Глава 2

Маги подошли в плотную и выстроились полукругом вокруг меня. Коул сверлил пристальным взглядом, но я держалась изо всех сил. Обхватив колени руками и медленно раскачиваясь из стороны в сторону, уставилась безумным взглядом в одну точку.

— Что произошло? — спросил он.

— Он…он! Квалис! Он утащил меня… Утащил в море!

Маг нахмурился, схватил меня за плечи, заставил встать и с силой тряхнул. Я разозлилась — с пальцев посыпались искры, на ладонях вспыхнули узоры, и Коул отлетел метра на два, приложившись физиономией в мокрый песок…

Вот так. Так глупо, так скоро выдать себя! Я не умею сдерживать магию. А как ее сдержишь, когда ты только-только обрела такое счастье? Ясно одно — мне надо многому научиться. Тренироваться день и ночь. Вот только — что же мне делать сейчас?

— Как? Как?! — Коул вскочил, сжимая кулаки от гнева, — Магия! Как тебе это удалось? Кто это сделал?! — он вновь подскочил и схватил меня, на этот раз еще сильнее, — Отвечай!

— Отпустите…

— Аурелия Альваро… От ваших ответов сейчас зависит ваша судьба. Что. Здесь. Произошло? — злобный голос чеканил каждое слово.

— Я же сказала — не знаю!

— Ты…мелкая дрянь… — Коул зарычал, но в этот момент другой маг остановил его, коснувшись плеча.

— Он точно был здесь.

— Без тебя знаю, — зашипел маг.

Я попыталась лягнуть его по коленке, но тот ловко отразил удар.

— Я нажалуюсь ректору! — выпалила я. — Вы меня специально квалису скормить хотели!

— Что? — Коул просто опешил, я же продолжала беззастенчиво сочинять на ходу.

— Я пошла прогуляться по берегу.

— Кто разрешил? Я же сказал тебе — никуда не выходить, пока не скажу!

— Простите, — стараясь сделать невинное лицо, медленно подняла глаза сначала на Коула, потом, пустив слезу, оглядела остальных. — Ну, хорошо. Я скажу. Скажу вам правду…

Коул не верил не единому моему слову, это было видно, но остальные… Остальные, кажется, искренне сочувствовали. Ладно. В то, что я проведу кого-то, я, собственно, и не надеялась. Главное — не сдаваться и стоять на своем!

— Все было так… — глубоко вздохнула, давая себе крупицу лишнего времени. — Если вы не помните, Санто — это сын хозяйки гостиницы…

— Я знаю, кто это, — рявкнул Коул.

— Ну так вот, — мне все же удалось вырвать руку. — Он мне показался очень подозрительным. Понимаете? Расспрашивал про патрули, трясся, как осенний лист, чашку разбил, — растирая запястье, я не сводила с Коула глаз.

— Продолжай.

— Ну, вот. Я решила за ним проследить.

— Допустим. Почему пошла одна?

- Я Кайе предлагала, но она, трусиха, заперлась у себя в комнате!

— При чем тут Кайя?! Мне! Мне почему не сказала?!

— Простите! Я… Я не знаю! Я не помню! Я хотела найти Бьянку, понимаете?! Он… Он… Квалис! Он утащил ее! Кайя! Кайя его видела!

Маги медленно переглянулись между собой. Еще бы! Удивлены, да, ребята? Так-то — за все надо платить. Я рассказала водным магам про дочку градоначальника и ее возлюбленного, про то, как монстр настиг меня и утащил в пучину морскую, как у меня от страха проснулась магия, и еще о том, что надо нам всем вместе срочно искать Бьянку, чтобы вызволить девушку из логова чудовища. Я даже приблизительно представляю себе, где оно, это логово! Монстр поймал меня воон там и потащил влево… Нет — вправо… А может…

— Замолчи! — Коул демонстративно зажал себе уши ладонями. — Аурелия — твоя магия. Вспомни! Когда это произошло? С тобой рядом был квалис? Все время? Вспомни! Может, это был кто-то другой? Ты видела еще кого-нибудь?

— Кто еще это мог быть? От него пахло гнилью и тиной, — я затряслась и упала на песок. — И…язык! Огромный, раздвоенный язык! Он открыл свою пасть, руки превратились в щупальца, и тут….

