Глава 14

Из того, что рассказал нам Райтег, мы поняли две вещи. Во-первых, в отличии от других адепток, наша одежда не подходит для обучение, нам необходимо приобрести боевое оснащение и экипировку. Во-вторых, занятия для нас заканчиваются значительно позже остальных. Связано это с тем, что после всех занятий, боевики отрабатывают практику на полигоне.

Найли, после окончания пар, шла озадаченная.

— Как считаешь, Ая, мне пойдут штаны? — спросила она, когда мы сворачивали к целительскому корпусу.

Я пожала плечами.

— Мне кажется, ты из той категории женщин, которые сами красят одежду, а не она их.

Сестра помолчала и выдала:

— А на счет Райтега, что думаешь? Он нас узнал. Но мне кажется, он изменился и навряд ли опустится до припоминания прошлого.

В этом я была согласна с Найли. Парень возмужал, и явно прошел хорошую школу жизни. Даже если подумать, навряд ли его взяли бы в столь престижное место как Высший магический Институт Амшавира, если бы боевик не зарекомендовал себя с положительной стороны.

— Мне тоже так кажется, Найли, — сказала я. — Мы же тогда детьми были. А сейчас многое поменялось, и мы сами стали другими.

Она улыбнулась.

— А Райтег изменился. Помнишь каким он был? Толстенький, на корявых лапках. А этот белый цвет делал его жутко непривлекательным дракончиком. Я всегда ловила себя на мысли, что он слишком блеклый и терялся на фоне своих дружков. Этакое белое пятно. А сейчас он стал красивым. Все девушки группы оценили его по достоинству. Согласись, намного приятнее погружаться в трудную боевую науку под руководством молодого и привлекательного куратора. А заметила, как он из-за Лейлы засуетился?

— Еще бы! — усмехнулась я. — Он же за каждую из нас отвечает! Ему точно не хочется на магистерскую отработку.

Найли покачала головой.

— Нет, Ая, это не то. Она его заинтересовала. Ни как женщина, но это пока, все еше изменится. Уж я то в этом разбираюсь. Он ее узнал и хорошо помнит, что подбил когда-то Лейле крыло. Но тогда она для него была никем, соседской девчонкой. А теперь красивая девушка, с которой ему придется вместе пробыть очень много времени, встречаться, говорить, учить. Но про крыло он не забудет. И будет знать, что она тоже об этом помнит. Поверь мне, Ая, к Лейле у него будет особое отношение. Особенно после того, как он в первый же день стал для нее хоть и небольшим, но героем, самолично отнесшим Лейлу в лазарет. Мужчины любят быть героями для леди. Он будет думать об этой ситуации. А как ты знаешь, все наши чувства в голове, а не в сердце. И чем больше он будет думать, тем привлекательнее будет становиться для него Лейла. Еще посмотришь, я уверена в том, что говорю.

— Не надумывай, Найли, — отмахнулась я. — Райтег наш куратор и отвечать он будет не только за Лейлу. Уверена, он и к ней будет относиться как ко всем в группе.

— Посмотрим, — загадочно улыбнувшись, сказала Найли и свернула к зданию лазарета.

***

На входе, в холле, сидела все та же женщина и снова смотрела новостной кристалл. Завидев нас, приподняла брови и кристалл убрала. На лице отразилось удивление.

— Снова вы? — спросила она, перемещая взгляд с Найли на меня.

— У нас здесь сестра, с отравлением, — объяснилась я.

Женщина поднялась.

— Угу, — сказала коротко и жестом указала идти за ней.

Мы прошли по узкому коридору и свернули направо, здесь оказался кабинет мастера Монсепана.

Женщина постучала и, открыв дверь, возвестила:

— К вам сестры...

— Хайтерн? — подсказал я.

— Хайтерн, — повторила она. — По поводу отравленной адептки.

Повернулась к нам и шире распахнула дверь.

— Входите.

Мы вошли.

