20

– Пожалуйста, Сир, скажи что ты пошутил, – попросила я вампира, прекрасно понимая, что такими вещами древний шутить не будет. – Я вообще-то немного по другим причинам к тебе приехала.

– Ты поговоришь с ней? – уточнил он в ответ, не сводя с меня пристального взгляда.

– А почему ты сам не можешь? – покачала я головой. – Или он сам? Логично же, раз она его спасение…

– Вики, я её страх чую даже здесь, хотя она находится в дальней спальне второго этажа, – признался Сир. – Она не будет слушать ни меня, ни Айварса. Конечно, в обычных условиях вампир сам объясняет всё своему спасению, но тут будет разумным немного подстраховаться и подготовить девушку. Например, я бы не хотел вспоминать, как моя истинная любовь в ужасе забывала дышать в нашу первую встречу. Не романтично, знаешь ли.

 – Действительно, что это я, – иронично протянула, прикрывая глаза.

Оставив Колясика с мышью дома, я приехала сюда не за тем, чтобы читать лекции о вампирах запуганным девушкам. Я приехала за помощью. Ну, и немного с целью предупредить Сира.

– Я сейчас поговорю с ней, – нарушила я повисшую между нами тишину. – Но, раз уж Марина теперь под вашей клыкастой защитой, подумай вот о чём. Её магазин сегодня сожгли. Тот, кто это сделал, воспользовался её наивностью и обманом вынудил выкупить несколько книг с магического аукциона. К слову, там ещё как-то замешан оборотень, в кармане которого была визитка Марины. Но я уже не уверена, что они с ним как-то связаны.

К этому выводу я пришла после разговора с демоницей. Если высшая лишь немного поиграла с волчицами, как она сама выразилась, то всё остальное – банальное стечение обстоятельств, что они так наслоились друг на друга.

Я даже не удивлюсь, если за книгами и убийством оборотня стоят разные личности с совершенно не связанными интересами. Вот только Сир сейчас был не очень способен говорить о чём либо, кроме Марины.

– Не переживай, Айварс разберётся со всем этим. Я ему помогу, если понадобится, – задумчиво ответил Сир. – Ещё что-то я должен знать?

– Да нет, – пожала я плечами, – разве что оборотень был найден мёртвым и обескровленным, и контора подозревает в этом тебя.

– Шутишь? – древний оскалил в улыбке клыки. – Я?

– Тут больше древних нет, – развела я руками, подмигивая ему. – Шея тоже была прокушена, кстати.

– Какая гадость, – продолжая улыбаться произнёс вампир. – Я многое делал за свою жизнь, но касаться губами мужских шей, к счастью, не приходилось.

– Я им так и сказала, – махнув рукой, я направилась в сторону коридора, оставляя Сира в кабинете одного. – Надеюсь, мой рассказ не напугает Марину ещё больше.

– И не затягивай, – чуть повысил древний голос, когда я взялась за дверную ручку. – Я чувствую приближение Айварса. Он уже в городе.

– Постараюсь, – буркнула себе под нос, поднимаясь по лестнице.

Спасение! Надо же… кто бы мог подумать!

Это прекрасно, конечно, но…

Идя по коридору, в котором вдоль стен стояла выставленная Сиром охрана, радоваться счастью одного из древних у меня не получалось.

Во-первых, очень сомнительно, что Айварс оставит Марину здесь. А она мне нужна будет. Как я без неё ковен свой соберу?

А, во-вторых, это усложняет всё расследование.

Мало мне высшей демоницы, судьба решила подкинуть ещё один подарок.

– Марина? Это Виктория, – громко произнесла я, постучав в нужную дверь. – Я могу войти?

– Виктория? – дверь тут же распахнулась, являя мне действительно сильно напуганную девушку. – Да! Да, да, конечно, проходи!

Выглянув в коридор и наткнувшись на обращённые на неё взгляды вампиров, Марина буквально отпрыгнула обратно в спальню.

– Они не причинят тебе вреда, – мягко постаралась я её успокоить, делая шаг в комнату и прикрывая за собой дверь. – Сир их выставил охранять тебя.

– Это вампиры, – прошептала Марина с такой интонацией, будто одно это определение должно всё объяснить.

– И что? – улыбнулась ей, найдя глазами небольшую софу и поспешила присесть. – Ты знаешь откуда вообще появились вампиры?

