Глава 64

Глава 64

— Лет сто? — В его фиалковых глазах мелькнуло что-то похожее на искреннее недоумение.

— Может, больше, — пожала я плечами.

Он чуть прищурился, и в этом движении было столько хищного внимания, что мне захотелось отступить.

Я попыталась вырвать конспект из его рук. Точнее, сделала резкое движение, но Виерис спокойно удержал тетрадь, даже не изменившись в лице, словно я была ребенком, пытающимся отобрать игрушку у взрослого.

— Так отдайте, пожалуйста. Это мой конспект, — напомнила я, сжимая зубы. — И мои окна! Должно же у меня быть хоть что-то свое, а не хозяйское?

Я сжала губы в тонкую линию. Наверное, надо было промолчать. Наверное, надо было извиниться, забрать конспект и лечь обратно на кровать, изображая послушную, почти умершую фамильярку, которой после пытки на полигоне полагается лежать пластом и не высовываться.

Но усталость, дневник, последняя просьба мертвой девушки, чужая любовь, чужая смерть и его невозможное, ледяное спокойствие смешались во мне в одну горячую, злую, почти безрассудную смесь.

— Если что-то делаешь, делай это правильно, — произнес принц.

«Ага, тебя забыла спросить!» — проворчала я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— Хотите, докажу? — выпалила я.

Виерис моргнул. Один раз. Очень медленно, словно обрабатывая эту нелепую информацию.

— Что именно?

— Что окно нарисовано абсолютно правильно! — произнесла я, глядя на него снизу вверх.

— Сейчас? — удивился принц.

— А когда? Через неделю? Вдруг оно за это время рухнет, раз вы так уверены, что оно невозможное.

На его лице не дрогнул ни один мускул. Но что-то в глубине его глаз изменилось. Едва заметно. Это был не интерес ко мне. Упаси боже.

Это был интерес к аномалии. К невозможной линии. К окну, которое не должно было существовать, но почему-то существовало, нарушая его идеальный, выверенный до миллиметра миропорядок. И вот это его зацепило.

Ну и, конечно же, желание доказать свою высокомерную правоту! Как же без этого!

Я поняла это так ясно, что едва не фыркнула. Можно было умирать у него под ногами — он скажет не кричать. Можно было просить бинты, истекая кровью, — он спросит, откуда они у него должны быть. Но стоило нарисовать невозможное окно, и наследник престола вдруг оказался готов слушать.

— А сможешь, — произнес он.

— Что?

— Ты хотела доказать. Доказывай, — заметил он с усмешкой.

Я посмотрела на него. Потом на дверь. Потом снова на него. Да, идея была так себе. Я просто на мгновенье представила, как мы идем ночью смотреть злополучное окно, как возникло чувство, что я где-то валяюсь без сознания, а мне снится… ересь. Хорошее слово. Надо запомнить.

— Так вы пришли проверить, жива ли я? — спросила я, понимая, что никто никуда не пойдет. И уж тем более не ради какого-то окна.

— Да, — он смотрел мне в глаза.

— Проверили? — спросила я, потянув на себя мой злополучный конспект.

— Ты стоишь, значит, живая, — спокойно произнес принц.

— Великолепный медицинский осмотр, — усмехнулась я, а потом шумно вздохнула.

— Для фамильяра достаточно, — отрезал он. — Где окно?

Я закрыла глаза на секунду, собирая остатки сил. И чего он так прицепился к этому окну? Далось оно ему!