Глава 25. Время для отпора пришло!

Раздумывая над тем, а не вернуться ли к ректору и не поговорить с ним о гибриде, Ария идет по зеленой поляне в сторону двухэтажного современного здания — столовой. Если оглядеться, то из несовременного — только пошарпанное общежитие, а все остальное — такое новенькое, словно только что построенное.

Сегодняшний день оказывается намного жарче обычного, раздевая всех самых мерзлявых и оголяя даже самых стойких ледышек. Ария — не исключение. Девушке неимоверно жарко в футболке и джинсах. Хочется переодеться в более облегченную одежду: шорты с майкой или платье. Она изменяет траекторию своего пути в последний момент в сторону общежития. Забежит на пару минут, затем перекусит.

Вместо обучения она бы с удовольствием сейчас растянулась на берегу прохладного озера под тенью какой-нибудь ивы. Окунулась бы в прохладную водицу, поплавала. А то получалось, что выходные, которых она так ждала — прошли мимо нее, вильнув хвостиком. А устала от них еще больше. И не подготовилась толком.

Вместо пресловутого отдыха на выходных она только еще больше выдохлась. Ария чувствовала, как все чаще стала кружиться голова, вынуждая больше отдыхать. Проблемы с желудком не заставили себя ждать — иногда он побаливал от сухомятки, напоминая о том, что следует обратить внимание на питание. Все чаще хотелось спать. Какая-то лень вперемешку с усталостью и нежеланием что-то делать.

— Попалась! — выдохнули рядом уже как-то даже обидно — привычно.

Ее схватили за руку и потащили в сторону, аккурат к домам из бруса. Не прошло и пары дней!

Ария оглянулась назад в желании привлечь к себе внимание, но в этот раз Адам не позволил ей сделать лишних движений — сгреб в охапку, закрывая ладонью рот и понес на руках.

— Нет уж, — проговорил тот, грубо увлекая девушку за собой. — Пора долг отрабатывать, сучка. Время пришло. — Тон, не терпящий возражений.

Все его действия говорили о том, что в этот раз он не позволит себе промашки. А это значило только одно — она получит целую гамму чувств по полной в этот раз. И сомнений не было, что все будут неприятными.

У нее не было сил и возможности сопротивляться, но было отчаянное желание отвадить его от себя навсегда. Ария ощутила какую-то отчаянность. Стало совершенно наплевать на правила, академию, что о ней подумают остальные. Адам только что перешел определенную границу. Она уже не может вести себя, как прежде. Пора прекращать издевательства над собой. Она больше не может этого терпеть!

В памяти всплыли все те записи, которые она сделала на досуге, заклинания, которые переписывала к себе в тетрадь.

Он был прав. Время пришло. Только не отрабатывать, а дать полноценный отпор!

Безоблачное небо являло миру ослепляющее солнце, от которого жмурился каждый, проклиная эту жару на чем свет стоит. Фонтан, отстроенный на закрытой территории демонов, привлекал к себе повышенное внимание — туда за утро попытались пролезть все, кому не лень.

Отброшенные деревьями тени казались вторым возможным спасением от этой нагрянувшей жары. Но, помимо легкой прохлады, чем они могли еще поделиться и какую поддержку оказать попавшей в беду студентке, которую тащил за собой крепкий парень?

Стиснув зубы, Ария рванулась в тесной хватке, чуть высвобождая свой рот для того, чтобы не закричать в этот раз, а проговорить заклинание огненного клинка — самого подходящего из того ассортимента, что она успела изучить, и одно из единственных, полностью сейчас содержащихся в ее памяти.

— Tsh Gurg Masfedgio! — кричит неистово девушка, концентрируя все свое внимание на груди адаманта, к которой она вынужденно им прижата.

Очень хотелось, чтобы оно сработало. Безумно.

Никогда не творившая никаких заклинаний до этого, кроме расщепления, которого и заклинанием с трудом можно было назвать, Ария надеялась, что у нее хоть что-нибудь да выйдет. Достаточно хотя бы отпугнуть этого монстра от себя.

Напрягал тот момент, что демон недавно заявил, что ее аура совсем плохая, и вряд ли она потянет хоть какое-то энергетическое проявление.

