Глава 40 · Надежда на чудо

Настоящее время…

Джеймс корчился в кресле и хватал открытым ртом воздух. Главная загадка устройства человеческого тела заключалась в том, что разуму всё равно: наяву он страдает или во сне. Ощущения одинаковые. Ничуть не слабее, чем пятнадцать лет назад.

— Прости, мой мальчик, — наставник успокаивающе гладил по плечу. — Я не знал, что Мариса — твоя истинная пара. Всё случилось за неделю. Признайся Лаура сразу — я отговорил бы её пускаться в бега. Прости. Представлять не хочу, в какие глубины бездны ты только что спустился. Помню каково там, но переживать это снова…

— Я ведь не пришёл на похороны, — Джеймс достал из кармана платок и вытер мокрое лицо. — Как объяснил своё отсутствие?

— Никак. — Лорд Иф замер у него за спиной. — Письмо вернулось с вежливой запиской от секретаря герцога Сурруа. «Лорд Андерос убыл на границу. Пишите на адрес гарнизона посёлка Грие». Я не стал. О, Создатель, если бы знал!

Голос старого менталиста дрогнул. Нет, совсем не от жалости к несостоявшемуся мужу внучки. Он осознал то, что после вскрытия ментального блока стало очевидным.

— Семью Шанталь убили, — припечатал Джеймс. — А память мне стёрли, чтобы замести следы.

Разбитый горем лорд Иф едва ли мог со всем рвением поддерживать расследование. Дело, конечно, завели. Но сколько таких внезапных прорывов признавали чистой случайностью и отправляли в архив? Да все. Единственным шансом довести разбирательство до суда было участие озлобленного менталиста, потерявшего истинную. Лорда Джеймса Андероса.

— Пропажу Короны демонов обнаружили пять лет спустя, — рассуждал он вслух. — Когда не стало вашей супруги. Насколько тщательно проводилась инвентаризация сокровищницы?

— Достаточно дотошно, но реже, чем пересчёт казны, — наставник отвечал медленно, копаясь в глубинах собственной памяти. — Артефакт мог пропасть за день до убийства Лауры, и никто этого не заметил. Кому выгодно, Джеймс? Мы совершенно точно ищем одного менталиста, но был ли он один?

Вопрос повис в воздухе. При всём желании что-то распутать, двум магам было не за что зацепиться. Кто-то обрубил все нити и спрятал концы тщательнее королевской золотошвейки. Сейчас Джеймс был уверен, что дело против лорда Иф завели с единственной целью. Убрать его из дворца прежде, чем он начнёт напоминать всем о погибшей дочери.

— Тысячу демонов вам в душу!

— Не р-р-ругайтесь лорд-ректор, — фиолетовый кот вальяжно просочился сквозь закрытую дверь. — Я был паинькой всю неделю и даже не думал пакостить.

— Фамильяр Аурики, — лорд Иф нахмурил седые брови. — С нашей девочкой всё хорошо?

— За тем и пришёл, — Букмаро потянулся, царапая когтями паркет. — Хозяйка не ночевала дома. Единственный, с кем она, при всём своём целомудрии, могла загулять, сидит здесь.

По хребту Джеймса второй раз протянуло холодом. В животе противно квакнуло.

— Бездна.

— Вас лишили человеческой р-р-речи? — кот сел на толстую задницу. — Конструктивные высказывания будут? Я исследовал всю академию. На брюхе прополз каждый подвал. И это, прошу заметить, на пустой желудок. Аурики нет. Искать будем?

— Подожди, — лорд Иф вернул в кресло резко вставшего Джеймса. — Не суетись, пожалуйста. В королевском сыске заявление о пропаже примут не раньше, чем через три дня. А если учесть то, что сегодня открылось, туда вообще лучше не обращаться.

Джеймс чувствовал, как дрожат руки. Давно с ним такого не было. Жаль, он в чужом кабинете. Рассчитывать на настойку жгучего перца в ящике стола не приходится. А без неё очень сложно вернуть ясность мыслей.

— Соберись, — продолжал наставлять старик. — Вдох-выдох. Медленно. Вот так. Мы пойдём к Катрине Таунсенд. Нужно объяснять почему или сам логическую цепочку выстроишь?

— Она может быть заодно с тем менталистом, — мысли в голове проворачивались со скрипом заржавевших шестерёнок. — Я не кричал на каждом углу, что влюблён в Марису. Знали только Лаура, Жак, возможно, их слуги и Катрина. Она сообщила в королевский сыск. Оттуда отправили ищейку с Короной демонов. Но зачем устранять Аурику? Настоящая истинная умерла до консумации брака. Именно поэтому исчезло моё благословение богов. Аурика никак не связана с той историей.

— Разве? — Лорд Иф обошёл его кресло и сел в своё. — У девочки огромный ментальный блок на возрасте от двух до четырёх лет. Чтоб наверняка. Дар, проявившийся вопреки рождению в семье сапожника и ткачихи. И наконец вы влюбились друг в друга, едва увидевшись. Слишком много совпадений, ты не находишь?

— Мариса мертва, — повторил Джеймс непослушными губами. Тумана в голове стало больше. — Разве не вы прощались с ней поцелуем в лоб, склонившись к маленькому саркофагу?

— Нет, их отправили на огонь в закрытых гробах. Я запретил некромантам поднимать павших, чтобы распознать, какие фрагменты тел кому принадлежат. Собрали, что было. Жаку сделали искусственную руку, Лауре ногу. А вместо тела Марисы на грудь матери положили куклу. Да, я сначала загорелся надеждой. Раз тела нет, то может быть… Но парни из твоего отряда как один клялись, что видели оторванную голову с золотыми кудряшками. Демоны вернулись вечером, чтобы завершить начатое. Могли доесть.

В глазах потемнело, кровь стучала в висках. Учитель протянул банку нюхательной соли с третьим «прости».

— Соболезную, лорд Андерос, — Букмаро превратился в тень на паркете, настолько тихо сидел. — Смер-р-рть верна себе и первыми забирает лучших. Но даже с оторванной головой у малышки был шанс воскреснуть. Некромантский дар. Раз в несколько сотен лет павший «любимчик смерти» может вернуться в своё целое и полностью здоровое тело. Но и цена высока. Он теряет дар.

— Древняя легенда, — сквозь гул в ушах Джеймса пробивался второй голос. Наставника. — Напомни, когда такое случалось в последний раз?

— Лет триста назад, — кот что-то прикидывал в уме. — Да, его звали Нейтан Грост. Или нет. Гвидо. Пр-р-ростите, память ещё не полностью вернулась ко мне.

— Перестаньте, — взмолился Джеймс, — оба. Я уже понял, как всем хочется, чтобы случилось чудо и Аурика оказалась Марисой. Но дар на месте. Моя нынешняя возлюбленная — некромант.

— Мур-р-р, — в глазах кота зажёгся потусторонний бирюзовый свет. — Поправочка. Её дар сидит перед вами. Толстый, ленивый, шерстяной, слишком старый, если разобраться, но некромант. Аурика сама даже веки умертвию не поднимет. Не говоря уже о чём-то сер-р-рьёзном.

Джеймс втянул воздух носом и выдохнул так медленно, будто боялся поколебать пламя свечи. Невероятная догадка. Невероятная, неправдоподобная, а потому болезненно смахивающая на чудо. А кто в здравом уме отказывается от чудес?

— Можно проверить. Снять тот самый блок, скрывающий три года из детства Аурики.

— Да, — на губах лорда Иф впервые за утро появилась слабая улыбка. — Но сначала её нужно найти.