Глава четырнадцатая, или Роковая встреча

Узкие брюки, теплый шерстяной свитер мужского фасона, широкий пояс и длинный теплый плащ, доходящий почти до пят. Этот плащ — первая серьезная покупка в моей жизни. Как только температура начала спускаться ниже, я поняла, что постоянные прогулки до полигона, “Слепого крота” и занятий по боевой магии, все еще проходящих на улице, могут с легкостью вызвать простуду. А длинный темный плащ с густой овечьей подкладкой — мой персональный сорт спасителя.

До “Слепого крота” мы почти всегда добирались порознь, реже парами. Как говорил принц: “Это вызовет меньше подозрений”. Как мне кажется, строго наоборот — одиноко блуждающие по дальним кварталам города девушки всегда вызывают вопросы. Потому я — да и Кристин с Лил — всегда прятали волосы под капюшон. И с точностью могу сказать, одиноко шагающая фигура, завернутая в плащ — это буквально вопящее “посмотри на меня немедленно”.

Но, благо, никто не подходил с навязчивыми вопросами. Подобных подозрительных кадров в дальних кварталах города хватало и без нас.

— Привет, Сидди, — поздоровалась я, подходя к стойке.

Светловолосая девушка подавальщица моих лет приветливо улыбнулась и кивнула. Сегодня в таверне было много клиентов, потому перекинуться и парой слов не удалось, она лишь всучила мне ключ от верхних комнат и направилась к одному из мужиков, сидящих у окна.

Комнаты, которые принц выкупил пару месяцев назад, не отличались ни роскошью, ни лоском, но уже стали какими-то родными. Я пришла первой, потому сразу подбросила в камин дровишек и направила туда огненную ящерку, созданную благодаря помести артефакторики и природной магии. Пламя занималось почти сразу, как ящерка ступала на древо своими лапами.

Помещение медленно наполнялось теплом, начинала оттаивать и я. Мелкий, но холодный дождь напополам с резким ветром ну никак не способствуют долгим прогулкам.

— Ты уже тут? — стоило мне устроиться в ближайшем к камину кресле, как в комнату вошел Марк. — Ты сегодня рано. Удалось поговорить с Нэдом Ансельмом?

— Удалось. — Я кивнула. — Только я не уверена, что перед ним сразу же стоит открывать карты.

— Ты ему не доверяешь? — Принц чему-то усмехнулся.

— Не думаю, что мы производим достаточно весомое впечатление. — Я зябко поежилась и звонко чихнула. Вот только простуды мне не хватало.

Какой бы полезной не была лекарская магия, от самой простой и популярной болезни она не лечила, а все лекари в один голос твердили: “Семь дней с народными средствами или неделю без них”.

— Пока что мы похожи на кучку разбушевавшихся и не позврослевших детей.

— Это даже хорошо. — Марк сел в соседнее кресло и вытянул ноги. — Это значит, что до определенного момента нас никто не будет воспринимать всерьез.

— Кажется, твоя матушка уже начала.

— Брось. Если бы она чувствовала реальную угрозу, я бы уже валялся в какой-нибудь безымянной могиле. Пока же она лишь отправила ревизора, который должен за мной следить. Кстати, твои амулеты и правда работают.

Я улыбнулась. Если бы еще полгода назад мне сказали, что я буду делать эксперементальные артефакты, я бы смеялась. Очень громко смеялась. Сейчас же придумывать и творить новую магию не составляло никакого труда. Правда Лил изо всех сил меня убеждала, что за этим занятием я просто пытаюсь спрятаться от проблем, но не решаю их. Кристин ей вторила и предлагала развеяться.

Я же до сих пор не могла понять, почему на сердце такая тяжесть. Ощущаемая почти физически, ночами мешающая дышать и заставляющая просыпаться в холодном поту. Грешила и на Кальму, и на тех магов-менталов, с которыми мне пришлось столкнуться четыре месяца назад.

— Как продвигается создание артефактов для ЕМУС? — спросил принц.

Даже удивительно. Вот мы уже минут пять на одной территории, а даже ни разу не сцепились.

— Успешно. Думаю, через неделю все будет готово, — я ответила и вновь оглушительно чихнула.

— Ты в порядке? — В голосе принца прозвучала обеспокоенность. — Сейчас не время болеть.

— А когда время? — огрызнулась внезапно для самой себя. Почувствовала такое раздражение, что захотелось даже на крик перейти, но я вовремя себя сдержала. — Не время болеть, не время сдавать сессию, не время жить…

— Клэр, я…

— Ты не виноват. — Шумно выдохнула, пытаясь унять эмоции. — Прости.

Четыре месяца назад моя жизнь изменилась. Бывшая помощница хозяйки бордела превратилась в одну из участниц заговора против короны. Точнее, как говорил сам Марк, заговора за справедливость. Принц Арманд — единственный наследник королевства — вознамерился выйти на тропу войны с собственной матерью. Об этом я узнала вторая, первым, кто вступил в его отряд, стал Вилберн.

