ГЛАВА 5

Мы с бабушкой гуляли почти весь день по осеннему Питеру, время от времени заходя в кафе, согреваясь вкусным кофе. Исходили весь центр, прошлись по Петроградке, и, конечно, бабуля вытащила из меня не только рассказ о том, как я жила тут четырнадцать лет, но мы подобрались потихоньку и к моей нынешней непростой ситуации в личной жизни.

— И как-то вот так получилось, — закончила я длинный рассказ утренним звонком Женьки. — Кажется, мы помирились, но…

— Ты не чувствуешь радости, — перебила меня бабушка — мы сидели как раз в одном из кафе на Петроградке, недалеко от метро.

— Д-да, — чуть запнувшись, подтвердила я и опустила взгляд в чашку с капучино, обхватив ее ладонями. — Бабуль, понимаешь, Женька хороший, мы же с ним с весны вместе живем, а до того встречались три месяца! — Я прерывисто вздохнула.

— Тебе удобно с ним, — безжалостно припечатала бабушка, совершенно не щадя мои чувства. — Тебе просто было одиноко, хотелось тепла и уюта, и Женя тебе все это дал. А ты взяла, особо не задумываясь, к чему это может привести. — Она замолчала, я осторожно покосилась на бабулю и вздрогнула от ее внимательного взгляда.

— Бабуль, он меня замуж звал! Как я могу уйти от него сейчас? — нервно отозвалась я, глотнув кофе. — Да и… — запнулась, собралась с мыслями и все же призналась: — Да, мне с ним удобно…

— Так чего же не согласилась на его предложение? — насмешливо заметила Ева. — Не надо обманывать его, Ален, и жалеть тоже, — тихо и уже серьезно добавила она. — Это нечестно по отношению к мужчине, поверь.

У меня вырвался смешок, который я быстро задавила.

— И что, к Рэму уходить, что ли? Мне его вон всем офисом сватают, — огрызнулась я, уже немножко жалея, что затеяла этот разговор.

Успокоения он мне точно не приносил.

— Рэма? — озадаченно переспросила бабуля, и пришлось пояснять.

— Он сказал, что я ему нравилась, когда он моим телохранителем был, — нехотя ответила, уже подозревая, что услышу.

Однако ошиблась.

— Рэм не будет отбивать тебя у Жени, — спокойно заметила бабушка, и я озадаченно уставилась на нее. — По крайней мере, пока ты не дашь ему повод. — Она пристально посмотрела на меня.

— Почему? — вырвалось у меня немножко с обидой.

Ева улыбнулась и вздохнула.

— Он так воспитан, Ален. Чужая женщина для барса — неприкосновенна, — пояснила она, и показалось, в ее голосе мелькнуло сочувствие.

— Офигеть, а! — Я откинулась на спинку стула, пытаясь сообразить, как относиться к словам бабули.

То есть я и не узнаю пока, какие у Рэма в отношении меня намерения, да? Пока сама не начну вешаться ему на шею?! Или пока от Женьки не уйду… Поморщившись, я потерла лоб, поняв, что разговор с бабулей не особо помог.

— Слушай сердце, Аленушка, — мягко произнесла Ева. — Как только выключишь голову и включишь чувства, все встанет на свои места. Ты мне лучше скажи, ты все-таки в Питере решила остаться? — резко переключила она тему.

Мы еще немного поговорили о моих планах, бабуля сказала, что не настаивает, хотя по-хорошему, меня в Мурманске ждут, если я вдруг решу вернуться и принять дела как единственная прямая наследница. И уже ближе к вечеру я повезла Еву к себе домой на Петроградку. Поймала себя на том, что с гораздо большим удовольствием осталась бы здесь с бабулей, чем поехала к Женьке, но я грозно шикнула на малодушные мысли и, вручив Еве ключи и показав, что где в квартире, я вышла на улицу и достала телефон. Несколько мгновений смотрела, но набрать номер не успела — Женька позвонил сам.