Мастер Монсепан сидел за небольшим столом и заполнял какие-то бумаги. У стены стояла кушетка, рядом с ней сложенная ширма. Чуть дальше шкаф с колбочками и прочими медицинскими предметами. В нем же стояли различные ящички. Вероятно с препаратами.

Едва за нами закрылась дверь, целитель отложил бумаги. Кивком указал нам на небольшую скамеечку перед шкафом.

— Присаживайтесь, адептки. У нас будет с вами разговор.

Мы с Найли сели.

Он откинулся на спинку кресла и покрутил в руках короткое перо.

— Скажите мне, принимала ли ваша сестра какие-либо препараты?

Мы с Найли переглянулись и отрицательно покачали головами.

Он кивнул.

— Может ее кто-то чем-то угощал? Или она использовала курительные смеси?

— Курительные смеси? — удивленно воскликнула я. — Что вы, мастер Монсепан, Лейла никогда ничего не употребляла.

Целитель нахмурился.

— Видите ли, девушки, после исследований слизистой вашей сестры, я обнаружил на ней частички некого препарата или вернее сказать вещества. Оно относится к паралитикам, воздействующим на центральную нервную систему. Вызывает сонливость, апатию, при долгом воздействию является сильным галлюциногеном, и может стать причиной временной потери зрения. Реагент находится в ворсинках одной из редких трав. Обычно его используют в составе препаратов для сложных операции, при анестезии. И так же, в небольших дозах, его добавляют в состав наркотических курительных смесей.

Найли охнула. Я уставилась на мастера совершенно ошарашенными глазами.

— Она ничего не принимала, клянусь вам! Лейла все время была с нами. Ее никто ничем не угощал.

Монсепан вздохнул.

— Учитывая силу воздействия, ваша сестра не принимала препарат. Скорее всего вдыхала. Причем продолжительное время. При полном обследовании я нашел частички пыльцы в ее носу.

— Она точно ничего специально не вдыхала, — судорожно произнесла Найли. — Что это за трава такая от которой помутнение, сонливость, да еще и потеря зрения?

Целитель почесал пером висок.

— Острохок — редкая трава, не растущая у нас. Хотя... Я не обвиняю вашу сестру. Более того, уверен, что это непреднамеренный прием. Подозреваю, что она могла отравиться в саду. К нам уже заходил ректор Лейн, я поделился с ним своими опасениями и на территории института начаты поиски. Девушки, вспомните где вы прогуливались? Нюхала ли она какие-либо цветы или травы? Вы выходили за пределы института?

Я покачала головой.

— За пределы не выходили. Но мы гуляли по аллеям и даже к заброшенной беседке сворачивали, той, что недалеко от женского общежития.

— Уточните, что за беседка? — нахмурился Монсепан. — Я направлю туда целителей. Возможно, кто-то нечаянно оставил сбор, или рассыпал семена и те проросли или... — она вздохнул. — Не нечаянно. Необходимо будет проверить всю территорию во избежание повтора подобного отравления. Вы же понимаете, что все очень серьезно. Если Острохок пророс на территории института, будет необходимо его полностью уничтожить. Он полезен в лечебных целях, но опасен в быту.

Мы с Найли понимающе кивнули.

— А как там Лейла? — тихо спросила я.

Монсепан улыбнулся.

— С вашей сестрой все будет хорошо. Она спела мне песню, рассказала о воздействии защитного купола и пыталась уничтожить меня, принимая за некого темного мага из тайного клана. Пришлось вколоть ей успокоительное. Весь реагент из её организма я вывел. Как только проснётся, сможет быть свободна. Но я думаю, это не ранее чем к вечеру. Ее вовремя принесли ко мне. Задержитесь еще на пару часов и эффект мог быть более сложным и непредсказуемым. По всему, адептка, длительное время вдыхала Острохок. Точно не менее нескольких часов. Удивительно, что она нашла в себе силы проснуться. У вашей сестры очень мощный организм. Она боролась как настоящий боевик, — сказав это, он подмигнул нам. — Не переживайте! Но будьте осторожнее, девушки. Двое из вас уже у меня побывали, надеюсь, что это не станет традицией.