Почему мы вообще в этом участвуем? Хороший вопрос.

Я никогда не думала, что Марк сможет — да что уж говорить, я вообще не была уверена, что он умеет общаться с людьми — к каждому подобрать ключик. Вырезки из газет, различные статистики, объяснения, что именно его мать делает не так, и как сам принц планирует с этим бороться — даже не это убедили нас встать на его сторону. Даже не брошенное вскользь “Если вы откажитесь, на вас все равно падет подозрение. Давайте сделаем так, чтобы это было не зря”, нет. Скорее, личная беседа с каждым, личная просьба от самого принца и возможность в дальнейшем влиять на ход политических веяний. Со стороны мы и правда походили на группу фанатиков, которые начали слепо верить в призрачную цель.

Вилберн, я, следом Кристин с Лилитой. Потом Влат с Закари. Дольше всех не давал четкого ответа Перси, но Марк был слишком уверен в том, что он согласится.

— Этот парень точно не пройдет мимо таких интриг, — с хитрющей улыбкой приговаривал он.

И теперь вот мастер Ансельм — он был еще одним звеньем уже довольно длинной цепочки, так необходимой Марку для противостояния Ее величеству.

— Я пойду схожу за отваром, — Марк прервал мои размышления и встал с кресла.

Я не успела даже отказаться, как дверь вновь распахнулась и в комнату вошла отчаянно шмыгающая носом Кристин. Похоже, не только у меня полное непринятие погоды на улице.

— Ну и дубак, — щелкая зубами произнесла она, широким шагом направляясь к нашему камину. — Ваше высочество, уж могли бы выделить деньги на карету лучшим людям королевства.

Последнее она произнесла с львиной долей сарказма, который сложно было бы не понять.

— Ага, я прям представляю. — Следом за ней в комнату вошел Влат. — “Слепой крот” и несколько карет возле него, это точно не вызовет подозрений.

Этот парень, в отличие от Кристин, был одет в теплый плащ с норковой подкладкой. После того, как Влат стал капитаном нашей команды, он явно получил какие-то преференции от отца. По всей видимости, тот хотел как-то мотивировать своего отпрыска продолжать в том же духе. Но вместо этого породил еще бОльшее семя раздора между Лилитой и Влатом.

Теперь братец не смущаясь задирал сестру, а у той попросту не хватало сил давать достойный отпор. Зато с этим прекрасно справлялась Кристин, не особо стесняясь в высказываниях, когда парень уже совсем заигрывался.

— А ты не представляй, — привычно огрызнулась Кристин. — А то в последнее время у тебя и без того слишком много слепых фантазий.

— Уж тебе ли не знать про слепые фантазии, — сухо бросил Влат с явным намеком на незавидное положение Кристин де Форт.

— Демоны, — тихо ругнулась девушка, следом уже громче добавила: — Может, ты свалишь отсюда? Тебе единственному из нас есть чего терять. А то представь, что сделает с тобой твой папочка, когда узнает о том, чем ты тут занимаешься.

“Единственному из нас есть, что терять” — эта фраза эхом пронеслась в голове. С такого ракурса на наш союз я не смотрела. Интересно, подруга сказала это ради красивого словца? Или ей известно больше меня?

— Если он узнает в нужное время, он только спасибо скажет, — тем же тоном ответил ей Влат, но я уже не особо прислушивалась к привычной перебранке и довольно быстро отделалась от мысли, что Кристин впервые сказала про отца брата Лил вслух. Без имен, конечно, но все же.

Меня беспокоило другое. Если принц не претворит в жизнь свой план, не сыграет на опережение, то он может лишиться жизни. Моя же уже несколько месяцев больше походит на превозмогание — так какая разница с кем именно бороться? Со своими внутренними проблемами или за справедливость. Последнее хоть звучит более благородно. Помимо прочего у меня слишком много вопросов, которые я могу с легкостью решить со своевременной поддержкой короны. Начиная с развития своего дара, который удавалось раскачивать в том числе с помощью Марка и заканчивая патентами в будущем, если уж мне действительно удастся переступить через эту проблему.

Лилита лишается всего, если их с Влатом отец признает своего первенца. В таком случае единственный ее удел — стать женой тому, на кого укажет глава рода. Подозреваю, что принц дал ей несколько обещаний по вопросу ее самостоятельности в данном случае.

Но что теряет Перси, Закари и Вилберн? Особенно Вилберн — он всегда лучится таким позитивом, что аж зубы сводит. Иногда даже от улыбки, он умел заряжать своим настроением окружающих. Мне всегда думалось, что он поддержал затею принца из-за интереса и повышенного чувства справедливости.

— Всем привет. — А вот и Перси с Закари.

Перси тут же направился на привычное для себя место у окна. Казалось, ни холод, ни стужа ему нипочем, он даже не замечал непогоду. Да и Закари не особо дрожал от низкой температуры, несмотря на довольно короткий и тонкий кафтан.