Согласно книге, Ария должна была вплести заклинание в вырабатываемую ею в этот момент энергию, как-то запечатать, и направить поток в нужную цель. Далее огненное пламя проявит себя и опалит выбранную жертву. Выплеск огня напрямую зависит от объема выработанной энергии и силы заклинания, опыта.

К сожалению, против адаманта в этом фолианте третьего уровня не оказалось ничего более подходящего. То ли она выбрала книгу, связанную только с огнем, то ли людей на третьем уровне обучали только овладению огненной стихией, но выбора у нее не было.

Девушка действовала на свой страх и риск, подгоняемая только желанием отбиться от своего врага. Загнанная в угол, Ария уже не думала о том, что что-то может пойти не так. Желание добраться до него хоть как-то затмевало разум.

Никто из этих двоих не понял, что и в какой момент произошло. Раздался громкий треск прямо над ухом, увеличивающийся и распространяющийся по округе, Арию сжали до боли, прижимая к мужской груди, перекрывая весь обзор и опадая с ней в траву.

Последнее, что она услышала и увидела, был его тихий вскрик и злорадство на лице, перерастающее в удивление. Последнее, что она почувствовала, как сотрясается под ними земля, словно землетрясение заглянуло на территорию, где расположилась академия.

Они свалились, как подкошенные, будто Адам споткнулся и, не сумев удержаться, полетел вместе с ней на землю, накрывая ее собой с размаху совершенно неудачным образом. Солнечный свет пропал из виду, резко потускнев, после того, как на нее приземлился адамант, мгновенно вышибая весь дух из ее тела, все имеющиеся мысли и образы — из головы.

Старый многовековой дуб не выдержал напора и рухнул на этих двоих, прикрывая содеянное пышной кроной, опадая своим крепким стволом прямо на спину адаманта.

Ее вернул в сознание шум ветвей, касающихся друг об дружку, по которым прошелся легкий ветерок, возвращая ее к жестокой реальности. Девушка открыла глаза, не понимая, что случилось, но отчетливо наблюдая прямо перед собой ветку, утыкающуюся в ее щеку своими листьями и ползущую по ним зеленую гусеницу с перламутровым отливом. Та явно была не в восторге от смены места жительства и спешила найти новое пристанище.

Ощущение груза на груди заставил Арию перевести свой взгляд. До конца не осознавая, где находится, но узнавая дубовые ветки и ощущая землю под собой, она уткнулась в расслабленное лицо адаманта, лежащего прямо на ней, будто прилегшего отдохнуть в солнечный погожий денек.

Ария скользнула взглядом по намокшему от крови рукаву Адама, мгновенно приходя в себя.

Его левая сторона была припечатана стволом дерева, а правая удерживала ее, не давая сдвинуться. Адам был без сознания. Его рыжая голова лежала аккурат на ее груди, что еще давало ему шанс на выживание, в то время как остальное тело ровнехонько утопало под дубом, впечатываясь в землю.

Было бы еще терпимо, если бы она не ощутила сильную нехватку воздуха.

Ария теребила его за плечо, зовя по имени, и мечтая поскорее выбраться отсюда, совершенно не представляя, как это можно было сделать самостоятельно.

Не желая сдаваться, Ария попыталась отползти в более свободную сторону, отталкивая громоздкое тело, и хватаясь за ветки и сучья. Все ее попытки его сдвинуть оказались безуспешными.

Понимая, что сама не справится, девушка воззвала о помощи, прикладывая все усилия, но крик застрял в горле, превращаясь в хриплый шепот, сопровождающийся полусвистом. Она задыхалась, даже находясь одной половиной тела на свободе. Девушка испуганно попыталась вдохнуть, улавливая новую волну паники от осознания, что не в силах сделать уже и маленького глоточка воздуха. В груди стало неимоверно тяжело. Показалось, что там что-то хлюпнуло в подтверждение выявленной проблемы. Тяжесть начала постепенно распространяться по всему телу, делая его неповоротливым, грузным, лишая подвижности. Проявились покалывания в брюшной области, спускающиеся в ноги.

У нее были считанные минуты, если не секунды на спасение, и это понимание парализовало ее мозг, не давая сосредоточиться в нужный момент.

Не сдаваясь, Ария начала бить адаманта по щекам, надеясь привести его в себя, но его голова лишь безвольно болталась из стороны в сторону от каждого удара, вселяя в нее полное ощущение беспомощности. Адам не реагировал. Вообще не подавал признаков жизни.