— Что?! Что произошло потом? — Коул даже покраснел от гнева.

— Магия разблокировалась, — с придыханием сообщила я, усиленно давя улыбку. — Наверно, от страха…

— Ладно, пусть с тобой высшие разбираются, — буркнул Коул, делая знак другим магам. — Отведите девчонку к порталу, мы возвращаемся в Академию.

— А как же Бьянка?! — я вскочила, окинув всех присутствующих умоляющим взглядом.

— А что с ней?

— Вы ее нашли? Где она? А квалис?! Вы… Вы убили его?! Убили квалиса?!! — я тараторила без умолку, приведя мужчин в некоторое замешательство.

— Уведите ее! — простонал Коул и исчез в темноте.

***

Маг чертил в воздухе руны, плел, открывая портал, изящную вязь заклинаний, что сливалась в причудливый узор, сияющей дырой растекаясь в сумеречном пространстве. Вспомнила, что у Коула был открывающий портал браслет. Теперь, когда у меня есть магия — я разберусь во всем. Может, и вот так — тоже научусь…

— Прошу, — маг сделал пригласительный жест и усмехнулся.

Что-то в его глазах мне сильно не понравилось, но выбора все равно не было. Я бросила последний взгляд на море, мысленно попрощалась с отцом, и сделала шаг вперед.

Тело с головы до пят пронзило болью, пространство вновь расслоилось на миллиарды миров, сознание — на тысячи осколков. Все, как в прошлый раз, но мне показалось — еще сильнее. Перед глазами все слилось в разноцветную пятнистую метель, дыхание остановилось.

Когда, наконец, все закончилось — было страшно открыть глаза. Я лежала на чем-то твердом. Вокруг — тишина.

Где я? Кто я?

Не знаю, сколько прошло времени, пока я смогла ответить самой себе на эти вопросы. Я — Аурелия. И я в очень, очень непростой ситуации — с какой стороны ни посмотри. Если осторожно открыть глаза…

Аййййй… Свет! — я зашипела от боли, но вскоре и эти неприятные ощущения прошли.

Видимо, маги сильно разозлились на меня, иначе как объяснить, что от перехода по обычному порталу я только что не при смерти… Странно. Нам никогда не говорили, что качество переноса зависит от эмоций мага. Хотя, если верить воскресшему папочке, нам много чего не говорили.

Если верить… А верить ли?

Итак — что тут у нас? Первое — меня не отправили ни в подземелье, ни в темницу. Уже хорошо. Я всего лишь лежу на полу, в нашей с Бьянкой комнате, на чердаке замка Академии Авэлин.

Все — так, как и было в последний раз. Мои вещи раскиданы — я собиралась впопыхах. Казалось — прошла целая вечность, а ведь меня не было чуть больше суток. Взгляд упал на подоконник — там так и стояла корзинка с синими яблоками. Сердце сжалось от боли, живот предательски заурчал — страх и голод атаковали одновременно.

Шатаясь, я подошла к двери и попробовала выйти. Ничего не вышло — дверь была заперта.

И что теперь? Это что — арест? Поверили? Не поверили? Отпустят? Нет? Кинут в подвал? Будут допрашивать?

Мысль о том, что Бьянку не отпустили, чтобы продолжать шантажировать меня, вызвала дрожь, и я постаралась об этом не думать. В одном я была уверена — уходить с де Виера было нельзя. И не только потому, что я ему не верю. Бьянка. Я не могу оставить ее одну. Интересно, а если бы я была одна? Сама за себя? Я бы пошла? Прислушалась к себе и поняла, что — нет. Не пошла бы. Но и магам Академии я тоже не верю. Магия, словно сытая кошка, довольным урчанием отозвалась на мои мысли.

Стараясь держаться ближе к стене, доковыляла до окна. Взяла яблоко. Надо поесть. Окрепнуть. А потом… Потом я подумаю, как отсюда выбраться и найти Бьянку. С наслаждением вцепилась зубами в сладкую, сочную мякоть — как же хочется есть! Сил, правда, не прибавилось, и я рухнула на кровать.

Уже лежа, чтобы не отключиться (перед глазами все поплыло), раскрыла ладонь. Мысленно представила жемчужно-золотистую капельку воды — и она тотчас появилась! Зависла в воздухе над ладонью. Я до самой темноты плела из капелек-жемчужин ожерелья и браслеты, удерживая концентрацию таким образом, чтобы они не растекались лужицами и не меняли цвет.

