Глава 22

— А кто такой дерзкий попросил тебя передать письмо лорду Эарделю? — спросила Сенора.

Ее настороженность забавляла. Она вела себя так, словно это был ее личный профессор, к которому вдруг начали набиваться в ученики другие девицы. Я знала, что Сенора трепетно относилась к каждому эльфу, но в случае с Эарделем ее поведение казалось странным.

— Ты с ним знакома? — в лоб спросила я. — С профессором. Вы из одного мира?

— Да, — важно кивнула Сенора. — Только жили в разных королевствах. Он темный, я светлая. У нас могло бы быть много разногласий, но в Аду не до таких мелочей.

— Наверное, ты права.

Я вспомнила, каким неприязненным взглядом одаривал эльфийку профессор, когда та на паре случайно задевала его руку. Пожалуй, какие-то предрассудки у лорда Эарделя остались, но расстраивать Сенору я не стала.

— Я ее знаю? — спросила эльфийка, вышагивая со мной по полупустому коридору.

Случайно встреченные старшекурсники косо смотрели на нашу парочку. Утонченная эльфийка с кипенно-белыми волосами и прекрасными большими глазами. Скромная девчонка с холщовой сумкой, полной книг, в странных широких штанах и простоватой бежевой блузке. Мы никак не могли дружить. Сенора и близко не подпускала к себе тех, чьи вкусы резко отличались от ее. И все же что-то ей от меня было нужно, раз она терпеливо шагала за мной.

— Нет, — решила все же ответить я. — Это был парень.

— Профессор Эардель не по этой части, — фыркнула Сенора.

— Откуда ты знаешь? На попку Эрниеля он заглядывался.

— Потому что у него на штанах было пятно от твоего зелья!

— Или потому что он не пропускал ни дня в зале и отрастил себе аппетитные… Кхм. Булки.

Сенора снова фыркнула. Эта ее привычка несказанно бесила. Она то сдувала с лица выбившуюся прядь, то надувала губы и резко выдыхала, издавая звуки породистой лошадки. Добавьте к этому вытянутое узкое лицо и огромные глаза. Нет, эльфийка была красивой, но эта ее манера фыркать все портила.

А еще высокомерие. И попытки унизить всех, кто учился с ней в группе. И умение шевелить ушами. Тонкий голосочек тоже входил в список минусов.

Ладно, лично мне Сенора не нравилась, но тот же Нереус всегда провожал ее взглядом.

— Может, ты передашь кое-что и от меня? — попросила эльфийка.

Я споткнулась о собственную ногу и чуть не полетела кубарем вниз. Мне лишь чудом удалось сохранить равновесие и не поцеловать ковер. Не поймите меня неправильно, это красное произведение искусства с полезным узором и бахромой впечатляло. Будь оно человеком, я облобызала бы его кисточки. Однако ковер топтали сотни студентов, и прислоняться к его не слишком мягкому ворсу лицом не хотелось. Тем более с размаха.

— С ума сошла? — воскликнула я, перепугав половину Академии.

— Просто передай, как сделала сегодня, — пожала плечами Сенора.

— Я чуть без головы не осталась! Он бы мне ее открутил, если бы сама не ударилась об стол.

— Почему ты помогаешь какому-то другому адепту, но отказываешь мне? Чем я хуже? — надулась Сенора.

Нет, она обиделась! Эта бледная поганка с манией величия действительно не поняла, почему я не спешу оказать ей такую простую услугу. Она каждое утро отпускает в нашу с Джесс сторону ехидные комментарии, величая нас жалкими оборвышами, рыжими и неудачницами, а все равно не понимает, почему ей отказали. Я решила, что это розыгрыш, но в глазах эльфийки действительно застыли слезы.

— Ты меня голодранкой обозвала, — напомнила я.

— И что? — удивилась Сенора. — Это же правда. На такое нельзя обижаться.

Я подвисла. За шуточки в свою сторону, даже самые безобидные, Сенора мстила с завидной регулярностью. Так что это нельзя списать просто на грубую манеру общения. Похоже, она действительно считала меня и Джесс людьми второго сорта, поэтому подобное отношение казалось ей само собой разумеющимся.

— Ты тоже голодранка. Мы все попали сюда практически без вещей.

— Но я принцесса! — возмутилась Сенора. — Не наследная, но все же. А вы самые обычные девки из народа.

— Знаешь, — улыбнулась я, — теперь понятно, почему в моем мире большую часть монархов казнили вместе с семьей. Это, конечно, ужасно, но если они вели себя, как ты, революционеров можно понять.

— Ты чудовище.

— Не хуже тебя. Я хотя бы других по достатку не сужу.

— И как же мне их оценивать? — скривилась Сенора. — Как ты понимаешь, кто достоин с тобой общаться, а кто нет? Собираешь весь мусор?

— Все достойны, — ответила я. — Пока не докажут обратного.

— И тот адепт был из числа достойных?

— Это был демон, — призналась я. — Мы встретились с ним за стенами Академии. Прямо в городе, куда я попала.

Глаза Сеноры округлились. Она испуганно прижала ладошку ко рту, словно боялась, что не сдержит вскрика. Я быстро оглянулась, проверяя, что никто не прислушивается к нашему разговору. Пришлось ухватить Сенору под локоток и увести в одну из ниш за статуей.

— Слушай, не делай такие глаза, — прошипела я. — Он был нормальным.

— Нам же запрещено контактировать с демонами за пределами Авоншира!

— Я этого не знала. Это был всего лишь парнишка, самый обычный.

— Не гуманист? — подозрительно прищурилась Сенора.

— Нет, — соврала я. — Он единственный, кто нормально ко мне отнесся. Ему очень хотелось передать послание эльфу.

— Почему тогда отдала конверт не мне? — с недовольством произнесла Сенора.

Она вырвала свою руку из моей и смерила меня презрительным взглядом. Я поняла, что лучше скрыть от нее правду, иначе и у меня, и у профессора будут проблемы. Сенора уже узнала слишком много.

— Я решила, что профессору будет любопытно, — выкрутилась я. — Он же ученый. Ему нравится изучать всякое.

— Травы, а не письмена демонских выродков.

Грубость Сеноры меня бесила все больше. Эльфийка будто не понимала, что ее слова могут быть обидными или жестокими. Для себя я придумала небольшую оправдательную легенду. Маленькой принцессе все прощали и скрывали от нее, насколько обидными бывают такие фразочки. Вот она и выросла хамкой, сама того не понимая. Успокоившись, я продолжила:

— Обещай, что никому ничего не скажешь.

— Вот еще!

— Думаю, профессор Кестрел Эардель был бы тебе благодарен, — рискнула добавить я. — Это так благородно, хранить его секрет.

— Твой.

— Ну и если ты расскажешь о случившемся всей Академии, у меня будут проблемы. И у профессора. Он-то быстро поймет, кто его так подставил, и вряд ли будет тебя уважать после этого. У меня на родине говорят, что доносчику первый кнут.

— Варварство, — пробормотала Сенора. — Я подумаю, хочу ли тебя выгораживать. А ты взамен отнесешь мое письмо профессору. Только поклянись, что не станешь читать!

— Хорошо, — смирилась я. — Побуду твоим гонцом! Но только один раз, так что подумай хорошенько, что собираешься писать.

Сенора важно кивнула и выплыла в коридор, покачивая бедрами. Я подождала, пока она отойдет, и разочарованно сползла по стенке. Надо ж было так глупо выдать все тайны белобрысой аристократке! Теперь проблем не оберешься. И главная из них — как передать Кестрелу Эарделю второе письмо и не откинуться от счастья?