18

Светлана

— Мам, мам, но они обижали Сонна. А он слабый. И не может ответить. У него же одна нога… — малыш наморщил лоб, — трунсфурмир-р-ованная.

Одной рукой я удерживала сына, чтоб не сбежал кого-нибудь героически спасать, а во второй сжимала сумку. Мы обошли все ближайшие лавки, но штор нужного оливкового оттенка так и не нашли. Придется убеждать нейну Ларо, что мышиный цвет сейчас в моде и вообще столичные драконицы им буквально бредят. Или пусть соглашается на банальный болотный.

Разве есть разница, какого цвета занавески в пансионе, в котором никогда никто не останавливается? Ну если не считать всяческих мимопроходящих, мимопроезжающих и мимопролетающих личностей, которым все равно?

Ох, за что мне все эти хлопоты? Я с тоской взглянула на гору Суми. Она была прекрасно видна изо всех точек нашего маленького города, а венчала ее великолепная академия Сумрака.

Моя мечта, моя одержимость. Средоточие так жизненно необходимой информации.

Со знаниями и дипломом я смогу увезти Алешку из этого места. И, наконец, узнаю, способен ли мой сын переместиться в не магический мир и прожить там полноценную, нормальную жизнь. Как обыкновенный человек, а не какой-нибудь пафосный псих с маниакальными замашками, длинными волосами и манией величия. По моим скромным наблюдениям, большинство местных магов были именно такими. И в первую очередь Алешкин собственный родной отец. Чтобы ему икалось.

— Алешка, зайдем в кондитерскую, выпьем какао? — предложила я, чтобы отвлечь сына от супергеройских порывов.

Он поднял ко мне круглую мордашку, на которой светились ледяные глаза. Своеобразные такие, доставшиеся малышу от его ужасного папаши.

— А ты расскажешь мне про Снежное царство?

— Я сто раз рассказывала.

— Когда вырасту буду пути… шествовать.

Малыш еще плохо произносил длинные слова и я начала задумываться о том, чтобы отдать его в школу. Но боялась неудобных расспросов. Ведь начнут интересоваться, кто отец, какой магией он обладает? А откуда мне знать, какой магией обладает Ассул? Темной какой-то. Мертвецов вроде поднимает и вообще островитянин. Но к этим несчастным в Чабире так плохо относились, что у меня язык не поворачивался кому-нибудь о происхождении сына рассказать. Да и магия самого Алешки была не из безобидных и демонстрировать ее всем и каждому тоже явно не стоило.

Так что эту проблему еще предстояло решать.

Погода выдалась на редкость погожая, светило зимнее солнце и немного пройтись оказалось даже приятно. А в кофейне нас ждало тепло и аромат выпечки.

Когда девушка в кокетливом фартуке принесла две чашки горячего какао и пирожное для Алешки, я внимательно на него посмотрела и сказала:

— Алан…

— Не называй меня так, — надулся он. — Мне нравится мое настоящее имя.

— Твое настоящее имя наш секрет, малыш. Не упрямься. Ты Алан, а я Солар Нерро. Мы приехали из Снежного царства, твой папа лесоруб и погиб во время несчастного случая.

Я снова повторила сыну нашу легенду, потому что он постоянно ее «забывал». Алешке хотелось быть отпрыском сильного мага аристократа. И откуда в нем это… Хотя, о чем я. Понятно, откуда.

— Ты не должен показывать соседям свою магию. Никто не должен знать, что ты островитянин, ясно? — последние слова я прошептала тихо-тихо, низко склонившись к сыну.

— Но те парни обижают Сонна.

— Сонн взрослый, он сам за себя постоит.

— Мам, но это же несправедливо! — Алешка нахмурился, и его светлые глаза потемнели.

— Пей какао, остынет.

Мы посидели в кондитерской еще немного. Я вполголоса рассказывала Алешке упрощенную и приглаженную историю моего попаданства и мытарств в снежном лесу.

Про генерала Ассула я говорила осторожно. Петь хвалебные оды гаду, который натравил на меня Снежного (даже награду за меня назначили) не хотелось, но и совсем ругать тоже не получалось. Поэтому я вывела его этаким рыцарем печального, чтоб его, образа, который спас деву в беде (хаха) и благородно на ней женился. А потом благородно сгинул, попав в плен к врагам.

— Когда я вырасту, я отправлюсь туда, освобожу папу и убью Снежного короля, — серьезно заявил сын.

— Да папаша твой наверняка сам давно сбежал, — усмехнулась я.

— И ищет нас? — светлые глаза Алешки заблестели, а я представила, как награждаю Ассула мощным ударом кулака прямо в мужественную челюсть.

— А то, — протянула я, и снова понадеялась, что малыш когда-нибудь поймет правду и сам забудет этого идиота.

Мы вышли на улицу и медленно пошли к пансиону.

— Я уже подала документы в академию. Когда получу диплом, мы сможем уехать отсюда. Планирую обратиться к одному человеку в Кабрии, но туда надо еще попасть. А я не умею проходить сквозь Сумрак.