— Клэр, у тебя получилось? — тут же поинтересовался мой партнер по спаррингам на боевой магии.

— Да, — односложно ответила я и улыбнулась.

Перси был самым немногословным из всей нашей компании, но все равно располагал к себе. Причем всех. Даже острую на язык Кристин, которая ежедневно умудрялась с каждым вступить в словесную дуэль. С принцем тоже. Последний, кстати, на все сарказмы отвечал односложно или не отвечал вообще. Упражняться в колкостях предпочитал со мой, хотя Кристин, на мой взгляд, была более существенным оппонентом.

Лилита вплыла в наши комнаты предпоследняя, уже неся перед собой поднос с большим чайником отвара. Увидь я ее тут впервые, никогда бы в жизни не сказала, что она дочь герцога де Борн. Теперь я хорошо разбиралась в родословных знатных родов и знала, какое значение играет ее семья в королевстве. Так же, как и семья Вила.

Он задерживался. Причем я даже подозревала, по какой именно причине.

— Клэр, — начала Лил, но я уже заранее знала, о чем она хочет спросить.

— Да, у меня получилось, — я улыбнулась подруге.

Буквально кожей ощущала, как все переживают. Эмоции всех присутствующих сливались в каскад волн, накрывающих тело. Марк говорил, что это мое умение чувствовать эмоции может быть очень полезным. Я же начала всерьез изучать, реально ли сделать артефакт, который поможет и другим точно так же, как и я, ощущать эмоциональные всплески.

Марк подошел к Лил и мягко забрал у нее поднос с отваром, поставил его на стол и помог девушке подцепить завязку на спине, чтобы избавиться от ее плаща. Меня кольнуло довольно странным чувством, но я даже не успела в нем разобраться, когда нагрянул и Вилберн.

Парень на ходу читал какие-то свитки и что-то вполголоса бормотал.

— Клэр, тебе больше нравятся мужчины постарше или помладше? — сходу спросил он.

Причем спросил настолько естественно, будто просто продолжал со мной какой-то давний диалог. Все присутствующие же выжидательно уставились на меня, вызывая тем самым смущение.

— Если не принципиально по возрасту, то можно по сфере деятельности. Булочник, кузнец или писака в одной желтой газетенке…. Я бы рекомендовал последнего.

— Это ты ей жениха подбираешь? — скептично изогнув бровь и сложив руки на груди, спросил принц. — Вряд ли Клэр сможет заинтересовать представителей таких уважаемых профессий.

Ура, вновь этот холодный тон, вновь эти плотно поджатые губы — все вернулось на круги своя.

— Если бы ты интересовался жизнью своих, кхм, подопечных, — веселым тоном ответил ему Вил, — то знал бы, что Клэр недавно пригласил на свидание один граф!

— Уж не с твоей ли легкой руки? — холодно фыркнул принц. — Решил заняться сводничеством, чтобы Клэр чувствовала себя более комфортно?

— … и знал бы, — продолжил маркиз как ни в чем не бывало, — что ей пришлось отказаться из-за того, что ты занимаешь слишком уж большую часть ее времени. По всей видимости, это не укрывается от знати, и они решили приударить за будущей бывшей фавориткой Его высочества.

Демоны! Мы с принцем и правда проводили много времени вместе. Но причина была лишь в том, что через его комнаты в академии он мог открыть портал на остров, на котором я училась переправлять потоки на практике. И да, пару раз меня видели выходящей из его покоев…

— Так что, Ваше несравненное высочество… — Вил развел руки в стороны, так и не закончив фразу.

— В ближайшее время мне все равно не нужно выпускать чары, — я вмешалась в беседу, наполняя свою кружку отваром. — Так что слухи поутихнут.

Слухи. В последнее время они тоже стали существенной частью моей жизни. Теперь никто уже не говорил о сфере моей бывшей занятости, зато надуманная близость с принцем вызывала разговоры. Благо, все присутствующие — люди, чье мнение для меня и правда стало важным — были прекрасно осведомлены, что нас с принцем связывает только деловое общение. И вечные споры.

— Так а к чему был вопрос? — спросила Кристин. — Ну, про булочника, кузнеца и писаку.

— Сегодня в полночь мы с Клэр отправимся на кладбище поднимать умертвие, — с широкой улыбкой произнес Вилберн.

— Бррр! — Кристин аж передернуло. — Вот почему если поднимать умертвие, так обязательно в полночь? Это какой-то ваш типичный некромантский юмор? Не лучше ли при свете дня, пока солнышко светит, птички поют?

— … личи воют, — хмыкнул Закари. (3303c)

— Скелеты костями скрипят, — вторил ему Перси.

Вил, пользуясь общим весельем, бросил на меня вопросительный взгляд. В ответ покачала головой. Не самое лучшее время сообщать, что завтра мой день рождения, и если поднимать умертвие в день силы, то оно будет сильнее. Многим сильнее.

— Он тут, — произнес Марк, сверяясь с одним из своих артефактов. — Нэд Ансельм пришел.