Глава 2

Расспрашивать пленника, что именно он делал в нашем подвале, и что за причины вынудили моего заботливого отца так поступить с незнакомым мне юношей, я не стала. На это просто не было времени.

Двое из стражей подхватили парня за лодыжки и руки и понесли в мои покои. Хорошо, что я отвоевала себе три комнаты на первом этаже — и наотрез отказалась размещаться на привилегированном пятом. Конечно, я могу перемещаться с помощью магии. А вот слуги этого, к сожалению, не могут. И каждый день ждать, пока тебе принесут твоё платье (и экипировку леди) на пятый этаж? Шесть раз за сутки? У меня в этом мире на переодевания и так полдня уходит.

Парень был настолько ослаблен, что даже не самый удобный для раненого способ транспортировки не вызвал у него протеста. То, что я подпитывала пленника магией, не очень помогало — повреждения были слишком серьёзными. Не будь он, видимо, магом сам — с такими ранами он бы не выжил.

Войдя в мою гостиную, стражники несколько нервно стали оглядываться в поисках места, где они могли сбросить свою ношу без того, чтобы нанести урон моей репутации.

Вот и ещё один намёк, что отец не считает, что этого пленника можно спасти — притащить парня в свои комнаты отец бы мне не позволил, если бы он заранее не считал, что пленник мне нужен "для опытов".

Пленник, похоже, придерживался того же мнения, что и мой отец, так как наградил меня ещё одним взглядом, полным горького презрения. На большее сил у него не хватило. А ведь парень должен был заметить, что я влила в него чёртову уйму магической энергии, заодно попытавшись ослабить болевые ощущения. Но его злобные взгляды меня лишь порадовали — значит, не сломлен и продолжает бороться.

— Несите его в лабораторию, — потребовала я. Стражи переглянулись и потащили пленника в мой кабинет.

Стол там был… А вот лампа — лишь жалкое подобие операционной лампы, просто золотое украшение потолка со множеством свечей.

Впрочем, я давно научилась создавать достаточно яркий магический свет. Быстро застелив стол накрахмаленной белой скатертью, я потребовала, чтобы стражи сняли остатки одежды с пленника и положили его на стол. В моем прошлом, до того, как попала в этот мир, я видела столько обнаженных тел, что ещё один индивид без ничего на своем худом теле на операционном столе погоды не делал.

К сожалению, парень о моем прошлом не догадывался, а мой приказ воспринял, как попытку его унизить — покраснел до корней волос и попытался нанести магический удар.

Это когда надеты наручни, ограничивающие магию? Очень "умное" решение, ничего не скажешь! Кроме искр на ладонях пленника, я ничего не заметила, а вот откат из-за применения магии был для него ощутимым. И болезненным.

Парень вскрикнул и сжался, приняв позу эмбриона. Ругать этого идиота желания не было — слишком израненным, несчастным и беспомощным выглядел пленник. Но злость на него всё же вспыхнула — он ведь маг, и наверняка не из слабых, и должен был понимать, что последует за попыткой нанести магический удар, пока на нём ограничивающие магию наручни… Разве обязательно увеличивать мне фронт работ? Выставив стражей за дверь, я занялась пленником. Ну или попыталась… Любое хирургическое вмешательство требует некоторой отключки пациента. А с учетом повреждений тут о том, чтобы парень оставался в сознании даже речи не шло!

Заставить спать пленника магически у меня не получилось. Я немного растерялась — вернее, растерялась та часть меня, которая досталась от Каэри.

Пленник же в подавляющих магию наручнях, сопротивляться наведенной извне магии он в принципе не может, вне зависимости от потенциала!

И, однако, сопротивляется. Отец назвал пленника чудовищем. Может, дело в магическом потенциале пленника? И нужно ли его лечить? Может, он действительно опасен? Я почувствовала раздражение — часть меня, которая досталась мне от Каэри чувствовала брезгливость и нежелание вмешиваться в судьбу пленника. Что-то такое паническое, на грани сознания. Как некоторые боятся пауков, собак, жалящих насекомых, змей… Всё, что может укусить и ужалить. А вот моя внутренняя "я" рассердилась. Если бы я в моей прежней жизни так придирчиво выбирала, кого буду лечить, а кого нет… Что за идиотская убеждённость в опасности пленника — парень выглядит максимум на семнадцать лет, он ещё подросток по правилам моего мира. И он при смерти. И всё равно сопротивляется внушению уснуть, — шевельнулось подозрение.

