Глава 60

Реакция Сиерлена на мои уверения, что он будет занят, меня, если честно, поразила. Он что, решил, что я собираюсь его лечить в этой пещере, когда недалеко от лабиринта девушки и наследник Императора переживают, куда мы все трое пропали? Ну да, я понимала, что Сиерлен побаивается предстоящей операции, да и к капельнице и уколам относится, прямо скажем, без особого восторга, но неужели всё, что с ним произошло, было настолько страшно? Ну, да, иногда было больно. Но не я же его заставляла постоянно попадать в переплёт? А то, что лечение причиняло боль, так это не моя вина в том, что драконы иммунные к магии людей, а во мне нет ни капли драконьей крови! Ведь я и так все учебники, которые нашла по теме обезболивания, уже успела проштудировать! Ну, не учат людей драконьей физиологии и драконьей фармакологии!

Потом я вспомнила, что последний раз колостому я проверяла несколько часов тому назад, и совсем сникла. Это, условно говоря, не задача хирурга — следить за такими вещами, а вот как родственница, я могла бы об этом вспомнить и пораньше. Может, нужно пояснить, что когда я говорила о том, что Сиерлен будет занят, то имела ввиду, что переносом эльфиечки-дракона займётся он? А вот после того, как я вспомнила о том, что забыла проверить его колостому, разрешать Сиерлену отнести на руках на полянку перед лабиринтом даже такое хрупкое создание, в которое превратилась золотая, весившая в своей драконьей ипостаси несколько тонн, я не собиралась.

— Сиерлен, устанавливай портал, я перенесу девушку на нашу полянку, — я попыталась отвлечь дракона от его панических мыслей.

— Не могу, — тихо признался драконий оборотень, — Я на грани магического истощения. Я не удержу портал. Я потому и перекинулся драконом, что у молодых драконов это происходит автоматически в случае опасности, и почти не требует магии.

А вот и логическое объяснение тому, что мальчишка вместо того, чтобы задействовать логику, решил проявить героизм. Всё таки, это была паника. Но паника от безысходности ситуации. Теперь понятно, почему Сиерлен испугался, когда я сказала, что он будет занят.

Магическое истощение не может наступить само по себе! Особенно, если магией Сиерлен пользовался не достаточно для того, чтобы такой сильный маг, как он, получил магическое истощение. За единственным исключением: оно может наступить даже от использования не очень большого количества магии, если магические резервы задействованы для поддержания организма мага. То есть… Сиерлен плохо себя чувствует, и скрывал это от меня, причём достаточно успешно! Пока не пришлось применять магию!

— Ты сам встать можешь? — спросила я у драконьего оборотня.

— Могу, — хмуро заявил Сиерлен.

И несколько раз честно попытался подняться на ноги.

— Встать не получается, — констатировал он тщетность своих усилий, по перемещению себя в вертикальное положение. Ровно через пятнадцать секунд бессильных попыток подняться.

Я вздохнула, слишком хорошо ещё помнила свое собственное состояние после таких вот сочетаний магического истощения и отката.

— Лежи. Я создам портал, — пробормотала я.

Хорошо, что как звать нескольких девочек и наследника Императора, я знала! Так что портал создала за несколько мгновений.

Как же радостно становится на душе, когда тебя встречают восторженным визгом!

Кажется, я уже успела привыкнуть к некоторой чопорности общения, и к тому, что и девушки, и я, волей случая принадлежат к высшему обществу, что совсем забыла, что этим леди — хорошо если пятнадцать.

И мне, то есть телу Каэри тоже всего лишь пятнадцать, и на такие нагрузки это тело явно не подписывалось… а что приходится делать? Одной рукой поддерживаю магический портал, другой осторожно перекатываю светловолосую эльфиечку и своего дракона в этот чертов портал.

И если юная золотая в эльфийской ипостаси весит, как ребенок, то Сиерлен и в ипостаси человека весит, как дракон.

Как только и Сиерлен, и золотой дракон оказались на полянке, их обступил мой поисковый отряд: толпа моих боевых магов, не состоявшихся невест Императора.

Странно, обвинять меня в том, что наследник уже де факто женат, никто из девушек не спешил. Даже то, что я перетащила обоих драконьих оборотней на пледах, совершенно бесцеремонно наплевав на их потенциальный статус, не вызвало насмешек.

— Что с твоим драконом, Каэри, — осторожно спросил Вик, хотя его взгляд был прикован к эльфиечке, его золотому дракону в эльфийской ипостаси.

— Магическое истощение и откат, — хмуро пояснила я, — Сейчас поставлю капельницу твоей эльфийско-драконьей принцессе, и займусь проблемами Сиерлена.

На этот раз взгляд, которым меня наградил мой дракон, был сердитым и настороженным, но откровенной паники в глазах не было. Сообразил, наконец, что никто его немедленно оперировать не собирается?