Он поднялся, давая понять, что мы свободны.

— Спасибо вам, мастер Монсепан, — произнесли мы, вставая.

Целитель пожал плечами.

— За что? Это моя работа. Но еще раз напомню, постарайтесь реже бывать у меня.

После этой фразы мы вышли.

***

— Даже если она отравилась в той беседке, — размышляла Найли, когда мы направлялись обратно к академии, где собирались пройти в библиотеку и взять книги по списку, который всем в группе раздал Райтег. — Я там дольше находилась, но не отравилась же.

— Значит, не там, — сказала я. — Но где она могла что-то понюхать? У нас даже цветов нет в комнате.

— Ая, — задумчиво протянула сестра. — А если ее специально кто-то отравил?

Я вздохнула.

— Я думала об этом. Но как? Когда? Почему мы не заметили?

Найли покачала головой.

— Остаётся только и догадывается. Но мастер Монсепан прав, нам нужно быть осторожнее и внимательнее.

Размышляя о произошедшем мы достигли библиотеки. О ее нахождении нам рассказал куратор. Та находилась между академиями и была общей для всех. Это было отдельное здание, с деревянной лестницей и старыми стропилами. На входе висела вывеска с рукописной надписью: «Библиотека».

Деревянная дверь заскрипела, когда мы входили. И как ни удивительно, но сразу за ней оказалась небольшая площадка со стойкой во всю длину помещения и множеством стеллажей с полками, уставленных самыми разными книгами. Сколько всего рядов, я даже не смогла определить.

Здесь было прохладно и пахло старыми рукописями.

Мы пришли, когда основная волна адептов уже взяли необходимые учебники. И кроме нас никого не было.

Половицы, как и дверь, тихо заскрипели, едва мы вошли.

— Кажется, это самое старое помещение института, — на ухо мне сказала Найли.

— Так и есть, — раздалось из-за стойки.

Нам пришлось подойти, и только тогда мы увидели за ней сгорбленную старушку в сером платочке, что-то перебирающую на нижней полке одного из шкафов.

— Добрый день, адептки. Вам что? — спросила она, поворачиваясь к нам и выпрямляясь. Старушка оказалась совсем невысокой. Нос у нее был крючковатым, лицо испещряли множество мелких морщинок. Зато глаза были чистые, ясные, карие. — Ну чего застыли? Давайте списки? Вы же за книгами?

Я кивнула и протянула старушке список.

— Ух, ты! — усмехнулась та кривым ртом. — Боевички! Худые-то какие! В толк не возьму, и по каким критериям комиссия вас выбирает? На вид, ткни пальцем и вы рассыплетесь. А вот смотри же, боевики.

— А вы... — запнулась я, не в состоянии предположить к какому роду относится бабуля.

— Ведьма я, — дружелюбно сказала она. — Самая настоящая. Древнючая, как и сама эта библиотека. В ней моя матушка работала, тогда и института на этом месте не было. Ранее то, библиотека городской была. Я же начала работать в годы, когда в нем еще только драконы учились. Каждую книжку знаю, где что лежит и кто что у меня брал. Я хоть и древняя, а память у меня хорошая.

Она нам подмигнула.

— Вот и вас, один раз увидела и теперь запомню. Вы только мне имена свои скажите.

— Найли и Аяна Хайтерн, — представила нас я. — Первый курс. А как вы узнали, что мы боевики?

— Это проще простого, по списку книг увидела. Он же у всех факультетов разный, — подмигнула нам старушка. — Меня зовите Вея.

— Это полное имя? — полюбопытствовала Найли.

Бабуля хрипло рассмеялась.

— Полное у меня Вейнариания Даскамирани. Не слишком запоминающееся. А для адептов и вовсе проблематичное. Пару раз представилась им, и решила не мучить учащихся. Уж как они его только не коверкали. Так что я вполне согласна на Вея. Меня так уж пару сотен лет зовут. А глаз у меня намётанный. Вы вот хоть и преставились одним родом, а я вижу, что сестры вы не кровные. Одна то из вас совсем иная будет, — она внимательно на меня посмотрела.