Кто настолько свободно владеет магией в этом мире? Хорошо, если он по какой-то непонятной причине не желает засыпать, может, удастся его уговорить, если объяснить, что пытать я его не собираюсь, а хочу помочь?

— Мальчик, я должна промыть и зашить твои раны, иначе ты очень скоро умрёшь. И даже твоя магия тебе не поможет, хотя она действительно сильная. А раны лучше промывать и зашивать, когда пациент спит, поверь на слово. Это больно, — попыталась воззвать я к разуму парня.

Наверное, пленнику было странно слышать такое определение его персоны из моих уст, ведь мой нынешний биологический облик приближался к шестнадцатилетию, но как иначе заставить его подчиняться? Я попыталась заставить упрямца спать ещё раз, но наткнулась на упрямый и презрительный взгляд — пленнику, похоже, понравилось бесить меня, отбивая сонные чары. Догадаться бы, как он это делает?

— Ну и черт с тобой, терпи, если так нравится, — пробормотала я, накладывая значительно более сильное парализующее заклинание.

Совсем убрать боль парализующее не сможет, но хотя бы приглушит метаболизм, а заодно и замедлит любую нервную деятельность. Часть боли пленник просто не почувствует, и мысли будут течь медленно, "лениво", появится заторможенность. И, конечно, пленник не сможет двигаться.

Вместо того, чтобы успокоиться и впасть в почти апатическое состояние, как описано в учебнике по прикладной магии, пленник снова попытался нанести магический удар, также, как и раньше получив откат. Только на этот раз согнуться от боли у него не получилось — парализующее частично сработало и парень больше не мог двигаться. Зато у него получилось почти неслышно застонать.

— А вот на жалость давить не надо. Сам не захотел спать. Никто не виноват, что ты не желаешь подчиняться. Вот скажи, почему ты не можешь понять, что я не собираюсь причинять тебе вред? Или тебе просто нравится нарываться?

Пленник ничего не ответил. Закрыл глаза и словно всем своим видом хотел показать, что если его не сломили пытки отца, то что бы я не задумала, он не сдастся.

За последний месяц я настолько привыкла лечить магией, что вначале попыталась помочь пленнику магически. Только ничего у меня не получилось.

— Зря стараешься, — спокойный голос за спиной был настолько неожиданным, что я чуть не подскочила до потолка от испуга.

Хорошо, что я почти сразу узнала голос Таэри, начальника стражи, а то не долго думая, впаяла бы что-нибудь из магического арсенала Каэри, или боевое, или парализующее высшего ранга, просто на звук открывающейся двери. Каэри, то есть теперь уже я — опасный маг.

— Каэри, девочка, на тех, кто способен к обороту, человеческая магия не действует. Ну или действует весьма ограниченно, и то лишь в случае… Но это точно не о тебе! — оборвал себя Таэри, — Так что помочь ты ему ничем не сможешь, да и опасно это. Разве что так же, как ты лечила гномов…

— Спасибо, Таэри, теперь поняла, — спокойно ответила я. Таэри и впрямь было за что благодорить. Это пока бы я сообразила, что мой пациент — не совсем человек… Скорее всего, парень — квартерон оборотней, а вот каких именно не узнаю, пока он не обернется. У метисов обычно сохраняются внешние признаки отличия от человека, пусть и не в таком количестве, как у чистокровных особей. А вот квартероны могут и не иметь внешних признаков, ничем от человека не отличаясь, кроме второй ипостаси и резистентности к воздействию чужой, то есть человеческой, магии. Гномы и эльфы, кстати, тоже частично резистентны. Поэтому после взрыва на рудниках гномов поблизости от наших владений лечить тех, кто пострадал при взрыве, мне пришлось с помощью обычных операций.