Внезапно «ювелирные» украшения потеряли форму, стены комнаты стали расплываться, а я… Я погрузилась в сон — тяжелый сон без сновидений.

***

Я проснулась от дикого гула — кто-то открывал портал в нашу комнату. Вскочила, едва не упав с кровати, стараясь унять сердце, что от страха колотилось, как бешеное, у самого горла. Внезапно гул оборвался, и в комнату выбросило…

— Бьянка!

Я бросилась к ней.

— Бьянка! Жива! Жива?

Бледная, с закатившимися глазами, девушка осела на пол, и я еле успела ее подхватить.

— Помогите! Слышите! Кто-нибудь, на помощь!

«Только бы жива! Только бы жива» — билась в голове единственная мысль. Я развернула ее к себе и стала бить по щекам, одновременно растирая ладони. Какая холодная. Как… прогнать, прогнать от себя слово «неживая». Не может быть. Не хочу!

Я дышала на кисти ее рук, пытаясь сообразить, что я могу сделать с помощью своей магии. Силы во мне было много — она бурлила и волновалась, но я, боясь навредить еще больше, не решалась ее использовать.

— Помогите! Кто-нибудь!

Но меня никто не слышал. Ни девчонок, ни Фабио — вообще никого. И дверь заперта. Наколдовали, чтобы звуков из нашей комнаты не было слышно? Зачем? О, море! Если с Бьянкой что-то случиться, я не знаю, что я с этой Академией сделаю!

Магия отозвалась — засияли узоры на руках, я почувствовала их тепло на коже. Идея «сделать что-то с этой Академией» пришлась и ей, и мне по вкусу. Я подбежала к двери, чтобы ее вынести. Как именно, я не знала, но чувствовала, что смогу. И не факт, что не вместе с башней, в которой обитали первокурсники.

Дверь, словно услышав мою угрозу, со скрипом отворилась:

— Аурелия, это я.

На пороге появилась госпожа Юли, а я растерянно замерла, потому что на кончиках пальцев уже мерцали смертоносные искры заклинаний, готовые сорваться.

— Тише, девочка… Тише, — госпожа Юли стала что-то напевать, и я успокоилась.

— Помогите, — еле слышно прошептала я, с надеждой поднимая глаза на женщину.

— Все будет хорошо, девочка. Все будет хорошо.

Она ушла, но вскоре вернулось. Ее не было минут десять, не больше, но для меня они показались вечностью.

— Помоги! — скомандовала женщина, как только вернулась. — Нам надо ее приподнять! — я послушалась. — Ух, и до чего холоднющая!

Госпожа Юли поставила рядом с Бьянкой кружку и, зачерпнув из нее ложкой горячий отвар, влила девушке в рот несколько капель.

— Ее в медпункт надо, — прошептала я, пытаясь привести мысли в порядок.

А мысли были. О том, что я вся оцепенела, мне хочется подчиняться этой женщине, которая спасет Бьянку, и только магия — теплая, живая, только она еще боролась внутри со всем этим.

«Не доверяй никому, дочка…».

— Ничего, это просто упадок сил, сейчас восстановим, — ворковала госпожа Юли, продолжая выпаивать Бьянку отваром.

— Фу, ну и гадость, — послышался слабый протест после очередной порции волшебного зелья.

Я обрадовалась, схватила кружку и заставила подругу выпить все без остатка.

Бьянка жива. Жива! Все будет хорошо.

Я помогла подруге добраться до кровати и снять туфли.

— Все тело затекло, — пожаловалась она. — Лучше я пройдусь.

Она встала и, пошатываясь, пошла босиком по выщербленному полу.

— Ты что-нибудь помнишь? — спросила я.

— Да, — кивнула она. — Мы с Кайей были на рынке. Был приказ отправиться туда. Помню, остановились возле прилавка с фруктами. Там были такие ароматные яблоки…

Я улыбнулась и кинула подруге одно — синее. Из тех самых — зачарованных мной на удачу. Бьянка ловко поймала его и жадно вгрызлась зубами, откусывая кусок.

— Попфему не фиоилетофое? — спросила она с набитым ртом.

