Глава 13. Выгоревшие эмоции

В следующие дни Андрей так загрузил нас всех практикой, что разговаривать было просто некогда. Девчонки-второкурсницы активно искали, куда пристроить домового, учились чистить скатерть-самобранку так, чтобы ей не было щекотно, ездили на какую-то речку общаться с русалками, которые решили развлечься, пугая рыбаков. Нас куратор полностью лишил свободного времени, каждый час был отдан под какие-то дела. Анфиса с нами почти не общалась: исполняющий обязанности ректора Андрей подписал указ на запрет в библиотеке всех разговоров на посторонние темы.

– А санузел нам посещать можно в любое время? – едко спросила у него Влада. – Или для этого тоже будут определённые расписанием минуты?

– В любое время, – бесстрастно ответил куратор.

– Почему у нас нет свободного времени? Это нарушает наши права… – пыталась повозмущаться Влада.

– У вас есть свободное время с десяти часов вечера до семи утра, – напомнил Андрей. – Ваши права на сон, еду и обучение не нарушены. Наоборот, обучение ведётся очень интенсивно. Вашим родителям отправляются отчёты, расписание одобрено и ими, и ректором Гелероидом.

Спорить оказалось бессмысленно. В принципе, меня устраивала практика с Андреем, «ласточку» мы привели в порядок, калитка вела себя нормально, страшники, видимо, тоже успокоились. Андрей показывал, как работать со стихиями, пообещал, что научит высекать из пальцев огонь и воду и призывать ветер. Вот только практика с Караилем была настоящим испытанием. Эльф постоянно болтал о себе-любимом, о том, что мы не соответствуем его чувству прекрасного и нам необходимы его уроки красоты. В результате все уроки свелись к магически ускоренному проращиванию цветов на клумбах и к изготовлению зелья от прыщей. И бесполезно было говорить, что ни у одной из нас нет проблем с кожей, и что ведьмы разбираются с лишними неровностями на лице своими магическими способами.

Три дня спустя по Академии пронеслось известие, что маги нашли тёмную чудь, и с ней на месте работают Гелероид и Берестов.

– Не думала, что буду так ждать возвращения старика, – перед сном Влада блаженно улыбалась. – Диан, как ты терпишь этого сумасшедшего куратора? Он же на занятиях выжимает из тебя все соки, всю энергию. Хорошо, что меня курирует Гелероид, у него хоть программа обучения нормальная.

– И Велеира вернётся, – подхватила Ника. – Они с Духовой поделили кураторство надо мной. С призраками и зеркалами гораздо интереснее, чем с цветами Караиля.

Как оказалось, радовались они рано. С утра вся Академия, включая скатерть-самобранку, уже знала очередную новость: профессора дружно решили взять отпуск на пару недель, оставив Академию на Андрея и Караиля.

– И правильно, – бормотал Доглядай, подметая в коридоре общежития. – Сколько можно без отдыха работать? Тут всё хорошо, всё в порядке, боевой маг уж с адептками бестолковыми как-нибудь разберётся.

Анфиса в библиотеке раздражённо шипела на всех: она со дня на день ожидала снятия запрета на посторонние разговоры, и вдруг Гелероид решил отдохнуть. Влада и Ника бубнили под нос всё, что думали об Андрее как о руководителе. Девчонки со второго курса ныли, что хотят нормальных занятий или хотя бы практики с куратором. Андрей на все вопросы невозмутимо отвечал, что профессора – тоже люди, и они хотят отдохнуть. Второму курсу он посоветовал привыкать действовать самостоятельно и уверил, что вся их практика у него под контролем. От предложения брать с собой Караиля девчонки хором отказались. Эльф радостно болтал, как ещё он может облагородить территорию. Подметень летал за Андреем не только по учебному корпусу, но и по двору и даже по нашему общежитию, если куратор туда заходил. А заходил Андрей по нескольку раз в день и внимательно оглядывал стены коридора.

Сегодня он вообще вломился к нам в комнату после короткого стука, не дожидаясь ответа. Я сидела на кровати и листала прихваченную из дома тетрадь с заговорами. Хорошо хоть Влада и Ника читают в библиотеке что-то из длиннющего списка рекомендованной Андреем литературы. Влада сейчас точно начала бы бурно возмущаться.

– Пойдём, сегодня занимаемся во дворе. Костёр я уже развёл, будешь работать с огнём. Если войдёшь в контакт со стихией, сможешь в нужный момент призвать огонь и высечь его из пальцев. Только смотри, просто так, для всякой ерунды огонь не призывают. При тренировках обязательно будешь объяснять стихии огня, зачем ты это делаешь.

Говоря это, Андрей внимательно разглядывал стены, пол и потолок в нашей комнате.

– Не знаю, что вы ищете, но у нас вроде нет ничего запретного, и мы не проводим в комнате никаких ритуалов, – не удержалась я.