— Я теневой дракон, — уже не боясь, сказала я. — Найли синий, но воспитывались мы в одной семье и у нас прекрасные родители. И еще одна сестра. Она сейчас в лазарете. Но это не значит, что мы не семья.

Старушка махнула рукой и ласково улыбнулась.

— Разве же я сказала, что вы не семья? Не кровь делает семью семьей, поверь мне, девочка. А ты молодец, что так сразу возмутилась. Значит твои родные для тебя очень ценны. Это хорошо.

— А что вы говорили по поводу того, что давно не видели таких как Ая? — заинтересованно спросила Найли. — То есть раньше такие как она здесь учились? В институте были теневые драконы?

Старушка было открыла рот и тут же его захлопнула, засуетилась.

— Ой, что-то я с вами болтаю и болтаю. Что у нас там в списке? Хотя, зачем мне смотреть, я уж давно выучила все книги, что выдаю для каждого факультета.

Она торопливо вынырнула из-за стойки, и я отметила, что ведьма не просто невысокая, а маленькая, ростом ниже моего плеча.

«Как же она книги достаёт?» — мелком подумала я, смотря на огромные, высокие стеллажи. И никаких лестниц здесь не было. Но уже в следующую минуту все поняла. Из-за стойки вылетела метла. Самая настоящая. Ведьма схватила ее, но усаживаться не спешила. Подняла метелку над головой и начала крутить, приговаривая:

— Вей, вей, вей, мети, вей, боевым девчатам книжек принеси-ка мне скорей!

М-да, это нам не магические сложные заклинания из совершенно непонятной абракадабры. Настоящий колдовской приказ, самой настоящей ведьмы.

Метла послушно взметнулась в воздух и понеслась мимо полок. А потом оттуда полетели книги, старушка бойка подпрыгивала, ловя их и подавая нам.

— Ух! Ааах! Еххо! Иху!

Мы с Найли были просто в шоке.

— А вы думали, я старая да немощная, — подмигнула нам Вея, возвращаясь за стойку, после того как метла прилетела обратно. — Проверяйте все книги по списку, чтобы ничего не забыли.

Я пробежала глазами по стопкам книг и нашим записям.

— Все верно. И как это у вас так получается?

Старушка улыбнулась.

— Многолетний опыт. Метла то у меня тоже древняя, как и я, — и тут же, строго, возвестила: — За дополнительной литературой можете приходить в любое время дня и ночи, кроме пятницы. В пятницу библиотека не работает.

— Это почему? — удивилась Найли. — Отчего именно пятница?

Ведьма сощурила один глаз.

— Шабаш у меня по пятницам. А значится, выходной.

На этом она махнула нам рукой, и мы направились из библиотеки.

***

Экипировку нам должны были выдать в хозблоке общежития. Но тащиться в него, загруженные книгами, мы не решились и направились в свою комнату.

— Ну и тяжеленые, — ворчала Найли, когда мы поднялись с первого на четвертый этаж. — И зачем нам столько книг, если мы боевики?

— Ты же слышала, мы все науки изучать будем, — пропыхтела я, хотя отчасти с сестрой была согласна. Книг и правда было много. Я едва шла под их тяжестью.

«Обратиться бы, — подумала мимолетно. — Жаль, Райтег предупредил, что обращаться в драконов нам нельзя».

И я очень четко вспомнила слова куратора:

«С первого дня обучения, адептам, на территории института запрещено перевоплощении, будь то драконье или любое другое. Исключение составляют боевые практики на полигонах, турниры в которых оговорено обращение и случаи, согласованные с деканатом института».

Найли словно прочитала мои мысли.

— Интересно, почему куратор запретил нам обращения? Все же изначально это был драконий институт.

— Наверное для усложнения жизни учащихся, — проворчала я.