Только вот… гномы хоть не сопротивлялись лечению, а вместо наркоза использовали какой-то местный алкоголь, который отправлял их в нирвану на несколько часов не хуже наркоза. Гномы, кстати, потом в знак благодарности создали мне более подходящие хирургические инструменты, и стол по моим чертежам. Хотя я могла бы создать все эти вещички сама, но не стала отказываться от подарков гномов. Для гномьей общины это было очень важно, а отец не хотел с ними ссориться. То есть, я не могу сказать, что папочка — закоренелый расист. О эльфах я, правда, ничего пока не знаю, но моя няня, которая сейчас занимается моими младшими братьями, уверяет, что эльфы поблизости от наших владений тоже есть. Я вздохнула и стала раскладывать инструменты. Гномам всё же повезло — у них был алкоголь. Это единственный гномий подарок, от которого я попыталась отказаться. И, кажется, гном был прав, когда уверял меня, что даже если мне их алкоголь не по нраву, он наверняка понравится моим друзьям. По крайней мере, теперь этим можно продезинфицировать руки… Бутылка стояла поблизости, напоминая о самой простой альтернативе наркоза в этом мире. Только вот при проникающих ранениях живота пить нельзя. А из наркотических веществ у меня только те настойки, которые есть у Каэри, и я совершенно не знаю, как они подействуют, если их ввести внутривенно… не совсем человеку. Правда, другом меня этот юноша, лежащий на операционном столе под воздействием моего парализующего заклятья, не считал, на инструменты смотрел с обреченностью готового к мучительной смерти, а меня снова "наградил" взглядом, полным презрения.

— Каэри, малышка, если ты и впрямь решила лечить своего ящера, то должна знать отличия их физиологии от людской. Человек от таких ранений умер бы сразу, а ящеру вряд-ли что-то будет, если сегодня от ран не помрёт — у них быстрая регенерация. И подарок гномий на него, боюсь, не подействует. Но если кости не сложить вместе, срастаются они неправильно. И летать твой ящер тогда не сможет… Или придется все ломать по новой.

— Таэри, а почему ты решил, что я хочу спасти парня? — осторожно спросила я, — И почему ты постоянно называешь юношу ящером?

— Каэри, девочка, так ведь дракона ты у отца выпросила! Неужели сразу не поняла? — воскликнул Таэри, хмуро окидывая взглядом моего пациента.

— Ну да, полукровка он, видимо, но ведь никаких сомнений в том, что ящер! А то, что ты его спасать решила… ты на него столько собственной жизненной силы вылила, что сразу понятно стало, ты его в живых оставить хочешь. И в свои комнаты сразу притащила. Да и золото за то, чтобы побыстрее перенести его к тебе за дохлого ящера ты бы платить не стала бы. И когда в подвале была — на тебе лица не было. Это ящер глупый, ничего не понимает, а я вижу, сколько ты разных тварей за последний месяц спасла, и простым людям помогаешь бесплатно. Так что и ящер твой… — Таэри замялся.

— Вписывается в общую картину моего асоциального, с точки зрения родителей, поведения — устало добавила я, осознав, что со временем разный стиль поведения Каэри и мой будет всё более заметен. Это сейчас моё поведение нянюшка объясняет трудностями переходного возраста, который для сильных магов — самый тяжёлый.

— Вот вот. То самое. А-ссоклиальное. Поведение, — с умным видом покивал Таэри, — Ты — хорошая девочка, леди Каэри, не сердись, что я сейчас тебя отвлекаю. Но только если ты ящера просто так зашивать будешь, он у тебя того… Околеет. Он и так уже еле живой. Травки ему твоей нужно, Каэри, вот что! Без нее не выдюжит.

