Глава 8 · ОДИН УТРЕННИЙ ЧАС ЛУЧШЕ ДВУХ ВЕЧЕРНИХ

«Аn hour in the morning is worth two in the evening» (поговорка).

Чтобы добраться до магической лавки, мы сели на попутный омнибус. Разговаривать в нем было неудобно, а внутри вообще нечем дышать. Поэтому я позавидовала тем, кто забрался на империал — сиденья на крыше. Брайан затянул туда и Шани, хотя женщинам ездить на крыше считалось неприличным. Сверху раздавались смешки и визги, но никто не реагировал, и я подумала: «А почему меня это задевает? Из-за того, что такое поведение кажется мне легкомысленным, или потому, что она сказала об интересе к ней Итана?»

По приезде легко выпрыгнув с бокового облучка, я обнаружила вышедшего ранее Итана с протянутой для помощи рукой. Родди понимающе похлопал его по плечу. Больше никто не обратил на это внимания. Народ смотрел, как с империала снимают девушек. Шани оказалась там не одна.

Лестница наверх слишком круто поднималась, и при спуске между металлических планок застревали каблучки женских туфелек. В результате девиц несли на руках, иногда передавая сверху вниз. Мелькали оборки, чулочки, края панталончиков, а также мельтешили жадные руки, ощупывающие случайно подвернувшиеся интересности. Шани довольно визжала, ее глаза горели. В этот момент она совсем не была похожа на серую мышку.

— Напомни, пожалуйста, — спросила я Итана, — почему ты ее сегодня взял?

— Я ее и сегодня не брал, — задумчиво ответил капитан команды.

Он подождал, пока Шани спустят на землю и она, улыбаясь, огладит юбку. И задал прямой вопрос:

— Шани, почему ты сегодня с нами? Я не помню, чтобы ты ко мне обращалась с просьбой, а я давал разрешение.

— Это я пригласил, командир, — весело отозвался Кай. — Девочка вчера спросила, можно ли, я и ответил: «Конечно, давай с нами». Извини, не подумал сначала у тебя узнать.

Итан помолчал. Невольно сделали паузу в веселой переброске фразами и остальные. Мы стояли, сгрудившись на улице, и ждали слов альфы.

— Между командами и даже между преподавателями происходит переброска информации. Вы знаете, что на Олимпиаду в целом и на конкретные команды в частности делают крупные денежные ставки? В прошлый раз я не понимал, что происходит. И только после игры меня проинформировали о двух лоусонских игроках, работающих на наш проигрыш. Поэтому в этот раз я постарался как можно более тщательно и в то же время непредсказуемо выбирать каждого из вас.

Он помолчал. Помолчали и мы. Никто не хотел подозревать соседа. Я лично плохо умею играть в тонкие стратегии «подставь друга». Точнее — совсем не умею.

Итан обвел глазами притихшую компанию и весомо добавил:

— Поэтому никаких обсуждений наших действий вне команды. Я доверяю каждому из вас, но Шани, при всем уважении к миссис Беридер, подбирал не я. Скажите, мисс, где вы были вчера?

Шани растерялась. Она явно была не готова к вопросу. Глаза забегали. — гуляла, а потом к тете пошла.

«Внезапно пойманный лгун или застывает искусственно, или бегает глазами, мельтешит руками. Говорить начинает со лжи…» — наверняка вспомнили все присутствующие, в отличие от Шани проходившие профессиональное обучение у ее тети.

Брайан отодвинулся и, склонив голову, внимательно осмотрел девушку.

— И что теперь делать? — с интересом спросил неунывающий Кай.

У него было отличное качество — не принимать важных решений, если рядом есть кто-то, специально назначенный их принимать.

Итан мягко посмотрел на сжавшуюся девушку.

— Это игра. Есть правила. Ни в коей степени не хочется обидеть, но некоторые твои действия кажутся странными. Например, твоя тетя уверена, что ты весь День была с нами. Ты не член команды, и при тебе мы не можем обсуждать детали дела. Поэтому сейчас можешь подождать нас на улице, затем команда разделится. И я решу, кто может отвести тебя в таверну. Кай, Брайан, Рапира. Кто хочет постоять сейчас с девушкой, чтобы она не скучала?