Найли тяжко выдохнула.

— Угу, точно, а чтобы жизнь окончательно медом не казалась еще и сестру Маргарет приставили.

В этом я с Найли была уже полностью согласна.

— В хозблоке нужно не забыть перья, чернила и тетради, — напомнила она, когда мы подошли к своей комнате.

— Уверена, там уже знают список кому что давать, как и в библиотеке, — выдохнула я и ногой распахнула дверь, про себя радуясь, что мы наконец дошли.

Здесь, устало хлопнула всю свою стопку книг на кровать и рухнула рядом с ней. Тень сочувственно вздохнула. Помочь мне она не могла, собственно, как и драконица Найли.

Сестра, в отличии от меня, дотянула до стола. С громким стуком оставляя свои книги на нем и тяжело опустилась на стул.

— Уффф, — выдохнула громко. — Я думала мы не дойдем. Знаешь, Ая, меня гложут смутные сомнения по поводу факультета, на который мы поступили. Если нас так вымотали обычные книжки, то, что будет на боевой практике?

— Даже думать об этом не хочу, — прикрыла я глаза. — Надеюсь, что там мы будем работать в связке со своими драконами.

— Ая, не вырубайся, нам еще за экипировкой идти. Завтра первая практика. Нужно взять себя в руки, — вяло произнесла Найли. — Хотя, я с большим удовольствием сейчас прилегла бы.

— Не сметь! — проворчала я с кровати. — Нужно вставать. Если мы сейчас приляжем, то до завтра.

— Согласна! — протянула сестра. — Я на балкон, проветриться и прийти в себя.

— А я тогда под контрастный душ, — сказала я поднимаясь.

Но до душа я не дошла.

Сначала раздалось:

— Гикато, а ты чего дрыхнешь? Нашел где развалиться! Или нагулялся за день так, что сил вползти в комнату не было?

Последняя фраза насторожила Тень. Она заставила меня повернуться как раз в момент, когда сестра склонилась к мифику лежащему в проеме балконной двери, а следом прозвучало уже испуганное:

— Гикато! Мальчик! Гикато!

Тень внутри меня вскинулась, покрывая комнату серость. Мне молниеносно стало плевать на любые запреты. Драконица рванула к мифику, обнимая того туманными крыльями. От ужаса за фамильяра из горла вырвался рык, а следом за ним вопль:

— Гикккааатттооо!

Я начала его трясти.

— Ая! — испуганно закричала Найли. — Ая! Нам нельзя перевоплощаться!

— Плевать! — прорычала Тень.

— Ая, нас накажут!

Я не слушала ее.

— Гикато, очнись! Что с тобой? — трясла я своего мифика.

Он приоткрыл один глаз, посмотрел мутным взглядом и обмяк в моих руках.

Запретов для меня больше не существовало.

Боль, запылавшая в груди, вылилась из глотки яростным воем. А в следующий момент, Тень рванула из комнаты, призраком вылетая с балкона и проносясь над вечерним садом института, прижимая к себе безвольного, болтающегося словно тряпочка в лапе, мифика. Позади нее неслась синяя драконица, как и я, тоже забывшая все запреты. Мы спешили к лазарету. Выговора нам с Найли не избежать, понимала я, но мне было плевать. В моих руках находился мой фамильяр, который вот-вот богам душу отдаст. Фиолетово мне было на любые отработки, главное спасти мифика.

В здание мы ворвались молча, пробежали мимо сестры-целителя. Она не остановила нас, поняла все едва увидела свисающего с моих рук фамильяра.

Наоборот, обогнала и начала указывать дорогу.

— Девочки, за мной! Быстрее!

Новостной кристалл в ее руках изменил цвет и она, в него, на бегу, прокричала:

— Мастер Монсепан, срочно в реанимационный отдел! Сложный случай. Мифик, фамильяр, без сознания, без реакции, по виду такое же отравление, как и у сегодняшней адептки.