Я поморщились, так как понимала, что парень действительно может не выдержать, слишком ослаблен. Перевязывать его надо было сразу… только вот салфеток с новокаином в этом мире нет. А создание оных с помощью магии у меня заняло бы около часа. Быстрее я пока материю создавать не умею… Хотя атавизмы речи Таэри меня несколько обескураживали, я понимала, что он прав. Травки видите ли он мне советует использовать… Если бы ещё знать, как на не совсем человеческом метаболизме пациента отразится применение наркотических средств… Тобиш моих "травок". Одновременно с тем, что я разговаривала с Таэри, пришлось осматривать пациента. Что же, повреждения действительно были страшными. О том, кто именно нанес парню эти раны я старалась не думать. Несколько колотых ножевых (?) ран грудной клетки, повреждены оба лёгких, пневмотoракс, множественные переломы ребер, проникающее ранение живота, колото-резанное, огнестрельное можно исключить, у них тут раннее средневековье, луки, ножи, мечи и стрелы. Но магией тоже приложили, никаких сомнений — это уже уверенность Каэри. Открытые переломы, тоже множественные, верхних конечностей, и два перелома правого бедра. Как он еще не умер от потери крови, и геморрагического шока, не ясно. А ведь транспортировка раненого тоже осуществлялась кое-как. Если бы не неучтенный фактор — магия этого мира… Дракон он или нет, это ещё бабушка надвое сказала. А вот то, что упрямый и сильный — это хорошо. Слабый бы не выдержал. Осмотр, даже осторожный, наверняка причинял парню адскую боль, судя по прокушенной им до крови губе. Но ведь не застонал, даже когда я осматривала повреждения брюшины! Только побледнел ещё больше. Лежал и прислушивался. Это я сейчас так долго описываю, на самом деле всё произошло почти молниеносно и от момента, когда я нашла парня до того, как я начала проводить противошоковую терапию прошло не больше трёх минут. И наркотики ему пришлось вводить, хоть и был риск анафилактического шока, в случае если этот индивид имеет индивидуальную непереносимость тех средств, что я уже успела опробовать на одном из оборотней, проживавших в наших владениях, и совершенно по глупому попавшего в капкан. Хорошо, что аллергической реакции на введение наркотических веществ у пациента не было. И парень начал потихоньку отключаться, хоть и пытался остаться в сознании до последнего.

Подключение капельниц компенсирующих кровопотерю (и катетеризацию вен, а это и впрямь жутко для того, кто никогда раньше этого не видел), и подключение капельницы с одним из наркотических веществ этого мира юноша воспринял не просто скептически, а снова, видимо, решил, что я собираюсь его отравить. Его пристальный взгляд был настолько выразителен, что никаких сомнений в том, что он считает, что я просто решила разнообразить пытки у него нет. Иначе зачем он попытался отстраниться? Тем более, когда я объяснила ему, что я делаю и зачем? И что если это не делать, то его добьёт геммораргический шок. Или гиповолемия. Или болевой шок. Или… Список можно продолжать до бесконечности, может подключиться сепсис… Интересно, он понимает, что я ему говорю?

— Мальчик, ты же сам маг, — устало сказала я, продолжая работать, несмотря на то, что этот драконий оборотень несколько раз безуспешно попытался вырваться из-под парализующего заклинания, — Что же ты ведешь себя так, словно постоянно пытаешься проверить, насколько хорошо мое заклятие? Я, если тебе неизвестно, маг- универсал.

Юный дракон тихо что-то прошипел.

— И не отвечай, задохнешься, — добавила я, прежде чем этот идиот снова попытался что-то мне сказать, — А ругаться ты будешь потом, благо что есть причина для ярости. И не только у тебя, между прочим.

Опиоиды с Земли я всё ещё боялась создавать, не без причины опасаясь, что органика или синтетические наркотические вещества моего мира могут сработать, как сильные аллергены для представителей этого мира. Подключив к списку нежелательных осложнений и анафилактический шок. Но всё равно, даже того, что я уже подключила к катетеру, вполне достаточно, чтобы парень уснул…

Только пациент со мною был не согласен и засыпать никак не собирался.

— Долго ты сопротивляться не сможешь, отключишься. Эти "травки" имеют тенденцию отключить кого угодно, хоть Тираннозавра, хоть дракона. А уж дракона, обернувшегося человеком — и подавно. Вот был бы ты в драконьей ипостаси, тогда да, как тебя лечить, я бы не знала — нас уж, извини, драконов лечить не учили. А в человеческой ипостаси — ты почти человек, а значит я справлюсь, даже если ты решил блокировать магию, — тихо сказала я моему строптивому пациенту. За что заработала гневный взгляд. Но глаза у парня были осоловелые, и через несколько мгновений он действительно просто заснул.

