Глава 26

Я оцепенела. Горло сдавило спазмом, даже вскрикнуть не смогла. Стояла и смотрела на кровавый след, тянущийся по ковру в считанных метрах от меня. Одеревеневшей походкой я подошла к пересечению двух коридоров и осторожно выглянула за угол.

Узкая галерея тянулась на сотню метров вперед, уходя к оранжерее. Из огромных витражных окон падал тусклый свет луны, оттеняющий лица статуй, застывших на постаментах. Легкий ветерок колыхал гобелены в нишах. Я оглянулась. На том конце коридора было открыто окно, выходящее в парк. Я поежилась. Никого.

Следов на ковре не было, хотя я готова была поклясться, что там остались кровавые пятна. А те руки? Я их четко видела. Тонкие запястья, длинные пальцы с аккуратным маникюром, колечко с зеленым камешком. Не могла же я выдумать такие подробности?

— Йоль — зло, — вздохнула я и поплелась к выходу из Академии. — Хоть и вкусное, но все равно зло. Больше никакого йоля. На попойку с Гривуром буду таскать компот, и только.

Бормоча себе под нос всякую чушь, я вышла из стен Академии и побрела к общежитиям, кутаясь в легенький плащик. Осень здесь радовала теплом, вот только дождь портил всю малину. Утром и днем можно было шастать из общежития в корпус в одном свитере, но ночью от земли поднимался густой туман. От влажности спасал только плотный плащик, который я носила на всякий случай в сумке.

Однажды у меня из головы вылетело, что я оставила его сушиться в комнате, так что вечером пришлось возвращаться без него. За жалкие двадцать минут, что я топала из корпуса в общагу, весь свитер покрылся капельками воды. Каждый порыв ветра награждал меня ледяным прикосновением влажной шерсти к коже. Больше я плащ не забывала.

Ламии освещали мне дорогу, пуская по стволу радужные искорки. Яркости у них поубавилось, но и оставшегося света хватало, чтобы ориентироваться в клубах тумана.

Происшествие с руками не давало мне покоя. Я почти убедила себя, что это были лишь галлюцинации. И все же каждый треск ветки или шелест листвы пробуждал новую волну паники.

— Академия самое безопасное место в Аду, — сказала я себе. — Хватит трястись. Ты, вообще-то, начинающий маг. И уже знаешь десять способов похоронить врага. Осталось только договориться, чтобы он не сопротивлялся. Желательно, еще сам и ямку выкопал.

— Хороший настрой.

Я взвизгнула и отшатнулась в сторону ламии. Как по команде, деревья засияли ярче, и в парке появилась радужная иллюминация, как на аттракционах в выходные.

Стоящий у дорожки Аслан рассмеялся и похлопал в ладоши. Волосы липли к его голове, словно он только что вышел из душа. Или очень долго гулял в тумане.

— Почему так поздно? — спросил он, блеснув клыками. — Засиделась за учебниками? Хотя погоди-ка. — Аслан принюхался. — Нет, ты что-то отмечала. И празднование затянулось. Думал, ты ногу потянула, раз тебя так шатает, а во всем виновата демонская магическая настойка.

— Не ваше дело, — буркнула я.

— А чье же?

Аслан склонил голову, разглядывая мой измятый плащ и набитую книгами холщовую сумку, которая изрядно оттягивала плечо. Он шагнул вперед, и я испуганно прижалась к стволу ламии.

— Да брось, Мира. Мы же с тобой общались. Ты знаешь, я не желаю тебе зла.

— Знаю, — кивнула я. — Ведь иначе я пожелаю зла вам. Приворот к сортиру сделаю. На месяц.

— Ты не сможешь, — рассмеялся Аслан. — Вы этого еще не проходили.

— А я иду вперед программы.

До общаги оставалось всего пять минут ходьбы. Аслан перехватил меня уже на периферии, где заканчивался парк и начиналась жилая часть Академии. Я видела женский корпус за деревьями. В двухэтажке светились окна, хотя уже было два часа ночи, если не больше.

— Хватит, Мира, — вздохнул Аслан. — Я просто хочу проводить тебя до общаги.

— Не стоит утруждаться. Я и сама прекрасно справляюсь.

— Что тебе сказала Джесс?

— Парочку интересных фактов о тебе.

— Тогда ты знаешь, что я не опасен.

— Странно, — фыркнула я. — У меня вывод был противоположный.

Джессамин так толком и не объяснила, чем конкретно ей не нравился портной. Я допускала, что Аслан не так уж плох, раз ректор позволил ему жить на территории Академии. Однако определенные подозрения закрадывались. Не все расы дружелюбны. Не все маги честны.

Я вспомнила женские руки на ковре, медленно исчезающие за углом, рывок за рывком, будто тело тащили. А те темные пятна на алом ворсе?

— Уходи, — сказала я. — Сейчас же. Ночной парк не то место, где мне хотелось бы обсуждать наши взаимоотношения.

— Джесс тебя не пускает в лавку, — разозлился портной. — Я ничего не сделал, а ты смотришь на меня, как на какого-то насильника.

— Я зайду завтра, — решила я. — Только не утром, а в обед. Скажешь, что хотел.

Аслан нервно провел рукой по волосам, зачесывая их назад. На его лицо набежала тень сомнения. Он отступил на несколько шагов назад, и ламии тут же прекратили бешено сиять от магии. Я смотрела, как Аслан медленно погружается во тьму.

— Договорились, — сказал он. — Буду ждать. Приготовлю что-нибудь вкусное, раз уж ты обещала забежать в гости.

Аслан развернулся. Я смотрела ему в спину, пока он наконец не скрылся за деревьями. Странно. Аслан шел не по дороге, а прямо через парк. И исчез он в той стороне, где начиналась самая густая, лесистая часть. Что ему понадобилось здесь среди ночи?

Пожалуй, я не хотела знать ответ на этот вопрос. Убедившись, что рядом больше никого нет, я отлипла от ствола ламии и почти бегом направилась к общежитию. В листве плясали искорки, а бледные щупальца тумана растекались по мостовой.

Добравшись до двери подъезда, я оглянулась. У кромки парка замерла одинокая темная фигура. Поняв, что его заметили, он махнул мне рукой и скрылся за деревьями. Темнота помешала мне разглядеть, кто это был.