— Привет. — Я ответила сразу и постаралась добавить в голос побольше радости. — Вы уже закончили?

— Да, у нас новое дело. — Лис, судя по всему, был доволен и спокоен, что обрадовало и меня. — Откуда тебя забрать?

— Давай от Петроградки, я к метро подойду. — Хотя Женька знал, где я жила до того, как перебралась к нему, почему-то не хотелось, чтобы бабуля видела, как он за мной приезжает.

Да, мои странные желания и эмоции в последние дни приводили в полное недоумение в первую очередь меня саму…

— Договорились. А потом ужинать, да? — уточнил Женя.

Я вспомнила, что мы о чем-то таком договаривались, и кивнула, а потом поспешно произнесла вслух:

— Хорошо, жду тогда.

Странное ощущение. Вроде утром решили забыть нашу размолвку, но… Что-то все-таки уже было не так, как раньше. Можно сделать вид, что ничего не было, конечно, ни кольца, ни встречи с Рэмом, ни психа Женьки по поводу нашего обеда, однако я знала, что не получится. И что с этим делать, как себя вести? Хмурясь и кусая губы, я брела к метро, глядя под ноги, и мысли в голове крутились не совсем радостные. Надо срочно окунуться в работу, тем более, как сказал Женька, там новое дело пришло. Расследование — самое то, чтобы развеяться и не думать слишком много о плохом.

Я дошла до метро, и через несколько минут у тротуара остановился Лис. Сев в машину, я посмотрела на лицо Женьки и… поняла, что соскучилась за эти сутки, что мы не виделись, и вот совсем-совсем не хотелось что-то выяснять, объяснять или тем более расставлять мифические точки. Лис был родной и привычный, и я, глядя на его лицо, искренне улыбнулась.

— Привет, — поздоровалась, а через мгновение, тихо пискнув, оказалась в крепких объятиях Женьки.

— Привет, лисена, — выдохнул он мне на ухо и закрыл рот поцелуем.

Ну… Я, конечно, ответила, лишь на несколько секунд почувствовав неловкость — все же раньше Лис не отличался таким сильным выражением эмоций. Нет, понимаю, мы впервые, пожалуй, за нашу совместную жизнь так серьезно поссорились, что даже ночевали порознь, но мне как-то больше хотелось просто уткнуться ему в плечо и так посидеть. К страстному и нетерпеливому поцелую я совершенно неожиданно для себя оказалась не готова.

К счастью, Женька не стал затягивать процесс и отстранился, дав мне перевести дух. Я поспешно вернулась на свое сиденье и заявила:

— Хочу есть! Поехали?

Не знаю, может, он и ожидал от меня каких-то других слов, но я действительно проголодалась и… Если честно, старательно пыталась делать вид, что между нами нет недомолвок и все по-прежнему.

— И да, расскажи, что там за новое дело, — быстро добавила, чтобы отвлечь Женьку от повисшего в воздухе ощущения некоторой неловкости.

— В суши? — уточнил он, выруливая на Петроградку и ничем не показывая, что что-то не так. Дождавшись моего кивка, Женя начал рассказывать о новом деле: — Пришла некая Лариса, сказала, подозревает проклятье на своей семье…

Всю дорогу до ресторана мы обсуждали новое дело, и я слегка удивилась, услышав, как Лис вскользь обронил, что они вместе с Рэмом ездили проверять сведения по делу. Вот тут бы и прерваться, обсудить все-таки тот инцидент, и я даже открыла рот, чтобы это сделать. Но вместо этого спросила о планах на завтра по делу о проклятье. Оправдываться за обед с Рэмом не хотелось, тем более я не считала, что сделала что-то предосудительное, а раз Женька не заводил об этом разговор, то, наверное, и не нужно заговаривать на эту тему.

Мы остановились у «Двух палочек», зашли и заняли столик.

— А как твой день? — спросил осторожно Женька, пока я рассматривала меню.

— Нормально, с бабулей пообщалась, — рассеянно ответила, решая, взять свинину в терияки или все-таки роллы. — Она на два дня всего приехала.