— Потому что…

— Ты их сама зачаровала? — Бьянка проглотила, наконец, этот огромный кусок и внимательно посмотрела на меня.

— Да. Сама. Как ты любишь. Думала, тебе будет приятно.

— Боялась, что не вернусь? — тихо спросила она.

— Да. Боялась. Очень…

Мы смотрели друг другу в глаза минут пять. Ком колючим ежом застрял в горле, защипало глаза. Не сговариваясь, бросились друг к другу и обнялись. Мы обе в этот момент осознали, насколько друг другу дороги. Я знала, что Бьянка — единственная, кому я могу рассказать все. Но я также поняла, что никогда не расскажу ей ничего из того, что может ей навредить. Я не допущу, чтобы у нее были из-за меня проблемы. Как в любимой с детства книжке: «Рика — дочь капитана». Маленькая бесстрашная героиня часто говорила одну и ту же фразу: «Я не люблю, когда из-за меня плачут!». Я любила сказку про фею и серебряные ключики и вот эту книжку. Интересно, в библиотеке замка — только книги по магии? Кстати, мне бы туда заглянуть по одному очень важному делу…

— Аурелия? Ты здесь? Эй!

Я поняла, что задумалась. Крепко задумалась — Бьянка уже третье яблоко догрызала. Во дает… И опять складывает огрызки под кровать… Ненавижу, когда она так делает!

— Вы гуляли по рынку. Что было дальше? — спросила я, собирая мусор — ворчать на нее бесполезно — проверено временем, надо просто взять и сделать.

За окном послышался шорох, будто ветка билась в стекло, шелестя летней листвой, вот только наша комната слишком высоко — кроны деревьев намного ниже… Может, птица?

— Дальше? — Бьянка посмотрела на меня и пожала плечами. — Дальше — все, темнота. Очнулась уже здесь. Что произошло? Я провалила задание, да?

Я посмотрела на нее и тут же забыла о птице. Все-таки моя подруга — удивительное существо… Она могла умереть! Ее мог сожрать монстр! А у нее на уме одно — провалила она задание или нет…

— Меня… Меня исключат, да? Скажи. Ты же что-то знаешь, я же вижу!

— Да никто не собирается тебя исключать! И никакое задание ты не провалила.

— Тогда что?

А вот это хороший вопрос. Хороший, и очень не простой. Действительно — ЧТО? Вот что мне делать, русалья ты тина, а?! Рассказать об отце — подвергнуть ее опасности. Она и так пострадала из-за меня. Наврать? Разве могу я ей врать? После всего, что мы пережили вместе? После всего, что она сделала для меня…

— Аурелия! — с тревогой посмотрела на меня Бьянка, — что происходит?

Мысли мои совсем заметались, но тут, очень кстати, надо признать, в окно постучали. Мы переглянулись. Я вскочила на ноги и бросилась к окну, распахнув створки.

На карнизе, не смущаясь того, что наше окно было на головокружительной высоте, стоял Фабио.

— Привет, — широко улыбнулся он. — А меня пытались не пустить!

— Фабио! Ты… сумасшедший! — я испугалась так, что втащила его к нам в комнату, вцепившись в ворот рубашки, едва не порвав ткань.

— Я не сумасшедший, — сделал вид, что обиделся парень. — Я переживал.

— Спасибо, — тихо сказала Бьянка. — Это очень греет, когда за тебя переживают.

И они замерли, уставившись друг на друга, глаза в глаза.

Как жаль, что разблокированный отцом дар не может сделать так, чтобы я исчезла! Растворилась, провалилась бы куда-нибудь. Ведь без всякой магии понятно — эти двое должны остаться одни. Я закусила губу, мысленно проклиная магов, что заперли нашу дверь. Если бы не это, я бы придумала что-нибудь, какую-нибудь причину, и выскочила бы на пару часиков. А так…

Эх…

— Госпожа Юли сказала, — вы вернулись, но к вам не велено пускать, — хрипло начал парень, не сводя с девушки глаз. — Типа, вы отдыхаете.

— Мы отдыхаем, да, — нахмурилась Бьянка. — Только я — ничего не помню, а Аурелия — молчит, как чуйрун.

— Чуйрун? Кто это? Я не читала о таком в энциклопедии.

