Глава 46 · Проклятый кот

Джеймс вывел Аурику из кабинета его святейшества, но никак не мог выпустить из объятий. Чувствовал себя снова молодым — будто не было пятнадцати лет разлуки. Вот оно, его счастье. Его солнечная девочка. И последние препятствия между ними рухнули. Королевский указ, на который было потрачено столько сил, не понадобился. Хотя нет. Любой повод заткнуть рот всем недовольным будет не лишним. Да, Мариса его истинная. Но пока лорд Иф не восстановит её документы и не признает единственной наследницей, Аурику Ботем продолжат считать деревенщиной. А их брак чудовищным мезальянсом. Нет уж. Пусть личное содействие венценосного дяди хоть раз в жизни сыграет хорошую службу.

От избытка чувств Джеймс прижал невесту к стене и поцеловал особенно крепко.

— Любимый, — простонала она, густо покраснев. — Я боюсь, что нас кто-нибудь увидит. Да, истинным многое можно, но это же храм! Обитель Создателя.

— Я думаю, за столько лет разлуки при попустительстве богов мы заслужили некоторые вольности.

— Семейство Дюпре ещё здесь. Вероника может пойти к его святейшеству. Джеймс!

Ему надоели возражения. Он рванул хлипкий ворот свадебного платья и с наслаждением покрыл поцелуями изящную белую шею. Пах наливался тяжестью. Острым, неутолённым желанием. Не будь на невесте столько одежды — давно бы подбросил вверх, развёл ноги и дал почувствовать весь жар своей страсти. Аурика сдалась. Запустила пальцы в его волосы и шептала: «Джеймс. О, мой Джеймс».

— Лорд Андерос! — гневный окрик ударил по ушам.

Сработали инстинкты. Пассивный щит стоял ещё со времён ареста Катрины. А чтобы подвесить заклинание рассечения на кончики пальцев, ему никогда не требовалось больше удара сердца.

Джеймс обернулся. Щенок Дюпре застыл посреди коридора. Над вечно сальными волосами плясали языки пламени. Вены на лице вздулись, глаза потемнели, придавая сорвавшему магу сходство с древним чудовищем. Драконом, охраняющем владения хозяина Пекла.

— Юстас, ты слышишь меня? Дыши медленно.

Был крошечный шанс. Надежда тоньше соломинки на воде, что парень возьмёт себя в руки. Ох, если бы не приворот…

— Вы мерзавец, лорд Андерос! Я вызываю вас на дуэль. Нет, я просто убью вас! Аурика, любимая, он больше не тронет тебя…

— Юстас! — вскрикнула она.

Поздно. Магическое пламя охватило его целиком. Юстас взревел. Поток сырой, неконтролируемой магии вырвался из его тела и бросился к своим жертвам. Прочности щита не хватит. Он защитит на несколько мгновений и рассыплется. А парень даже не почувствует, что вместе с соперником убьёт любимую.

Времени на раздумья не осталось. Джеймс ударил наотмашь. Вложил в рассечение всю свою немаленькую силу. Лишь бы её хватило, чтобы опрокинуть и обернуть вспять волну.

«Умоляю, Создатель. Неделю в храме на коленях стоять буду. Прошу…»

Вспышка от двух столкнувшихся заклинаний чуть не выжгла глаза. Джеймс чудом успел отвернуться и закрыть собой Аурику. На мгновение воздух разогрелся, как в печи. Масло в лампадах вскипело. И тут же всё стихло.

Юстас Дюпре лежал на полу лицом вниз. Одежда дымилась, но выглядела целой.

— Он жив? — хрипло и очень тихо спросила Аурика.

«Да», — хотелось ответить Джеймсу.

— Нет, — вынес вердикт фиолетовый кот. Он прятался в другом конце коридора и сейчас шёл к ним. — Поверь стр-р-рому некроманту, юнец мёртв.