Он помолчал, а я как раз определилась с едой и протянула меню ему. Рыжий взял, окинул меня странным взглядом, и я внутренне слегка напряглась.

— Ты что-то вспомнила из своего прошлого, да? — задал он следующий вопрос.

— Вспомнила. — Я грустно улыбнулась и отвела взгляд. — Только лучше бы не вспоминала. — Перед глазами опять промелькнули картинки той страшной ночи, и в горле встал ком. — Давай не будем о моем прошлом, — решительно попросила я, не глядя на него. — Было и было, уезжать я не собираюсь и что-то менять в своей жизни тоже. — Наконец подняла глаза на Женьку, встретившись с ним взглядом.

Показалось или нет, в глубине мелькнуло что-то, похожее на разочарование? Он счел это завуалированным «нет» на его кольцо? Ну… Пускай, я не готова обсуждать еще и этот вопрос сегодня.

— Как скажешь. — Женька все-таки улыбнулся и накрыл мою ладонь своей. — Ты на выходные к своим? — перевел он разговор на нейтральную тему.

Дальше ужин прошел спокойно. Мы ели, время от времени разговаривали, потом отправились домой. Вечер протекал плавно, как всегда, да. Почти. Женька смотрел телевизор, я лежала у него на коленях с ноутом, его рука обнимала меня за плечи. Уютно, хорошо, тепло. Но чем ближе стрелки подходили к полуночи, тем сильнее росло во мне странное чувство, смутное беспокойство, что ли. Я отложила ноут, встала и направилась на кухню, съела кусочек сыра. Потом выглянула в гостиную — Женька уже выключил телевизор.

— Спать? — Он вопросительно посмотрел на меня.

— Да, наверное, — не слишком уверенно кивнула я, прислушиваясь к своим эмоциям.

Да к черту, ну о чем я, в самом деле. Отбросив малодушные мысли, а не лучше ли дождаться, пока Женька уснет, и прийти позже, я взяла халат, полотенце и отправилась в ванную. Это же Лис, мой родной рыжий, с которым я прожила все эти месяцы, так неужели из-за маленькой размолвки и всяких туманных предсказаний разрушу все своими руками? Нет, и пусть говорят что угодно, я отталкивать Женьку не стану. Может даже, немножко подумаю, поговорю с Варварой еще и даже приму его предложение… Позже. Не сейчас. Может, через недельку, или две, или месяц.

Понежившись под горячим душем, я вымылась и вернулась в спальню, где меня уже ждал Лис. Он не включал свет, мы и без него отлично ориентировались, и я, сняв халат, скользнула под одеяло, прижавшись к горячему телу рыжего. Его настойчивые губы накрыли мой рот, ладони нетерпеливо скользнули вдоль уже моего тела и замерли на попке, прижимая ближе к себе. И я обняла его за шею, расслабляясь, позволяя ласкать себя и привычно растворяясь в удовольствии. Признаться, не прислушивалась, что там бормотал Женька лихорадочным шепотом, покрывая мою шею и грудь торопливыми поцелуями, я плыла на волнах эмоций, погрузившись в них и ни о чем не думая. Обычно я принимала активное участие в сексе, но в последнее время так выходило, что Лис брал инициативу на себя, и мне оставалось только расслабиться и наслаждаться. Разбаловал он меня…

Чуть позже я лежала, слушая тяжелое дыхание Женьки около уха, смотрела через его плечо в темное окно и понимала, что спать не хочу, даже несмотря на насыщенный день и тревожную предыдущую ночь. Рассеянно перебирая мягкие волосы рыжего, я лениво размышляла, а не выпить ли мне сейчас чего-нибудь вкусненького на кухне — а заодно и до душа прогуляться. Пальцы Лиса медленно водили по моей спине, щекоча влажную кожу, щекой я ощущала, как быстро бьется его сердце, и вроде бы все было как раньше, как всегда. Вроде бы. Неслышно вздохнув, я пошевелилась и приподняла голову, посмотрев на умиротворенное лицо Женьки.