Некоторое время сконфуженные товарищи переглядывались. И девушку не хотелось оставлять одинокой на улице, и заняться следствием со всеми тоже тянуло. Мне даже стало интересно, что перевесит: девушка или дело?

— Ладно, я с ней останусь, — решил Брайан.

Итан согласно кивнул. Что ж, сейчас действительно не время допрашивать Шани, но и брать ее с собой на расследование большой риск, слишком темная лошадка.

Но само ее присутствие в команде, как оказалось, меня и заводит, и раздражает. Вот сейчас посмотрела, как ее щупали, и тут же оглянулась: глаз от Итана оторвать не могу. Моя кошка мурлыкала и была очень довольна, что я решила вопрос с Крисом. Все-таки иногда я ее бесила своими принципами.

— Внимание! Вы приближаетесь к лучшей магической торговой площадке города! «Бронкс и сыновья»! Все ваши мечты и фантазии померкнут перед тем, что вы увидите за этими дверями! Зайдите, впечатайтесь! Девушки станут красивее и загадочнее! Мужчины — сильнее и удачливее! Те, кто еще не разобрался, просто полюбуются на величайшие магические артефакты, созданные гениальными магами! Вход — абсолютно бесплатно!

Перед огромной двустворчатой деревянной дверью прыгал рыжеволосый конопатый мальчишка лет одиннадцати. На редкость горластый. На животе у него болталась небольшая шарманка. Время от времени он делал паузу в прославлении магазина и крутил ручку шарманки, извлекая оттуда совершенно гнетущие пронзительные визги. Надо отдать должное парню. Это привлекало внимание.

— Скажите, что вам помог и направил Литл! — закричал он нам в спины.

Интересно, дома он тоже так кричит? Я невольно постаралась быстрее скрыться в магазине, визжание шарманки буквально ввинчивалось мне под кожу. Рапира даже почесал затылок, тоже почувствовал. Не без магии штучка-то.

— Приветствую вас в лучшем магазине Хаста, — скрежещущим голосом встретил нас у самых дверей рыжеволосый невысокий мужчина с реденькой бороденкой. Судя по фамильному сходству, родственник крутящегося на улице зазывалы. Семейный бизнес, все приставлены к делу.

— Олимпийская команда Лоусона, — представил нас Итан. — Мы по делу пропавшего медного цилиндра.

Продавец потерял к нам интерес.

— А-а-а… Вчера две команды изволили ко мне заглянуть по этому же тонкому вопросу. Так вот. Вопросов было много, а покупок мало.

Он ожидающе посмотрел на нас, время от времени облизывая губы кончиком языка.

Итан спокойно прошел внутрь, оглядывая витрины. Развернулся.

— Насколько я знаю, вам уже заплатили организаторы Олимпиады и город. Будет не очень хорошо, если я сообщу об отказе выполнять договорные обязательства.

— Не говоря уже о том, что мы можем найти вашу пропажу. Она же стоила денег, — добавил Родди.

Продавец пожевал губами, понял, что покупки не будет, и грустно вздохнул:

— Ладно, проходите, сейчас все быстро расскажу. Но у вас максимум час. Остальное время — за дополнительный расчет. Денежка любит везде участвовать.[8]

Несколько утренних покупателей подошли поближе и с интересом слушали вместе с нами историю о пропавшем цилиндре. Оказалось, выставил его в магазине неизвестный аноним, который, к прискорбию рыжего мистера Абра Бронкса, подал впоследствии на него в суд за халатное отношение к принятому на реализацию товару.

Олимпиада давала надежду на очищение репутации уважаемого торговца. Даже если цилиндр не найдут, именно мистер Абра подал заявление на рассмотрение дела в олимпиадных рамках, а следовательно, показал себя как заинтересованное в розыске и нахождении цилиндра лицо.

Пока мы слушали, я пододвинулась к Итану и коснулась его бедром. В итоге весь рассказ он стоял замерев, не желая отодвинуться.

— Когда это произошло, уважаемый?

— Примерно месяц назад, вот, взгляните на мои записи. Более точной даты сказать невозможно. Дело в том, что цилиндр подменили во время кражи.

Восторженно слушающая горожанка в богатом, но безвкусно украшенном многочисленными оборками платье с удовольствием ахнула и всплеснула руками.

— Подменили, какая прелесть!