«Поезда туда не ходят», — в голове прозвучала фраза из прошлого и стало как-то особенно горько. Потому что я этого придурка иногда ощущала. Бывшего мужа, который кабрийский маг, вот забыла, а этого помнила.

Ну что же — хоть жив и явно где-то весело приключается. Главное, от нас подальше.

Я мотнула головой, прогоняя наваждение, и провела ладонью по шелковистым светлым волосам сына.

В первое время я даже не думала об академии. Опасалась, что опытные маги разглядят поглощенные мною силы и… и как-то меня накажут. Объявят хищной тварью или еще как-нибудь извратятся. Но потом так случилось, что я познакомилась с несколькими магами из академии и никто из них не распознал моих сил. Даже герцог Асон, известнейший артефактор.

Впрочем, ведьма, — та самая из жуткого кокона — говорила, что я легко могу выдать силы арбалета за свои собственные и никто ничего не поймет. Мол, Ассул догадался просто потому, что сопоставил факты.

В общем у меня появилась надежда. И еще я чудесным образом не старела. Семь лет прошло, а выглядела я все еще на двадцать с хвостиком.

— Маам, я не хочу в этот твой мир.

— Тебе там понравится, малыш. Пойдешь в школу, заведешь новых друзей, будешь смотреть мультики и играть в компьютерные игры. Нет, лучше в футбол. Или в хоккей.

Алешка понурил голову и скривился.

— Я стану могу… могущественным магом. И буду служить Весенней императрице.

Он хитро улыбнулся и протянул вперед сложенные лодочкой ладошки.

О, нет! За что? Там у него сидела маленькая бабочка. Черная.

— Что это за пакость? Выкинь, — разозлилась я, а тревожное подозрение начало оформляться в очень неприятную уверенность.

— Она недавно превратилась в бабочку. Раньше была гусеницей. А до того куколкой и жила в коконе. В шкафу.

— Алан, — я постаралась придать голосу твердости. — Выкинь гадость.

— Я не могу. Она со мной разговаривает. Она разумная.

Алешка сам не знал, что это за тварюшка, поселившаяся у него в шкафу. Бабочка с ним общалась на неизвестном ему языке, но малыш рассчитывал вскоре все о ней выяснить.

— Я учу новый язык. А Лала мне помогает.

Угу, и имя этому монстру уже придумал.

Затем сынуля выдал мне несколько предложений, сдобренных характерными гортанными звуками. Слова он немного коверкал, но я все равно поняла. Наследник рода Ассулов. Бронзовые острова.

Благодаря кольцу с розовым алмазом я освоила и островной язык и межсумеречный, принятый в Снежном царстве и в Чабире. Поначалу разговаривала с небольшим акцентом, но потом он сошел на нет.

— Никому ее не показывай, — попросила я. Было кристально ясно, чье это мерзкое наследие.

Только вот, что это такое? Семейный дух хранитель? Боевой магический зверь? Какой-то подселенец?!

Нет, лучше не думать.

— Она стреляет нитями? — все-таки спросила я Алешку.

— Откуда ты знаешь, мам? — лицо сына приняло такое восторженное выражение, что я сразу же попыталась умерить его пыл.

— Предположила. Впервые вижу такое... чудо. Но, выходит, это не совсем бабочка, а бабочко-монстр или монстро-бабочка.

Малыш засмеялся и спрятал жуткую тварь в карман. А я попыталась выкинуть из головы прекрасные воспоминания о том, как выковыривала ведьму из вязких и плотных нитей.

Но лучше бы ее там оставила, право слово.

Мы прошли небольшой центр и углубились в наш тихий квартал. В принципе в Синей Сойке мне нравилось, но здесь имелись и свои нюансы. Например, сильная концентрация тьмы и соседство Сумрака, который вблизи Чабира волновался и считался отравленным. Чем именно он был отравлен никто точно не знал. Равно, как и чьими стараниями это отравление случилось. А может, маги не желали разглашать секретную информацию. Тем не менее город пользовался плохой репутацией. А периодические наползания ядовитого тумана и прочей пакости эту репутацию ничуть не улучшали. Скорее, наоборот.

Поэтому мэр города и местный владетель придумали хитрый ход – любому желающему поселиться в Синей Сойке на постоянной основе выделялось содержание и жилье.

Вот так я сюда и попала. Ну если пропустить промежуточные очень опасные и зажигательные приключения, которые мне пришлось пережить во время бегства из Снежного царства.

— Ты обещаешь вести себя хорошо, Алан? – спросила я сына.

— Мы с Лалой будем сидеть тихо, — сдался он и печально вздохнул.

Но у дома нас ждал сюрприз. Герцог Асон остановил коня прямо у пансиона Ларо. Впереди него в седле сидела миниатюрная девушка в меховой накидке.

Герцог, завидев меня, широко улыбнулся и приветственно склонил голову.