— И не прочтешь, — Фабио улыбнулся. — Чуйрун — не морское чудовище. Это птица. Очень крупная птица. И редкая. Она не издает звуков. Никаких. Говорят, увидеть ее — к смерти. Но ты не уходи от темы — тебе что — запретили рассказывать? — уставился на меня парень.

— Правда, что ли? — Бьянка отодвинула в сторону Фабио и стала сверлить меня требовательным взглядом — из тех, что я никогда не могла вынести. — Что же там такого произошло, в этом морем прОклятом городке?

— Ты можешь нам доверять. Если что — мы поможем. — Фабио с Бьянкой переглянулись.

Мне было стыдно. И больно. Я не могла открыться людям, которые искренне за меня переживали. Людям, которым действительно можно доверять. Они доказали это не раз. Они этого заслуживали! Правда жгла язык, но то, что я могу подставить этих двоих — самых дорогих, родных и близких — заставляло молчать.

— Аурелия!

— А? Вот…

С пальцев сорвалась магия. Она расцвела на ладонях, лаская пальцы, пробежалась по стенам комнаты, яркой иллюзией вспыхнула, отразившись в восторженных глазах друзей! Мы будто оказались на берегу Золотого моря — величаво неслись волны, поднимая шапочки белоснежной пены к самым облакам, а над ними — птицы, и кажется — подняться бы туда, высоко, в небо, но картинка растаяла, осыпая наши головы дождем огненных искр.

— Это…чудо! — прошептала Бьянка. — Но… Этого не может быть.

Фабио ошарашено кивнул и добавил:

— Откуда? Твой дар разблокирован! Но…как?!

Друзьям врать сложнее, чем лживым магам и мерзкому Коулу. Безумно хотелось обо всем рассказать и даже попросить совета, но я представила на мгновение, что маги каким-то образом слышат или видят все то, что происходит в нашей комнате, и упрямо сказала, закусив губу:

— Не спрашивайте. Я не хочу вас обманывать, но и правду сказать тоже не могу. Простите.

Я зажмурилась, приготовившись к граду вопросов, но тут на лестнице послышались чьи-то шаги.

— Прячься! — скомандовала Бьянка.

Парень нырнул за ширму, и когда он исчез, подруга перевела на меня взгляд. «Все-таки расскажешь!» — прочитала я в нем и вздохнула.

Раздался скрип отпираемого замка.

— Девочки! — госпожа Юли, улыбаясь, вплыла в комнату с полным подносом. — Хорошо, что вы уже поднялись. Завтракайте хорошенько. Вас ждут.

Мы с Бьянкой тревожно переглянулись. И перевели вопросительные взгляды на экономку.

— Бьянку — у лекарей, — пояснила добрая женщина, — А тебе, Аурелия, пора собираться на занятия.

Я надеялась, что госпожа Юли уйдет, и это даст нам возможность выпроводить Фабио, но она не двинулась с места. Она что — думает, мы сбежим? Пришлось есть под ее пристальным взглядом. Радовало только то, что пирожки и горячий кофе действительно взбодрили — вернулись силы. Потом мы быстро оделись, стараясь не смотреть туда, где прятался парень, и вышли под конвоем госпожи Юли, словно арестованные.

Во дворе было пусто — никого. Ни студентов, ни преподавателей.

— Все уже на парах. Поторопись, Аурелия. У тебя история у госпожи Палагетти.

Я подавила тяжелый вздох. История. Больше всего мне хотелось пробраться в библиотеку и посмотреть те книги, о которых говорил отец. Но выбирать не приходилось, и я поплелась на занятие. Все равно получу отработку за опоздание. Едва я приблизилась к аудитории, как тяжелые двери распахнулись сами собой. Почувствовав уже знакомое головокружение, едва успела сделать вздох перед тем, как меня затянуло в водоворот тягучей тьмы.

Через мгновение мгла рассеялась, уступая место яркому свету. Все еще ощущая неприятное покалывание, я огляделась, щуря глаза.

— Доброе утро, Аурелия, — раздался знакомый голос.

— Магистр Байор?

Когда голова перестала кружиться, а глаза, наконец, привыкли к яркому свету, я поняла, что мы находимся в оранжерее. Место было роскошное, но я здесь не была никогда. Студенты, как и преподаватели, занимались водным миром — до земных растений никому не было дела. Ну, за исключением тех, кто был наказан, и им досталась отработка в оранжерее.