А мне, если честно, в первый раз было страшно. Раньше я могла компенсировать отсутствие помощников в операционной магией. Теперь моя магия практически не действовала на этого драконьего оборотня или он очень успешно блокировал любое магическое воздействие, за исключением уровня "высшее". Только такой уровень редко используется в магической медицине. Тут умение нужно, а не грубая сила. А грубая сила — это боёвка… Но на парне и так, похоже испытали весь спектр боевых заклинаний.

За спиной маячил начальник стражи, но ничего, кроме " моральной поддержки" от него не добьёшься, хотя его наблюдательность и помогла мне понять, почему не действовала магия. Только поэтому я его не выставила за дверь.

Те сосуды, что были повреждены, я просто пережала, чтобы прекратить кровотечение. Сколько же может быть крови в этом драконьем оборотне? Множественные внутренние кровотечения… и лёгких, и в брюшной полости, и из-за переломов, при такой кровопотере у обычного человека уже несколько часов назад было бы шоковое состояние. Всё же оборотни более живучие — дракон, хоть и был ослаблен кровопотерей, ещё и пытался оказать сопротивление, до того, как мне удалось справиться с его нежеланием засыпать. Такое впечатление, что он использовал для поддержания человеческой ипостаси кровь второй своей ипостаси.

Мне теперь приходилось думать о приоритетах. Дренаж при посттравматическом пневмотораксе с нарушением целостности грудной клетки… причем, информированное добровольное согласие пациента отсутствует. Но такие операции редко выполняют в плановом порядке… Ладно, техника отточена за столько лет. Лишь бы без осложнений обошлось… И пациент не видит, что я делаю, ему даже простая катетеризация вены показалась жуткой. Только ведь это лишь начало.

Начальник стражи все еще молча стоял за спиной, внимательно наблюдая, как я работаю, что именно делаю.

А я подумала о том, что парализующее с пациента я снять не смогу, даже после операции. Совокупность трех факторов: ярости пленника, того, как этот парень привык двигаться, плюс пока не успевшие зажить переломы ребер — и дракон снова получит пневмоторакс, как только очнётся, на этот раз добившись этого самостоятельно. То, что оборотню-дракону придется лежать практически неподвижно тоже добавляет риск осложнений. Как же жаль, что дракон практически полностью резистентен к магии людей! Иначе я срастила магией переломы в течение нескольких секунд — и повреждения внутренних органов устранила бы с помощью магии. А сейчас на восстановление потребуется время. Которого практически нет — на следующей неделе мне нужно отправляться в Академию.

Различия с моим миром и миром магии были разительные, а я в последнее время стала всё больше полагаться на магию, как более быстрый и эффективный способ, благо что учебников магии у Каэри оказалось достаточно. Одним словом, обленилась, привыкла, что кости у пациентов срастаются мгновенно по моему желанию, сосуды — тоже, процесс некроза можно запустить вспять, как и любое заболевание… И… Как всегда получила наказание за проявленную лень — пациента, на которого магия практически не действует… получите, и распишитесь, так сказать. Хорошо ещё, что после случая с гномами я заранее создала небольшой склад из инструментов, лекарств и перевязочного материала из моего мира, так как тогда я впервые столкнулась с частичной резистентностью к магии людей.

Когда я накладывала швы, услышала за спиной осторожное покашливание и начальник стражи сказал:

"Каэри, девочка, я понимаю, что это риск, и ящер у тебя опасный, но если ты хочешь, чтобы твой ящер выжил, тебе после того, как ты с ним закончишь возиться, нужно снять с него ограничивающие магию поручи."

Однако! Неужели начальник стражи действительно решил мне помочь спасти парня? Или чувствует свою вину перед "ящером"? Ведь не только мой папочка развлекался пытками, наш начальник стражи наверняка тоже участвовал в этом.