Глава 38

С полигона меня уносили на носилках, но я была относительно в сознании. И это еще повезло, потому что при мне был под завязку заполненный целительский артефакт. Своего щита у меня, само собой, не было, а никто из парней не догадался или не захотел меня прикрыть от дальнобойной техники.

Конечно, я сразу же определила, что сейчас будет атака магией ветра — одной из самых неудобных для меня стихий, поскольку сделать с ней я ничего не могу. Так что я метнулась в сторону, предупредив парней. Они же побежали в другую, прикрываясь щитами. Попало по мне по касательной, но все же два воздушных серпа задели, а потом еще и ледяные осколки, пущенные вслед магом воды, завершили дело по моему выбиванию.

Впрочем, бой не остановили. Жизни моей, по сути, ничто не угрожало. Артефакт работал, а добивать запрещалось, так что я просто лежала, любовалась голубым небом и изредка пролетающими надо мной техниками. Впрочем, когда в ту сторону, где я разлеглась, прилетело нечто убойное, меня целители прикрыли щитами — нормальная практика. Все же в тренировочном бою смерти студентов крайне нежелательны, тем более такие.

Кто победил, я решила не выяснять. Зачем оно мне? Это не соревнование — все лишь тренировка, так что значения не имеет. А вот как я себя показала — очень даже имеет.

Было обидно, что я так и не успела ничего предпринять, еще обиднее, что мне очень наглядно продемонстрировали, точнее, прямо носом ткнули в то, что я ничего не могу. Уверена, вечером еще и декан добавит.

Ну а что? Тут даже жаловаться не на что. Меня на следственный факультет никто силком не тащил, так что должна либо справляться, либо, если не получается, сцепить зубы и стараться до последнего. Уверена, и герцог Дорнтон, и Сарентон ждут от меня именно этого. Да я и сама от себя этого жду… Только почему-то хочется плакать.

Я пролежала в палате где-то с полчаса, наверное, под действием артефактов. За это время никто ко мне не подходил, так что дали вдоволь покорить себя в одиночестве, подумать.

— Миледи Дорнтон, — зашедшая только что целительница помогла мне приподняться и практически влила в горло восстанавливающую настойку. Пострадала я и правда не сильно, несколько порезов не в счет, так что артефакт вполне справился, но укрепить организм все равно надо.

— Благодарю, — я кивнула молодой женщине. — Скоро меня отпустят?

— Пару часов вам нужно полежать, отдохнуть, набраться сил. Ваш артефакт почти разрядился, так что я взяла на себя смелость и его зарядила.

— Большое спасибо! — я искренне поблагодарила целительницу.

Зарядить артефакт я, в принципе, и сама могу. Но, во-первых, целительская магия — это целительская, она расходуется меньше и лечит лучше. А во-вторых, ведьмы заряжают артефакты очень долго, буквально силу приходится по капле в них заталкивать. В общем, очень кропотливый, трудоемкий и сложный процесс, на который уйдет уйма времени и сил. Так что, если у нас разряжаются артефакты, мы просто просим целителей. Здесь, на территории академии, это делается бесплатно, за воротами, конечно, придется заплатить, иногда даже немало.

— Вам ваша подруга вещи из раздевалки передала, — целительница показала на сверток, лежащий на тумбочке в изголовье кровати. Я даже не видела, как она его принесла.

Подруга? Интересно, это кто? Наверное, Серина, больше на следственном у меня вроде бы друзей нет. Не сама же королева сподобилась? Да и не было ее сегодня на тренировке. Она попала под взрывающийся артефакт тогда же, когда и Норен, и ее только недавно выписали, соответственно и напрягаться пока запретили. Это мне все Гарет успел поведать, когда мы нарезали круги по полигону. Вернее, он просто упомянул, что Розанна попала в лазарет с чем-то серьезным. Сложить два и два труда не составило.

Почти сразу же, как я посмотрела на сверток, в нем отчетливо запиликало. С трудом сев и переждав несильное головокружение, я развернула вещи. Клинки, все четыре, были на месте — уже хорошо. Порывшись в сумке, я все же нашла переговорный артефакт и прочитала проступившее на гладкой поверхности сообщение.

Эх, никто меня не любит, не ценит и не дает предаться отдыху и унынию — декан Сарентон напоминал, что ждет меня на занятия сегодня вечером, и указал номер кабинета. Не того, в котором мы занимались в прошлый раз. Интересно, тот просто занят или мы так с леди Айвери и другими сплетниками в кошки-мышки играем?