Стоящий рядом с ней узколицый, выглядящий как наемник парень со скрученными волосами поддержал ее за локоток и был удостоен благосклонного взгляда, но локоть отобрали.

— А я эту трубку помню, — сказал он, явно желая покрасоваться перед заинтересовавшей его дамочкой.

Мы выждали несколько секунд, но большего парень сказать не мог, просто пожал плечами и радостно осклабился, когда соседка стрельнула глазами в его сторону.

— Пуф, — сказал Итан, — осмотри-ка витрину, откуда была сделана кража. Родди, Рапира — у вас есть сорок минут на вопросы и тщательное протоколирование показаний. Где, когда, любая мелочь. Что из себя представляет, по мнению уважаемого Абра Бронкса, продавец-аноним, и так далее. Бинго — на тебе покупатели. Их впечатление о магазине, кто его посещает. Кай — смотришь окна и систему защиты на внешнем фронтоне. Мы с Мари изучаем магазин, дополнительные входы и выходы.

Все занялись делом. Я помчалась рассматривать входную дверь. Тяжелая. С парой встроенных артефактов непонятного мне назначения. Артефакты грубо никто не вскрывал, замок и петли без царапин и повреждений.

Когда я деловито зашла в подсобный коридор, внимательно осматривая внутренние помещения, на меня напали. Итан резко прижал меня мощным телом к стене, горячо дыша в шею. И отпустил.

— Начнем со второго выхода, — подчеркнуто спокойно предложил он.

— Начнем, — согласилась я, толкая его лицом в стену и уже сама прижимаясь сзади. Погладила его по крепкому мускулистому заду. И отпустила.

— Вижу три двери. Одна из них — явный выход.

— Какая именно? Почему так решила? — Итан с разворота притиснул меня к ведущей наружу двери. Она вяло звякнула от удара наших тел. Горячая рука легла между ног и начала поглаживать по брюкам.

Я быстро задышала. Говорить стало сложно.

— По внешнему виду? — невинно спросил капитан команды, глядя мне в лицо и алчно ловя малейшие гримасы. Он просто гладил без всяких изысков, горячо, вверх, вниз, вверх и снова вниз.

Я не могла говорить. Секса не было так давно, что мозги просто пытались отключиться. Меня жадно нюхали. Я застонала, тихонько.

— Помоги.

Итан вполголоса выругался. Открыл и заглянул в одну боковую комнату. Во вторую. Втиснул нас во вторую, оказавшуюся складским помещением. И, прижав моим телом дверь, торопливо задергал завязку на моих брюках. Практически ничем не в силах помочь, я гладила его по плечам и беспомощно стонала. Кошка извивалась внутри меня, выгибаясь в совершенно фантастических разворотах, гладя изнутри и выбивая крупную дрожь.

Наконец его пальцы проникли под материю. Второй рукой он торопливо сдергивал штаны все ниже.

— Сейчас, котенок, сейчас, — шептал он. И погладил точно там, где надо. Поймал ртом мой всхлип, но не поцеловал. Просто еле касался губами и ловил вздохи и звуки. Смотрел в глаза.

Итан не спешил, наслаждался каждой секундой, обводил и ласкал, еле касаясь кончиками пальцев. Под конец я уже жалобно скребла ногтями по его плечам, пытаясь прижать капитана сильнее к себе. Но он только довольно фыркал и продолжал почти воздушные касания.

Когда меня затрясло, я почувствовала, как внутрь проникает крупный палец тигра, а остальные продолжают массировать снаружи. Полуприкрыв глаза, он наслаждался внутренними сокращениями, вкушая их, как величайшую радость. Я слышала, как гулко бьется его сердце. Мое стучало в такт с ним.

— Эй, командир, — послышался из коридора голос Пуфика, — где ты?

— Комнату и дверь обследую, а у тебя что? — глухо сказал Итан.

— Да тут странность.

Тяжелый звук. Это Пуф привалился к стене рядом с подсобкой.

Итан осторожно вытащил руку. Я отскочила от входа, поддергивая штаны вверх и торопливо их застегивая. Вытащила из кармана платок передала Итану, чтобы вытер руку.

— Командир, удивительное дело. На замке есть царапины.

— Там и должны быть царапины. Любой ключ, кроме родного, оставит следы царапин.

Итан уперся лбом в дверь и пытался успокоить дыхание, говорил размеренно, набирая воздух перед каждым словом.