— Я в душ быстренько, ага? — шепнула, чмокнув его в слегка колючий подбородок.

— Ага, — немного сонно отозвался он. — С тобой пойти?..

— Спи. — Я ласково улыбнулась и пригладила его рыжие вихры. — Я недолго.

Еще только на кухню заскочу все-таки, очень уж горячего шоколада захотелось. Вообще, я чувствовала себя подозрительно бодро, и пальцы невольно скользнули по кулону на шее — в течение дня и не вспоминала об амулете, подаренном Рэмом. Может, в нем не только защита?.. Я чуть нахмурилась, включила воду и залезла под теплые струи, мысли снова свернули к моему прошлому и убийству семьи. Бабушка говорила, что хоть расследование и не прекращалось, все равно не удалось найти следов. Подозревали сначала того некроманта, которого папа засадил, но улик не нашли. А больше никаких серьезных противников или жаждущих мести у моего отца и не нашлось. Нет, ненавидящие и желавшие ему смерти были, но вот до реальных действий они вряд ли бы созрели. Я прикрыла глаза, подняв голову и позволив каплям воды стекать по лицу. Некромант. Из головы не выходило лицо, мелькнувшее в памяти, и то, которое я в новостях видела. Узнать бы о нем больше, на всякий случай, и подробнее о его судьбе.

Закончив с водными процедурами, я небрежно запахнула халат, поспешила на кухню и по пути взяла из гостиной ноут — все равно спать не хочу, а пока пью шоколад, полазаю в сети, вдруг получится что-то нарыть. Не давал мне покоя тот некромант, вот не давал, и все. Быстренько заварив себе вкусняшки, я забралась на любимый подоконник и углубилась в исследование. Для начала узнать бы, как звали того некроманта, и это получилось быстро: Юрий Осокин. Его осудили на десять лет и отправили охранять резервацию вампиров — одну из трех, находившихся в окрестностях Мурманска. В общем, обычное наказание для провинившихся обладателей темной силы, ведь только они могли справиться с нежитью, единственной, которой позволялось официально хоть как-то существовать с людьми, пусть и со строгими ограничениями. Обычные некроманты, не осужденные, дежурили в резервациях сменами, их направляли от гильдий ближайших городов. Хм. Значит, этот Юрий четыре года назад освободился. И наверняка именно его проверяли, о нем говорила бабуля, хотя имени не называла. Она вообще вскользь о делах тех дней упоминала, и я видела, что ей тоже больно вспоминать, как и мне. Ведь бабуля потеряла старшего сына и внука.

Отогнав грустные мысли, я вернулась к поискам и нашла статью, в которой освещалось расследование убийства моего отца, в том числе, какие действия совершались, каких свидетелей и подозреваемых допрашивали и так далее. Конечно, далеко не все попало в новости, но мне и того хватило, чтобы понять: Осокин в ту ночь не дежурил, находился в казарме, спал, что показывали камеры. Всех, кто дежурил, тщательно допросили, но они все были контрактники и с моим отцом дел не имели никаких. Странно все это, очень странно. Чтобы вампиры выбрались за пределы охранного периметра, кто-то должен был провести их через пропускные пункты или отключить сигнализацию и деактивировать светлые заклинания. Ну или одарить нападавших амулетами. Амулетов при вампирах не нашли, и сдается мне, если они умные — а эти твари слыли именно такими хищниками, то сразу после того, как выбрались из резервации, они их уничтожили. Мда, тупик, однако. Но все-таки не давал мне покоя этот Осокин, вот не давал, и все.

Я сама не поняла, как у меня в руках оказался телефон, и я набрала номер Рэма, даже не посмотрев на часы. И только когда пошли гудки, мой взгляд остановился на циферблате на стене. Час ночи. Ой… Однако отбой я нажать не успела: в трубке раздался голос барса, и, судя по его бодрости, шеф еще не спал, к моему облегчению.