Что ответил мастер мы не слышали. Но едва забежали в указанный женщиной кабинет, как следом вошел Монсепан. Перехватил у меня из рук фамильяра и ушел за ширму, по пути рявкнув:

— Ноя, вызовите целителей Роума и Дрея! Уберите девчонок!

Женщина подхватила нас за локти, и хотя мы упирались, потянула из реанимации.

— Идемте, вам здесь не место.

— Но как же? Там наш Гикато! — выла Найли.

Я упиралась молча, оглядываясь назад и пытаясь увидеть мифика.

— Не мешайте мастеру! — рявкнула Ноя и вытолкала нас в коридор, где указала на скамейку у стены.

— Здесь подождите.

А сама быстро унеслась.

Потом в реанимацию пробежали двое здоровенных целителей.

Больше часа мы приселили в ожидании. Сестра Ноя принесла нам воды и какую-то травку.

— Прожуйте и запейте, у вас выдался сложный день. Это немного успокоит. И не переживайте, мастер Монсепан, сильный лекарь. Он спасет вашего мифика.

На этом она удалилась.

А мы продолжали ждать. Сидели молча, поглощённые тяжёлыми мыслями. Говорить не хотелось совсем.

Что же такое происходило? Сначала Лейла, следом Гикато. Ярость, злость, страх, огнем жгли в груди. Таблетка Нои совсем мне не помогала. В горле собирался горький ком. Я не позволяла ему выйти, но он выдавливался слезинками на уголках глаз и медленно тек по щекам. У меня не было сомнений, что кто-то целенаправленно травит моих близких. Тень яростно металась во мне, не находя выхода. Она ненавидела того, кто все это делал. И не понимала кто он! А если бы поняла или узнала то, горе той сволочи, что решилась так подло, исподтишка, вредить тем, кого я люблю. От ненависти застилало глаза и коридор расплывался в сером тумане. Я с силой сжимала край скамейки и ненавидящим взглядом смотрела вперед, в дымку, словно пытаясь в ней найти ответы. А та становилась все темнее, как и мои мысли, которые я уже не контролировала.

«Найду, найду и уничтожу! — клялась моя драконица, дрожа от ярости. — Сожгу! Расчленю! Отправлю в тьму вековую!»

— Ая! — услышала я испуганный голос Найли. — Ая? Что происходит?

— Уничтожу! — прохрипела вместо меня Тень.

— Кого? — тихо и напряженно, спросила сестра.

— Того, кто посмел... — начала Тень и замерла вслушиваясь. Из глубины темной дымки раздался тихий, но очень строгий голос:

— Тень! Успокойся! Усмирись! Я рядом!

— Кто ты? — спросила я.

«Мрак, — ответила за говорящего Тень. — Тот, кто сковал нас. — И обратилась уже к нему: — Не смей меня удерживать, черный дракон! Я в своем праве. Затронуты мои близкие. Враг ответит за сестру и мифика! Это нельзя оставлять безнаказанным!».

— Успокойся и слушай меня! — рыкнул Мрак. — Ты никого не будешь уничтожать! Иначе, уничтожат тебя!

— Они затронули самое ценное для меня! Для любого из драконов, семья — главное! — захрипела Тень

— Усмирись! — повторил Мрак. — Это приказ! Ты сделаешь только хуже! Я приду к тебе. Жди. Ничего не предпринимай! Я сам разберусь! Обещаю, тот кто это сделал, получит свое наказание. Жди меня!

«Жди», было сказано так, что я невольно сжалась. Тень яростно взвыла и нырнула в глубину меня, уже оттуда тихо повторяя:

«Мы не оставим это! Мы узнаем кто виновен!»

— Усмирись! — рявкнул Мрак и Тень замолкла.

— Ая, — шепотом произнесла Найли и осторожно тронула меня за руку.

Я, приходя в себя, порывисто повернулась. Сестра напряженно глядела на меня.

— Что сейчас происходило, Ая? Ты сидела и смотрела в одну точку. И губами шевелила, но слов слышно не было.