Получилось так, что занятия я опять пропустила. Сегодня после полигонной тренировки у меня было запланировано только две лекции до обеда, а после свободное время. Естественно, на учебу я не попала, решив отоспаться в госпитале. Ну а что? Меня ведь отсюда не гонят, как раз наоборот, целители восприняли мое желание отдохнуть с большим энтузиазмом. Тут же притащили еще одну мензурку с восстанавливающей настойкой и повелели спать не менее трех часов, а лучше больше.

Столь щедрым предложением я воспользовалась. А когда проснулась (был уже почти вечер), еще и не отказалась здесь поужинать. В лазарете кормили не очень, но в столовой сейчас самый пик и идти туда толкаться совершенно не хотелось.

Однако сидеть дальше в этом убежище не получилось, надо было идти на встречу с деканом. Не хочется, но именно что надо. Хотя с другой стороны, очень хочется узнать, что он сегодня делал на трибунах. Вряд ли, конечно, наблюдал исключительно за мной, но…

Приняла душ тоже в госпитале, благо тут были все блага цивилизации, переоделась в форму, сложив грязный и порванный спортивный костюм в сумку. Он на выброс, но я, как зачарователь, не привыкла оставлять свои вещи непонятно где. Мало ли что с ними могут сделать и кому они могут в руки попасть. Лучше уж выкинуть в общежитии, где стоит система переработки — как раз как защита от недобрых намерений.

Для зачарователей, артефакторов, проклятийников, демонологов чужие вещи могут представлять определенный и совершенно незаконный интерес. Так что в этом вопросе лучше перебдеть.

На пороге нужного кабинета, а был тот в центральном здании, а не на факультете, я появилась, опоздав на две минуты. Декан Сарентон был уже здесь и недовольно поджал губы при моем появлении. Правда, никак не прокомментировал.

— Прошу прощения, что заставила ждать, — извинилась я. Мне несложно, тем более что я действительно закопалась и опоздала по собственной оплошности.

— Как вы себя чувствуете? Вы не явились на остальные занятия.

— Нормально, решила отдохнуть в госпитале. Лечение артефактом отнимает много сил.

— Надеюсь, вы теперь понимаете, как важно делать все возможное, чтобы овладеть активной силой. Пока вы не можете даже поставить щит, а ваших клинков слишком мало, чтобы защититься от, допустим, преступников.

— Я и так это знала, — буркнула я, ощущая, как от злости мое лицо покрывается красными пятнами, жар заливает шею.

Можно подумать, я такая вот дурочка! Я всегда понимала, что мне будет тяжело работать без активной силы, не надо этим мне в нос тыкать.

— Вы это сегодня подстроили? — нахмурившись от только что пришедшей идеи, я подняла взгляд и посмотрела в глаза декану.

— Что подстроил? — спросил тот с любопытством.

— Стихийные маги и природные ведьмаки во второй тройке. Против их дальнобойных атак у меня не было шансов, вы это знаете.

— У вас, похоже, разыгралась паранойя.

— Может, да, а может, и нет.

— Амелия, послушай, — мужчина опять перешел на ты. — Я не вчера родился и кое-как разбираюсь в людях. Ты больше всего хотела обладать реальной силой, но, когда выяснилось, что она у тебя есть, ты успокоилась. Решала, что можно сбавить обороты и больше не стараться. Скажешь, не так?

Я перевела взгляд с декана на окно, в котором было видно только уже почти черное вечернее небо.

Неприятно, но в чем-то Сарентон прав. Я уже думала об этом — о том, что почему-то у меня не хватает мотивации забраться на вершину, когда до нее остаются сущие метры дистанции. Всего несколько шагов, и я смогу, но… Нет, я не то чтобы отступаю, но останавливаюсь отдохнуть и не тороплюсь двигаться дальше.

— Садись, — декан указал на первую парту. — Сначала займемся делами, у меня есть что передать герцогу Дорнтону, а потом приступим к занятиям.

Я немного отстраненно кивнула. Да, признаю, Сарентон прав, но приятнее-то мне от этого не стало, а как бы не наоборот…

Тем не менее я достала артефакт и приготовилась писать сообщение.

— Амелия, — позвал меня мужчина, пристально следящий за моими приготовлениями. — Не сочти за паранойю, но… Ты ведь не носишь артефакт связи с собой на шее, верно?

