Глава 11-2

А мы почти дошли до той самой лаборатории, которая так интересовала Эвелину. Оказалось, что это большое трехэтажное здание. Сейчас все окна светились, и мне стало безумно любопытно, что происходит внутри, но, увы, пока что ход туда нам закрыт.

- Скорее бы второй семестр! – мечтательно заявила Эви. – Возможно, мы получим туда доступ.

- Любишь опасные эксперименты? – усмехнулся Лем.

- А почему нет? – ответила подруга. – Жаль, что пока у нас одни вступительные занятия.

- Ничего, время пролетит быстро, - ответила я. – Холодает. Может, вернемся в замок?

Друзья не стали отказываться. На самом деле, я не замерзла. Просто казалось, что вот-вот из темноты появится убийца, а мы ничем не сможем ему помешать. Поэтому и поторапливала ребят. Однако, вопреки моим опасениям, на сегодня лимит неприятностей для Алдена был исчерпан. Мы разошлись по этажам, и я до полуночи читала стихи Борнелла. А потом уснула так крепко, что едва не проспала завтрак, а вместе с ним – нашу прогулку.

После завтрака, как и договаривались, мы встретились у ворот академии, показали привратнику новенькие пропуски и ступили за пределы академии.

- И куда нам идти? – спросила я у друзей, недоумевая, где может находиться город – мы его не проезжали.

- Туда, - указал Лем в сторону, противоположную той, откуда лежал мой путь. – За полчаса пешком доберемся.

Впрочем, в это утро не только мы покидали академию. Мимо тянулись студенты старших курсов, которые торопились отдохнуть от учебы. А вот других первокурсников рядом не было. Да, чтобы получить пропуски, нашим товарищам по учебе придется постараться. Я чувствовала себя неловко из-за этого, ведь пропуск получила только потому, что случилось несчастье, и Ала пытались убить. Однако вскоре это неловкое чувство исчезло, и я увлеченно глядела по сторонам.

Мы спускались по узкой тропке меж больших валунов, а затем свернули на живописную дорожку, вьющуюся посреди каменных нагромождений. На этот раз никакие големы не перекрывали наш путь. После нескольких дней за закрытыми воротами хотелось глубже вдохнуть воздух свободы, что я и делала, наслаждаясь погожим днем и теплым ветерком, который ласкал мое лицо. Как хорошо!

Лем и Эви продолжали обсуждать газету. Алден угрюмо молчал, а Рейн догнал меня и предложил руку. Я оперлась на его локоть. Идти так действительно оказалось удобнее, и мы прибавили шаг, а за очередным поворотом увидели в долине под горой небольшой городок. Казалось, будто он нарисован крупными мазками: широкие улицы, домики, заборчики, яркие пятна крыш – разноцветных, что меня удивило.

- Как называется город? – спросила у Рейна.

- Ласточка, - ответил он.

- Ласточка?

- Да, таково было прозвище его основательницы, которой принадлежали окрестные земли, - ответил юноша, проявив чудеса красноречия впервые за минувшие дни. – Она пришла сюда с юга, изгнанная семьей из-за отказа выходить замуж за родовитого жениха. Сначала заняла пустующую охотничью хижину, потом к ней стали стекаться местные, потому что Ласточка владела мастерством врачевания. Чтобы никто не узнал, кто она такая, целительница выбрала псевдоним Ласточка как символ свободы.

- Я ее понимаю.

Здесь, в академии, я впервые за долгое время почувствовала себя свободной: от косых взглядов, неоправданных ожиданий, всеобщего разочарования. Да, мне порою до безумия хотелось домой, однако постепенно это желание сходило на нет. А еще впервые за долгое время у меня появились друзья, и им было все равно, есть у меня магия или нет.

- Я тоже, - эхом откликнулся Рейн.

Наши взгляды встретились. Что я о нем знаю? Ничего, кроме того, что он с юга. Однако речь говорила об обратном. Южане болтали быстро, эмоционально, а Рейн молчал, да и Лем мог похвастаться правильным произношением. Хитрят они, мои товарищи! Но это их право.

А мы спустились по неудобной тропке и зашагали по широкой, вымощенной камнем дороге. Ал догнал нас с Рейном, хотел было вырваться вперед, но затем зашагал вровень. Он поглядывал на меня, будто желал поговорить, но Рейн делал вид, что не понимает намеков. А я вдруг почувствовала себя под перекрестным огнем. Почему, хотелось бы знать?

К счастью, вскоре мы ступили на улицы города. Здесь было шумно и многолюдно: выходной, базарный день. На нашу форму косились с заметной приязнью. Видимо, к студентам в Ласточке относились хорошо. Я глазела по сторонам, стараясь впитать все, что меня окружало: здания, торговые лотки, улыбающихся людей. Так хорошо!

- Нам нужна оружейная лавка, - сказал Рейн. – Без хорошего клинка я чувствую себя раздетым.

- Да уж, плохо, что нам приказали явиться в академию безоружными, - поддержал его Клеменс. – Вон, кто-то пронес и оружие, и яд. И как только? Не во рту ведь!

И рассмеялся. Лему был к лицу этот город, веселый щебет горожан. А еще на моих спутников заглядывались девушки. Я не раз и не два замечала, как они поправляли оборки на платьях, едва завидев троих привлекательных парней.