Я моргнула смотря в просветлевший коридор. Встала, оглянулась. Никого, кроме нас с Найли. Коридор был пуст.

— Ты его слышала? — спросила я растерянно.

— Кого? — удивилась сестра.

— Мрака?

— Кого? — переспросила она.

Я села обратно на скамью.

— Не знаю. Но... Кажется я говорила с герцогом Лейном. Или с его драконом. Он сказал, придет, чтобы я ждала и ничего не делала.

— Говорила с герцогом Лейном? — недоверчиво, повторила сестра. — Ты уверена? Разве он менталист? Я, конечно, понимаю у вас связь и все такое, но разговоры в пространстве далеко не каждый может себе позволить. Только менталисты и то, очень хорошие.

Я посмотрела на Найли и нахмурилась.

— Но я слышала его, клянусь тебе! Я слышала голос его дракона. Кстати, его Мрак зовут.

— Когда это он успел представиться? — удивленно поинтересовалась Найли.

Я пожала плечами.

— Не знаю, но Тень знает его имя. Говорит, когда была связь, имя само проявилось. Она знает того, кто ее сковал.

Сестра вздохнула.

— Чем дальше, тем все запутаннее и необычнее.

Едва она это произнесла, как дверь открылась и из кабинета реанимации вышли двое лекарей. Мы вскочили, в ожидании уставившись на них. Один подмигнул нам.

— Все хорошо, девчата. Спасли мы вашего фамильяра.

Облегченный вздох разнесся по коридору.

Второй целитель одобряюще улыбнулся.

— Войдите, ваш ждет мастер. Вы вовремя принесли мифика.

После этого мужчины направились по коридору, а мы с Найли рванули в кабинет.

Ширма была отодвинута, и я увидела Гикато лежащего на кушетке.

— Можете забирать, — сказал Монсепан мо́я руки в умывальнике. — Вы успели его принести к нам. На фамильяров такое отравление действует сильнее. В половине случаев они не выживают.

Он повернулся и, вытирая руки, внимательно посмотрел на нас.

— Где вы его нашли?

— На балконе, — сказала я. — Вернее, на входе. Прямо на пороге лежал.

Мастер кивнул.

— Значит, откуда-то прилетел. — Он покачал головой. — Пожалуй, я попрошу увеличить поисковую группу. Отрава где-то в саду.

Целитель встал и, пройдя к окну, задумчиво начал смотреть в густую поросль за зданием лазарета.

— Что-то, видимо, там есть, — протянул он тихо. И тут же повернулся к нам. — Забирайте мифика, девушки. Он проспит полчаса, может чуть больше и придет в себя. Поначалу будет немного неадекватен, это реакция на препарат выводящий отравляющий реагент. Не оставляете его в это время одного.

Я подхватила Гикато на руки.

— Мастер Монсепан, мы уже не раз вам обязаны.

Он вздохнул.

— Семья Хайтерн, вы мои самые посещаемые пациенты. Всего пара дней, а я уже познакомился почти с каждым. И даже с фамильяром. Девушки, вы верите в проклятия или сглаз?

Мы отрицательно покачали головой. Он вздохнул.

— Вот и я до встречи с вами не верил. И искренне надеюсь, что найду всему происходящему логическое объяснение. Ступайте, адептки, и хотя бы в течении суток не появляйтесь у меня.

***

Вернувшись в комнату я положила Гикато на свою кровать и села рядом. Найли задумчиво прошлась до стола и обратно к двери.

— Странно все это, мастер прав. Такое ощущение, что нас всех сглазили. Ну или прокляли, — сказала хмуро. — С момента как мы покинули дом, все против нас.

— Не нагнетай, Найли, — нахмурилась я. — Да, все не просто и странно, но заметь, пока что мы выходим без потерь. Значит, высшие силы на нашей стороне, ты же всегда позитивна. Чего приуныла?

Сестра вздохнула.