Задрав голову, я посмотрела на декана, немного нависающего надо мной. Хватило секунды, чтобы понять, что он имеет в виду, так что, повертев немного в руках скомпрометированный артефакт, я отложила его на край стола.

— Что будем делать?

— Хороший вопрос, — мужчина на некоторое время задумался. — И дать тебе другой артефакт не получится, ведь повторится та же самая история: ты не можешь тренироваться прямо с ним.

— Может, его оставить у вас?

— А смысл тогда? Я точно так же могу купить чистый артефакт.

— Ну так этот куплю я.

— А ходить будешь со старым? — Декан потер переносицу. — Не знаю.

— Так, а почему бы мне не купить еще один точно такой же? Ходить я буду со старым, а этот будет храниться у вас.

— А номер?

— Ни в жизни не поверю, что у вас нет знакомых умельцев, которые сделают копию моего старого номера на новый артефакт. Да это и в лавке можно сделать, просто скажу, что на старый должно прийти важное сообщение.

— Тогда сообщения твоего отца будут приходить на оба артефакта.

— Объясню ему, что тот засвечен, пусть выражается нейтрально, — пожала плечами я. — Это если принять за аксиому, что он действительно засвечен. Может, это можно как-то проверить перед тем, как городить огород?

— По логике и по тому, что я хочу сообщить твоему батюшке, вероятность, что в твоих вещах покопались, довольно велика.

— Я мало что понимаю в артефакторике, — покачала головой я, — так что не мне судить. Но на сумке у меня были простенькие охранные чары, поэтому, если бы кто-то в нее влез, я бы заметила.

На всякий случай я подтянула к себе почти пустую сумку, где валялись всего несколько учебников, в том числе и те два, что мне дал декан и которые я не сподобилась прочитать. Думала, сделаю это сегодня после обеда, но проспала. Прав Сарентон: я непозволительно расслабилась.

Изучение легкого и простого зачарования на замке заняло немного времени. Замок не грубо открыли, его аккуратно взломали. В смысле не сам замок, а чару. Это не невозможно, но довольно сложно, а сделано почти мастерски. Только сама по себе не видимая ни для кого, кроме зачарователей, чара слегка исказилась, почти незаметно. Если бы я не искала целенаправленно, я бы этого не обнаружила.

— Сумку открывали… — медленно проговорила я, все еще изучая результат. — И сделал это сильный зачарователь. Моя охранная чара не сорвана, ее аккуратно отвели, а потом вернули на место.

— Насколько это вообще возможно? — удивленно приподнял брови декан, присаживаясь на край парты. — Я думал, работу другого зачарователя нельзя увидеть, если он сильнее. А в академии ты самая сильная, Амелия.

— Как правило, так и есть. Но эта чара была очень простой и слабенькой. Чарователь, лишь немного уступающий мне по силе, вполне мог ее обнаружить, если знал, что и где искать.

— Значит, зачарователь?

— И артефактор. — Я показала взглядом на все еще мирно лежащий на парте артефакт. — Студент Марек, например.

— Я бы не делал поспешных выводов. В конце концов, взломщиков могло быть двое. Я как раз хотел передать информацию по защитному артефакту академии, там точно не чарователь поработал.

Мы немного помолчали.

— Твой план, Амелия, насчет артефакта связи принимается. Не вижу другого варианта. К тому же у тебя и оправдание есть: вышла сегодня на полигон и забыла снять артефакт. Так что ни у кого не вызовет подозрения, что ты пойдешь покупать новый. Деньги я тебе выделю.

— Я не…

— Это оперативные расходы для пользы дела. И уж точно не стоит тратить твое небольшое содержание. Ты можешь как-то завуалированно написать лорду Дорнтону, что для него есть важная информация, но твой артефакт скомпрометировал?

Я подумала секундочку и настрочила сообщение в том ключе, что хотела бы узнать новости о Норене, но не могу, к сожалению, читать входящие письма, потому что разбила сегодня артефакт на тренировке — забыла его оставить в раздевалке — и пойду завтра покупать новый. Как куплю — отпишусь.

Декан одобрительно покивал. Указание на расследование дела есть, про раздевалку и новый артефакт тоже намекнула. Думаю, приемный отец все поймет. Надеюсь.

— Теперь займемся нашим вторым вопросом. Что с магическим зрением?

— Вроде бы я его неплохо освоила. Сегодня на полигоне мне удалось за всем следить.12727c

— Головокружения, мигрени? — Я покачала головой. — Хорошо. Разобралась с обозначением потоков?