Перед тем как что-то ей объяснять, мне нужно было узнать, а что она сама знает. И вот тут меня ждала проблема.

– Конечно знаю. Они мертвецы, которым чтоб поддерживать жизненные силы нужно…

– Стоп, – перебила я её, поморщившись. – Уже не верно. А про появление первого вампира ты что-нибудь знаешь? – с надеждой спросила, но взгляд Марины был весь красноречив. – Понятно.

Плохо, что Марина не училась нигде по колдовскому профилю. Даже стажёрчик Павлик упоминал про спасение Сиру, значит учат их как надо! Что ж, придётся просвещать самой.

Немного помолчав, выстраивая в памяти всё, что я сама знала о вампирах, я начала рассказывать Марине основные моменты, начав с первого вампира.

Сложно сказать, когда именно это было, как шутит Сир – тогда люди жили плохо, дико и по своим законам. Так себе ориентир на года, но суть не в этом. Магия в нашем мире была всегда, как и ведьмы. И вот одна из них, спасая умирающего от хвори возлюбленного, решила его исцелить.

Возможно у неё всё бы и получилось, если бы не ужасное стечение обстоятельств. Сначала во время простенького обряда её любимый решает умереть, не дожидаясь конца ритуала. Ужасно? Очень. Но ведьма быстро сориентировалась, вбухнув все свои силы в возвращение души умершего обратно в тело… и от потери сил сама потеряла сознание. Казалось бы, хуже быть не может – а нет, может.

Душу запихнуть обратно она успела, а вот оживить само тело – нет. Этим самым она нарушила главный закон мироздания, сотворив создание не живое и не мёртвое. Живая душа, запертая в хладном теле (думаю, тут всем понятно, откуда в Аду появилась идея «выкидывать» лишних людей обратно?). Но хладные – это другое. Нас подпитывает адское пламя и души у нас нет. Зомби, грубо говоря.

А вот та ведьма совершила непростительную вещь, заперев чистую душу там, где ей больше было не место. Более того – тело было мертво. Мужчина мучился от невыносимой боли, пока его «спасительница» валялась рядом без сознания. Он не мог встать, он не мог сесть или перевернуться, он не мог даже вздохнуть или позвать на помощь – сердце его не билось. Но и умереть он не мог – магическую привязку просто так не оборвать. Так продолжалось несколько часов, пока горе-ведьма не пришла в себя и не поняла, что натворила. Вот только с исправлением всё пошло не так.

Она могла просто отпустить душу обратно, но вместо этого упорно пыталась оживить тело, навешивая на него заклинание за заклинанием, которые вместе связывались в проклятие.

– Какой кошмар, – прошептала Марина, прерывая меня. – Зачем она это делала? Неужели не понимала, что мучает его? Она же любила…

– В этом корень всех бед. В любви, – пояснила я. – Да, она его любила. Поэтому и продолжала творить заклинания, думая больше о себе. Ведь как она будет дальше жить без него? Понимаешь?

– Это не любовь, – уверенно заявила мне Марина. – Когда любишь, ты заботишься о другом человеке, а не только о своём комфорте. Ты жизнь готова отдать ради счастья этого человека, пусть и не с тобой.

– А ты любила когда-нибудь? – стало мне вдруг интересно.

– А ты? – ушла она от ответа.

– Как ты понимаешь, в какой-то момент несчастный возлюбленный той ведьмы всё же смог управлять своим телом, – как и Марина, я не стала рассуждать на личные темы, продолжив историю явления в мире первого из вампиров. – Вот только живым оно всё равно не было. Первому вампиру требовалась кровь, чтобы поддерживать своё тело в нормальном виде. Живая человеческая кровь.

Вместе с кровью первый из вампиров обрёл и силу. Он был силён физически, стал обладать магией, которой у него не было при жизни, и стал практически неуязвим.

– Как ты понимаешь, такая жизнь не очень его радовала, – перешла я к основному. – Он считал себя паразитом, но как не старался, снова умереть у него не получалось. Тело не отпускало душу.

– А ведьма? – тихо спросила Марина. – Неужели она не могла снять свои же заклинания?

– Не знаю, – пожала я плечами. – Может не могла, так как они плотно связались между собой. А может быть, просто и не хотела. Она ведь добилась своего – её избранник был жив и находился рядом с ней.