— Алена? — несколько удивленно переспросил он. — Что-то случилось?

— Не совсем, — торопливо ответила я, стараясь не думать о том, что сейчас ночь, а я звоню Рожнову по довольно пустяковому поводу. — Я тут покопалась в сети, почитала про дела отца. Скажи, а вы проверяли, где сейчас Юрий Осокин? Это последнее дело папы…

— Я помню, — перебил меня Рэм, и в его голосе проскользнули странные интонации. — Его проверяли, Ален, в числе прочих. Но в ту ночь не его дежурство было, и ни с кем он не менялся, в казарме был.

— Да знаю, бабушка говорила. — Я посмотрела в окно и прикусила губу. — Рэм, пожалуйста, можешь проверить, где он сейчас? — помолчала и добавила: — Я его лицо видела, когда по мне заклинанием долбануло.

В трубке повисла тишина.

— Кулон на тебе сейчас? — спросил шеф совсем другим голосом, в котором слышалось беспокойство.

— Да, — почему-то я улыбнулась от такой заботы, от его вопроса в животе словно защекотало невидимой кисточкой.

— Хорошо, я проверю, что там с Осокиным. Кулон не снимай, — еще раз повторил он. — Тебя завтра ждать?

— Конечно, — немного удивленно ответила я. — Бабуля завтра уезжает, я отдохнула, да и Женька сказал, у нас новое дело, да?

— Да, новое и довольно интересное, — подтвердил Рэм.

— Ну тогда завтра утром приедем. — И я немного поспешно попрощалась: — Спокойной ночи, извини за поздний звонок.

— Ладно, я все равно не спал еще. Спокойной ночи, Алена, — отозвался Рэм и отключился.

Я же, отложив телефон, невольно нащупала кулон на груди, пальцы рассеянно погладили украшение. Возможно ли, что Осокин действительно виноват в смерти моих родителей и теперь охотится за мной, чтобы закончить месть? Но при чем тогда тут «Зов сирены»? Хочет, чтобы я сама к нему пришла, добровольно? Поежившись, обхватила кружку с шоколадом обеими руками и отхлебнула вкусного напитка. Нечего раньше времени панику поднимать, может, это и не некромант, а память просто сыграла со мной дурную шутку. Я допила шоколад и вернулась в спальню — Женька уже крепко спал. Осторожно устроившись рядом с ним, я укрылась одеялом до самого носа и последовала его примеру. Не могу сказать, что душевное равновесие вернулось ко мне полностью, но стало немного спокойнее, безусловно. Однако последней мыслью было, что это затишье перед бурей и обманываться не стоит.

Утро началось как обычно — с запаха кофе, щекотавшего ноздри, и легкого, нежного поцелуя в губы. И все бы ничего, я даже улыбнулась, открыв глаза, но подмеченная в глубине взгляда Женьки затаившаяся тревога смазала хорошее настроение.

— Доброе утро, лисенок, — поздоровался он, склонившись надо мной и внимательно глядя в глаза.

— Привет, — тем не менее ответила я, выпутываясь из одеяла и цапнув чашку с кофе. — Спасибище, Жень.

Я отмахнулась от вредных и нехороших мыслей, что, несмотря на вроде бы примирение, что-то все-таки было не так, умылась, оделась, мы позавтракали и поехали в агентство. В машине я решила, что стоит объяснить Женьке, зачем мы тогда ходили с Рэмом обедать, эта заноза не давала мне покоя, и совесть не позволяла спустить на тормозах. Набрав в грудь побольше воздуха, я заговорила:

— Жень, насчет того обеда с Рожновым…

— Я знаю, — перебил Лис, и мои брови поползли вверх в удивлении. — Мне Рэм сказал. Ты хотела узнать о своем прошлом.

Мой рот как открылся, так и закрылся. Странно, значит, Рэм и Женька разговаривали обо… мне? Наверное, когда вместе ездили по новому делу, но я бы ни за что не подумала, что Рэм способен обсуждать подобные вещи. Покосилась на Лиса и поправилась: нет, наверное, все же рыжий завел разговор. Мда, странно все это. Я не нашла ничего лучшего, чем кивнуть и сказать:

— А, ну да, так и было.