— Да, вполне. Только у меня почему-то колдовские потоки определяются одним цветом, но различаются по вибрации.

— Ну, — мужчина легко соскочил с моей парты и отошел к доске, — это бывает. Никто не знает, почему мы видим их так, а не иначе. Скорее всего, их таким образом идентифицирует подсознание. Вероятно, для тебя ведьмовские силы разных фракций все же схожи из-за неточности в определении дара зачарования, светлый он или темный. Если бы тебя с ним изначально не запутали, то, может быть, ты и видела бы потоки разных цветов. Кто знает…

— Только ваш поток вчера я видела иначе, не красным, а золотым. Почему так?

— Точно тебе никто не скажет. Но я тоже вижу потоки такого же, как у меня, дара иначе, чем остальные. Так что ничего странного в этом нет.

Я в ответ только пожала плечами. Раз все нормально, то что об этом говорить?

— Как я понимаю, книги ты не то что не читала, но даже не пролистала? — Я виновато потупилась, ибо сказать на это было нечего. — Вот именно об этом я и говорю. Ты перестала стараться, — ледяным голосом припечатал декан.

И опять мне было нечего возразить. Внутри зрело недовольство, но скорее на себя и на ситуацию, в которой я оказалась, чем на Сарентона.

— Ладно, — мужчина махнул рукой, — я сейчас вкратце объясню самое простое упражнение на контроль, и будем с тобой пробовать над ним работать. Я хочу, чтобы ты делала его каждый раз, когда о нем вспоминаешь. В идеале ты должна сделать его своим постоянным спутником и применять не задумываясь. Впрочем, я это уже в прошлый раз говорил.

Декан начал рисовать на доске схемы того, что я должна делать, попутно подробно объясняя что и как. Выглядело не так уж сложно. На первый взгляд. Я аккуратно записывала, стараясь ничего не упустить, переспрашивала, если не понимала. В общем, пошел нормальный учебный процесс. Ровно до того момента, как мы перешли к практике.

— Попытайся сконцентрироваться и почувствовать свою силу, как я тебе показывал на схеме, — наставлял мужчина, поставив меня около доски перед собой.

Почувствовать? Легко сказать… Я, кроме потоков зачарования, ничего не чувствовала.

— Вот ты сейчас что делаешь? — ядовито осведомился Сарентон.

— Ну…

— Правильно, взываешь к той силе, с которой привычно работать. Загляни в себя, попробуй найти другую.

У меня не получалось. Я уже даже стала сомневаться, что декан сказал правду, что у меня есть второй дар. Потоков не было, источника не чувствовала, силы не видела. Я начинала тихо звереть.

— Да что же ты за бестолочь такая! — в сердцах воскликнул мужчина. — Как отдыхать в лазарете — так первая, а как учебник в руки взять — так времени не нашла.

После этих крайне обидных слов звереть я начала громко. Точнее ощутимо. И уже хотела высказать этому грубияну все, что о нем думаю, как…

— Стоп, переключись на магическое зрение!

От неожиданности я так и сделала, а потом забыла, что хотела сказать. Из моего тела, с поверхности кожи, изливались лазурные потоки силы, они оплетали меня, гладили, плескались, словно волны теплого моря.

— А теперь медленно попытайся размотать эти нити, иди по ним к источнику, найди его.

И я пошла, сосредоточившись на этой непростой задаче. Моя сила не сопротивлялась, она была рада, по-моему, что на нее наконец-то обратили внимание. Кстати, мой второй дар, зачарование, виделся в магическом спектре как насыщенно-синий. Только в отличие от лазури он был скован внутренними каналами в теле и за его пределы не выходил. Но все равно красиво.

Не знаю, сколько прошло времени, но источник, идя по нитям силы, я нашла. Он горел мягким светом и тут же, подчиняясь моему осознанному желанию, втянул всю выпущенную силу в себя и запульсировал сыто и довольно.

— Получилось! — Я подняла глаза на мужчину, который теперь стоял почти вплотную ко мне. — У меня получилось!

Пока укрощала источник, я вся взмокла, форма прилипла к телу и неприятно кололась, по лицу стекал пот. Но какое это все имеет знание, если у меня получилось?!

— Я рад, — улыбнувшись, ответил декан, шагнул ко мне вплотную и неожиданно впился в мои губы требовательным поцелуем.