В воздухе запахло кровью. Тёмная лужа растекалась на белом мраморе. Рассечение ударило в грудь. Букмаро прав, от таких ран не выживают.

— О боги! — Аурика закрыла лицо руками. — Бедный-бедный Юстас.

— Кричал он громко, скоро сюда сбегутся все, — продолжал озвучивать очевидные вещи кот. — А там ар-р-рест, суд и в лучшем случае ссылка. Если лорд Андерос докажет, что защищался.

Да, это будет сложно. Магический срыв ищейки отследят, тут без сюрпризов. Обвинение упрётся в использование щита. «Мальчишка слаб. Его выброс едва ли долетел до вас, лорд Андерос. Вы превысили необходимую оборону».

— Предлагаешь бежать? В кабинете его святейшества есть окна.

— Нет, — фиолетовый кот нервно постукивал кончиком хвоста по мрамору. — Пока вы с Аур-р-рикой обжимались по углам, я думал. Все условия, чтобы снять проклятие, выполнены. Я нашёл статую Магдалены Торсвиль, испил вина из кубка, оживил душу Констанции в камне. И заметьте, вы единственные на всё королевство истинные, чья связь восстановилась. Почему не сработало?

— Не важно, — Джеймс терял терпение. — Позже разберёмся с проклятием. Куда спрятать труп? Я не замурую его в стене так быстро. Придётся читать заклинание разложения. Сможешь поставить завесу и отвлечь гостей свадьбы?

— Хватит перебивать! — Букмаро выгнул спину и сердито зашипел. — Вас не учили манерам, будущий герцог Сур-р-р-руа? С Констанции проклятие уже не снять — душа покинула камень. Но и меня из кошачьего тела просто так не вытащить. Может, в этом дело? Я должен умереть и воскреснуть?

— Стать человеком? — Аурика отняла руки от заплаканного лица. — У тебя ведь не осталось кошачьих жизней. Эта — девятая.

— Да, моя сообразительная ведьмочка, — проклятый некромант немного успокоился. — Но, видишь ли, в чём пр-р-роблема. Человеческие тела обычно заняты другими душами. Нельзя вломиться, как в богатый дом, и выставить хозяина на улицу в чём мать родила. Не уйдёт. Исключения составляют свежеубитые покойники. Они уже пустые, но ещё достаточно свежие, чтобы послужить мне дальше.

Джеймс от такой наглости лишился дара речи. Фиолетовый кот предлагал совершить второе преступление, чтобы скрыть первое.

— Некромантам запрещено…

— Да, я в курсе. Но разрешите мяукнуть. В законе о неприкосновенности свежих тел нет ни слова о жертвах пр-р-роклятий. Я ведь не зловредный дух и не тень давно умершего. Я живой. Тёплый, шерстяной и ни разу грань смерти по-настоящему не пересекавший. Давайте попробуем, мур-р-р? Прабабка Греты ди Шианле говорила, что Великая Мать обещала помочь. Если Аурика воскресла, то чем я хуже?

— Звучит рискованно, — Джеймс слушал его и одновременно прислушивался к шуму за стеной. Коридоры в храме запутанные. Настоящий лабиринт. А крик Юстаса длился не так уж долго. Немного времени на всякие авантюры есть. — Смерть в древних текстах частенько считали освобождением. Наградой. Что если «снять проклятие» означает именно это? Конец последней кошачьей жизни.

— Надо проверить, — не унимался проклятый кот. — Тер-р-рять мне всё равно нечего. Ну же, лорд Андерос. У вас есть некромантская гордость или нет? Кто из любимчиков Смерти в здравом уме откажется от такого эксперимента?

— Джеймс, не надо, — испуганно просила Аурика. — Вдруг ничего не выйдет?

Но фиолетовый пройдоха знал, за какие ниточки дёргать. Джеймсу перед лицом тюрьмы и возможной казни тоже было нечего терять.

— Я попробую, — твёрдо ответил он.

И наклонился к Юстасу, чтобы перевернуть его на спину.