Я посмотрела вниз. Ого. А если… Деловито пододвинула плоский длинный ящик и встала повыше, все-таки альфа вымахал слишком высоким. Прижавшись сзади, дохнула горячо и лизнула в мочку уха. Он замер. Аккуратно подергала завязку на штанах и почувствовала теплую руку сверху, он мне помогал.

Пуф завозился с той стороны двери, как будто сомневаясь в своих выводах.

— Знаешь, Итан, странные там царапки.

— Это как? Рассказывай.

И хорошо, и плохо, что дверь была такая хлипкая. Пуфа было притушенно слышно, нам тоже стоило постараться и не шуметь.

В мою ладонь легло увесисто и твердо. Каменно. И такие размеры бывают? Бедный, как он это таскает и к земле не клонится? Я облизала обе свои руки и взялась серьезно. Терлась о спину, дышала то в шею, то в ухо.

Итан уперся руками в дверь и хрипло выдыхал вниз, размеренно и тяжело.

— Впечатление такое, что их кто-то сверху наносил, как черкал. Не взлом это был, командир. Это прикрытие взлома. Открывали витрину родным ключом. А вот потом царапали, клянусь косой резьбой.

— То есть или сам хозяин, или ловкие руки покупателя поменяли цилиндр на макет. Грабежа не было. — Итан сделал паузу, справляясь с дыханием. — Сообщи нашим, я сейчас подойду.

Пуф потоптался и пошел в зал. А кошак развернулся, схватил меня ладонями за голову, как ему это нравилось. И начал целовать.

— Котенок…

Горячий шепот в рот.

Я царапнула по его каменно напряженному животу, скользнула ладонью ниже. Его лицо дрогнуло, губы, отстраняясь, приоткрылись, хватая воздух, и он задрожал.

— Мой котенок… С ума схожу-у…

Платок очень пригодился.

Некоторое время мы стояли, тяжело дыша. Потом Итан тихо рассмеялся:

— В подсобке, во время расследования. Что мы творим.

Его гортанный низкий смешок поднимал волоски на моих руках.

— Согласна, — подтвердила я.

Все было странно, быстро, порывисто. Я любовалась блеском его желтых, щурящихся от блаженства глаз. Шириной упрямого лба. И… мне понравилось его держать в руках.

Он еще раз крепко и быстро меня поцеловал.

— Нам пора.

Заднюю запасную дверь выхода мы таки наскоро осмотрели. Дверь как дверь, ни малейших следов взлома. Замок лучше бы Пуфу глянуть, но даже царапок не наблюдалось.

Неожиданно доносящиеся из зала громкие голоса заставили нас поторопиться. Не знаю, как Итан, а мое тело было легким и довольным, как будто каждая клеточка пела.

Зато в зале назревал скандал. В магазин прибыли участники из Гроссмана и открыто нарывались на драку.

— Зверятам пора на выход! — шипел один из вампиров, тыча пальцем в грудь Родди.

Тот недоумевал, почему именно его назвали зверем, но позиций не сдавал и от свидетеля не отходил.

Покупатели быстро выбегали из магазина. Быть покалеченным при столкновении вампиров и оборотней не хотелось никому. Мистер Бронкс испуганно пятился.

— Герман! — рявкнул Итан. — Если мы тут перепортим товар, ни вам, ни нам победу не зачтут. Да что с тобой такое?

Вампир, вчера затевавший конфликт на открытии Олимпиады, стоял, наклонив вперед голову, злой и чем-то сильно расстроенный. Ауры у него не было, иначе бы залил сейчас все помещение.

— Насвистели мне в уши, что ты грязно играешь, тигр. Девицей своей свидетелей сманиваешь.

— Врут, Герман. Поссорить нас хотят. Клянусь, не давал я таких распоряжений. Мы честно играем и от других этого ждем.

Я скромно потупилась. С разъяснениями сейчас лучше не лезть. Когда мужчины спорят, девушкам лучше помолчать.

— Ладно. — Капитан Гроссмана тяжело обвел взглядом присутствующих, посмотрел на витрины, оценив хрупкость товара. — У вас еще десять минут. Потом входим мы.

— Пятнадцать, — сказал Итан, — и мы выходим, освобождая территорию.