Дальше до самого офиса мы ехали молча. Ну а когда вошла в нашу квартиру, первый, кого увидела, переступив порог гостиной, — барс. Он занимал кресло, остальные наши сидели на диване, и, по всей видимости, мы с Женькой успели как раз на совещание, проводившееся в уютной домашней обстановке. На столе стояла тарелка с нарезкой сыра и мяса, вазочка с печеньем, народ держал чашки с чаем. Телевизор тихо бормотал новости, как всегда, Вася сидела с ногами на диване, привалившись к Андрюхе, Рада чуть в сторонке с неизменной колодой, которую лениво перемешивала в руках. По остальным я скользнула взглядом мельком, а вот на Рэме мои глаза задержались и никак не хотели перемещаться на что-то другое. Все то же невозмутимое лицо, гладко выбритый квадратный подбородок, затейливая вязь татуировки на виске. Он тоже держал в ладонях чашку с кофе, и едва я появилась, наши взгляды встретились.

Всего лишь на мгновение тело охватила дрожь, а в самом низу живота зародилось странное тепло, стремительно расползавшееся по венам горячими змейками. Показалось, в глубине спокойных голубых глаз мелькнуло выражение, очень похожее на радость, но Рэм почти сразу посмотрел мне за спину, а вокруг моей талии обвилась рука Женьки. Пришлось срочно изображать улыбку, адресованную всем, и приветственно махать.

— Всем трям. — Я прикинула наличие свободных мест и решительно направилась к любимому подоконнику. — Мы не опоздали?

Сидеть на коленях у Женьки на глазах у всех… Ладно, ладно, на глазах у Рэма, не хотелось, при одной мысли об этом охватывало непонятное стеснение и напряжение, будто делаю что-то предосудительное. Отвлекаться на личные переживания и срывать рабочий процесс желания не было, поэтому я заняла место, откуда всех и видно, и слышно. И никто не в обиде. Надеюсь.

— Нет, мы как раз только начали. — Рэм покачал головой, пожал руку Женьке.

Меня эта мелочь порадовала: открытый конфликт между ними здорово мешал бы работе и пришлось принимать крайние меры. Видимо, они действительно до чего-то там договорились между собой, вот и ладушки. Женька, проводив меня взглядом, занял второе свободное кресло, и совещание продолжилось.

— Так, на сегодня две задачи, проверить еще раз квартиру Ларисы, — Рэм посмотрел на меня, — Ален, поедешь с Радой, заодно оставишь там на всякий случай пару амулетов. — Я кивнула. — И вторая задача. Женя, мы с тобой едем в офис, встретимся с этим директором еще разок и тоже оставим там прослушку.

— Хорошо, — теперь кивнул Лис.

— Андрей, свяжись тогда с матерью Ларисы, спроси, почему она выбросилась из окна и не было ли в их семье каких-нибудь старинных преданий, легенд или что-то вроде. — Рэм посмотрел на некроманта.

— А после Ларисы, может, с Мариной поговорим? — поинтересовалась Рада, пока я вспоминала, кто эта Марина. — Лариса адрес вроде оставляла.

— Да, стоит, — согласился Рэм. — Василис, тогда остаешься на хозяйстве. — Барс чуть заметно улыбнулся ведьме.

— Без проблем, — легко отозвалась Васька, и ее улыбка была шире.

— Тогда звоню Ларисе. — Рада поднялась.

— Пошел готовиться. — Андрей тоже поднялся, Рэм следом за ним.

— Мы после обеда поедем, — напомнил барс Женьке, и тот наклонил голову.

— Да, помню, — кратко ответил Лис.

— Тогда работаем, господа и дамы. — Рожнов улыбнулся и хлопнул в ладоши.

Рада закончила краткий разговор по телефону и подошла ко мне.