– Вижу, – он задумчиво кивнул. – Зато в туалете или в душе кто-то каждый день творит серьёзную магию. Знаю, что не ты, твои следы я бы тут же определил. Второй курс точно ни при чем, их следы я тоже хорошо знаю. Остаются твои соседки. Так что у меня есть три вопроса – кто это делает, что именно она делает, и, главное, – зачем?

Я пожала плечами. Никаких следов магии я не чувствовала, я же не боевой маг. Девчонки ни на что серьёзное не способны, у них не хватило бы ни сил, ни знаний.

– Может, домовые или какие-то призраки? – предположила я. – Духовой ведь нет, за ними никто не следит.

– Я слежу, – отрезал Андрей. – Это магия не домовых, а привидения вообще ею не владеют, кроме зеркальных призраков. Но у них договор с Духовой: они поклялись, что не будут появляться в зеркалах вашего общежития. Надо будет на всякий случай поинтересоваться подробностями договора, – он поморщился. – Но по-любому кто-то из адепток обращается к некой силе, и эта сила растёт. Сейчас она безвредна, но не факт, что такой и останется. Можешь поверить, я видел много обращений самоуверенных магов к силам, с которыми они потом не могли справиться. Если кто-то из твоих сокурсниц развлекается подобным образом, это может быть опасно. Так что хорошо подумай, возможно, ты всё же знаешь, что происходит?

– Не знаю, – я поднялась с кровати. – Я не видела, чтобы кто-то совершал серьезные обряды и призывал какие-то силы в туалете, и сомневаюсь, что это можно тайно сделать в общежитии. Андрей, может, вы просто привыкаете к тому, что у вас снова есть магия? Ну, может, это не совсем то, что вам кажется?

– Я не потерял чутьё боевого мага, если ты об этом, – в его голосе прозвучало лёгкое раздражение. – Сговорились вы с Караилем, что ли? Он только что говорил примерно то же самое. Но здесь точно что-то происходит. Не понимаю только, почему эльф не чувствует эти следы.

– Андрей, вы говорили, что у вас выгорели эмоции, – заговорила я уже в коридоре. – Это такое образное выражение, или они действительно могут магически выгореть? Ну, просто непохоже, что у вас их совсем нет.

– Вопрос бестактный, – ровным голосом сказал Андрей. – Но я всё же отвечу. Эмоции магически выгорели во время той самой дуэли. Чтобы выжить и победить, мне нужно было пожертвовать чем-то серьёзным, важным для человека. Я выбрал эмоции. Первыми горят самые светлые, так что позитивные и радостные чувства для меня теперь закрыты. Последними исчезают боль, раздражение, злость. Возможно, они сгорели не полностью, и сейчас пробуждаются под влиянием моей магии. Ещё вопросы есть?

– Есть. Можно ли восстановить выгоревшие эмоции?

Андрей остановился в холле общежития и резко развернул меня за плечи к себе.

– Займись своими делами, – жёстко сказал он, глядя мне в глаза. – И оставь в покое старые истории и ситуации, которые тебя не касаются. Я сам разберусь со своими проблемами, мне не нужна помощь адептки, и я не ищу сочувствия. Пока всё понятно?

– А у вас всё же есть эмоции, – я нервно улыбнулась. – Да, всё понятно. Я почитаю в библиотеке о выгоревших эмоциях, если вы не хотите говорить на эту тему.

– Щепочкина, ты вообще меня слышишь? – голос куратора прозвучал устало. – Тебе нечем заняться?

– Есть чем, – жизнерадостно ответила я. – Просто здесь не хватает романтики.

И тут же поняла, что сказала, и как именно это прозвучало для куратора. А ведь я была бы совсем не против сходить с ним на свидание, пусть даже совсем невинное, как в день моего побега. Ну, тогда было не совсем свидание, конечно, но мне действительно хотелось бы провести с Андреем время где-то за стенами Академии. Но не могу же я ему так сказать! Да я и сама только сейчас это осознала. Как говорит Влада, кажется, кто-то влюбился. Причём пока что безответно.

– Понимаю, что не хватает, – сдержанно согласился Андрей. – Но романтик в Академии только один, и это Караиль. Я – приземленный, скучный циник. Кстати, это не только моё мнение, так же говорила моя жена, а она достаточно хорошо меня знает.

Угу, так говорила твоя бывшая жена. Быв-ша-я. Ладно, оставим пока эту тему в покое, сейчас ни до чего хорошего не договоримся, Андрей только разозлится. Надо будет обязательно почитать в библиотеке об этих самых выгоревших эмоциях. Если возвращается раздражение, то, может, получится как-то разбудить в Андрее и более светлые чувства?

Я плелась по двору Академии к слабо потрескивающему около преподавательского корпуса костру. У забора Влада и Ника со скучающим видом повторяли за эльфом заклинание для быстрого роста цветов. Клумбы уже зазеленели, и Караиль с нетерпением ждал появления первых бутонов.