— Да если б я знал! — наконец пронзительно подал голос Абра, поняв, что гроза миновала. — Я никогда бы не подал этого проклятого заявления на участие! Вы что задумали? Вы куда покупателей мне разогнали?

Гроссманцы вышли, с трудом протискиваясь в дверь, которую демонстративно поджимал вошедший Брайан. Оказывается, все это время он на всякий случай блокировал вход.

Итан тут же насел на мистера Бронкса:

— Кто, кроме вас, в магазине работает? У кого могут быть ключи?

Бизнес был семейный. Из сыновей у Бронкса оказался Литл, прыгающий на улице, да младший годовалый, который в магазине появлялся с матерью и подменить цилиндр был не способен в силу малолетства.

Подменить цилиндр без взлома могли только сам Бронкс или покупатель. Но зачем владельцу подавать заявку на Олимпиаду, если бы он сам был исполнителем кражи? Значит, все-таки покупатель. И ведь поцарапал потом скважину, чтобы на грабителя подумали… Кто-то очень хитрый и с ловкими руками. Да только не мог предсказать глазастость Пуфа.

— Мистер Бронкс, вы помните тех, кто цилиндрами интересовался? — Итан спрашивал чуть рассеянно, стараясь не заронить догадку в голову владельца магазина.

— Да много кто был, всех разве упомнишь?

Мы выходили, задумчиво переглядываясь. Постояли, подождали, пока гроссманцы войдут в магазин.

— Нам нужны покупатели и все интересующиеся цилиндром. Даже те, кто просто помнит цилиндр и крутящихся возле него. Жаль, того парня из-за скандала упустили. Говорил, что трубку помнит, значит, и покупателей мог, — сказал Родди.

— Я его адрес записал.

О, Бинго же покупателей опрашивал. Все приободрились, оглядывались довольно. Почему-то только сам вампир выглядел ошарашенно, как будто не подозревал у себя такого профессионализма.

Двинувшись к омнибусу, чуть не забыли Шани.

— Шани! Ты где?

Она откликнулась быстро. Вышла из соседнего переулка… семеня за ухмыляющимся мистером Люшером.

— Капитан, подойди-ка ко мне, — сказал примарх.

В его голосе не было прямой команды. Но уже слышался намек на нее.

— А кто вы такой, уважаемый? — спокойно спросил Итан, расправляя плечи.

По сравнению с нашими молодыми оборотнями, даже очень крупным Итаном, примарх выглядел скалой. Сухощавое гибкое тело, пугающе ловкое, с молниеносными поворотами и жуткими, нечеловечески текучими движениями.

— Э. Быстро иди к нему, — сказал Кай, прекрасно помнящий Люшера.

— Иди сюда, — тихо рыкнул примарх. Он приоткрыл толику своей силы, и этого оказалось достаточно.

Итан сопротивлялся несколько секунд, а потом его дернуло к Люшеру, как марионетку за нитки. По моей коже заскребло наждаком горячего воздуха. На улице стало как будто темнее, ведь патриарх изволил нахмуриться. И оборотни команды мгновенно склонили головы в жесте повиновения.

— Что здесь делает примарх штата, как думаешь? — спросил меня Родди.

Мне было неприятно видеть, как сгибаются плечи Итана от тихого голоса Люшера. Они отошли от всех метров на шесть, говорил только примарх.

На прощание Люшер всем вежливо кивнул, подмигнул мне и мазнул рукой по голове Шани, как гладят дворового ласкающегося щенка, с нежной жалостью.

Та чуть не повизгивала, пытаясь продолжить мимолетную ласку, вытягиваясь, делая шажки, привставая на цыпочки.

— Она из блошек, — нейтрально сказал Родди.

Я еле сдержалась, чтобы не ахнуть. Только слышала о таких. Есть любительницы и любители вампиров, люди, полностью подчиняющие свою жизнь служению Крыльям. Точно так же существуют и поклонники оборотней, подсаженные на отношения с ними как на наркотик, послушные и восторженные. В Лоусоне даже существуют реабилитационные клиники для зависимых от оборотней. В просторечье таких презрительно называют блохами.

В высшие академии оборотни направляют преимущественно отпрысков мужского пола, девушек встречается до смешного мало. Поэтому, в отличие от вампирских слуг; которые бывают разного пола, блошками называют только девушек.