Он умер? Поискать и проверить пульс?

Стало смешно. Она сама умирает, а последние секунды своей жизни потратит на то, чтобы найти его пульс. В ее стиле будет!

Какие-то тупые несобранные мысли полезли в голову, вместо того, чтобы усиленно заработать в опасной ситуации. А она, наоборот, расслабилась еще сильнее.

Руки тряслись, как и все тело странной дрожью. Она расстегнула верхнюю пуговичку своей футболки, замечая в приоткрывшемся вырезе, что половина обозреваемой ею груди темно-синего цвета.

Сильно затошнило. В голове хаотично забегали мысли о внутренних переломах или повреждениях.

Девушка открывала рот, пытаясь вобрать в себя хоть немного кислорода. Если ничего не изменится в ближайшие секунды, то скоро наступит нелепый конец.  _Ч и т а й   н а   К н и г о е д . н е т_

Сколько людей умирает в этом мире от упавшего на него дерева? Наверное, она будет первой.

В этой жуткой темноте, окутывающей ее сознание, которая опустошала ее, забирая всю ее жизненную энергию, она вдруг ощутила незримое присутствие своего спасителя, — и паника схлынула, сменившись невероятным облегчением. Она теперь точно спасена.

Он что-то шептал ей, проявившись из ниоткуда, и исчезая в никуда. В какой-то момент Ария застонала от боли в груди, когда ее резко рванули в сторону, вытаскивая из-под адаманта.

Грудь нещадно горела. Она все еще не могла вдохнуть.

Ария открывала рот, закрывала и продолжала задыхаться. Секунды убегали с неимоверной скоростью.

Нет больше тяжести, нет адаманта, почему она не в состоянии дышать?

И ее постигло новое разочарование. Все же она умирала, несмотря на свое вызволение.

Еще находясь в сознании, уносимая на руках в сторону лазарета, она оглядывала прощальным мутным взглядом, оставленного на траве адаманта. Он либо уже умер, либо тоже умирал в эти секунды вместе с ней.

Его тело лежало на животе, майка задрана на спине, лицо повернуто в ее сторону. Ноги скрыты в в ветвях и густой кроне, как и большая часть его тела. Его темно-красные в белых прожилках глаза, наполненные кровью открыты и смотрят в ее сторону. Он еще жив. Адам следит за ней. Его руки неестественно раскинуты и заломаны в стороны.

Нелепое единение. Они, вероятно, сейчас оба прощаются с жизнью, чувствуя вдвоем, как та их одновременно покидает.

— Девочка моя, все будет хорошо, — доносится до нее успокаивающий голос ее спасителя. — Продержись минутку. 60 секунд. Мне нужно только 60 гребанных секунд!

Парень несется с ней на руках вперед, отвоевывая эту минуту в безумной гонке со смертью, выжимая себя до предела.

Ария уплывает во тьму, глядя в белесое небо, вдыхая чистейший запах горной речки. Она лежит на прохладных камнях, окунув свои ступни в ледяную воду, ощущая приятное благолепие. Это же рай!

Ее трясут, не давая насладиться окружающей обстановкой, возвращая в жуткий мир без кислорода, с болью в предплечье и знойной жарой.

Недавнее видение было лишь хрупким равновесием в шаге от смерти…

— Я буду считать! Я сказал мне нужно еще 35 секунд. Уже 34..33..32.. — рычит он ей в лицо.

Легкие от недостатка воздуха бьются внутри, отсчитывая ее последние секунды вместе с ним.

Глаза снова закрываются. Наплевать на все. Она не хочет быть здесь.

— 25,24… Ну же держись, — слышит она его последние слова, перед тем, как он спотыкается и опадает с ней на траву на вытянутых руках.

Она оседает вниз, словно на мягкую перину. Вся сила удара приходится на ее спасителя, подлезшего под нее при падении.

Теперь он точно не успеет. Да и она не смогла бы все равно столько продержаться. В ее мире есть только одно окончание этой страшной сказки.

Растворяясь в крепких мужских объятиях своего освободителя, бережно удерживающего ее на пушистом зеленом ковре, она разомкнула немеющие губы и прошептала его имя:

— Волен…