– Но он мучился, – обняв себя руками за плечи, девушка чуть опустила голову. – Неужели ей нравилось на это смотреть?

– В любом случае, – продолжила я историю, – перестало это всё нравится самому вампиру. В какой-то момент он понял, что может создавать себе подобных. Как обращают в вампира ты знаешь?

– Да, – к моему облегчению ответила Марина. – Обмен кровью и смерть.

– Именно, – улыбнулась я. – Не уверена, что первый вампир специально сотворил такое, но, когда он понял, что может создавать себе подобных, жизнь его стала в разы веселее.

Чего нельзя сказать о брошенной им ведьме. Если женщина в горе – это просто готовое на всё создание, то преданная и с разбитым сердцем – это готовое на всё и очень злое создание.

Пока её возлюбленный окружал себя вампирами, она окружала себя планами мести, которые дали свои плоды спустя столетия.

– Она их прокляла, представляешь? – улыбнулась я, поражаясь магическим хитросплетениям. – В какой-то момент вампиры стали понимать, что не чувствуют свойственных людям эмоций. Гнев, злость, зависть – сколько угодно, а вот: симпатия, влюблённость, страсть – этого не было. Они долго искали ответы и нашли. Правда сделать ничего сами не смогли – ведьма давно уже покоилась с миром, ну, или что скорее всего – жарилась в адском огне, так что…

– Подожди, – перебила меня Марина. – Но у них же есть «спасение»!

– То есть про самих вампиров ты не знаешь ничего, а про их спасение – да? – удивилась я её реплике.

– Бабушка рассказывала, – скромно потупилась девушка. – Что у них обряд есть, возвращающий их к жизни. Но они не торопятся терять своё бессмертие.

– Всё не совсем так, – нахмурилась я, прикидывая, как лучше сейчас продолжить. Как-никак, а теперь Марину всё это напрямую касается, и пугать её ещё больше, мне совершенно не хотелось. – Каждый вампир вправе провести ритуал по обретению своего спасения. И, как бы банально это не звучало, спасение проклятой вампирской души заключается в любви. Ритуал указывает на человека, который высшими силами дарован его душе в пару. Называй это как хочешь: родственная душа, истинная любовь… Любое определение окажется верным. Только своё спасение вампир может полюбить и только рядом с этим человеком заклятия падают, делая его смертным и по-настоящему живым.

– Как это… глупо, – сделала вывод Марина и видя моё недоумение, поспешила разъяснить. – Я к тому, что они имеют буквально под рукой способ стать нормальными людьми и бонусом получить свою настоящую любовь, а вместо этого продолжают пить кровь и радоваться своему бессмертию!

– Всё не так просто, – поняла я о чём она говорит. – Ритуал даёт вампиру три видения о его спасении. Первое приходит сразу после ритуала, второе – несколько позднее. Третье… тут сложнее. Обычно оно приходит перед самой встречей, либо в момент, когда спасению вампира что-то угрожает.

– Им ещё и видения дают! – эмоционально воскликнула Марина, тут же спохватываясь и понижая голос. – Неужели им нравится такая жизнь, что они не проводят этот ритуал? Да им практически на блюдечке всё приносят! А они…

– Всё не так просто, – с нажимом повторила я. – Например, Сир, в доме которого ты находишься. Он провёл ритуал лет через двести, как стал вампиром, если я правильно помню.

– Но он же один из пяти древнейших, – в шоке уставилась на меня Марина. – Где его спасение?

– В этом и заключается главный подвох, – открыла я ей простую истину. – Спасение приходится ждать. Кто-то ждёт несколько десятилетий, кто-то столетиями.

– А кто-то тысячелетиями, – закончила она за меня. – Это так печально. Знать, что однажды обретёшь любовь, но… как они не сходят с ума? Я бы не выдержала… такое.

– Не знаю, – честно ответила. – Смотря на Сира я тоже иногда задаю себе тот же вопрос. Тем более, скажу тебе по секрету, у него было всего одно видение, самое первое. Он даже лица своей будущей возлюбленной не видел. И ему ничего не остаётся, кроме как ждать. Так же поступают и остальные.

– Но он древний, – нахмурилась Марина. – Когда он найдёт свою любимую, кто займёт его место? Я ведь понимаю, что вампирам нужен главный. Только поэтому они не разгуливают и не жрут всех подряд.

