыгнула внутрь, в темноту, где меня встретили недовольные голоса спавших пассажиров. Как оказалось, я была не одна. Экипаж тронулся достаточно бодро, рывком и я, раскинув руки, полетела куда-то вперед, упав на мужскую широкую грудь. Меня поймали, а секунду спустя внутри экипажа вспыхнул магический огонек, осветивший салон и его пассажиров.

— Ой! — я попятилась назад и едва не села на колени к дородной даме с недовольным видом. Из-под ее капюшона торчал кружевной чепчик, а в руках женщина держала кожаный чемодан.

— Осторожнее, молодой человек! — прошипела она не хуже старой кошки, которой наступили на хвост.

— Извините, — я перевела взгляд на мужчину, на которого приземлилась и хотела было открыть рот для дальнейших извинений, как встретила его взгляд и оробела. Самую малость.

Мужчина был молод. Жгучий брюнет со светлыми глазами. Маг, не иначе, потому что именно в его руке и горело пламя, дававшее свет.

Лицо мужчины было очень красивым. Прямой ровный нос, твердый подбородок и улыбка, от которой стало немного теплее на душе.

— Я нечаянно, сэр! — проговорила я, сглотнув. Карета продолжала нестись, и я едва стояла, сгорбившись в тесном салоне с низким потолком.

— Садись рядом, — незнакомец подвинулся и уступил мне немного места между собой и еще одним джентльменом в котелке. Джентльмен спал и на наши толкания не обратил внимания. Запрокинув голову на спинку сидения, он посапывал и кажется, был не против нового соседа.

— Благодарю, — я на мгновение затаила дыхание, затем поерзала, устраиваясь поудобнее и положив свою сумку себе на колени.

— Молодой человек, может быть вы погасите этот свет, — продолжила недовольная дама. — Я пытаюсь немного вздремнуть, а ваш огонек бьет мне в глаза!

— Одну минуту, мадам, — мой сосед щелкнул пальцами и салон погрузился во тьму, а я отчего-то еще крепче вцепилась в сумку, чувствуя определенную неловкость в окружении совершенно незнакомых мне людей, трое из которых, два моих соседа и тот, что сидел напротив рядом с недовольной леди, были мужчинами. Карету подбрасывало на ухабах, трясло, и я только теперь пожалела о том, что не выбрала место рядом с возницей. По крайней мере, воздух снаружи был чистым, и никто не храпел, не сопел и не похрюкивал. Да и там мне не было бы так тесно. А здесь я сама себе казалась зажатой в тиски из мужских бедер. Так что, спустя полчаса я поняла, что ни о каком сне не может быть и речи. А вот раздражительная женщина, кажется, была иного мнения по этому поводу, потому что вскоре к посапыванию моего соседа присоединились рулады храпа, доносившиеся с ее места.

Я честно терпела сколько могла, а затем не выдержав, прыснула в кулак, вздрогнув всем телом.

— Не спится? — спросила темнота голосом молодого мага.

— А вам? — мне удалось сдержать рвущийся наружу смех, и я закашлялась, решив, что это будет более уместным, чем хохот.

Дама, к моей радости, не проснулась, а вот мужчина тихо спросил:

— Куда направляетесь, сэр?

Я вовремя вспомнила о том, кем являюсь сейчас в глазах этого человека, который явно был по-своему положению выше безродного мальчишки, роль которого я играла. А значит, он вполне имел право обращаться ко мне первым, не представляясь. Стоило запомнить, что я больше не леди Оливия, а мальчик по имени Оливер, который направляется в город, чтобы поступить в учебное заведение на факультет некромантии.

— В столицу, — буркнула я, немного недовольная любопытством незнакомца. К тому же, мне казалось, он должен был услышать наш короткий диалог с возницей, если конечно, к тому времени не спал. Но, возможно, мужчина задал этот вопрос из простой вежливости.

— Значит, учиться, — проговорил мужчина.

У него оказался удивительно четкий и приятный голос с нотками бархата. Такими голосами можно укутать, словно бархатным одеялом. В них тепло и уютно. Обманчивое впечатление. Но голосу и его обладателю хотелось верить.

— Да. Надеюсь поступить, — отозвалась я, понимая, что не стоит сильно откровенничать. Хватит и того, что я разболтала всем про Академию, позабыв на радостях, что уже завтра меня станут искать. И что тот же возница, при удачном стечении обстоятельств, для моей родни, конечно, не для меня, может выболтать про мальчика, ехавшего в его экипаже от перекрестка вересковой пущи до города.