Сначала юницам просто нравятся здоровые красивые ребята, эмоциональные и яркие. Более впечатляющие, чем человеческие парни. Секс с оборотнем стал чуть не традицией всех первокурсниц, модным стартом взрослой жизни. Вероятность забеременеть стремится к нулю, впечатления зашкаливают, секс бесконечной чередой. И некоторые студентки начинают… привыкать. А потом и совсем перестают интересоваться человеческими молодыми людьми.

Таких совершенно зависимых фанаток немного, большинство девушек переживают «роман с оборотнем», взрослеют и дальше заводят нормальные отношения внутри расы. Но даже немногочисленные блошки производят пугающее впечатление, такой сильной может стать их зависимость.

Мы проводили взглядом уходящего Люшера. Шани стояла, дрожа в сильном волнении.

— У нас слуги сидят дома, а не по улицам ходят, — весомо сказал Бинго.

И я в очередной раз поразилась, насколько люди в нашей стране слабее и беззащитнее Двуликих. После заключения Тройного Союза все расы считаются равными, всех называют «уважаемые», но природу не обманешь.

Бинго сейчас совершенно уничижительно отозвался об обычных людях, ставших зависимыми. Причем искренне думая, что выказывает заботу о них. За равных Двуликие принимали только магов, и то это произошло после того, как маги, в кровопролитных междоусобных боях возглавившие людские армии, доказали Двуликим, что мощь волшебства успешно противостоит природной силе. А в некоторых случаях — и действеннее.

Подошедший Итан был все еще ошеломлен. Его потряхивало, по лицу прокатывались волны, как будто он с трудом удерживался от трансформации. И это только от небольшой силы, направленной на него. Если бы Люшер рыкнул по-настоящему, команда попала бы под спонтанный оборот.

Все сгрудились вокруг Итана, только Шани так и стояла в проулке, с тоской глядя вслед древнему оборотню.

— Он приехал в Хакс за несколько дней до нас, — сообщил капитан, — курирует случаи ритуального убийства оборотней в Хаксе. Представляете, находят тела с характерными признаками, а полиция нас не предупредила. Нужно срочно сообщить судьям и миссис Беридер. С этой минуты ходим только группами, никаких одиночных мероприятий.

С каждым словом Итан говорил все уверенней. А мы — шире открывали глаза. Убийства оборотней в городе, где крадут артефакты, определяющие этих самых оборотней, впрочем, как и вампиров?

— Примарх знает о трех жертвах. Над телом третьей жертвы, девушки-лисы, его застала полиция. С полицейскими в итоге он… весьма грубо поговорил. Теперь древний не хочет попадаться стражам порядка на глаза, чтобы не усиливать конфликт. От нас он хочет, — Итан начал подбирать слова, — осторожности и информации. Появились ли еще жертвы и где.

— Ха, — хохотнул Бинго, — полиция его подозревает.

— Примарх не троне!' своих, — убежденно сказала я. Когда все посмотрели в мою сторону, пожала плечами и добавила: — Я сталкивалась с ним по другому делу. Он полный фанатик, во внутренние конфликты играть не любит, на ритуал своих не отправит.

— Прямо сталкивалась? — протянул с ухмылкой Бинго. — Итан, спроси ее, понравилось девушке столкновение?

Это был намек, неприятный. Что за дурная привычка над всеми иронизировать? И так команде непросто, еще и капитана поддевать начал.

Родди резко развернулся к Бинго, смерил худого взъерошенного вампира оценивающим взглядом и в лоб спросил:

— Бинго, уважаемый, знаю, что ты молод как вампир и даже можешь еще поменять Крыло. Но что-то мне подсказывает, что ты определился. Ты желтый?

Желтое Крыло — спорщики, источники раздора и конкуренции — обычно в командах не приветствовались. Поэтому искривленный рот Бинго и несколько секунд молчания сказали нам о многом.

— Лоусон, все идем в гостиницу, — решил Итан. — Сообщим об убитых оборотнях, а затем я вызову каждого на короткий разговор. Время понять, куда нам двигаться в расследовании, сплотить ряды. Мы должны доверять другу по команде как себе, поэтому я не допущу глупых ошибок.

Мы двинулись к омнибусу. Последними шли Бинго и Шани. Оба задумчивые. Оба на перепутье.