– А ещё не множат себе подобных, – дополнила я. – Не переживай, в этом плане у них всё схвачено. Всегда есть преемник, готовый занять место одного из древнейших. Как и всё для счастливой человеческой жизни – своих собратьев, нашедших спасение, вампиры оберегают так, как никому и не снилось.

– Надо же, – чуть улыбнулась Марина. – Я и подумать не могла, что у них всё так… – она махнула в воздухе рукой, не сумев найти подходящее определение. – Правда, мне казалось, что между древними существует противостояние.

– Нет, это не так, – я слегка покачала головой. – Они просто стараются не пересекаться лишний раз, поделив этот мир между собой, если можно так выразиться. Но друг друга они более чем поддерживают. Например, один из древнейших сегодня увидел третье видение, а в нём девушку, предназначенную ему судьбой и сейчас едет сюда.

– Обрести свою любовь… – Марина вдруг замерла, оборвав себя на полуслове. – Подожди, а зачем сюда?

– Он увидел тебя в доме Сира и тут же связался с ним, – как можно мягче пояснила я ей, стараясь не вызвать панику. – Я тебе сейчас это всё рассказывала, чтобы подготовить к этой встрече.

– А-а-а…

– Вампиры не так ужасны, как тебе казалось, верно? – поднявшись, я осторожно приблизилась к Марине, положив руки ей на плечи и всматриваясь в полные панического страха глаза. – Его зовут Айварс, он гораздо старше Сира и очень долго ждал тебя, понимаешь? Попробуешь дать ему шанс? Просто поговорить, познакомиться?

– А-а-а… – вновь повторила она, нервно отстраняясь в сторону от меня и начиная тараторить. – Мне, пожалуй пора, не думаю, что привести меня сюда было хорошей идеей!

– Марина!

– Прости, но я так не могу! – закричала девушка, бросившись в сторону двери.

– Ну и куда ты? – быстро направившись следом за ней в коридор, поинтересовалась я.

– Мне в мой магазин нужно! – стремительно спускаясь по лестнице ответила Марина. – Не уговаривай меня остаться! Это всё слишком!...

– Да стой ты! – выскочив за ней на улицу, я начала взывать к её здравому смыслу, если такой у неё ещё оставался. – Ты про аукцион забыла! Да стой же ты! Магазин всё равно сгорел! – поймав её через метров десять от входа, я развернула Марину лицом к себе, крепко схватив за предплечье. – Куда ты собралась? Ты понимаешь, что возможно…

– Что значит сгорел?! – закричала она, пытаясь вырваться. – Да отпусти ты меня!

– Отпусти её, – пробирающий до самых костей тихий голос, заставил нас с Мариной замереть. – Сейчас же.

Только сейчас я обратила внимание на три припаркованных внедорожника, от которых к нам приближался высокий светловолосый мужчина, не скрывая ярости смотревший прямо на меня.

– Кто это? – пискнула Марина, на секунду привлекая к себе внимание древнейшего.

Так удивительно, но столько надежды я успела уловить на лице Айварса, когда он мельком встретился взглядом с Мариной. Столько нежности и трепета. Правда, длилось это не долго. Пара секунд и он снова смотрит лишь на меня. Зло смотрит. Ещё бы… я ведь удерживала его сокровище…

Кивок головы Айварса и в мою сторону прыгают три вампирёныша, пока он сам осторожно уводит в сторону Марину.

Первого вампира я легко перебросила через себя, устраняя тем самым второго, в которого, собственно, и кидала. Третий тоже проблем не доставил, хоть и держался чуть дольше.

Краем глаза я видела, что Марина спокойно стоит рядом с древним, разглядывая его и внимательно слушая. На большее у меня времени не было, так как от машин в мою сторону переместились ещё пятеро.

Отлично!

И где Сир?!

Не хотелось бы, чтобы меня тут разорвали на тряпочки. А к этому всё и идёт, как мне кажется. Со всеми разом мне не справиться…

Визг тормозов заставил вампиров замереть, а меня облегчённо выдохнуть.

– Адская служба контроля, всем поднять руки и выстроиться в линию! – узнала я голос Серёжи искренне радуясь его появлению. – Виктория? Что ты тут делаешь?

Хороший вопрос.