— Знаешь, сегодня меня позитив покинул. Я очень испугалась, сначала за Лейлу, потом за Гикато. Но ты права, высшие силы однозначно на нашей стороне. Богини всегда с нами. И сейчас, я больше, чем когда-либо надеюсь на их помощь и защиту.

Она подошла и, присев, обняла меня.

— Как хорошо, что мы есть друг у друга.

Наши объятия разорвал громкий голос сестры Маргарет, рявкнувший на все общежитие:

— Ужин через пятнадцать минут.

Найли поднялась. Я осталась сидеть.

— Гикато нельзя оставлять.

Сестра понимающе кивнула.

— Надеюсь, случай с ним входит в особые и Маргарет позволит мне взять для вас еды.

Я вяло улыбнулась.

— Если и не позволит...

— Я найду как его тебе принести, — усмехнулась Найли и вышла из комнаты.

А я осталась со своим фамильяром. Гладила его, почесывала за крыльями и нежно шептала:

— Гикато, маленький мой, ты выздоровеешь и станешь прежним. Будешь летать снова по своим совам. Они, наверное, потеряли тебя. Где там их любвеобильный мифик? А он спит. Спит и не думает о них. Мастер Монсепан сказал, что мы вовремя тебя принесли. Все будет хорошо. Знать бы только, что с тобой произошло? Как так получилось? Где ты нашел эту отраву?

При этих словах, мифик приоткрыл глаза, провернул их по орбите. Протянул мне крыло, словно прося о помощи. Я, аккуратно, приподняла Гикато и помогла встать на лапы. Он попытался сделать неуверенный шаг. Покачнулся заваливаясь на бок, я успела поймать его и снова поставить.

Мифик приоткрыл рот, как бы пытаясь что-то произнести, но лишь хрипло выдавил:

— Ххх.

— Не напрягайся, тебе не стоит, — погладила я его по голове. — Ты еще не совсем пришел в себя.

Тот весь нахохрился.

— Хххх....

— Гикато, — начала я, пытаясь его успокоить.

И тут он еще быстрее начал вращать глазами. Раскрыл крылья, вырываясь из моих рук. Сделал мах и упал с кровати. Я испугалась. Хотела его поднять. Но мифик, клацая клювом, пополз к койке Лейлы. Я кинулась за ним, помня предостережение Монсепана о возможном неадекватном поведении.

— Гикато! Малыш, подожди. Тебе необходимо отлежаться. Гикато!

Мифик не слушал меня. Он смог найти силы, вскочил, схватил с кровати сестры подушку и начал ее остервенело рвать.

— Гикато! Что с тобой? Гикато! Давай я отнесу тебя к мастеру Монсепану! Он поставит успокоительное. Гикато, остановись! — крикнула я и замолчала.

Мифик, шатаясь, вытащил из разодранной наволочки маленький пучок сухой травы. Швырнул его к балкону и рухнул на спину закатывая глаза.

В этот момент вошла Найли с подносом в руках и тут же уронила его с воплем:

— Богини всемогущие! Что происходит? Что с Гикато?

Она бросилась к мифику. Я за ней.

— Ему нужен воздух! Вода! Найли неси Гикато в душ, его нужно отпоить. Я, кажется, поняла в чем дело.

И пока перепуганная Найли, с мификом на руках, кинулась к душевой, я прошла к двери балкона. Там, у порога, лежал тот самый пучок травы.

Я подняла его и осторожно понюхала. Мягкий, приятный запах. Я сделала еще один вдох и пошатнулась ощущая головокружение. Кинулась к шкафу, вытащила коробку из-под обуви и, завернув пучок в шелковый платок, положила в нее и плотно закрыла.

Голова все еще кружилась, и я бегом кинулась в душевую к сестре.

Несколько минут, она умывала мордочку Гикато, а я пила прямо из-под крана и споласкивала лицо. С каждым глотком становилось все легче. Вот и мифик начал дышать ровно, а потом произнес:

— Уууууф.

— Да, — сказала я. — Теперь мы хотя бы знаем, чем отравили Лейлу.