— У вас дар? — уточнил незнакомец.

«Значит, слышал меня, — догадалась я. — Иначе спросил бы, не еду ли я устраиваться подмастерьем или учеником к кому-то из мастеров».

— Надеюсь, сэр, — как можно почтительнее ответила я.

Карета снова попала в ухаб колесом. Нас всех подбросило, и я снова упала на своего собеседника. Мужчина поймал. Крепкие руки ухватили меня, удержав от падения. А вот храпевшая леди съехала на пол и тут же возмущенно крякнула.

— Свет, мадам? — почтительно проговорил маг и салон вновь озарился вспыхнувшим на ладони мужчины огоньком.

Леди сидела на полу между сидениями и гневно сверкала глазами на своих спутников. Ей помогли подняться и сесть на место, но благодарности никто не услышал.

— Свет погасите! — довольно резко буркнула она и миг снова погрузился в тишину и, на этот раз никто не заговорил со мной. Я постаралась уснуть. Закрыла глаза и откинулась назад, чувствуя бедром и плечом присутствие мужчин. Вот только поспать не удалось. Буквально через час экипаж остановился, и неприятная леди покинула нас вместе со своим кожаным чемоданом и проснувшимся мужчиной, по всей видимости бывшим ее супругом или родственником. Так как она вполне нахально его растолкала и потребовала подать руку, когда покидала салон. Зато после их ухода можно было вздохнуть свободно. Места стало больше. Перевозчик не взял новых пассажиров, и я перебралась на место, где прежде сидела леди. Уже там, вдохнув с облегчением.

Мы продолжили свой путь. Я задремала, убаюканная качкой. Дорога дальше пошла относительно спокойная. Прижимая к груди сумку, я то проваливалась в сон, то выныривала из него, ошарашено вглядываясь в темноту и порой не понимая, где нахожусь. За окном мелькали деревья. Мы снова ехали по лесу, оставив вересковые пустоши позади. И в этой темноте, разбитой лишь фонарями, прикрепленными на крыше экипажа, было что-то неприятное. Да и сами места шли незнакомые. Так далеко мы с Алисой и сопровождением никогда не забирались от дома. Мои спутники спали. Крепко или нет, не знаю. Но теперь, к общей радости, полагаю, никто не храпел и в салоне царила почти полная тишина.

Я снова провалилась в беспокойную дрему. Не знаю, сколько прошло времени, но внезапно сон был нарушен. Экипаж остановился неожиданно и резко. Вцепившись с сумку я с трудом удержалась на своем месте, едва не повторив полет леди пятой точкой на пол. Испуганно открыв глаза, заозиралась, когда слуха коснулся чей-то крик.

— Выходите, — голос принадлежал мужчине и раздавался снаружи. Мои спутники внутри салона зашевелились. На миг показалось, что я увидела, как у мага вспыхнули глаза. Но длилось это всего секунду и, возможно, было просто моим разыгравшимся воображением.

— Кто это? — прошептала я тихо.

— Э! Господа, что происходит… — голос кучера оборвался на половине фразы. Лошади заржали, кто-то тяжело то ли спрыгнул, то ли упал на землю, а крик повторился.

— Ну же, господа, выходите! — в голосе отчетливо прозвучала злая насмешка. — Или вы ждете, что мы лично придем за каждым из вас?

Я посмотрела в темноту, где сидели мои спутники. Маг и еще один незнакомый мужчина. Горло сжала рука липкого страха и я поняла, что удача, которую мне так отчаянно желала Алиса, кажется, решила показать мне свою филейную часть.

— Это грабители? — прошептала я.

— Как не вовремя, — из голоса мага исчезли бархатные нотки. Теперь в нем зазвучала сталь. И я внезапно поняла, что не знаю, кого теперь опасаюсь больше. Этого незнакомца, или тех, кого еще не видела за пределами салона. Впрочем, незнакомец мне не угрожал. Только было что-то в его голосе, отчего коленки пошли в пляс, а в горле образовался ком. Что-то, что сразу сказало мне — этот мужчина не прост. Ох, как не прост и я не завидую тем, кто встанет на его пути.

— Что нам делать? — спросил второй мужчина из темноты.

— Вы остаетесь здесь и лучше пригнитесь пониже, а я выйду и посмотрю, кому не спится по ночам, — проговорил маг и распахнув дверцу экипажа, вышел наружу, впуская в салон свежее дыхание ночи.