- Вы здесь сегодня произвели фурор, - сказала с улыбкой.

- А то! – Клеменс расправил плечи. – Знай наших! Как думаете, ворота академии открыты всю ночь? В котором часу мы должны вернуться?

- Вроде бы их запирают в десять, - сказал Алден. А я-то думала, он не прислушивается к нашему разговору. – Успеем.

- Да, это точно. Только, если вы не против, я покину вас ненадолго.

- Надо держаться вместе, - вмешалась Эви.

- Само собой, - мягко ответил Лем. – Но дела, дела… Мне надо на почту, родители обещали прислать письмо. А вы найдите оружейника и ждите меня там. Вряд ли в этом городе больше одной оружейной лавчонки.

И то верно. Но все-таки без Лема я почувствовала себя неуютно. Рейн, похоже, тоже: он заметно насторожился, будто весь собрался и теперь шел гораздо быстрее, так что мы едва поспевали за ним.

- Вон лавка! – Алден заметил нашу цель первым. Я думала, прогулка пойдет ему на пользу, но мой бывший жених с каждым шагом выглядел все более усталым. Видимо, вчерашнее все еще влияло на его здоровье. Ничего, сейчас выберем что-нибудь для обороны, а потом перекусим в одном из маленьких кафе. Отдохнем и переведем дух.

Внутри лавки оружейника пахло маслом и металлом. Она была небольшой, и на всех стенах висели разные виды оружия: от мечей до стилетов, от кинжалов до арбалетов. Я с интересом разглядывала каждый образец: сама сражаться не умела, но можно попросить Лема или Рейна, они покажут азы. А к нам уже спешил добродушный толстячок, который никак не вязался с большинством этих предметов.

- Добрый день, добрый день, - загрохотал его неожиданно звучный голос. – Первокурснички? Отлично! Вы попали в лучшую и единственную оружейную мастерскую Ласточки.

Конечно, лучшую. Она ведь одна. Но я сдержала улыбку, а торговец продолжал живописать:

- Часть того, что вы видите, изготовлена в Ласточке, часть привезена из столицы. Есть образцы из Северных гор и соседних государств. Граница ведь близко, это накладывает свой отпечаток. Что вас интересует?

- Меч, - ответил Рейн. – Кинжал, арбалет, иглы. Девушкам тонкие клинки и метательные ножи. Алден?

- Кинжал, - сказал блондин, сверкая глазами. – И, пожалуй, тоже метательные ножи.

Странно, что не меч. Я знала, Ал хороший боец и искусно им владеет.

- Будет сделано! – радостно сообщил торговец. – Сейчас покажу все наилучшее, обождите минутку.

И скрылся в соседней комнатушке, а затем принялся бегать туда-сюда, выкладывая на прилавок мечи, кинжалы, метательные ножи… Я ничего в этом не понимала.

- Рейн, выбери что-нибудь для меня, - попросила друга, вложив в его ладонь пару монет. – Мне что-то душно.

- Да, конечно, - пообещал он, а я поспешила на улицу.

Здесь стало легче дышать. Я полной грудью вдохнула воздух. Да, запах оружия не для меня. Ничего, дождусь Клеменса здесь. Глядишь, за это время и ребята выберут что-то подходящее. Вот только отдохнуть я не успела. Передо мной, как из-под земли, выросла тощая старушонка в цветастом платье.

- Давай погадаю, милая, - с хитрым прищуром предложила она. – Всего медяк.

- Не надо, - ответила я.

- Не хочешь за медяк, погадаю бесплатно, - пообещала та, перехватывая мою руку. Я дернулась, но ноги не слушались, будто кто приклеил к тротуару.

- Вижу… - Глаза старушки подернулись пеленой, и мне стало жутко. – Вижу слезы в твоем прошлом. Много-много слез. Увы, в будущем их не меньше, но ты сильная и справишься. Три реки несут свои воды мимо тебя. Одна черна, как ночь. Другая светла, как день. Третья огненная река. В какие воды ты войдешь, зависит только от тебя, но там, впереди, тучи. Скоро пойдет дождь. Вижу…

- Отпустите ее, - прогремел голос Рейна. Он перехватил старушонку и заставил ее разжать пальцы. Вот только та не сдавалась.

- Ты высоко взлетел и низко упал, - заскрежетал ее голос. – И снова поднимешься, потому что тьма над твоим домом. Вороны каркают…

- Хватит! – взмолилась я.

- А за тобой… - Гадалка вдруг резко обернулась к Алдену, вышедшему за Рейном. – За тобой следует погибель. Того и гляди, проглотит. Ну, так что, дадите медяшку?

И ее глаза стали совсем обычными. Я кинула ей мелкую монету, та улыбнулась во весь рот и потащилась прочь, а мы переглянулись.

- Мне страшно, - прошептала я.

- Идем в кафе, - откликнулся Рейн, указывая на столики через дорогу. – Подождем Лема там.

- Эй, а что случилось? – Эвелина выбежала на порог. – Вы все такие бледные!

- Идем, - сказала я Рейну, не отвечая подруге, и он повел меня к кафе.

А я чувствовала, как подкашиваются ноги, и все пыталась разгадать, что же старуха имела в виду.