Андрей гонял меня вокруг костра до темноты. Уже эльф отпустил девчонок и величественно удалился отдыхать, уже на небо выплыла огромная полная луна, а я всё повторяла и повторяла обращения к огню – то в виде заклинаний, то своими словами.

– Мне кажется, это бессмысленно, – наконец не выдержала я. – Я не слышу стихию и не могу высечь из пальцев огонь. Я устала, костер скоро погаснет. Может, всем пора отдыхать?

– Было бы бессмысленно – я бы давно переключился на что-нибудь другое, – ровным голосом ответил Андрей. – Огонь тебя слышит, он к тебе присматривается. Продолжай.

Он подкинул в костёр сухие ветки. Я глубоко вздохнула. Всю ночь мне вокруг костра ходить, что ли? Ладно, если бы это было романтическое свидание – я была бы совсем не против. Поцелуй у костра… Впрочем, поцеловать меня пока могут только в лоб, да и то в лечебных целях. Я раздражённо щёлкнула пальцами – и вдруг в воздух вылетела искорка, а затем над моей рукой вспыхнул огонёк.

– Получилось! – выдохнула я. – У меня получилось!

– Руку так и держи, – сказал Андрей. – Запомни это ощущение тёплого, но не жгучего огня рядом со своей кожей. А дальше поблагодари огонь и отпусти его.

– Но я по-прежнему его не слышу.

– Зато я слышу. Не всё сразу, постепенно сможешь общаться со стихиями, – сказал Андрей. – Теперь посидим у костра, пока он не погаснет, и разойдемся отдыхать. Сразу отпустить не могу, общение с огнем не закончено, пока он горит.

Ну что ж, романтика мне сегодня не светит, зато хотя бы спокойно посижу с куратором в темноте у костра. Если он, конечно, не придумает для меня ещё какое-нибудь задание. Я с благодарностью отпустила огонь и села на тёплую землю. Андрей вытянулся на земле.

– Советую лечь, – сказал он. – Это хорошая подзарядка энергией. Рядом огонь, вокруг воздух, под тобой земля.

Лечь так лечь. Интересно, наверное, это выглядит со стороны: ночь, луна, костёр и мы двое разлеглись около него на небольшом расстоянии друг от друга. И попробуй догадайся, что это просто урок.

– Ты о чем последние минут пять думаешь? – поинтересовался Андрей. – Огонь сильно веселится и полностью одобряет твои мысли.

– Не скажу, – я улыбнулась. – И надеюсь, что огонь тоже не скажет.

– Не скажет. Но говорит, что ты ему определённо нравишься, – Андрей улыбнулся в ответ неожиданно легко и беззаботно.

Эмоций, значит, нет? Все выгорели? А это тогда что?

– Коллега, ночь, конечно, замечательная, лунная, костёр и всё такое, – донесся из окна на весь двор голос Караиля. – Но всё же не стоит давать Академии пищу для сплетен, проводя время с адепткой на ночь глядя.

Я прикусила губу, сдерживая смешок. Если никто до этого не обратил на нас внимания, то сейчас уж точно все посмотрят в окна. А если ещё и Анфиса услышит, об этом уроке скоро узнают все профессора. Не интересовалась фамильярами, но почти уверена, что кошка может на расстоянии связаться с хозяином.

– Коллега, у меня с адепткой Щепочкиной индивидуальное занятие, – невозмутимо отозвался Андрей. – Посвящено стихии огня и восстановлению энергии. Вопросы ещё остались?

– На первом курсе? – недоверчиво уточнил эльф. – В самом начале? И как успехи?

– Щелкни ещё раз пальцами, – негромко сказал Андрей.

Я щёлкнула, хотя и сильно сомневалась в успехе. Однако в этот раз в воздухе над моей рукой повисла огненная струйка. От неожиданности моя рука дрогнула, и Андрей моментально резким движением схватил меня за руку. Он что-то пробормотал, пламя исчезло.

– Замечательный результат! – восторженно заявил эльф. – Прекрасно, просто прекрасно! Собираешься обучать так же остальных?

– У остальных в ближайший год так не получится, – ответил Андрей.

Он убрал от меня руку. Жаль.

– Почему не получится? – спросила я, глядя на догорающий костёр.

– Потому что ты – самая целеустремленная из всей компании. Твой побег это доказал. Главное, чтобы цели были правильными, – Андрей с подозрением посмотрел на слабеющий огонь, потом на меня. – О чем ты всё-таки думаешь? Он опять с тобой согласен.

Я промолчала. Не могу же я сказать куратору на затянувшемся уроке, что хочу целоваться с ним у костра. Причём совсем не в лечебных целях. Жаль, что я пока не слышу голос огня, может, он посоветовал бы что-то толковое, чтобы заинтересовать Андрея.