— Что я…мы здесь делаем? — прошептала я.

За последние пару дней это уже третье путешествие через портал. И хотя сейчас расстояние было небольшое, волна неприятных мурашек пробежалась по всему телу — от головы до самых пят. А еще нестерпимо чесалось за ухом, ближе к шее. Тоже, наверное, от порталов.

— Дело в том, — продолжил магистр спустя какое-то время, видимо, давая мне возможность прийти в себя. — Что у меня в кабинете обосновались члены магического совета. Они собираются тебя допрашивать.

Я вздрогнула.

— Я вообще не понимаю, что происходит в Академии. А я этого не люблю. Это моя Академия. И я не позволю что-то вытворять у меня за спиной.

В голосе мага проскользнула тщательно сдерживаемая ярость, но я ее почувствовала. Она была яркая, кроваво-красная.

— Коул рассказывает совершенно невероятную историю, — начал вкрадчиво магистр. — Девочка моя, я понимаю, ты перенервничала и боишься, но я смогу тебя защитить.

Он подошел ближе, кладя ладонь мне на плечо, мягко, но настойчиво заставляя повернуться и посмотреть ему в лицо.

— Мне можешь доверять, — проговорил он, и, подмигнув, щелкнул по носу. — Но я смогу тебя защитить, только если ты расскажешь мне правду. Что случилось вчера на берегу?

— Там был квалис. Они хотели отдать меня квалису, — повторила я, стараясь побледнеть, затрястись и сделать безумный, стекленеющий на глазах взгляд.

Я знаю, что плохая актриса. Но другого выхода не было.

— Хм…это сильное обвинение, — тяжело вздохнул глава Академии, ожидаемо не реагируя на мои старания. — Зачем это им? Допустим, я верю тебе. Допустим… Но это совершенно не объясняет то, что к тебе вернулась магия.

Магия. Бурлящая, желающая вырваться на волю, чтобы снести тут все к сиренам! И этого опасного мага, и оранжерею с ее навязчивыми запахами. Я вдохнула поглубже, чтобы что-нибудь ответить Байору, что-то типа: «Я не знаю», но вдруг поняла, что голова кружится, и я не могу издать ни звука. Да я даже упасть не могу!

— Жаль, — магистр склонил голову на бок, внимательно разглядывая мое испуганное, оцепеневшее лицо. — Жаль, что года два назад Советом было принято решение отменить дисциплину зельеварения в пользу дополнительных часов по боевой магии. Такое время… Нужны охотники на монстров, а не травники. Я, между прочим, выступал против подобного решения, но был в меньшинстве. Зельеварение во время учебы в Аэвлин было моим любимым предметом. И ты знаешь, Аурелия, я очень преуспел в этом.

Байор говорил, словно напевал колыбельную. Перед глазами все поплыло, захотелось спать…

— Зря маги пренебрегают растениями. Они очень полезны. Всего одна капля эликсира правды на цветок каямы — и ты ничего не сможешь скрыть. Запах тебя захватит, вскружит голову, вызовет воспоминания, а я… Я смогу их увидеть! Тебе даже не придется ничего мне рассказывать. Тебе вообще ничего не придется делать. Здорово, правда? Ну же… Расслабься, Аурелия. Расслабься и доверься мне. Так будет правильно.

Вот тут мне стало страшно.

Увидеть все. Я задрожала.

— Не бойся, это не больно. Тебе же нечего скрывать, ведь так?

Теперь в голосе была явная насмешка.

— Что у нас тут?

Маг замолчал, внимательно разглядывая мой бег по пляжу от «морского» чудовища. Хмыкнул, когда тот замер перед ним. Байор, оказывается, умел еще и останавливать просмотр воспоминаний. Потом — смерч, волна обрушивается на берег, по песку ползут огромные щупальца! Отвратительно чавкая ненасытными присосками, — они цепляются за платье, обвивают ноги, и тащат, тащат в воду бедную меня! Потом — все. Темнота…

Байор скрестил руки на груди и нахмурился, прибывая, видимо, в тяжелой задумчивости. А я… Я хоть и не могла пошевелиться, но была с ним крайне солидарна.

Похоже, нас с магистром мучил один и тот же вопрос: ЧТО ЭТО?