— Поехали, она дома сейчас.

— Не на работе? — мимолетно удивилась я, выходя в коридор.

— Нет, она домохозяйка. — Цыганка пожала плечами. — Слегка нервная, испуганная, ее эти смерти в семье сильно подкосили. Василиса вчера ей травок оставила, должно помочь. Но что-то там нечисто, Ален, вот печенкой чую, — задумчиво добавила Рада, одеваясь. — Проклятья как такового не ощущаю, и порчи тоже карты не показали, и энергетика. Но что-то темное есть. — Она нахмурилась. — Может, ты унюхаешь, я не ощутила, а карты лишь намекают, что надо копать дальше.

— Посмотрим, — покладисто согласилась я.

Машину взяла Женькину — наверняка они с Рэмом поедут вместе, на шефовской. В городе на дорогах к этому времени пересменка образовалась между утренними пробками и обеденными, и до дома Ларисы мы добрались быстро, благо жила она в центре, в тихом квартале на Ваське, на Шевченко. Отвлекаться во время езды я не стала и пытать Раду на предмет сделанного мне предложения тоже, решила отложить на потом, тем более Лис сам сказал, что не будет требовать ответа в ближайшее время. Мысли перескочили на завтра — выходные, и я поеду к Варваре! Невольно улыбнулась, чувствуя, что соскучилась по моим приемным родителям. Отдохну, поговорю еще и с ней и обязательно расскажу, что я вспомнила свое прошлое. Ну и уложу некоторый сумбур в голове.

Когда мы уже подъезжали к нужной улице, Рада вдруг негромко спросила, не глядя на меня:

— Помирились с Женькой, да?

Я осторожно покосилась на гадалку, внутренне напрягшись. Не хочу снова разговоров о судьбе и прочем! Вот не хочу, и все.

— Да. Это плохо? — получилось немного резко, но извиняться не собиралась.

Да, Рада гадалка и все такое, но я очень не люблю, когда мне диктуют, что и как делать.

— Нет, почему. — На ее губах появилась загадочная улыбка. — Все равно все будет так, как должно быть, Алена.

Сказала эту странную фразу и замолчала, продолжая улыбаться. Да и ладно, переспрашивать и пытать не собираюсь, ну его. Остановив машину у нужного подъезда, я вышла, Рада за мной, мы позвонили в домофон, и Лариса открыла нам. Она жила на втором этаже, дом старого фонда, естественно, но ремонт вполне приличный, хотя и не особо дорогой. Длинный коридор, в котором нас встретила хозяйка, справа — большая кухня-столовая, дальше гостиная, в конце коридора спальня, и последняя комната представляла собой смесь кабинета и библиотеки. Я обзавидовалась высоким, под потолок, шкафам с книгами, прикрытым стеклянными дверцами, и не сдержала восхищенного вздоха.

— Это еще мои бабушка и дедушка собирать начали, — с законной гордостью пояснила Лариса, заметив мои эмоции. — Но я уже просто храню, ничего в этом не понимаю, поэтому не продаю и не покупаю. — Женщина вздохнула.

Я не стала затягивать визит и сразу попросила:

— Можно, я тут начну?

— Да, конечно, — легко согласилась Лариса. — Вам что-то нужно?..

— Особо ничего, подождете в другой комнате? — Я улыбнулась хозяйке.

— Хорошо. — Она кивнула и вышла с Радой из кабинета-библиотеки.

Я же, быстро раздевшись, перекинулась в песца, конечно — он магию чуял в разы лучше, чем кошка, да и кошка скорее защитная ипостась с ее зубами и когтями. Обнюхала помещение, не уловила никаких отголосков запретной магии и выскользнула в коридор. Лариса и Рада сидели в гостиной и негромко разговаривали, я быстро обследовала кухню, заглянула в спальню и ничего нигде не обнаружила. Не пахло в этой квартире запретной магией, ни проклятьем, ни порчей. Может, что-то даст допрос Андреем души и расставленные «жучки»?