Глава 12

Я включила огни на ёлке, как только вошла в квартиру, Блейн отнес на кухню продукты, что мы купили по пути.

Я приготовила индейку по маминому рецепту и накрыла маленький столик в гостиной.

Блейн включил тихую музыку на смартфоне и разлил вино по бокалам. Я вскинула брови.

— Я не зависимый, не смотри так. Алкоголь не моя слабость, Агнесс, я устал жить в бреду, с этим покончено.

— Я лишь хотела пошутить, а не романтик ли ты?

Блейн прыснул и, взяв мою руку, притянул меня к себе. Он щекотнул пальцами мою ладонь, по телу пробежали мурашки.

— Я могу им быть, — шепнул Блейн на ухо, — у меня кое-что есть для тебя, подождёшь?

— Блейн. Ты не должен, правда.

— Помолчи и жди здесь.

Он вернулся быстро, на лице сияли огни от ёлки и улыбка, когда он протягивал мне небольшую коробку.

— Блейн, что это?

— Открой.

— Я ничего для тебя не купила.

— Я тоже не покупал.

Я взяла коробку, наши с Блейном пальцы соприкоснулись, и я никогда не ощущала ничего подобного от прикосновения к кому-либо.

Блейн улыбался, пока я медленно приподнимала крышку.

— Блейн..

Там были ключи.

— Я знаю, что у тебя есть ключи от квартиры. Но таких нет. Кейси дала тебе их, как горничной, но это… Это ключи от моего сердца, Агнесс.

К горлу подступила горечь, мое тело буквально взорвалось от нахлынувших эмоций. Это было слишком. Я зашла слишком далеко. Такого не должно было произойти. Как я могла позволить себе это?

Я сглотнула и посмотрела на Блейна, улыбка которого меркла с каждой уходящей секундой. Я взяла его руки и сжала в ней коробку с ключами.

— Прости.

Блейн смотрел на меня, словно не верил ушам или глазам, я не знаю. Мое сердце заныло ещё сильнее. Ещё чуть-чуть и все взорвется, я взорвусь на части, разлечусь на кусочки.

Я бросилась к выходу, схватив пальто. Блейн догнал меня у двери и мягко прижал меня к ней, не позволив открыть. Он дышал мне в волосы, касаясь носом уха. Мне нельзя оставаться, но и двинуться с места я не могу, и не потому что Блейн прижал меня к двери, а потому что он просто существует со мной в одном измерении. Я не хотела от него уходить. Я лгунья, и я смогу убедить его, что ничего не чувствую, что не хочу его, но я не хочу этого делать.

— Пожалуйста, Агнесс, не сбегай от меня снова, — он буквально молил меня, и это лишало равновесия. Его шепот разлетелся по коже маленькими взрывчатками. Это самая прекрасная боль, что я когда-либо испытывала.

Он отодвинул мои волосы в сторону и поцеловал в шею, шумно вдохнув аромат моей кожи.

— Пожалуйста. Пожалуйста..

— Блейн, — мой голос охрип.

— Я не знаю, что с тобой происходит, но ты можешь рассказать мне. Агнесс, клянусь, что бы это ни было, дай мне шанс помочь тебе.

В глазах защипало, я поджала губы и шумно вздохнула.

— Ты не сможешь.

Я повернулась к Блейну, осмелившись заглянуть в его глаза, несущие в себе помесь из боли, отчаяния и мольбы. Я бы хотела избавить его от этого, но я даже себе не могу помочь.

Я коснулась его лица, провела по губам кончиками пальцев, Блейн шумно сглотнул. Мне хотелось запомнить его. Губы, которые умеют целовать так, как никакие другие, глаза, которые умеют смотреть, словно я особенная.

Мне нужно было уходить, но все о чем я могла думать, это как сильно хочу стереть эту боль с лица Блейна, как сильно хочу поцеловать его, и как сильно… хочу его..

— Ты мой свет в конце туннеля, Агнесс.

Его слова разлетелись по мне как маленькие кинжалы.

— Ты не знаешь, о чем говоришь, — предательский голос дрожал.

— Я знаю. Ты не можешь решать за меня. Стоило появиться тебе в этих дверях, как все изменилось. Я клянусь, будто солнце взошло, которое давно померкло. Ты как мираж, но мне так хочется, чтобы ты была настоящей. Будь настоящей, прошу тебя.

Он опустил голову и поцеловал мою ладонь. Я коснулась его щеки кончиками пальцев, Блейн прикрыл глаза на мгновение.

— Я настоящая, — шепнула я, — если вдруг однажды ты возненавидишь меня, пожалуйста, помни, что я сказала. Я настоящая, Блейн.

Он нахмурился и покачал головой.

— Я не смогу тебя ненавидеть.

Собравшаяся в горле горечь не позволила мне ничего ответить. Я обвила шею Блейна руками и прижалась к его горячему телу в поцелуе. Я отстранилась и коснулась пальцами его губ, моя рука дрогнула

— Я бы хотела остаться, Блейн, очень.

— Тогда останься.

— Ты уверен, что хочешь этого, Блейн?

— Хочу больше, чем чего-либо ещё, уверен больше, чем в чем-либо, Агнесс.

Глаза защипало сильнее и, я прижалась губами к губам Блейна, чтобы проклятые слезы не смогли пролиться. Чтобы мое сердце прекратило ныть, потому что я чувствовала, будто Блейн может исцелить его. Он прижал меня к себе вплотную и завладел моим ртом. Никто не целовал меня так прежде. С такой страстью и обожанием. Что самое печальное? Я была без ума от Блейна. Это ощущалось одинаково прекрасно и ужасающе.

В его прикосновениях было столько нежности, что я не могла до конца поверить, что кто-то касается меня так. Ту, которая этого не заслуживает.

И он был страстным настолько, что я забывала обо всем. Блейн гладил мою пылающую огнем спину, забравшись под ткань блузы, в которую я нарядилась. Мне тут же захотелось избавиться от нее. Блейн желал того не меньше, судя по тому как сотрясалось его дыхание и тело, и как он жадно целовал меня, сжимал пальцами мою кожу.

Приятное тепло разливалось у меня между ног, Блейн прорычал мне на ухо, когда я случайно задела его ширинку. А может и не случайно. Это был тот самый момент, когда я должна была вызвать миссис Маккеллтер, но я совершено точно была уверена, что не собираюсь это делать. Возможно, у меня помутнение рассудка, пусть так. Я хочу в постель Блейна не потому что его жена предложила мне деньги. А потому что прямо сейчас я не могу дышать без Блейна. Завтра уже не важно, есть только сейчас. Есть я и Блейн.